Амальгама (джен)

Комплекс «Умбрия»

1314 год н.э.

— Глупо считать, что орден уничтожен, — Вере Фолиум вывел на экран карту Европы, Средиземноморья и Ближнего Востока, испещрённую отметками. — У ордена более девяти тысяч прецепторий от Ирландии до Кипра, даже после потери владений в Леванте. Тамплиеров подвергли репрессиям только во Франции и частично в Италии. В Германии, Испании и Британии их оправдали. В королевствах на территории Испании даже местное население приходило в замки защищать рыцарей от инквизиции. В Португалии к ним вообще не было никаких претензий. Основная штаб-квартира ордена располагалась на Кипре.

— Сейчас куда важнее, успел ли орден вывезти свои архивы и деньги, — заметил Вентус.

— Успел, — заверила Фулгур. — Югланс сообщал, что из гавани Ла-Рошель в ночь с двенадцатого на тринадцатое октября, перед арестом, вышли восемнадцать кораблей — целая эскадра под флагами ордена. Одиннадцать из них ушли на юг, в Португалию. Четыре пошли на север, предположительно в Шотландию. Ещё три ушли на запад, видимо, в расчёте достичь Западного континента.

— Это какой Югланс? Из пятьдесят седьмого поколения? — уточнил Вентус.

— Нет, из семьдесят четвёртого. Кроме того, — продолжила Фулгур, — сомнаморф сообщил, что незадолго до арестов из Тампля выехали три тяжело гружёные телеги. Куда именно они делись — сказать сложно, до Ла-Рошели им пришлось бы ехать не одну неделю. Великий Магистр ещё тогда говорил, что отдал указания, и король не получит ничего.

— Средства ордена были в основном вложены в земли, недвижимость, корабли и товары, — заметил Вере Фолиум. — Золото у них, разумеется, тоже было, но далеко не так много, как рассчитывал король.

— Пусть «Приорат» поддерживает связи с уцелевшими тамплиерами, — распорядился Вентус. — И одновременно надо укрепить связи «Приората» с госпитальерами. Это не менее доблестный орден, и у короля к ним нет претензий.

— С госпитальерами «Приорат» уже сотрудничает, — ответил куратор проекта «Морф», — Вообще, королю сейчас не о золоте думать надо, а о спасении души. Проклятие умирающего у антро считается самым страшным, а Великий Магистр проклял весь его род до тринадцатого колена. И тут стоит вспомнить, что вся высшая знать в Европе состоит в той или иной степени родства. Не просто так они все друг друга «кузенами» и «кузинами» именуют.

— Ну, гм… Ты же не веришь, что эти суеверия работают? — удивился Вентус.

— Не будьте так уверены, — заметила Веста Трицесима Секунда. — Вы не представляете, какая каша из суеверий и верований в голове у этих антро.

— И всё это накладывается на изменения климата, — добавила Фулгур. — С десятого по тринадцатый века Европа жила в условиях климатического оптимума. Сейчас климат меняется в сторону более холодного. Их экономика, аграрная, завязанная на сельское хозяйство, слишком хрупкая, чтобы выдержать серьёзные потрясения.

— Время покажет, — Вентус отнёсся к предупреждениям скептически.

Он сильно недооценил ситуацию.

Уже вскоре командир северного отряда наблюдателей Акрис Октавиус сообщил, что в битве при Бэннокбёрне между английскими и шотландскими войсками 15 июня 1314 года на стороне шотландцев участвовал отряд рыцарей без каких-либо гербов и знамён, но отличавшихся отменной боевой слаженностью и выучкой, присущей членам военных орденов.

В 1318 году португальский король Диниш I своим указом создал орден Христа, в котором собрал всех бывших португальских тамплиеров. Штаб-квартирой ордена стал замок Томар.

-=W=-

Комплекс «Умбрия»

1314 -1328 годы н.э.

— Папа Климент Пятый умер, — доложил Вере Фолиум, его голос был ровным, но в глазах читалась тревога. — Через месяц и два дня после казни Жака де Моле. Король Филипп напуган. А теперь на него свалилось ещё кое-что похуже.

Вентус поднял голову:

— Что ещё?

— Все три его сына оказались рогоносцами, — ответил куратор проекта «Морф». — Робер, граф Артуа, застал их жён в постели с мелкими дворянами и донёс королю.

Фулгур фыркнула, не скрывая насмешки. Вентус лишь покачал головой.

— Это месть, — сказала Веста Трицесима Секунда. — Робер проиграл суд своей тётке, герцогине Матильде Бургундской. А две её дочери — жёны среднего и младшего принцев. Он мстит через них.

— И что теперь? — спросил Левис Алес.

— Король сам судил всех трёх принцесс, — продолжил Вере Фолиум. — Посадил их в разные замки. Но Матильда — женщина с железной волей. Она этого не забудет ни Роберу, ни королю.

— И ещё. Посмотрите на погоду, — добавила Фулгур. — Дожди не прекращаются второй год. Летом температура едва достигает двенадцати градусов. Урожай погиб. Народ голодает.

— Среди антро уже открыто говорят о проклятии тамплиеров, — подтвердил Вере Фолиум.

Вентус задумался.

— Сколько Моле отвёл королю?

— Год, — тихо сказала Фулгур.

Через семь месяцев, 29 ноября 1314 года, король Филипп IV умер. Официально — от падения с лошади. Но все понимали, что он умер от страха.

— Кто наследует корону? — спросил Вентус.

— Людовик, старший сын, — ответила Веста, выводя на экран генеалогическое древо династии Капетингов. — Но у него дочь от принцессы Маргариты Наваррской. И он не уверен, что она — его.

— Почему?

— Потому что Маргарита была одной из тех, кого Робер уличил в измене, — пояснил Вере Фолиум. — Людовик хочет жениться снова, чтобы родить наследника. Но для развода нужен папа. А нового папы нет. Кардиналы спорят уже полгода.

— Маргарита долго не проживёт, — мрачно заметил Левис Алес.

Он не ошибся. Принцессу Маргариту задушили в замке Шато-Гайар 15 августа 1315 года. Через неделю Людовик женился на Клеменции Венгерской и стал королём.

— Он плохой правитель, — сказал Вере Фолиум. — Вместо того чтобы заботиться о голоде, он затеял войну во Фландрии. За ним приглядывает младший брат покойного короля Филиппа, Карл, граф Валуа. А средний брат Людовика, Филипп, граф Пуатье, умнее обоих. Он уже добился амнистии для своей жены — старшей дочери той самой Матильды.

— То есть, если Людовик умрёт, — медленно произнесла Веста, — трон достанется Филиппу, а дочь Матильды, Жанна станет королевой.

— Именно, — кивнул Вере Фолиум. — Где другие видят хаос, Матильда видит возможность.

Людовик X умер 5 июня 1316 года. Официально — от лихорадки. Неофициально — от яда герцогини Матильды.

Его вдова родила сына через полгода. Филипп, граф Пуатье, стал регентом. На церемонии представления новорождённого короля ребёнка передала ему на руки… сама Матильда. Через пять минут младенец умер.

— Это не совпадение, — сказал Вентус.

— Нет, — согласилась Фулгур. — Это знак. Проклятие Великого Магистра продолжает работать.

Филипп V был королём чуть более пяти лет. Ему досталось плохое наследие. Три года неурожаев подряд — лето 1317 года тоже оказалось дождливым.

— Крестьяне, пытаясь не умереть с голоду, режут коров, — доложила Фулгур. — В результате лишают себя молока, масла, сыра и прочих молочных продуктов. Люди едят лошадей и собак. Ситуацию усугубил дефицит соли — без неё антро не умеют сохранять мясо. В Лотарингии зерно подорожало втрое.

Голод охватил не только Францию, но и всю Европу. В Англии в тюрьмах заключённые рвали на куски новоприбывших арестованных и ели. Последствия этого голода ощущались до 1322 года. Европа⁽¹⁾ потеряла до четверти населения.

Король Филипп V умер в 1322 году, заболев дизентерией, и не оставив наследника мужского пола. Трон достался младшему брату — Карлу Четвёртому.

— Его брак с Бланкой Бургундской аннулировали, — сообщил Вере Фолиум. — Он женился на Жанне д’Эврё. Но у них только дочери.

Карл, граф Валуа, брат проклятого короля Филиппа IV, умер 16 декабря 1325 года. Его младший брат Людовик д’Эврё, последний сын Филиппа III, умер ещё раньше, в 1319 году.

Карл Четвёртый умер 1 февраля 1328 года. Его вдова была беременна. Регентом стал Филипп, сын Карла Валуа.

— Он внук Филиппа III, но не Капетинг по прямой линии, — пояснила Веста.

Вдова родила девочку. По закону, трон мог унаследовать только мужчина. В тот же день Филипп Валуа был провозглашён королём Франции.

— Династия Капетингов прервалась, — сказал Вентус.

— Будем надеяться, что Валуа будут удачливее, — добавил он.

— Я бы на это не рассчитывала, — возразила Фулгур.

— Почему?

— Великий Магистр проклял королей Франции до тринадцатого колена, — напомнила она. — Они все в родстве между собой. Карл Валуа был братом Филиппа Четвёртого. Возможно, его сын, Филипп Шестой будет править подольше, он молод.

Вере Фолиум кивнул:

— И есть ещё один фактор. Английский король Эдуард Третий — внук Филиппа Четвёртого по матери, Изабелле. По династическим законам он имеет право на французский престол. И Эдуард не упустит эту возможность.

-=W=-

Комплекс «Умбрия»

1328-1347 годы н.э.

Фулгур и Вере Фолиум оказались правы. Проклятие не исчезло с казнью последнего Капетинга — оно лишь переключило цель. Уже в 1328 году умерла вдовствующая королева Клеменция, в возрасте всего тридцати пяти лет. Через год, 29 октября 1329 года, скончалась герцогиня Матильда Бургундская. Её дочь, вдовствующая королева Жанна, последовала за матерью в могилу 21 января 1330 года.

— Это не просто цепь смертей, — сказал Вентус, глядя на генеалогическое древо, развёрнутое на экране проектора. — Это системное устранение всех фигур, способных хотя бы временно восстановить порядок.

— Граф Робер д’Артуа бежал в Англию, — добавил Вере Фолиум. — Он стал инструментом проклятия — мечом, который сам того не зная, вонзится в сердце Франции.

Племянник Матильды, граф Артуа, нашёл убежище при дворе Эдуарда III и принялся убеждать английского короля заявить права на французский престол. Его мотивы были личными — месть Валуа, отказавшим в его притязаниях на графство Артуа — но последствия вышли далеко за рамки семейной вражды.

7 октября 1337 года Эдуард III официально предъявил права на трон Франции как внук Филиппа IV по матери, Изабелле. Через месяц он объявил войну.

Первым крупным столкновением стала морская битва при Слёйсе 24 июня 1340 года. Французы попытались преградить англичанам вход в бухту Звин, связав свои корабли в единую платформу и посадив на неё арбалетчиков. Английские галеры, более манёвренные, заняли позицию с наветренной стороны и против солнца. Их лучники стреляли вчетверо быстрее, чем арбалетчики. Французский флот был уничтожен. Потери достигли шестнадцати тысяч человек.

В 1346 году англичане высадились на полуострове Котантен. Город Кан был взят и разграблен за один день. Затем — переправа через Сомму у Бланштака. И, наконец, 26 августа — битва при Креси.

-=W=-

Комплекс «Умбрия»

Август 1346 года

— Англичане заняли позицию на холме у Креси, — передала Поллия Октогесима Терция, её голос звучал чётко, но с лёгкой усталостью от долгого полёта. — С флангов их прикрывали река и деревни. Перед фронтом — три земляных вала. Конница французов не могла разогнаться.

Вентус кивнул, не отрываясь от экрана проектора, где медленно вращалась трёхмерная модель местности.

— И всё же они атаковали. Семнадцать раз.

— Да, — подтвердила Поллия. — Но не сразу. Сначала пустили генуэзских арбалетчиков. Те не выдержали — англичане стреляли залпами, в десять раз быстрее. Потом пошла конница. И вот здесь началось самое интересное.

