По велению тьмы (джен)

— Вижу, вы времени зря не теряли, — Наруто вышел из портала, окинув скучающим взглядом бесконечные ряды белых Зецу, заполнивших подземные залы. — Ну и на каком мы этапе?

Он подошел к Суиши, который стоял спиной к нему, созерцая свою армию.

— На очень любопытном этапе, не терпящем отлагательств, — голос Масочника вибрировал от скрытого напряжения. — Давай-ка вернемся к одному нашему разговору... тому, что состоялся несколько лет назад.

В ту же долю секунды Суиши рванулся вперед. Его ладонь мертвой хваткой сомкнулась на горле Наруто, и с сокрушительной силой он впечатал юношу в каменную стену. Наруто даже не пытался защититься. Он смотрел на Масочника абсолютно стеклянным, лишенным жизни взором, пока по его щеке, прямо от нижнего века, медленно ползла глубокая серая трещина.

— Что-то не так? — прохрипел Красноволосый. — Мне казалось, мы давно закрыли этот вопрос.

— Чего ты добиваешься на самом деле?! В чем твоя истинная цель?! — взревел Суиши, и его Шаринган за маской вспыхнул багровым пламенем. — Не смей лгать мне, я знаю тебя с пеленок! Твои «случайные» шаги выстраиваются в четкую, кровавую линию. Чего ты ждешь? Момента, чтобы вонзить нам нож в спину?

— Понятия не имею, о чем ты...

— Ох, ты прекрасно всё понимаешь! Ты ждешь активации Бесконечного Цукуёми, не так ли? Помешать нам и примкнуть к Альянсу? Нет, ты их презираешь. Завладеть силой Джуби? Слишком мелко для тебя. Остается только одно... — хватка Масочника стала стальной. — Ты знаешь, что на самом деле произойдет, когда Луна откроет свой глаз. Ты знаешь истинную природу этой техники...

— Догадался-таки? — губы Наруто растянулись в ехидной, пугающей улыбке. Трещины на лице стали отчетливее. — Значит, притворяться больше нет нужды. Узнай ты об этом раньше — было бы досадно. Хотя, скорее всего, ничего бы не изменилось. Ваша с Зецу одержимость сильнее любого здравого смысла.

Наруто издал сухой, лающий смешок.

— Лучшим выходом для тебя было бы прирезать меня еще в колыбели. Но теперь поздно. Исход уже предрешен. Ни ты, ни твои «белые овощи», ни жалкие Каге не смогут остановить то, что грядет. Это неизбежно.

— ЧТО ТЫ ЗАДУМАЛ?! — ярость Суиши вышла из-под контроля, воздух в пещере задрожал от выплеска чакры.

— Ого, в твоей поехавшей башке еще остались искры разума? Удивительно, — Наруто продолжал насмехаться, полностью игнорируя то, что его шея вот-вот хрустнет.

— Отвечай! Ты не представляешь меня в гневе!

— Наберись терпения... и узнаешь. Ха-ха-ха! — Зловещий хохот эхом разнесся по залу, и в ту же секунду тело Наруто превратилось в вязкую черную жижу, выскользнув из рук Масочника.

Он материализовался прямо за спиной Суиши, фамильярно облокотившись о его плечо.

— Чуть не забыл... Луна сегодня будет особенно прекрасна. Наслаждайтесь шоу, пока можете.

С этими словами Наруто окончательно растворился в воздухе, оставив после себя лишь запах озона и гари. Суиши в бешенстве обрушил кулак на стену, пустив по монолиту сеть трещин.

— Ты всё слышал. Какие будут предложения? — Суиши не отрывал взгляда от трещины на стене, оставленной его собственным ударом.

— Останавливаться слишком поздно, — Зецу медленно выплыл из земли, его голос звучал как шорох сухих листьев. — Беспокоиться не о чем. Он всё тот же заносчивый мальчишка, каким был всегда. Что бы он ни задумал, это лишь очередная попытка доказать своё превосходство над нами. Он предсказуем.