Она сделала паузу, будто выбирая слова.

— Французы не атаковали непрерывно. Между волнами были перерывы — иногда по полчаса. Командиры собирали рыцарей, перестраивались, решали, куда бить следующим ударом. А англичане… они использовали эти паузы.

— Как именно? — спросил Вентус.

— У них огромный обоз в тылу. На передовую стрелы доставляли выделенные отряды подносчиков. Лучник, расстреляв колчан, отходил назад, получал новый, менял тетиву, отдыхал. Пока он отдыхал — его товарищи вели огонь. Так они держали позицию весь день.

— То есть битву выиграла не столько меткость, — медленно произнёс Вентус, — сколько система логистики.

— Именно, — подтвердила Поллия. — Англичане воевали как единый организм. А французы — как сборище гордых одиночек, каждый из которых хотел первым ворваться в стан врага и забрать славу себе.

— И каждый раз платил за это жизнью, — добавил Вентус.

— Убедился? Проклятие работает, — сказала Фулгур. — Оно не убивает мечом. Оно лишает разума. И тогда даже самый отважный воин становится мишенью для стрел.

После Креси англичане осадили Кале. Город сдался в августе 1347 года. Первая фаза войны закончилась победой англичан. Но закончила её чума.

-=W=-

Комплекс «Умбрия»

Октябрь 1347 года

— В октябре 1347 года в порт Мессина вошли несколько генуэзских галер, — доложил Вере Фолиум, его голос был ровным, но напряжённым. — Экипажи кораблей были при смерти. Их изгнали из порта, но было уже поздно.

На экране проектора появилось изображение Средиземного моря, испещрённое красными точками — порты, куда успели добраться заражённые корабли.

— В ноябре чумных судов уже около двадцати, — продолжил куратор проекта «Морф». — Они разнесли болезнь по всему побережью. В январе 1348 года она достигла Авиньона. Весной — Бордо. Летом — Парижа, Лондона, Генуи.

Вентус молча смотрел на карту. Его копыта тяжело ступили по каменному полу.

— Как она распространяется?

— Через крыс и блох, — ответила Кристал Отумнус, подключившаяся к совещанию. — Где зерно — там крысы. Где люди — там зерно. На кораблях крысы живут всегда. В порту они перебираются на берег по канатам или вплавь. Блохи кусают больных, потом здоровых. Цепь замкнута.

— Можно ли этому противостоять? — спросил Вентус.

— Возбудитель погибает при высыхании, — объяснила Кристал. — При шестидесяти градусах — за час. При ста — за минуты. Но антро не моют одежду. Не стирают простыни. В городах — сплошная антисанитария. Да ещё проклятый король Филипп Четвёртый запретил общественные бани — церковники назвали их рассадником разврата.

Вентус помолчал.

— Запечатать комплексы. Никаких контактов. Никаких исключений.

Комплексы «Умбрия», «Иллирия» и «Арабика» были запечатаны. Из-за похолодания в начале века эквиридо перенесли часть выращиваемых сельскохозяйственных культур под землю, прежде всего — теплолюбивые фрукты для жеребят, и выращивали их в тоннелях при искусственном освещении. Комплексы превратились в теплицы, усаженные фруктовыми деревьями, для них пришлось прокладывать дополнительные тоннели. Наблюдатели из отряда Фулгур продолжали разведывательные полёты, но приземляться им запрещалось.

Чума свирепствовала в двух формах. При бубонной больной покрывался гнойными волдырями и умирал за два-три дня. При лёгочной — падал замертво за считанные часы, без внешних признаков болезни.

Города опустели. Деревни вымерли. По дорогам бродили стаи брошенных собак. В некоторых местах выжившие заколачивали дома с больными внутри и поджигали их — как в Милане, где архиепископ Джованни Висконти приказал сжигать заражённых заживо. Способ был зверский, но в Милане эпидемия не началась.

Европа потеряла треть населения. Но на восток чума шла медленнее — через торговые пути, караваны, реки. В 1353 году она достигла Москвы. Комплекс под городом тоже был запечатан.

— От чумы умер князь Симеон Гордый, — передала по радио наблюдательница из северо-восточного отряда. — В городе Глухове не осталось ни одного живого. Киев, Смоленск, Чернигов, Суздаль — почти вымерли.

В тот же год пандемия сошла на нет сама собой. На северо-западе чума дошла до Шетландских островов, на востоке закончилась на границе Дикой степи, на юге её остановила пустыня Сахара.

В подземных залах повисла тишина.

— Проклятие не убивает мечом, — тихо сказала Фулгур. — Оно открывает врата смерти — и ждёт, пока она сама всё сожрёт.

-=W=-

Комплекс «Умбрия»

Март 1354 года

Наблюдатели выждали ещё год, прежде чем рискнули открыть гермозатворы комплексов «Умбрия» и «Иллирия». Жеребятам всё это время приходилось гулять только на закрытых площадках под искусственным небом.

Когда Вентус впервые вышел на поверхность, он остановился у входа и долго смотрел на пейзаж. Трава росла сквозь разбитые дороги. Деревни дымились вдалеке — не от очагов, а от тлеющих руин. По дорогам бродили стаи собак, роясь в костях. Ни одного всадника. Ни одного купеческого обоза.

— Мир молчит, — сказал он тихо.

— Не молчит, — возразила Фулгур, приземляясь рядом. — Он перестраивается.

Появилась гражданская медицина. До чумы «лечение» было в основном привилегией церкви. В пандемию люди убедились, что молитвы и обряды от чумы не спасают.В Болонье, Падуе, Монпелье открывались первые гражданские университеты. При них — больницы, где врачи, а не монахи, лечили больных. Люди больше не ждали чуда от святых мощей. Они требовали лекарств, диагнозов, прогнозов. Все понимали, что кроме чумы, будет ещё много болезней, да и сама чума ещё не раз может вернуться. И она возвращалась неоднократно, но позже.

И всё это происходило на фоне затяжного похолодания. Зимой снег лежал там, где до XIV века снега вообще не видели. Замерзали реки и бухты, которые ранее никогда не покрывались льдом. Летом температура не поднималась выше 12-15 градусах в тех местах, где раньше было 25-30. Этот холод продолжался до 1370 года, и только после этого начал понемногу отпускать.

— Чума убила треть, — сказала Фулгур. — Но тех, кто выжил, она лишила иллюзий. Они больше не верят, что молитва спасёт от заразы. Они верят в договор, в расчёт, в опыт.

— Это начало конца, — произнесла Веста Трицесима Секунда, подходя с другой стороны. — Конца мира, где власть держится на страхе перед адом и надежде на рай. Теперь люди будут строить общество не по воле Бога, а по разуму.

— Или по жадности, — добавил Левис Алес. — Уцелевшие получают земли, дома, имущество мёртвых. Работников мало — их труд теперь в цене. Это не просвещение. Это новый вид борьбы.

— Возможно, — согласилась Веста. — Но в этой борьбе рождается нечто новое. То, что однажды назовут наукой.

Вентус молча смотрел на горизонт. Где-то там, за холмами, крестьянин впервые отказывался работать за еду, требуя монету. Студент спрашивал: «А почему именно так?»

— Проклятие не убило мир, — тихо сказала Фулгур. — Оно его очистило. Как огонь выжигает больной лес, чтобы прорасти новому.

Вентус не ответил. Но в его глазах уже не было скепсиса. Только тревога — и надежда.

-=W=-

Комплекс «Умбрия»

1354-1370 годы н.э.

Король Франции Филипп VI умер в 1350 году. Ему наследовал сын — Иоанн II, прозванный Добрым. Но доброта его оказалась не мудростью, а слабостью.

— Он верит в рыцарский кодекс, как в священное писание, — доложил Вере Фолиум. — А миру уже надоедает играть в рыцарей.

В 1355 году Эдуард III снова начал вторжение — на этот раз из Гаскони. Армией командовал его сын, Эдуард, прозванный «Чёрным принцем». В 1356 году он разгромил французов при Пуатье.

— Французы надели тяжёлые доспехи и пошли в атаку пешими, — передала Поллия Октогесима Терция. — Стрелы английских лучников теперь отскакивали от пластин. Но когда боезапас кончился, лучники бросились на рыцарей с топорами и мечами.

Иоанн II попал в плен. Его сын, дофин Карл, стал регентом. Но казна была пуста. Чтобы собрать выкуп, ввели налоги, которые вызвали бурю.

— В Париже восстание возглавил буржуа Этьен Марсель, — сообщил Вере Фолиум. — В деревнях крестьяне подняли восстание, которые в среде знати называют «Жакерия». Они режут дворян, жгут замки. Франция разваливается на глазах.

Генеральные Штаты отказались платить выкуп за короля. Переговоры затянулись. Крестьянские восстания продолжались два года и были жестоко подавлены феодалами и наемниками. В итоге король всё же вернулся в Париж. Заложником в Лондон был отправлен младший сын Иоанна — Людовик, но в 1363 году он сбежал. И тогда Иоанн II, заявив, что побег принца нарушает правила рыцарства, сам отправился в Лондон, чтобы занять место сына.

— Это не благородство, — сказал Вентус. — Это безумие. Он оставил королевство без короля ради абстрактного понятия «честь».

Через несколько месяцев Иоанн умер. Его старший сын стал королём под именем Карла V.

— Теперь начинается самое интересное, — сказала Фулгур.

В 1370 году Карл V назначил коннетаблем нормандского рыцаря Бертрана дю Геклена.

— Он не стремится к славе. — доложила Поллия. — Он воюет как разбойник: ночными рейдами, засадами, штурмами замков. Англичане не успевают реагировать — у них нет войск, чтобы держать гарнизоны везде.

За десять лет дю Геклен освободил почти всю Францию, кроме Кале и Бордо.

— Он отказался от чести, — сказал Вентус. — И победил.

— Проклятие ударит по Англии не меньше, чем по Франции, — произнесла Фулгур.

— Только немного позже.

— С чего бы? — удивился Вентус.

— Эдуард Третий — внук проклятого Филиппа IV, — ответила командир наблюдателей. — По матери — Капетинг. Проклятие выбрало Англию орудием мести… но не будем забывать, что орудие тоже может быть проклято.

Так и случилось. В 1376 году умер «Чёрный принц». В 1377 году — Эдуард III.

— Проклятие не щадит никого, — сказала Фулгур. — Ни Капетингов, ни Валуа, ни Плантагенетов.

В тот же год начался Великий раскол: один папа в Риме, другой — в Авиньоне. Церковь разделилась. Вера покачнулась.

— Если даже Бог имеет двух наместников, — тихо сказала Веста, — кому верить?

В 1381 году в Англии вспыхнуло восстание Уота Тайлера. Джон Уинклиф перевёл Библию на английский. Начало Реформации было положено.

— Война между Францией и Англией затихла, — заключил Вентус. — Но не потому, что закончилась. Потому что обе стороны выдохлись. А семя новой войны уже посеяно.

-=W=-

Комплекс «Иллирия»

1371 — 1389 год н.э.

Война неожиданно пришла к порогу комплекса «Иллирия». В 1371 году турецкий военачальник Лала Шахин разгромил сербское войско в битве на реке Марица. Турки атаковали ночью, внезапно, и устроили резню. Сербы понесли огромные потери.

Один из выживших командиров, князь Лазарь, отвёл остатки своего отряда в горы — в длинный, труднодоступный каньон, где располагался вход в одну из крупнейших пещер региона. С тех пор каньон и пещера стали называться Лазаревыми. Турки в эти места не совались — слишком узкие проходы, слишком много засад.

Но раненых было много. Многие истекали кровью. Они укрылись в пещере, не зная, что за её стенами — один из древнейших входов в комплекс «Иллирия», запечатанный сразу после строительства комплекса.

Для эквиридо ситуация была критической. Комплекс служил центром искусственного вынашивания жеребят — подвергать их опасности было немыслимо. Но оставить умирать сотни людей — тоже.

Кристал Отумнус, врач экспедиции, связалась по радио с Вере Фолиумом и Фулгур. Она не стала докладывать Вентусу. Она знала: тот запретил бы любой контакт. Но Кристал также знала: если сейчас не помочь, умрут сотни раненых, которых можно было бы спасти.

— Я не прошу разрешения, — сказала она. — Я сообщаю о своём решении.

Вере Фолиум молчал несколько секунд.

— Через «Приорат» найдём врачей, — сказал он наконец. — Настоящих. Не знахарей, а тех, кто умеет зашивать раны и сможет выучить, что их надо сначала очистить.

Фулгур предоставила дирижабль. Ночью, без посадки, в корзине подъёмника, трое лекарей были опущены в каньон. Кристал через Вере Фолиума и сомнаморфа передала им заранее написанные инструкции: как промывать раны, как использовать антисептики на основе серебра, как накладывать повязки так, чтобы не вызвать гангрену.

Пещера на несколько дней превратилась в госпиталь. Спасти удалось не всех — но гораздо больше, чем выжило бы без помощи. Те, кто выжил, ушли с новыми знаниями. А врачи унесли с собой нечто большее: понимание, что рану можно вылечить, грамотно очистив от грязи, а не молясь святому.

Отряд князя Лазаря покинул пещеру. Кристал долго смотрела на экран. Она знала: Вентус узнает. И, возможно, осудит. Но в её глазах не было сомнения.

Когда Вентус узнал об этом, он вызвал Кристал по радио:

— Ты подвергла риску весь комплекс! — его голос был холоден, как сталь рога. — Если бы хоть один из этих людей догадался, откуда помощь пришла…

— Работа врача — спасать жизни, — спокойно ответила Кристал. — Это не бездействие. Это выбор между двух зол. И я выбрала меньшее.

Вентус молча выключил связь и долго смотрел перед собой. Кристал, как врач, была права, и он это понимал.

В 1389 году судьба вновь свела князя Лазаря с османами — на Косовом поле.

Султан Мурад I собрал огромную армию и выступил против сербов. Лазарь, понимая, что численно уступает, всё же принял бой — надеясь на мужество своих воинов и на то, что турки недооценили его.

В начале сражения сербскому князю Милошу Обиличу удалось проникнуть в шатёр султана под видом перебежчика. Он зарезал Мурада ножом и сам был убит охраной.

Но вместо того чтобы отступить, турецкая армия осталась на поле. Командование принял сын Мурада — Баязид.

Он сразу понял: хаос — его шанс. Он отправил гонца к старшему брату Якубу с вестью о смерти отца и приказом явиться на совет. Когда Якуб прибыл, Баязид приказал его задушить — чтобы никто не оспаривал его право на трон.

Затем он бросил конницу в контратаку. Сербы, лишившись координации после гибели Милоша и других вождей, начали отступать. Князь Лазарь попал в плен и в тот же день был казнён.

Баязид стал единоличным правителем Османской империи. А на Косовом поле легенда о Милоше и Лазаре стала сердцем национальной памяти.

-=W=-

Комплекс «Умбрия»

1396-1453 годы н.э.

В 1396 году король Франции Карл VI сошёл с ума. Первый приступ случился ещё в 1392 году — он набросился с мечом на собственную свиту, приняв их за врагов. Позже, на карнавале 1393 года, его костюм загорелся от факела — герцогиня Жанна Беррийская спасла его, задушив пламя своими юбками. Но разум уже не вернулся полностью. Приступы стали циклическими: между ними Карл мог диктовать письма и принимать присяги, но чем дальше — тем дольше длились периоды помрачения.

— Проклятие вновь ударило по самому трону, — сказала Фулгур. — Оно не убивает мечом. Оно лишает разума.

В том же году европейские государи собрали крестовый поход против турок. Англичане и французы впервые за долгое время оказались на одной стороне. Но армия была разрозненной — рыцари думали только о славе, а не о тактике. При Никополе их разгромили. Турки обезглавили большинство пленных, оставив ради выкупа лишь три сотни самых знатных.

— Они не воевали как единое целое, — сказал Вентус. — Каждый хотел первым ворваться в стан врага. И каждый стал мишенью для ятагана.

После Никополя Европа больше не могла позволить себе героев. Она рождала их — и тут же сжигала.

В августе 1415 года английский король Генрих V вновь высадил войска в Нормандии, вблизи Онфлёра. 25 октября англичане снова разгромили французов в битве при Азенкуре. За пять лет англичане в союзе с бургундцами захватили весь север Франции, включая Париж. В 1420 году Генрих V и Карл VI Безумный заключили в Труа мирный договор, по которому Генрих должен был унаследовать корону Франции вместо дофина Карла, сына французского короля.

Успехи англичан во Франции кончились в марте 1421 года. Во Франции высадились шесть тысяч шотландцев, и их командующий, Джон Стюарт, граф Бьюкен, объединив силы с четырьмя тысячами французов, разгромил английскую армию вблизи городка Боже.

Генрих V умер в 1422 году, за три месяца до Карла VI, после которого должен был по договору унаследовать корону Франции. 31 июля 1423 года уже англичане с бургундцами разгромили французов и шотландцев при Краване. Поддерживавшие дофина французские территории оказались разделены на две части. В 1428 году англичане осадили Орлеан.

— Сомнаморф пишет, что к дофину Карлу в замок Шинон прибыла крестьянская девица по имени Жанна, — доложил Вере Фолиум. — Она заявила, что ей суждено короновать дофина и освободить Францию.

— Девица? — переспросил Вентус.

— Одета в мужскую одежду. Говорит, что слышит голоса святых. Дофин спрятался в толпе — она нашла его безошибочно.

Вентус задумался.

— Пусть твои наблюдатели проследят за ней, Фулгур.

Жанна получила армию. Уже 8 мая 1429 года англичане сняли осаду с Орлеана. Затем — Жаржо, Мен-сюр-Луар, Божанси, Пате. Французы шли как один человек. Боевой дух зашкаливал.

— Сейчас англичане деморализованы, — сказал Вентус. — Передайте через «Приорат»: пусть не тянут с коронацией. Надо идти на Реймс — пока они не пришли в себя.

29 июня 12-тысячная армия во главе с Жанной и дофином Карлом выступила в поход из города Жьен. Гарнизон городка Осер, к которому подступила армия, заявил о нейтралитете. 4 июля армия Жанны осадила город Труа, который сдался через пять дней, а 16 июля подошла к Реймсу. Дофин Карл начал переговоры, в результате горожане Реймса открыли ворота.

«17 июля дофин был коронован как Карл VII, — сообщил сомнаморф. — Во время коронации девица Жанна держала королевское знамя, а после церемонии преклонила колени перед королём и заявила, что её предназначение исполнено. Жанна убеждает короля начать наступление на Париж, но он никак не может решиться.»

Осада Парижа началась только в сентябре — и провалилась. Жанна была ранена стрелой. Король распустил армию на зиму.

— Глупо, — констатировал Вентус. — Ещё полтора месяца можно было действовать. Теперь англичане восстановят боевой дух.

Весной 1430 года Жанна отправилась деблокировать Компьень. Там её отряд прижали к воротам. Кто-то внутри приказал поднять мост. Она попала в плен.

— Для англичан она — знаковая фигура, — сказал Вере Фолиум. — С ней связывают победы французской армии. Она не командующая. Она — символ веры в победу.

Её судили за ношение мужской одежды. Обвинили в ереси. 30 мая 1431 года сожгли на площади в Руане.

— Они убили не девочку, — тихо сказал Вентус. — Они убили последнюю возможность договориться. Теперь будет только война — до полного истощения.

Так и случилось. Франция и Англия сражались ещё двадцать лет. В 1450 году — победа при Форминьи. В 1453 — при Кастийоне. Бордо пал. Англичане потеряли всё, кроме Кале.

Никакого мира не подписали. Просто обе стороны были настолько вымотаны, что военные действия угасли сами.

— Если вы думаете, что проклятие Великого Магистра потеряло силу, — сказала Фулгур, — вы глубоко заблуждаетесь. Европе ещё предстоит пройти через века испытаний. Проклятие убивает не только мечом. Хуже всего то, что оно убивает и тех, кто заставляет других верить.

-=W=-

Комплекс «Умбрия»

Апрель-май 1453 года

На фоне затянувшегося англо-французского конфликта Европе угрожала куда более страшная опасность. Османская империя настойчиво расширяла свои владения. Восточная Римская империя для османов оставалась главным препятствием.

В апреле 1452 года турки построили крепость Румели-Хисар в самом узком месте Босфора — всего в 660 метрах от противоположного берега, где уже стояла крепость Анадолу-Хисар. Теперь любой корабль, идущий в Константинополь, оказывался под перекрёстным огнём.

— Теперь османы могут простреливать пролив из пушек на всю ширину, — сказала Фулгур, бросив на стол аэрофотоснимки. — Они явно намерены взять город и не отступят. Город слишком удачно расположен.

Вентус долго смотрел на карту.

— Эвакуируйте оттуда сомнаморфа и агентов «Приората», — распорядился он. — Европа не поможет Константинополю. Рисковать потерять сомнаморфа мы не можем.

— Куда его переведём? — спросил Вере Фолиум.

— На северо-восток, в Москву, — предложил Вентус. — Нам давно пора назначить туда постоянного приора. У нас недостаточно информации по этому региону.

— Организуем, — кивнула Фулгур.

В последующие дни все агенты «Приората» с семьями были вывезены из Константинополя морем. Сомнаморфа вывезли по воздуху наблюдатели.

Осада началась 2 апреля 1453 года. Турецкие войска окружили город. Уже 9 апреля флот попытался прорваться в бухту Золотой Рог, но наткнулся на цепь, перегораживающую вход. Тогда Мехмед II приказал сделать невозможное: перетащить корабли по суше.

Ночью, по деревянным рельсам, семьдесят кораблей были перетащены через вершину холма и спущены в бухту. Защитники города потеряли контроль над водной артерией.

Главным оружием османов стали две огромные осадные пушки, отлитые венгерским инженером Урбаном. Они стреляли каменными ядрами весом в сотни килограммов. Перезаряжали их по несколько часов, но каждый выстрел разрушал участок стены, который жители восстанавливали всю ночь. Одну из пушек осаждённые смогли уничтожить удачным выстрелом, но вторая продолжала вести огонь.

— Большую пушку перезаряжают очень долго, — передала Хагения Октогесима Септима. — Она делает не больше шести-семи выстрелов в день. Но каждое попадание сильно разрушает стены и башни. Каждую ночь жители ремонтируют разрушенные стены.

С 16 по 25 мая турки пытались подкопать стены — вырыли четырнадцать тоннелей. Но защитники научились слушать землю. Подкопы обнаруживали по шуму лопат. Некоторые заваливали сами турки — поняв, что успеха не будет.

27 мая султан Мехмед объявил: если город не сдастся, он даст солдатам три дня на грабёж. Ночью защитники причастились, как перед смертью.

28 мая, в полночь, начался штурм.

— Стены пробиты в трёх местах, — доложила Хагения. — Жители пытались их ремонтировать, но защитников слишком мало. Император лично стоит на стене.

Три волны атаки отбили. Но в четвёртой турки прорвались через Керкопортские ворота. Генуэзские наёмники, возглавляемые Джустиниани, отступили к своим кораблям. Император Константин XI Палеолог снял знаки отличия, чтобы его не узнали, и бросился в бой.

— Город пал, — сказал он. — Мне незачем больше жить.

Его тело так и не нашли.

— Спастись из города удалось немногим, — передала Хагения. — Очень много защитников попали в плен и были казнены. Некоторых, побогаче, оставили для выкупа. Бедняков продали в рабство.

В подземных залах повисла тишина.

— Проклятие достало и их, — тихо сказала Фулгур.

— А их-то каким боком проклятие могло зацепить? — удивился Левис Алес.

— Ты удивишься, — ответила Веста Трицесима Секунда. — Брат проклятого короля Филиппа IV, Карл, граф Валуа, носил номинальный титул императора Константинопольского. Не знаю, бывал ли он хоть раз в этом городе… но вот, как видишь.

Вентус долго смотрел на экран, где уже гасли последние огни над разграбленным Константинополем.