— Надеюсь, ты прав, — Суиши развернул карту и ткнул пальцем в несколько точек. — Но спускать с него глаз нельзя. Проверь эти сектора.

— Хм... Что там?

— Каждая точка, помеченная крестом, защищена неизвестными мне печатями. Сложное Фуиндзюцу, уровень исполнения — запредельный. Это точно его работа. Я не знаю их назначения, поэтому проверь те места, что остались открытыми. Уверен, он затаился где-то там. Я же отправляюсь за Риннеганом. Хватит ждать, пора забирать глаза Нагато.

— А что насчет сынка Хокаге?

— Они на той гигантской черепахе, — Суиши поправил маску. — Минато пытается спрятать там Менму, надеясь, что он успеет подчинить Кьюби и остановить нас. Глупцы. Это идеальная ловушка: там и Восьмихвостый, и Девятый. Шансов у них нет.

— Мне вот интересно... что ты сделал с тем наглецом, который посмел тебе перечить?

— Он станет отличной пешкой в моем финальном акте, — в голосе Масочника послышалась зловещая усмешка. — Его воля теперь — продолжение моей руки.

Коноха. Развалины скалы Хокаге.

«Всё вышло именно так, как я и просчитал. Неужели человеческий разум настолько примитивен и предсказуем?»

Наруто сидел на самом краю каменного обломка, возвышающегося над руинами деревни. Его взгляд, полный ледяного отвращения, скользил по выжившим жителям, которые, обливаясь потом и слезами, пытались отстроить свои дома.

— Альянс собран. Совсем скоро начнется эта великая партия... игра нашего безумия, где каждый ход заранее предопределен, — прошептал Красноволосый. — Осталось нанести лишь пару штрихов...

Он бесшумно исчез в черной воронке и через миг материализовался внутри медицинского шатра. В центре на кушетке, окутанная сложными печатями жизнеобеспечения, лежала Айка. Её лицо было бледным, почти прозрачным. Наруто подошел вплотную и положил холодную ладонь ей на лоб.

— Ты станешь одной из моих ключевых фигур. Пробудись, моя дорогая посредственность.

Из его ладони вырвался колоссальный импульс темной чакры. Айка резко вскинулась на постели, её легкие с хрипом втянули воздух, а зрачки в ужасе расширились. Она судорожно озиралась по сторонам, хватаясь за сердце, но в шатре уже никого не было. Лишь занавеска на входе еще слегка покачивалась от сквозняка.

Наруто уже был в сотне метров от лагеря, тени послушно скрывали его силуэт среди обломков. Он шел не оборачиваясь, пока тихий, знакомый голос не заставил его замереть на месте.

— Наруто! Это ведь ты... Я знаю, моё сердце не обманешь!

Кушина стояла в десяти шагах, её голос дрожал от невыносимой смеси боли и надежды. Она смотрела на взрослого сына, которого не видела двадцать лет, ожидая хотя бы тени узнавания. Но в ответ получила лишь взгляд, пустой и холодный, как дно колодца.

— Кушина Узумаки... Какая досадная встреча, — Наруто даже не шелохнулся. — Признаться, это неприятный просчет. Я бы предпочел не видеть твоего лица до конца моих дней. И что же ты здесь забыла? Пришла одна, без своего никчемного муженька, без свиты АНБУ... На что ты рассчитываешь? Неужели всерьез думаешь, что сможешь остановить меня в одиночку? Ты лишь безнадежно умрешь, Кушина. Прямо здесь, среди этих руин.

Слова сына вошли в сердце женщины, как отравленные иглы. Она смотрела в его глаза — мертвые рубины, в которых не осталось ни искры того света, что горел в них при рождении.

— Почему ты так с нами?.. Почему ты не вернулся домой?!

— Ваш сын давно сгнил в земле, — отрезал Наруто. — Он подох, ненавидя этот мир, ненавидя вас и всё человечество. На моих руках кровь сотен ваших шиноби, я выжигал целые поселения Страны Огня. И даже это не мешает тебе видеть во мне своего «отпрыска»? Ваша наивность — ваша главная слабость. Поверь, вам будет гораздо легче убить меня во второй раз, чем пытаться «спасти». Хотя и это вам не под силу.