— Мы видели крах мира, который сами помогали создать, — сказал он наконец. — И не смогли ничего изменить.

— Потому что это не наш мир, — ответила Фулгур. — Это их выбор. И их проклятие.

—=W=—

Кристальная империя.

Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.

Вернувшись с исследования таинственного объекта в горах, Марбл с коллегами встретила гостей. Из Понивилля приехали Санбёрст, Старлайт Глиммер, Саншайн и Лира Хартстрингс, которых она пригласила телеграммой. Но прибыли и другие гости, с которыми Марбл уже встречалась, но не ожидала увидеть снова: Мосси Бранч, командир Зелёного крыла Старой гвардии, полностью зелёная единорожка, которую легко можно было бы потерять где-нибудь на лугу или газоне. С ней приехал Айрон Спарк, маг железа, кисточковый единорог с шёрсткой оттенка, которую неискушённый пони назвал бы белым, но сам Спарк предпочитал называть «амиантовым», и гривой особенного красного цвета, напоминавшего семечки граната.

— Здравствуйте, мисс Абакулус, леди, джентлькольты, — холодноватым тоном поздоровалась Мосси Бранч.

Спарк поздоровался и то теплее, несмотря на свой неприкрытый аристократизм, который чувствовался за сотню селестиалов:

— Рад снова видеть столь выдающихся учёных. Мы прибыли по указанию Её Высочества принцессы Лу́ны. Можем ли мы поговорить со специалистами, которые восстанавливали механическую лапу? Нам требуется их и ваше содействие.

— Мистер Каттер и мистер Спаннер сейчас, вероятно, в подземелье, — ответила Марбл. — Сержант, — повернулась она к командиру бэтпони, сопровождавших археологов. — Не могли бы вы послать одного из ваших гвардейцев за ними? Мы можем поговорить в нашей лаборатории.

— Конечно, мэм, — сержант молча взглянул на одного из подчинённых и сделал короткий жест копытом.

Бэтпони-гвардеец бесшумно поднялся в воздух одним взмахом крыльев и полетел по коридору.

— Прошу за мной, — пригласила Марбл.

Они прошли в лабораторию археологов. Туда же явились Шарп Каттер и механик Грип Спаннер. Мосси Бранч начала импровизированный брифинг с освещения текущей ситуации:

— Тирек был успешно нейтрализован вашим немагическим оружием, — Мосси холодно кивнула Санбёрсту и Старлайт. — Сейчас он лежит на лугу юго-западнее Понивилля в состоянии овоща. Её Высочество принцесса Лу́на поставила задачу поместить его в Тартар до того, как он придёт в себя, и до наступления зимы. Целый батальон гвардейцев не может стеречь его несколько месяцев подряд, у них есть более приоритетные задачи.

Когда мы, в свою очередь, исследовали здешние подземелья, мы обнаружили ловушку, древнее помещение, именуемое «негейт-камера». Попавший туда пони может быстро лишиться магии, если не покинет его. Тирек в Тартаре содержался в помещении с аналогичными свойствами. Коллега Спарк объяснил, что некоторые такие ловушки разрушились, и их свойства распространились на близлежащие тоннели. Я высказала на совещании предложение построить вокруг Тирека импровизированную негейт-камеру, чтобы откачать из него часть магии. Тогда он уменьшится в размерах, и его можно будет вернуть в Тартар.

Проблема в том, что пони не могут контактировать с обломками негейт-камеры сколько-нибудь долго без вреда для здоровья и потери магии. Её Высочество предложила использовать механическую лапу. Нам требуется ваша помощь. Основная проблема — вход туда, где мы нашли негейт-камеру и обломки, находится в жилых помещениях замка. Оттуда вниз ведёт потайная лестница. Её Высочество предложила поставить механическую руку на тележку, а на другую тележку грузить обломки. Но возить тележки по лестнице не получится. Нужно найти другое решение. Мы можем взглянуть на эту механическую лапу?

— Да, конечно, она в кузнечном цеху в третьем контуре, — ответил Шарп Каттер. — Вход туда через ту башню на севере города, вы, вероятно, в курсе, где это.

— Да, мы там были, — подтвердила Мосси. — Там тоже есть дверь с негейт-камерой за ней, но она не открывается. Магия пропадает уже в момент прикосновения к двери. Механизм двери был разобран в далёком прошлом, ради безопасности. Видимо, там негейт-камера развалилась прямо за дверью.

Пони отправились в северную часть города, вошли в полуподземную башню и спустились на подъёмнике в подземелье. Спарк лишь бросил мимолётный взгляд на запертую дверь со статуей Маллеату, проходя мимо неё. Воспоминания, оставшиеся от попытки её открыть, были далеки от приятных. Ему тогда пришлось несколько дней лечиться, а символы, отпечатавшиеся на роге, остались на всю жизнь. И было бы ради чего — все книги в библиотеке древнего аликорна, хранившиеся за дверью, давно рассыпались прахом.

Зато цеха, что показали ему Каттер и Спаннер, произвели на мага железа куда большее впечатление. Он с интересом осмотрел и металлорежущие станки, и оборудование кузнечного цеха. Механическая лапа, установленная между горном, прессом и паровым молотом, выглядела впечатляюще.

— Очень здоровая, — заметил Спарк. — Особенно её основание. Там, вероятно, приводы?

— Не только там, приводы встроены и в подвижные части лапы, — ответил Каттер. — Основание массивное, чтобы уравновешивать лапу, когда она вытягивается.

— Будет сложно развернуться с ней в тоннелях, не говоря уже о том, чтобы протащить её по потайным лестницам на тележке, — заметила Мосси Бранч. — Поменьше лапы нет?

— Пока нашли только такие, — ответил Спаннер.

— Таскать по лестницам лапу на тележке и вагонетки с обломками — так себе идея, — согласилась Марбл. — Кстати! Когда мы ходили по тоннелю с рельсами, где стоит бронепоезд, там в конце есть ответвление в угольную шахту. И мы там видели очень интересную транспортную систему. Кузова вагонеток были подвешены к тросу на опорах и катались по нему, а другой трос их тянул.

Каттер, Спаннер, Мосси и Спарк переглянулись.

— Да, это могло бы нас выручить, — согласилась Мосси Бранч. — Если я правильно поняла, эти опоры можно поставить и на ступенях лестницы?

— Да, они решают проблему подъёма вагонеток с обломками, — подтвердил Парчмент Скролл. — Если, конечно, удастся эту систему перенести в за́мок и тут запустить.

— Едва ли Её Высочество принцесса Кэйденс будет счастлива, если по за́мку будут кататься грязные вагонетки с опасными для пони обломками, — заметила Лира. — Ведь если проход к тому месту в тоннелях находится в за́мке, то и обломки придётся вывозить тем же путём. Одно дело, если возить их через подвал замка, и совсем другое — если возить через жилые помещения.

— Да, это проблема, — согласилась Мосси.

— Её Высочество и так относится очень благосклонно к нашей работе, — добавил академик Олд Скрипт. — Видите, она даже выделила нам помещения в за́мке под лаборатории. Менее всего нам хотелось бы её злить.

— Есть ещё проблема. Вы представляете, какого размера сейчас Тирек? — спросила Саншайн. — Мы со Старлайт и принцессой Твайлайт были рядом с ним. Он ростом с башню замка. Какого размера должна быть негейт-камера? Величиной с Большую арену Клаудсдэйла? Сколько времени мы будем её строить? Какие последствия потянет за собой её применение? Такая камера высосет магию не только из Тирека. Она создаст на лугу мёртвую зону на сотни лет вперёд.

— И самое главное и сложное, — неожиданно поддержала её Старлайт. — Допустим, мы сумеем построить камеру. И она высосет магию из Тирека. Он уменьшится. А потом что с ним делать?

— Как что? — искренне удивилась Мосси Бранч. На секунду Саншайн и Старлайт даже показалось, что с зелёной единорожки слетела маска сухого холодного безразличия. — Вытащим его оттуда и поместим в Тартар.

— Вытащим, — повторила Старлайт. — А как? Вот, у вас Тирек лежит под огромным, высасывающим магию куполом, который моментально убьёт любого пони, который туда сунется. Тирека не получится зацепить телекинезом, потому что телекинез под куполом не работает, или обвязать верёвками и вытащить волоком. Как его вытаскивать?

— Э-э… — зелёная единорожка замялась. — Можно заранее обвязать его верёвками со скользящей петлёй или опутать сетью…

— Можно, — согласилась Саншайн. — Но вытащить Тирека — только половина проблемы. Допустим, мы сумеем его вытащить. На лугу останется гигантская негейт-камера, продолжающая высасывать магию из земли и растительности. Корни растений в дерновине переплетены между собой. Камера будет тянуть магию не только под собой, но и отовсюду вокруг. Разобрать её? А как? Если все обломки будут тянуть магию из рабочих?

— Мисс Саншайн права, — поддержал её Спарк. — Идея с негейт-камерой хороша, но требует дополнительной проработки.

— Так или иначе, чтобы понять, как работает негейт-камера, нужно сходить туда и осмотреть тоннели и камеру, — произнесла Мосси Бранч. — Тоннель, который нам нужен, находится в четвёртом контуре.

— В четвёртом? — удивилась Марбл. — Но там же жилые помещения? Мы не находили там никаких опасных мест, тем более — негейт-камер.

— Мы обсуждали это с принцессой Твайлайт, — холодно ответила зелёная единорожка. — И сошлись на том, что между обследованными тоннелями могут быть потайные помещения, которые могли даже не соединяться с основной радиально-кольцевой системой тоннелей, или соединялись всего в нескольких местах. Насколько я поняла, многие двери ни вы, ни гвардейцы не смогли открыть?

— Да, верно, — подтвердила Марбл. — Гвардейцы зачищали уровень от пещерных пауков. Те двери, которые не смогли открыть гвардейцы, пауки, очевидно, тоже открыть не могли, поэтому об этих помещениях гвардейцы не беспокоились.

— Полагаю, для начала нам надо пройти по тем тоннелям до нужного места и осмотреться самим, — предложил Каттер.

— Лезть в места, где развалились негейт-камеры — опасно, — предупредил Спарк.

— Мы можем не лезть прямо туда, — возразил Спаннер. — Но надо пройти по всем тоннелям, измерить их и посмотреть своими глазами, чтобы понимать, пролезет ли там механическая лапа. Вы видели её размеры, она здоровенная. Если она где-то застрянет, это поставит под угрозу всю операцию.

— Согласна, — холодно произнесла Мосси. — Нам понадобится снаряжение для исследования пещер. В тоннелях грязно и сыро.

— В четвёртом контуре было сухо, — возразила Марбл.

— Сами увидите, — голос Мосси Бранч был сух и холоден.

—=W=—

Собираясь в подземелье, Старлайт предусмотрительно захватила с собой заряженный аккумулятор. После небольшой подготовки пони собрались возле декоративной арки в стене одного из коридоров в нижней части замка, с виду ничем не отличавшейся от остальных. Весь коридор состоял из кристаллических колонн и заострённых арок между ними. В части из них были высокие двери, в других арках, между дверями, висели старинные гобелены.

Мосси Бранч телекинезом откинула угол гобелена. Под ним обнаружилась тонкая линия, разделяющая две части белой кристаллической стены. Зелёная единорожка толкнула копытцем стену, и её часть с негромким скрипом повернулась, открыв тёмный проход, из которого пахнуло сыростью.

Каттер аккуратно скатал гобелен телекинезом в рулон и попросил:

— Подержите минутку.

Лира и Парчмент Скролл подхватили телекинезом гобелен. Каттер достал рулетку и тщательно измерил проём.

— Достаточно большой, чтобы механическая лапа пролезла.

— Идёмте, — пригласил Спарк, создал шарик света и первым вошёл в проход.

За потайной дверью была небольшая площадка, от которой вниз уходила узкая лестница, проходившая через одну из четырёх мощных опор замка. Пони спускались по ней цепочкой, один за другим.

— У нас уже проблема, — подал голос Каттер. Он приложил рулетку к ступеням лестницы. — Круглое основание механической лапы здесь не пройдёт, — он записал значение в свой блокнот. — Кроме того, лестница слишком крутая, чтобы катить здесь тележку.