Наруто начал медленно оседать, превращаясь в густую черную жижу, и прежде чем Кушина успела сделать шаг, он исчез.

Заброшенный тренировочный полигон.

Наруто сидел у корней векового дуба, уставившись в пустоту.

— Я знала, что однажды ты окажешься на грани, — раздался тихий, певучий голос с обратной стороны ствола. — Как давно ты выходил наружу, Наруто? По-настоящему.

— С того самого дня... никогда, — прошептал он, и в его голосе впервые за долгое время промелькнула человеческая усталость.

— Может, стоит сделать перерыв? Ты отдаешь этому хаосу всего себя, без остатка.

— Еще рано. Слишком рано. Эта цель — единственное, что делает меня «мной». Без неё я снова стану тем бессмысленным призраком, блуждающим в потемках без воли к жизни.

— Не переусердствуй. Не загоняй себя в ловушку, — невидимая собеседница вздохнула. — Даже если план рухнет — это не конец. Ты всегда сможешь начать заново. Просто отдохни... Мне больно видеть твои страдания. Я бы отдала всё, чтобы обнять тебя сейчас и забрать твою боль, но мои силы здесь ограничены. Надеюсь, мы еще увидимся, моё дорогое дитя.

— Обязательно, Госпожа, — Наруто поднялся, и его взгляд стал стальным. — Однажды я заберу всю вашу боль, чтобы подарить вам тот покой, который вы когда-то подарили мне. Я пожертвую всем миром, если потребуется.

Он отошел на несколько метров и резко щелкнул пальцами. Земля содрогнулась. Из разверзшейся почвы поднялись колоссальные Врата, окутанные тяжелыми цепями и пульсирующие зловещим фиолетовым светом. Наруто обнажил клинок и с силой вонзил его в землю перед порогом.

Створки со стоном отворились, обнажая абсолютную тьму. Юноша шагнул внутрь, и в ту же секунду Врата рассыпались черным пеплом, не оставив после себя даже следа на траве.

Пятнадцать лет назад.

«Раны не затягиваются... и чакра стоит на месте, словно в болоте. Тот клинок АНБУ был смазан чем-то особенным. Видимо, яд, который мой организм еще не научился переваривать. Эх, какая к черту разница... Смерть — это не самый плохой финал для такой жизни».

Прижимая ладонь к вспоротому животу, сквозь пальцы которого сочилась густая кровь, Наруто ковылял по лесу. В другой руке он судорожно сжимал свиток с заданием.

«Нужно всего лишь... пересечь этот лес. Останется семьдесят пять километров. Делов-то... всего лишь...»

Внезапно мир перед глазами накренился, потемнел, и Красноволосый рухнул в прелую листву. Он попытался оттолкнуться от земли, но руки были как ватные. Из последних сил Наруто подполз к массивному дубу и привалился к нему спиной.

— Похоже, это конец, даттебайо... — выдохнул он, и это детское слово прозвучало чудовищно в устах умирающего киллера. — Жаль, миссию не дотянул. Хотя... плевать на миссию. Плевать на Суиши. Плевать на всё.

Дрожащими пальцами он вытащил кунай из подсумка и поднес его к горлу. Холодная сталь обожгла кожу.

— Приятных мне снов.

В ту секунду, когда лезвие должно было вспороть артерию, тишину леса прорезал голос. Он был мягким, манящим, почти ласковым — он взывал к самому нутру мальчика.

«Уже и галлюцинации начались. Видимо, мозг окончательно поплыл от потери крови».

Наруто хотел завершить начатое, но внезапная невидимая сила выбила кунай из его рук. Оружие со свистом отлетело в сторону, намертво вонзившись в ствол дерева. Голос не унимался, он обещал покой, силу и нечто такое, что заставило сердце мальчика пропустить удар. Любопытство, это единственное, что еще оставалось живым в его выжженной душе, взяло верх.