— Давайте всё же дойдём до нужного места, — предложила Старлайт.

Им пришлось спуститься довольно глубоко, прежде чем перед ними открылся длинный сводчатый тоннель, уходящий в темноту. Мосси Бранч посветила в тоннель световым шариком. Под высоким сводом тянулись уже знакомые трубы большого диаметра: зелёная и укутанная в коричневую изоляцию — между ними была ещё одна труба, малого диаметра, сильно поржавевшая. С неё на пол во многих местах капала вода. По полу струился ручеёк, размывавший скопившуюся за тысячелетия грязь. На стенах виднелись горизонтальные тёмные полосы грязи, как будто отмечавшие уровень когда-то стоявшей здесь воды. На полу валялись почерневшие гнилые деревяшки, вероятно, принесённые сюда водой — обломки досок от ящиков, части старинной мебели, изогнутые дощечки от бочек.

— Это явно один из тоннелей комплекса, — констатировала Марбл, когда пони вышли с лестницы в тоннель и осмотрелись.

Лестница входила в тоннель не перпендикулярно, а под непривычным углом, и при взгляде из тоннеля выглядела чужеродной. Края бетонных плит тоннеля в месте вхождения в него лестницы не были аккуратно заделаны — они хранили следы кирки. Бетон в этом месте был грубо пробит и оставлен как есть.

— Лестница была построена позже, либо при строительстве замка, либо во времена Сомбры, — заметил Спарк.

— Так куда идти? — спросила Марбл.

— Туда, — указала Мосси Бранч.

Тоннель уходил в обе стороны от лестницы. Санбёрст достал компас и засёк направление.

— Тоннель идёт странно, — заметил оранжевый единорог. — Не точно с юга на север, а с отклонением.

— Действительно странно, — отозвался Парчмент Скролл. — Все радиальные тоннели комплекса идут строго в широтном или меридиональном направлении.

Пони двинулись на северо-северо-запад. Санбёрст отсчитывал шаги. Идти было не то чтобы тяжело, но физически неприятно. Копытца утопали в жидкой грязи, то и дело натыкались на обломки гнилого дерева и мусор. Идти пришлось долго. Оранжевый единорог развернул карту Кристальной империи, прикидывая, под какой частью города они сейчас находятся.

— Мы сейчас под северным сектором города, который был разрушен при штурме, и, похоже, движемся в направлении той полуподземной башни, — сообщил Санбёрст.

Пони прошли по тоннелю не одну сотню селестиалов — немного меньше, чем проходили, идя от замка к башне. Тоннель закончился стеной, в которой была дверь, старая, на удивление — деревянная, в проржавевшей железной раме. Дерево, когда-то крепкое, изрядно подгнило. Пёрпл Бесом обработал дверные петли зельем от ржавчины, подождал немного, затем смазал, потянул телекинезом дверь, и она неожиданно легко открылась. Спарк подобрал валявшуюся на полу гнилую доску и заклинил дверь, чтобы она не закрывалась.

За дверью оказался небольшой круглый зал, с ещё тремя проходами. Два из них были закрыты решётчатыми дверями и завалены. Решётка, которой был перекрыт третий проход, сейчас валялась на грязном полу, смятая так, будто кто-то с силой ударил в её центр, сорвав с петель, и выломав из бетона мощные стержни замка, когда-то входившие в углубления в потолке и в полу. На бетоне остались следы, сколы, а стержни были погнуты. Судя по ржавчине, сожравшей решётку, её выломали очень, очень давно.

— Нам туда, — сухо произнесла Мосси Бранч.

Они ещё прошли по тоннелю и остановились у лежащих на полу половинок двустворчатой решётки, когда-то закрывавшей боковой тоннель. Она тоже была ржавой, но не настолько, как предыдущая. И её прутья грубой силой раздвинули в стороны, как будто могучими лапами, сломав замок, а потом уже сорвали решётку с петель и бросили на пол. Металл на изломах был лишь слегка тронут ржавчиной.

— Здесь, — сказала Мосси. — Здесь Айрон применил своё заклинание, которое потом вышло из-под контроля, — она указала на красную полосу на стене. — Я шла вдоль этой полосы, используя её как указатель.

— Похоже, эту решётку сломали не так давно, как предыдущую, — заметил Пёрпл Бесом.

— Ведите, мисс Бранч, — ответил Спарк. — Я тогда был без сознания, так что надежда только на вашу память.

Следом за зелёной единорожкой пони вошли в боковой проход. Санбёрст скрупулёзно отсчитывал шаги, определял по компасу направления и записывал повороты. Им пришлось несколько раз свернуть в боковые тоннели, следуя за Мосси. Наконец, зелёная единорожка остановилась у входа в круглое помещение, указав на символ у входа — перечёркнутое копыто в круге, и три точки снаружи от круга, под 120 градусов — одна сверху и две снизу по бокам.

— Это — уцелевшая негейт-камера, — сухо произнесла Мосси Бранч. — Лучше всем отойти подальше, эти тоннели частично приобрели аналогичные свойства.

Пони попятились, рядом с камерой остались только Мосси, Санбёрст, Старлайт и Каттер. Старлайт скастовала диагностическое заклинание. Оно окутало пол и стены свечением, которое начало быстро распадаться на более яркие и менее яркие зоны. Там, где яркость была больше, она сохранялась. Там, где тусклее, свечение магии быстро угасало и через пару минут погасло совсем. В основном эти тусклые зоны были на полу — стены продолжали светиться.

— Кажется, дело тут не в столько в обломках, — произнесла Старлайт. — Здесь на полу какой-то тонкий слой вещества, поглощающего магию. Постарайтесь не наступать на места, где нет свечения.

Пёрпл Бесом подошёл ближе, достал небольшой совочек и пустую банку, и собрал немного пыли и грязи с пола. В этих тоннелях было сухо.

— Я взял пробу, — сказал пурпурный единорог, отходя обратно. — Лучше нам здесь дольше не оставаться. Мистер Санбёрст, вы отметили место на карте?

— Да, конечно, — ответил роговодитель Понивилльской лаборатории.

— Тогда идёмте отсюда.

— Мистер Бесом прав, — поддержала Мосси Бранч. — Идёмте.

— Минутку, — сказала Старлайт.

Она создала яркий шарик магии и ввела его в круглую комнату, помеченную знаком «Не входить». Шарик тут же погас.

— Не получится, — покачала головой Мосси. — В негейт-камере магия света гаснет. Я даже шарик света не могла там скастовать.

— Получится, — ответила Ансиент Шард, достав из седельной сумки косметический набор. Она раскрыла его, в крышке внутри оказалось зеркальце.

— Давайте, я подержу, — Лира сообразила сразу и взяла зеркальце телекинезом.

Старлайт создала ещё один шарик света, Лира приставила к нему зеркальце и повернула так, чтобы луч света падал внутрь негейт-камеры. Яркий свет выхватил из тьмы грубую кладку стен. На каменных блоках виднелись высеченные руны и углубления, в которых что-то темнело. На полу, усыпанном чем-то похожим на чёрную пыль, валялись кусочки штукатурки.

— Здесь на полу что-то чёрное, — произнёс Спарк, заглянув в негейт-камеру. — Подозреваю, именно оно и вытягивает магию из пони!

Он внимательно изучил руны на стенах.

— Всё ещё сложнее, чем мы думали, — произнёс маг. — Эти руны вскрывают полости с порошком, вделанные в купол, когда в камеру кто-то заходит. Нам с мисс Бранч ещё повезло, что эта ловушка сработала задолго до того, как мы в неё вошли в прошлый раз. Нас не обсыпало порошком, он был только на полу. Если порошок негатора попадёт в организм, пони потеряет магию навсегда.

— Нам всем нужно будет тщательно помыть копытца, когда мы выйдем отсюда, — заметила Ансиент Шард. — Это похоже по описанию на действие чёрных кристаллов Сомбры.

— Эта камера была построена задолго до Сомбры — ответил Пёрпл Бесом, скастовав заклинание датировки на стену, отделявшую камеру от тоннеля.

— Мисс Шард, сфотографируйте камеру изнутри, пожалуйста, — попросила Марбл. — Нам нужно понимать, что там за руны использованы.

Ансиент Шард сделала несколько снимков, постаравшись заснять по максимуму видимую часть негейт-камеры, которую подсвечивала Лира.

— Теперь ясно, как работает камера, — сухо произнесла Мосси Бранч. — Простые обломки нам не помогут. Нужен именно этот чёрный порошок. Давайте хотя бы отойдём от входа в камеру. Я физически чувствую, как утекает магия.

— Я тоже, — согласилась Старлайт.

Пони поспешно покинули опасное место.

— Просто собирать механической лапой обломки бесполезно, — сказал Шарп Каттер. — Нужно как-то собрать порошок. Пони это сделать не могут — слишком велика опасность, что пыль попадёт в организм.

— Давайте пройдём по длинному тоннелю до конца, — предложила Марбл. — Мы же свернули в боковой тоннель, следуя за красной полосой. Хотелось бы знать, куда этот тоннель ведёт.

Выйдя из бокового тоннеля в основной, пони направились дальше. Мосси Бранч, Старлайт, Санбёрст и Каттер выглядели уставшими, даже недолгое пребывание в тоннеле, рядом с которым разрушились негейт-камеры, отняло силы. Старлайт проверила заряд аккумулятора. В тоннеле возле камеры он успел слегка разрядиться. Выбравшись в основной тоннель, сиреневая единорожка перевела аккумулятор в режим разряда, присоединив к клеммам антенны. Между ними побежали снизу вверх радужные волны и всполохи магии. Единороги сгрудились вокруг аккумулятора, восстанавливая силы. Полностью восстановиться не получилось, аккумулятор быстро разрядился, но идти стало легче.

— Не представляю, как мы будем работать с этим порошком, — обеспокоенно пробормотал Каттер. — Я постоял там несколько минут и на выходе в тоннель ощущал себя как выжатый лимон.

Пони двинулись дальше по тоннелю. Они прошли ещё около сотни селестиалов и упёрлись в каменную стену.

— Просто тупик? — удивлённо спросил Санбёрст.

Марбл внимательно разглядывала кладку, водя шариком света возле стены.

— Здесь когда-то была арка входа, — пояснила роговодитель археологов. — Потом её, похоже, заложили камнями.

Старлайт подошла к стене, приложила к ней ушко и внимательно прислушалась:

— Я слышу скрип металла, очень знакомый. Где-то я его уже слышала, — она тоже осмотрела стену, потом просканировала её заклинанием. — Отойдите все подальше.

Пони дружно попятились. Старлайт тоже отошла от стены, затем её рог засветился, и один из камней на уровне глаз пони исчез в белой вспышке телепорта, появившись на полу под стеной. В отверстие проник луч света.

Марбл подошла к отверстию и заглянула в него.

— Мы у самой башни. За этой стеной один из залов на промежуточных этажах. Это скрипит подъёмник. Мисс Глиммер, вы не могли бы телепортировать ещё несколько камней, чтобы сделать проход? Вы, к сожалению, единственная из нас, кто владеет телепортацией.

— Смогла бы, не будь я так вымотана, — честно призналась Старлайт.

— Мисс Глиммер не единственная владеющая заклинанием телепорта, — Айрон Спарк подошёл к стене. — Но я тоже чувствую себя слишком слабым.

— Позвольте мне, — сухо произнесла Мосси Бранч.

Пони посторонились, отойдя от стены. Зелёная единорожка наклонила голову, её рог засветился — и по каменной кладке вдруг побежали зелёные стебли, похожие на лианы или вьюнок. Они опутывали камни, внедрялись в кладку, разрушая швы, пролезли в отверстие и вылезли на другой стороне. Пони вытаращили глаза на невиданную магию. Камни зашевелились, из швов посыпалась раскрошенная известь.

— Осталось только подтолкнуть, — устало переведя дух, произнесла Мосси Бранч.

Санбёрст, Парчмент Скролл, Пёрпл Бесом и Айрон Спарк вместе навалились на стену — и едва не выпали, когда расшатанные стеблями камни высыпались в смежное помещение. Перед учёными открылся неровный проход в один из промежуточных этажей башни на окраине города.

— Благодарю, мисс Бранч, ваше умение сработало замечательно, — констатировал Спарк, первым выбравшись в башню.

Остальные пони вышли в зал следом за ним. Через несколько минут они уже поднялись на подъёмнике на поверхности и направились к замку. У Кристального Сердца единороги задержались, восстанавливая запас магии, потом отмылись после исследования грязных подземелий и отправились в ближайшее кафе, поужинать. Санбёрст ещё зашёл на почту и отправил телеграмму в Мэйнхеттен, в MIT, с просьбой изготовить как можно больше оптоволокна.

—=W=—

Исследованием проб и печатью фотографий пони занялись на следующий день. Пока Сильвер Гем проявляла плёнку и печатала фотографии, Фрея Эск, Старлайт и Санбёрст провели серию химических анализов образцов, которые взял в тоннеле Пёрпл Бесом. После обеда все собрались обсудить результаты. И они оказались довольно неожиданными.

— Химические анализы показали, что чёрный порошок, который мистер Бесом собрал в тоннеле — это обсидиан, — сообщил Санбёрст.

— Обсидиан? — удивилась Марбл.

— Но обсидиан необычный, — добавила Старлайт. — Любая магия пони, которая его касается, пропадает.

— В этом есть смысл, — заметила Мосси Бранч. — Чёрные кристаллы, которые использовал Сомбра, тоже похожи на обсидиан. Может, этот порошок — перемолотые кристаллы?

— Но мы использовали обсидиан в конструкции ракет, чтобы изолировать рунные схемы, — вспомнила Саншайн. — Если бы они вытягивали магию, схема не могла бы работать. Насколько мы знаем, обсидиан блокирует магию пони, но не вытягивает её из пони.

— Всё верно, — ответил Спарк. — Негейт-камера работает иначе. Обычная магия пони не действует на обсидиан. Обычный обсидиан не вытягивает магию из пони. Обычный обсидиан не рассыпается в порошок, это очень стойкий и долговечный материал. Что-то, пока нам неизвестное, активирует процесс, придавая обсидиану свойства, изначально ему не присущие. Помните, негейт-камера, куда мы заглядывали — круглая. В куполе множество небольших ниш, заполненных этим порошком. Когда в камеру кто-нибудь входит, руны реагируют и открывают эти ниши. Порошок просыпается на вошедшего. Хоть немного, но вошедший вдохнёт, тем более — в темноте. Это ведёт к потере магии.

— Мне непонятно, почему молотый обсидиан в пробах, собранных мистером Бесомом в тоннеле, приобрёл такие свойства, — произнёс Санбёрст. — Он точно так же отключает магию, как и целая негейт-камера, только слабее. Мы использовали обсидиан для экранирования рунных схем в ракетах. Там он магию не поглощал, а просто служил экраном.

— Насчёт свойств порошка — у меня нет прямого ответа, — признал Спарк. — Могу только предположить, что единожды каким-то образом активированный, возможно, какой-то магией, обсидиан сохраняет свойство поглощать магию даже после того, как кристалл рассыпается в порошок.

— Проблему так или иначе нужно решать, — холодно произнесла Мосси Бранч. — Мы можем не строить камеру вокруг Тирека, а просто посыпать его этим порошком. Но нам придётся как-то собрать порошок в том коридоре.

— Это имеет смысл, — согласился Санбёрст.

— Вы ещё подумайте, — сказала Саншайн, — а мы с Лирой пойдём, посоветуемся с друзьями.

Единороги продолжали обсуждение, а метеоролог с подругой спустились в пятый контур комплекса, в зал портала, где стоял портативный компьютер, подключённый к беспроводной сети. Лира взяла стилус, разбудила компьютер и увидела в окне чата сообщение от L122:

«Я подготовила файл прошивки печати для вашего эквиноида, которого вы называете автоматоном и загрузила его на ваш переносной компьютер. Вам нужно будет подключить компьютер проводом к станку, который прожигает печати, положить на станок заготовку нужного диаметра, включить станок и набрать в терминале компьютера следующие команды:…»

Далее следовал набор из нескольких команд.

— О-о, наконец-то мистер Каттер сможет восстановить сестру леди Эйелинн! — обрадовалась Лира.

Затем по подсказкам Саншайн единорожка набрала сообщение, коротко описав примерное устройство негейт-камеры.

Человек ответил через пару минут:

«Если вам нужно собрать этот опасный порошок — решение есть. Вы знаете, что такое пылесос?»

Лира и Саншайн переглянулись.

— Что-то, что сосёт пыль? — предположила метеоролог.

«Эм-м… нет», — набрала в ответ Лира.

«Сейчас найду схему», — написал Андрей.

Через минуту в окне на экране компьютера появилась картинка: ёмкость, поделённая пополам фильтром, к передней части был пристыкован гибкий шланг, в задней располагался вытяжной вентилятор.

«Вот такая штука поможет вам собрать порошок, — написал человек. — Чтобы не возиться с быстро забивающимися фильтрами, нужно поставить насадку-циклон. Сейчас найду.»

Ещё через пару минут на экране появилась вторая картинка — перевёрнутый конус с двумя трубками и ёмкостью в нижней части. Стрелки показывали движение воздуха. Судя по изображению, поток закручивался в конусе, спускаясь в ёмкость, а затем поднимался наверх, уже очистившись от песка и пылинок.

«Вот, — написал человек. — Совсем без фильтров обойтись не получится, мелкая пыль всё равно в пылесос попадать будет, но намного меньше, чем без циклона. Насчёт обработки Тирека — я бы вообще накормил бы его этим порошком, возможно, даже замешав порошок в какое-нибудь фруктовое желе, чтобы было как можно меньше пыли в воздухе. Так безопаснее для пони.»

— Ой… — Лира и Саншайн снова испуганно посмотрели друг на друга.

«Но ведь Тирек тогда навсегда потеряет магию!» — написала Лира.

«Вы уж определитесь, что вам больше нужно — обезопасить пони, навсегда исключив для Тирека возможность им вредить, — продолжил человек. — Или сохранить ему возможность снова и снова сбегать из Тартара, подвергая опасности жизни пони. На мой взгляд, хватило бы уже того, что он натворил в Понивилле. Вообще, доложите варианты принцессам, и пусть они решают. У них и опыт побольше, и привычка брать ответственность за непростые решения. Ваше дело — предложить пути решения проблемы.»

— Знаешь, Андрей прав, — поразмыслив, произнесла Саншайн, — Тирек — это проблема для всей Эквестрии, а значит, её решение в юрисдикции принцесс. Лира, напиши, что мы поняли, и передай Андрею спасибо.

«Спасибо большое! Пылесос действительно решает проблему с порошком, — написала Лира. — Насчёт Тирека — доложим принцессам, пусть решают. У них тысячелетний опыт.»

Лира и Саншайн вернулись в лабораторию, где единороги продолжали обсуждать проблему, и метеоролог рассказала им, что предложил Андрей. Распечатать картинку было не на чем, поэтому Лира схематично изобразила её на листе бумаги.

— Это выглядит как возможное решение проблемы, — задумчиво произнёс Санбёрст. — Но кому-то нужно будет зайти в негейт-камеру. Это опасно.

— А что если приделать этот пылесос к тому секироголовому Стражу, которого мы починили? — спросила Лира. — К тому, что ходит по пятому контуру? Попросим леди Эйелинн уговорить его нам помочь?

— Кстати, мистер Каттер! Люсия прислала прошивку для печати автоматона! — вспомнила Саншайн. — И инструкцию, как её прожечь с помощью того станка.

— О! — встрепенулся учёный. — Наконец-то! Можно будет попробовать. Станок работает, несколько подходящих заготовок я тоже нашёл. Насчёт этого пылесоса — принцип я понял, но чем вы собираетесь создавать разрежение в корпусе? Человек нарисовал тут что-то вроде вентилятора, но его нужно чем-то крутить. Нужен какой-то двигатель.

— Сделаем проще, — предложила Старлайт. — Я могу сделать рунную схему, которая будет при активации телепортировать молекулы воздуха за пределы корпуса. Это будет создавать разрежение внутри.

— Да, вот это можно будет сделать быстрее, — одобрил Каттер.

— Мистер Каттер, — подал голос Санбёрст. — Можно попросить вас помочь с разработкой и чертежами?

— Попробую нарисовать, — согласился учёный.

-=W=-

2022 год н. э.

Исторический раздел форума, куда Андрей Петрович пристрастился заходить ежедневно, оказался не менее интересным, чем технический. Инженер в целом интересовался историей и надолго залип в разделе «Античность», читая посты в темах «Египет», «Ближний Восток», «Греция», «Рим». Тем более, что все посты автоматически переводились на выбранный в профиле язык, пусть и немного коряво, но достаточно понятно.

Ещё интереснее оказались обсуждения по тематике Средних веков. Андрей Петрович интересовался тематикой Крестовых походов и последующего периода. Читая соответствующие темы на форуме, он обратил внимание, что изредка там попадались посты, содержащие очень конкретные детали. Настолько конкретные, что, казалось, автор поста не просто побывал в описываемом месте — городе, замке или на местности — но и был там именно в описываемое время. Как правило, автор поста ссылался на какие-то документы, письма, доклады. В некоторых постах приводились даже фотокопии документов — старые пожелтевшие пергаменты, написанные на латыни или старофранцузском.

Таких постов было относительно немного, и инженер как-то между делом заметил, что авторы этих постов на форуме имели ники с номерами меньше первой тысячи. Ники отличались по цвету, его собственный был зелёным, как и большинство прочих, но оттенки зелёного различались, некоторые были светлее, некоторые темнее, у кого-то был оттенок ближе к болотному, у кого-то яркий, почти спектрально чистый зелёный.

А вот у участников с номерами из первой тысячи оттенки ников были любыми. Всех цветов, разрешённых в HTML. Андрей Петрович пытался уловить какую-то закономерность, но разноцветные ники с короткими номерами встречались на страницах форума относительно нечасто.

Структура форума была довольно хитрой и разветвлённой. Инженер вначале читал историю Крестовых походов в целом, зависнув в этом разделе форума на несколько дней. Затем он случайно перешёл по ссылке, чтобы посмотреть годы жизни одного из Великих Магистров ордена тамплиеров — и удивился, насколько подробной оказалась его биография на форуме. Ради интереса он сравнил данные с форума со страницей в Википедии — в вики информация была представлена очень кратко, по минимуму.

«В принципе, это логично. Вики даёт только краткое представление, основы», — подумал он.

Читая биографию, он наткнулся на любопытные факты, перешёл по ссылкам дальше — и залип в интереснейших подробностях. Через час, с трудом оторвавшись от чтения, он ради интереса взглянул на общее оглавление раздела, посвящённого ордену. Степень подробности впечатлила. Перечень прецепторий ордена казался бесконечным — прокрутив его до конца, Андрей Петрович увидел, что последние номера в списке перевалили за девять тысяч. По каждой из прецепторий были приведены достаточно подробные сведения. Современные фотографии — там, где сохранились строения, средневековые планы и чертежи — там, где удалось их найти, и даже цифры статистики, включая размер годового дохода в разные годы.

Раздел «Биографии» был не менее богатым — здесь были не только жизнеописания наиболее известных фигур из руководства ордена, но и биографии многих рыцарей рангом пониже. У большинства были приведены генеалогические древа, прослежены потомки вплоть до настоящего времени, если такие потомки были.

Обсуждения на форуме были, как правило, строго научного характера, поэтому инженер более чем удивился, обнаружив очень объёмную ветку обсуждений, посвящённых так называемому проклятию тамплиеров и тайне исчезновения эскадры из восемнадцати кораблей, вышедших в ночь с 12 на 13 октября 1307 года из порта Ла-Рошель. Те несколько видеороликов на Youtube и публикаций в сети, которые ему попадались, были переполнены дешёвыми сенсациями, и Андрей Петрович никак не ожидал, что эту тему будут всерьёз и долго обсуждать на научном форуме.