Наруто разорвал край мантии, туго перевязал рану на животе и, шатаясь, побрел на зов. Боль скручивала нервы, зрение подводило, но он шел. Вскоре впереди показался обрыв. Попытка спуститься закончилась тем, что мальчик кубарем скатился вниз, собирая все камни и ветки.

Приподняв голову, он увидел руины древнего храма, скрытого в глубоком каньоне. Заваленный камнями вход манил к себе. Подобрав увесистую палку, Наруто, используя её как рычаг, расчистил проход и буквально вполз внутрь. Кашляя кровью, он брел по темным коридорам, пока не наткнулся на единственную освещенную залу.

В центре, на массивном пьедестале, покоилась тёмная катана без гарды. Кожаная оплетка рукояти была истерта, а на ножнах тускло поблескивала выгравированная золотистая сколопендра.

— Какая ирония... — прохрипел Наруто, падая перед мечом. — Сколопендра, которой меня травили с пеленок, теперь станет моим палачом.

Он взял меч в руки и обнажил лезвие. Сталь была чернее самой ночи. Упав на колени, Красноволосый снова приставил клинок к шее, готовясь нажать. Но лезвие, словно наткнувшись на невидимый барьер, ушло вниз и с силой вонзилось в каменный пол.

— ДА ДАЙТЕ МНЕ УЖЕ УМЕРЕТЬ! — в исступлении закричал ребенок.

Он попытался схватить себя за голову, чтобы просто свернуть шею, но его ладони будто прижали к земле огромные, ледяные руки. Он не мог пошевелить даже пальцем, прикованный к полу перед своим проклятым спасением.

— Почему ты так жаждешь конца? Такой юный, красивый мальчик, а в душе — шрамы глубже, чем на теле... — тот же ласковый женский голос теперь доносился прямо от пьедестала.

Воздух над мечом задрожал, сгущаясь в темный вихрь. Через мгновение перед Наруто возникла девушка неземной красоты. Её иссиня-черные волосы волнами спадали на пол, а глаза того же цвета, лишенные всяких бликов, светились неестественной, почти пугающей добротой. Строгая черная юката с фиолетовым шитьем и золотистой сколопендрой на груди подчеркивала её изящный силуэт. Она плавно подошла к мальчику и нежно, по-матерински обняла его.

— В слезах нет слабости, Наруто. Не сдерживайся. Выплесни всё, что выжигало тебя изнутри эти годы.

— Но я... я должен быть... — начал он, захлебываясь кровью.

— Ты никому ничего не должен, — прошептала она, погладив его по алым волосам. — Смерти не нужно бояться, но и звать её раньше срока не стоит. Просто плачь.

И Наруто сорвался. Впервые за восемь лет ада, ядов и тренировок на убой, плотина рухнула. Он рыдал в объятиях призрака, и вместе со слезами из него выходила многолетняя боль, одиночество и страх. В этом странном забытьи, в отрыве от реальности, его ледяное сердце впервые ощутило тепло.

— Кто... кто вы? — спросил он, когда рыдания сменились тихим всхлипом.

— Я... — она наклонилась к самому его уху и произнесла имя, но звук будто утонул в вязком киселе.

Наруто так и не услышал его. Раны и кровопотеря окончательно взяли свое. Кромешная тьма поглотила сознание.

В ту ночь Наруто Узумаки умер.

Его бледное, бездыханное тело осталось лежать на холодном камне, пальцы всё еще сжимали рукоять черного клинка. Кровь, вытекающая из вспоротого живота, густой лужей скопилась под лезвием. Катана начала жадно впитывать её, медленно чернея и пульсируя. Вскоре из этого багрово-черного месива начал подниматься бесформенный силуэт — человекоподобная жижа, лишенная лица.

Существо с каким-то потусторонним любопытством оглядело лежащий перед ним труп. Неуклюже, словно только что родившийся зверек, оно подошло к телу, подняло клинок и с сухим щелчком вернуло его в ножны. Выставив катану перед собой, тварь издала утробный звук, и перед ней разверзлись исполинские Тёмные Врата, сочащиеся первобытным ужасом.

Подхватив мертвого ребенка на руки, существо шагнуло в бездну.