Однако, сведения оказались более чем подробные, включая поимённый перечень исчезнувших кораблей, имена капитанов, которые ими командовали, и даже фотокопии документов из портов, в которые они заходили до октября 1307 года, с современными расшифровками. Степень подробности информации выглядела впечатляющей — похоже было, что специалисты на форуме всерьёз изучали вопрос, который официальной наукой последовательно игнорировался. К сожалению, страницы форума по некоторым ссылкам не открывались — вместо них появлялась страница с надписью «Доступ только для специалистов».

Вернувшись к обсуждению «проклятия», инженер отметил, что и в этих обсуждениях не было атмосферы дешёвой сенсации. Были приведены биографии основных фигурантов: папы Климента V, французского короля Филиппа IV, его троих сыновей, сошедших в могилу следом за ним, не оставив наследников, самого Великого Магистра Жака де Молэ. Биографии были очень подробные, многие детали подтверждены документами.

Он обратил внимание на короткий комментарий, оставленный в мае 2022 года: «Великий Магистр явно был предупреждён заранее. Чтобы вывезти и погрузить на корабли архив ордена, нужна была не одна неделя. Старик пожертвовал собой, чтобы не подвергать опасности архивы. Он был упрям, возможно, немного наивен в целеполаганиях, но далеко не безрассуден.» Андрей Петрович обратил внимание на ник автора этого комментария — F1 цвета индиго, один из самых коротких, попадавшихся ему на форуме.

Через пару дней после его изысканий в этом разделе форума ему написал антиквар:

«Здравствуйте, Андрей Петрович. Давненько не слышно никаких новостей от вас.»

«Здравствуйте, Арон Моисеевич, — ответил инженер. — Да у меня особых новостей и не было.»

«Ваши друзья тоже новых текстов для перевода не присылали?» — поинтересовался антиквар.

«Пока нет, они там были сильно заняты другими делами», — ответил Андрей Петрович.

«Жаль, жаль, — посетовал Арон Моисеевич. — А мне тут один знакомый привёз посмотреть очень любопытный артефакт. Он тут проездом ненадолго. Если у вас найдётся немного времени — заезжайте взглянуть?»

«Спасибо, сегодня после работы могу заехать», — написал инженер.

«Заходите, буду рад показать, — ответил антиквар. — Вещица очень занятная.»

Зайдя в ломбард, Андрей Петрович увидел, помимо хозяина, ещё одного мужчину. Неопределённого возраста, по виду лет пятьдесят — шестьдесят, интеллигентной внешности, в хорошем тёмно-синем костюме, в очках и при галстуке.

— Здравствуйте, Андрей Петрович, прошу, проходите, — Арон Моисеевич вышел из-за стойки приёмщика, приветствуя посетителя. — Вот, прошу знакомиться, это Виктор Алексеевич, археолог, специалист по различным древностям.

— Здравствуйте, рад познакомиться, — Виктор Алексеевич пожал протянутую руку.

Антиквар пригласил их обоих пройти в кабинет, расположенный за дверью, которую инженер в прошлый свой визит счёл входом в подсобку. Но там был полноценный рабочий кабинет — ноутбук на столе, принтер, шкафчик с книгами, два удобных кожаных кресла.

Они уселись возле стола, и Виктор Алексеевич с интересом взглянул на собеседника.

— Я помогал Арону с переводом книг, что вы присылали, — произнёс он. — Весьма интересные тексты.

— Арон Моисеевич сказал, у вас есть какой-то артефакт? — спросил инженер.

— Да, верно.

Виктор Алексеевич достал из стоявшего у стола портфеля плоскую коробку, положил её на стол, снял крышку. В коробке на чёрном бархате лежала старинная серебряная астролябия.

— Можно взглянуть? — спросил Андрей Петрович.

— Да, конечно.

Он осторожно взял в руки серебряный диск. Шкалы были аккуратно выгравированы и прорисованы чернью. Латинские буквы, линии и метки ярких звёзд тоже были зачернены. «Паук»⁽²⁾ астролябии был очень тонкой работы. Шляпка центрального штифта, вокруг которого вращался подвижный диск, была выполнена как равновеликий крест с расширяющимися концами.

— Ого! Какая редкость… — произнёс инженер, разглядывая древний прибор.

— Двенадцатый век, — отозвался Виктор Алексеевич. — На обороте есть имя мастера и имя заказчика.

Андрей Петрович машинально перевернул диск. Имя мастера он разобрал как «Гильом», имя заказчика было частично стёрто.

— Редкий экземпляр, и в прекрасной сохранности, — похвалил инженер. — Из частной коллекции, видимо?

— Можно и так сказать, — улыбнулся Виктор Алексеевич. — Особенно интересна даже не сама астролябия, а место, где её обнаружили.

— И где? — поинтересовался инженер.

Виктор Алексеевич повернул ноутбук экраном к нему. На экране были открыты Google Maps, и на карте стояла отметка — в середине Евразии, немного восточнее южной оконечности Уральских гор.

— Гм… Неожиданно, да, — признал Андрей Петрович. — Но, скорее всего, эта вещь сменила не одного хозяина, прежде, чем попала туда.

— Это самое простое объяснение, — улыбнулся Виктор Алексеевич. — Но самое простое объяснение не всегда самое верное. Вы ведь читали об ушедших кораблях?

— Да, разумеется, — кивнул инженер. — Насколько помню, во Франции было арестовано порядка двух тысяч рыцарей и сержантов ордена, а всего в нём было порядка двадцати тысяч. В Германии и в Британии их оправдали. В Португалии и на Кипре их вообще никто не не арестовывал. Шотландия в принципе не подчинялась папе римскому. Было бы странно считать, что орден был уничтожен. Скорее, перешёл на нелегальное положение, частично сменив целеполагание. Достаточно взглянуть на паруса каравелл Колумба и Васко да Гама, чтобы сделать такой вывод. Но я что-то сомневаюсь, что кто-то из ордена добрался до Урала и Западной Сибири. Хотя бы потому, что в Португалию было ближе и теплее. Да и главная штаб-квартира ордена в это время была на Кипре. Вообще вокруг этой темы дешёвого хайпа и конспирологии много накручено.

— Вы хорошо разбираетесь в основах вопроса, для неспециалиста, — Виктор Алексеевич доброжелательно улыбнулся. — Судя по вашим посещениям разделов форума, вас интересует история ордена?

— Да, я интересуюсь историей в целом, и историей Крестовых походов в частности, — кивнул инженер. — История ордена неотделима от этого периода. Вы следите за посетителями форума? Или конкретно за мной?

— Ну что вы… Я просто посмотрел вашу историю просмотров на форуме, чтобы понимать круг ваших интересов, — Виктор Алексеевич снова улыбнулся. — Мне сказали, что у вас тоже есть некая книга, которую вы собираетесь вернуть? Та самая, текст из которой мы с Ароном переводили?

Андрей Петрович насторожился. Отрицать наличие книги было глупо, и он нехотя подтвердил:

— Есть…

— Не волнуйтесь, — успокоил его Виктор Алексеевич. — Это ваше решение, и мы его уважаем и поддерживаем.

— «Мы»? — переспросил инженер. — «Мы» — это кто?

— Неформальное сообщество историков, пользующееся этим форумом, — пояснил Виктор Алексеевич.

— Вы имеете какое-то отношение к создателям этого форума?

— Я пользуюсь форумом, как и вы, но не знаю, кто его создал, — покачал головой его собеседник. — Меня попросили связаться с вами, чтобы помочь с подготовкой поездки. У меня есть некоторый экспедиционный опыт. Я правильно понял, что у вас нет опыта подобных путешествий?

— Нет, я даже туризмом не увлекался, — подтвердил Андрей Петрович. — Чисто городской житель, ни разу даже не ночевал в палатке. А кто попросил?

— Кто-то из администраторов форума, — ответил Виктор Алексеевич. — Судя по нику — М7.

— А, понял, — инженер не стал уточнять, что это Марина. — А какое отношение ко всему этому имеет астролябия?

— В общем-то никакого, я её взял больше для начала разговора. Нет ничего лучше для начала беседы, чем предмет или тема, интересующая обоих, — снова улыбнулся археолог. — Пожалуй, я подготовлю вам список снаряжения, которое вам понадобится. Мой контакт вам Арон Моисеевич скинет. По-хорошему, конечно, вам не помешал бы опытный проводник.

— Я пока даже не представляю, куда мне предстоит отправиться, — ответил Андрей Петрович.

— Об этом не беспокойтесь, — Виктор Алексеевич ответил коротко. — Вас известят об этом, как только всё будет готово. И ещё одно. Меня просили передать вам одну небольшую просьбу.

— Я слушаю.

— Поскольку вам предстоит важная встреча, чтобы передать книгу её хозяевам, — начал Виктор Алексеевич, — не могли бы вы передать им также ещё одну вещицу? Она невелика и будет вам в тягость во время путешествия.

— Давайте, передам, конечно, — согласился инженер. — Только я ещё не знаю, когда это будет.

— Как мне сказали, скорее всего, уже скоро, — успокоил учёный. — Сейчас эта вещь не у меня. Вам её передадут позже. С вами ещё свяжутся.

— А, вот как? — Андрей Петрович не особенно удивился, понимая, что ему ещё должны сообщить, куда прибыть для встречи. — Ну, хорошо. Буду ждать следующих инструкций.

— Благодарю вас, уважаемый Андрей Петрович, — археолог положил серебряную астролябию обратно в коробку и поднялся, явно намекая на окончание разговора.

Они распрощались. Уже выйдя на улицу, Андрей Петрович поймал себя на мысли, что что-то в облике собеседника показалось ему необычным. Идя к остановке автобуса, он перебирал в памяти запомнившиеся детали. Профессорская внешность… тёмно-синий костюм, не сказать, что дорогой, но аккуратный. Галстук, блестящий, синий, с ниткой люрекса или как там это называется? Зажим для галстука… Инженер вдруг остановился. В момент разговора он не обратил внимания на эту деталь, но сейчас она неожиданно всплыла в памяти. Его собеседник носил на галстуке зажим, украшенный маленьким красным крестиком. Красным равноконечным крестиком с расширяющимися концами.

—=W=—

Кристальная империя.

Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.

Вечером Каттер начертил чертежи циклона и пылесоса. Предложение Старлайт заменить вентилятор уже отработанной рунной схемой, телепортирующей молекулы воздуха из камеры, многократно упрощало конструкцию. Утром, отдав чертежи в работу, учёный попросил Лиру помочь ему с компьютером. Вместе они принесли переносной компьютер из пятого контура в производственные помещения в третьем, поставили его на столик на колёсиках и подключили проводом к станку для изготовления печатей.

Станок к этому времени перебрали ещё раз, отладив механизм. Каттер несколько раз проверил его, ставя переключатели управления в разные положения и наблюдая, как реагирует механизм. Затем он положил заготовку в углубление переходника, вставленного во впадину на наклонном столе станка. К ним подошли археологи из команды Марбл, с ними также пришли Мосси Бранч и Айрон Спарк.

— Прошу вас, мисс Хартстрингс, — Каттер кивнул единорожке. — Прошу всех немного отойти и сохранять полную тишину. Мисс Хартстрингс будет проводить очень сложный магический ритуал.

Столпившиеся вокруг станка пони нехотя попятились назад. Лира набрала первую команду из списка, присланного Люсией. На экране появилось несколько строчек. Зелёная единорожка тщательно сравнила их с теми, что прислала Люсия, удовлетворённо кивнула и набрала следующую команду. Эта команда была длинной и важной. В примечании Люсия объяснила, что команда задаёт путь к новому файлу прошивки, и в нём нельзя делать ошибок. Но, если путь указан верно, нужно набрать первые буквы имени файла, нажать одну из рун, и правильное имя должно само появиться в строке. Лира набирала команду предельно внимательно, дважды проверила путь, затем нажала стилусом на указанную руну, и имя подставилось в строку.

— YAY! — удовлетворённо прошептала Лира и набрала третью команду, запуская процесс.

Древняя машина на каменном основании ожила. На панели переключателей вспыхнули жёлтым светом несколько рун. Затем они мигнули, погасли, вместо них оранжевым светом засияли другие руны. Тяжёлый стальной цилиндр на коротком подвижном рычаге шевельнулся, изменил положение, нацелившись на заготовку печати. Стальной диск переходника начал вращаться, и одновременно из линзы на нижнем конце цилиндра ударил яркий луч. Послышалось шипение, потрескивание, от заготовки печати пошёл дымок. Луч медленно двигался от центра печати к краю, оставляя на заготовке сложный рунический рисунок. По заготовке из горного хрусталя бегал, разбрасывая искорки, небольшой огонёк, оставляя за собой неглубокую раскалённую канавку.

Пони замерли. Они ни разу ещё не видели ничего подобного. Даже в древних легендах, передававшихся устно из времён, когда пони не знали письменности, не было упоминаний о подобных чудесах.

Обработка продолжалась недолго, меньше минуты. Когда луч магии погас, дым прекратился, диск перестал вращаться, и Лира увидела на экране компьютера сообщение, что процесс завершён.

— Кажется, готово, — сказала зелёная единорожка, ещё сама не веря, что у них получилось.

— Замечательно! Спасибо большое, мисс Хартстрингс, — поблагодарил Каттер. — Сержант, — он повернулся к командиру наряда гвардейцев, всегда сопровождавших учёных при походах в комплекс. — Пошлите кого-нибудь предупредить леди Эйелинн. Её помощь нам понадобится.

Сержант отдал короткий приказ, и один из кристальных гвардейцев побежал к выходу. Каттер осторожно вынул телекинезом печать и положил её на столик на колёсиках рядом с компьютером. Лира отключила кабель от станка и вместе с Каттером покатила столик к большому столу, где лежала полуразобранная механическая пони — сестра леди Эйелинн. Каттер и Грип Спаннер осторожно установили печать на место и подключили магический аккумулятор. Они пока не спешили собирать механизм и устанавливать внешние эмалированные панели корпуса.

— Давайте сначала попробуем её включить, — предложил Грип Спаннер.

— Попробуем, — согласился Каттер. — Но как? Когда мы ремонтировали леди Эйелинн, она была включена. А как включить её сестру сейчас?

— Не знаю, — признал Спаннер. — Я ожидал, что она сама включится, когда мы установим печать на место.

— Я, признаться, тоже, — Каттер был озадачен. — Давайте подождём леди Эйелинн, может быть, у неё получится включить этого автоматона.

Им пришлось подождать минут двадцать, прежде чем появилась механическая пони в сопровождении двух гвардейцев. Подойдя к учёным, автоматон слегка поклонилась.

— Здравствуйте, леди, джентлькольты, мистер Каттер, мистер Спаннер. Благодарю, что продолжаете работать с моей сестрой.

— Продолжаем, леди Эйелинн, — подтвердил Каттер. — Печать установили, но ваша сестра почему-то не включается. Возможно, мы что-то не так сделали.

— Позвольте взглянуть.

Автоматон подошла к столу и внимательно осмотрела лежащий на нём полуразобранный механизм. Она не спешила с выводами. Наконец, Эйелинн закончила осмотр и повернулась к учёным.

— Вы сделали несколько ошибок, потому моя сестра и не включается. Печать установлена неправильно. Полярность подключения аккумулятора перепутана. И вы не подключили рунные таблички основной памяти.

— А-а, понятно! — обрадовался Каттер. — Надеюсь, мы ничего не испортили? Вы можете поправить?

— Полагаю, да.

Рог механической пони засветился, она перекинула телекинезом провода на клеммах кристаллического аккумулятора. Затем взяла рунные таблички из коробки, где они лежали, пока Грип Спаннер ремонтировал механизм, и установила их в разъёмы. Наконец, она начала осторожно поворачивать новую печать в её углублении, пока рунная вязь на ней не замерцала неярким сиянием.

— Теперь нужно немного подождать, пока системы инициализируются, — Эйелинн отступила на шаг, её сапфировый рог погас.

Одна пара тройных кристаллических зрачков едва заметно замерцала голубым светом. Постепенно сияние стало ярче, как будто внутри сапфировых линз разгорались огоньки.

Каттер тоже сделал шаг назад и в сторону, чтобы видеть каменную мордочку автоматона спереди:

— Странно, светится один из трёх зрачков слева и один из трёх справа, — пробормотал он. — Она в порядке?

— Это обычный порядок при инициализации систем, — ответила Эйелинн. — Надо немного подождать.

Через некоторое время засветилась вторая пара зрачков. Эти кристаллы мигали, неторопливо и размеренно. Каттер, Грип Спаннер и Эйелинн терпеливо ждали. Через пару минут вторая пара зрачков перестала мигать и загорелась ровным голубым светом. Эйелинн удовлетворённо кивнула. Третья пара зрачков мигнула один раз и погасла.

— Эм-м… Что-то не так? — Каттер обеспокоенно вглянул на Эйелинн.

— Тест не проходит, — коротко ответила механическая пони. — Попробую разобраться.

Она выдвинула провод с разъёмом на конце, взяла разъём телекинезом и подключилась к разъёму на полуразобранном автоматоне. Затем зрачки Эйелинн замигали, то один, то другой, последовательность миганий выглядела сложной и запутанной. Каттер с механиком смотрели на механическую пони с суеверным ужасом. Археологи, напротив, были спокойны — они уже видели, как Эйелинн проводила подобное сканирование, когда они только нашли второго автоматона.

Исследование продолжалось несколько минут. Затем зрачки Эйелинн перестали мигать, рог засветился, она отсоединила разъём и убрала кабель, затем повернулась к Лире:

— Мисс Харстрингс, позвольте попросить вас о помощи?

— Меня? — Лира очень удивилась.

— Вы уже неплохо научились управляться с этим переносным компьютером, — пояснила механическая пони.

— А, конечно, — зелёная единорожка подошла к столику с компьютером и подкатила его поближе к лежащему на большом столе механизму. — Что нужно делать?

— Подключите кабель компьютера к разъёму эквиноида, пожалуйста, — попросила Эйелинн.

Лира воткнула кабель в разъём и вопросительно взглянула на автоматона.

— Теперь нужно набрать команду, но я её не знаю, — объяснила Эйелинн. — Её давала мисс Люсия, удалённо, когда считывала прошивку моей печати. Но команда должна была сохраниться в истории команд.

— Э-э… А как эту историю посмотреть? — спросила Лира. — Я же не знаю…

— История команд хранится в скрытом файле, его можно просмотреть командой, — пояснила Эйелинн.

Механическая пони подсказала Лире нужную команду, единорожка ввела её в терминал, и на экране открылся файл с командами. Эйелинн несколько минут изучала его содержимое, прокручивая файл на экране, затем указала стилусом нужную команду:

— Вот команда, которую вводила удалённо мисс Люсия, но она считывала мою печать. Нам нужно поменять параметры в этой команде. Сейчас, минутку, — она замерла на несколько секунд, глядя в экран. — Вводите команду, которую я составила, в терминал, мисс Хартстрингс, я буду вам диктовать.

Лира медленно набрала длинную команду по подсказкам Эйелинн. Закончив, она отодвинулась, предоставив автоматону возможность проверить набранную команду перед вводом.

— Да, всё правильно, — произнесла механическая пони. — Нажмите ввод.

Лира ввела команду в терминал… и ничего не произошло. Единорожка озадаченно посмотрела на Эйелинн.

— Эм-м… Ничего?

— Так и должно быть, мисс Хартстрингс, — успокоила её автоматон. — Нужно подождать, пока не появится приглашение командной строки. Сейчас команда работает, она считывает дамп рунных табличек. Видите, курсор в начале командной строки пропал? Когда команда отработает, курсор появится снова.

Они подождали несколько минут, пока не появился курсор.

— Очень хорошо, мисс Хартстрингс, — ровным спокойным голосом произнесла Эйелинн. — Теперь давайте спустимся в пятый контур, нам нужен зал портала.

Лира и Эйелинн отключили компьютер от автоматона и отнесли его в портальный зал. Археологи, Каттер и Грип Спаннер отправились с ними, им было очень любопытно. По просьбе Эйелинн Лира переключилась на вкладку, в которой пони переписывались с человеками.

— Позвольте, я напишу сама, — попросила механическая пони.

Взяв стилус, она написала в чат:

«Здравствуйте. Это Эйелинн, эквиноид модели Наставник, советница Её Высочества принцессы Кадензы. Мы изготовили печать с помощью той информации, что вы прислали. Эквиноид модель 35 с новой печатью включился, но проверка при инициализации не проходит. Я сняла копию, дамп служебной части рунных табличек. Он очень большой, лежит в домашнем каталоге. Можно ли попросить Люсию его изучить? Возможно, вам удастся разобраться, в чём дело, и почему модель 35 не проходит инициализацию правильно. Пожалуйста.»

Механическая пони отправила сообщение.

— Давайте подождём.

Через пару минут в чате появился ответ от L122:

«Здравствуйте, Эйелинн. Подключилась к вашему компьютеру, смотрю. Да, вижу, очень большой дамп. Запускаю закачку. Вам придётся подождать, такой объём даже скачать быстро не получится, тем более, разобраться в нём, что там вообще, и что в нём не так.»

«Спасибо, мы подождём», — написала автоматон.

— Леди Эйелинн, а можно мне пообщаться с мисс Люсией? — попросила Марбл.

— Да, конечно, — ответила механическая пони. — Я помогу.

По подсказкам Марбл Эйелинн написала сообщение:

«Это Марбл Абакулус, археолог. Мы исследовали объект, встроенный в горе к северу от Кристальной империи. Это что-то вроде вырубленной в скале галереи с витражными окнами из очень толстого цветного стекла или кристаллов. Она вырублена в скальной стене на большой высоте. Мы спустились туда с дирижабля на обломанный балкон или выступ перед окнами, и вошли через вход. В галерее мы обнаружили следы боя, произошедшего очень давно. Мы рассчитывали, что, возможно, сможем найти там недостающие "ядра дикой магии", эти каменные аккумуляторы.»

«Минутку, — ответила L122. — Я напишу тем, кто лучше разбирается.»

Через пару минут в чате появился ответ от М7:

«Здравствуйте, Марбл. Это Марина. Галерея, которую вы исследовали, это могут быть Обзорные залы. Искать там ядра дикой магии бесполезно, их там никогда не было. Это место, судя по имеющимся очень древним записям, использовалось для обучения жеребят полётам. Оттуда можно спуститься в нижние тоннели, но я бы не рекомендовала вам туда ходить, это очень опасно. Тоннели под горами тянутся на сотни лиг, буквально под всей грядой Северных гор. Неизвестно, кто мог в них поселиться за это время. Те же пещерные пауки, которых вы выгнали из комплекса. Также в горах под землёй живут глыбельники, но хуже всего будет, если вы наткнётесь на каменных ящеров.

Если вы хотите найти ядра дикой магии, их надо искать в горах, но на поверхности. Это очень древние магические создания, их можно найти возле природных фонтанов дикой магии. Явление достаточно редкое, но иногда встречающееся в Северных горах. Попробуйте поискать их с воздуха. Фонтан обычно виден издалека. Если найдёте — ядра можно будет перевезти большим дирижаблем, одно ядро дирижабль должен поднять. Достаточно застропить ядро, оно не видит и не сопротивляется. Но как вы доставите их в пятый контур комплекса, если грузовые лифты не работают?»

Эйелинн написала ответ, продиктованный Марбл:

«Спасибо большое. Передам информацию нашим специалистам, будем искать возможные решения.»

— Всё так или иначе упирается в лифты, — согласился Каттер, прочитав сообщение на экране. — Надо тщательно обследовать лифтовые шахты комплекса. На случай, если у мистера Санбёрста и мисс Глиммер не получится их вариант с оптоволокном.

---

1) территория Ирландии, Великобритании, Франции, Фландрии, Скандинавии, Нидерландов, Германии и Польши

Вернуться к тексту

2) подвижный решётчатый диск, отображающий положение эклиптики

Вернуться к тексту