Ускорение (джен)

Он никогда не собирался отдавать ей Империю.

Эта мысль пришла к ней внезапно, как удар под дых, пока она сидела в этом отвратительном баре. И вместе с ней пришло твёрдое осознание: все его обещания стоили не больше, чем грязь, въевшаяся в эти столы.

Он уже однажды заставил её поверить в его идеалы — сломал её, подстроил под себя, а потом без колебаний выбросил, выбрав взамен близняшек. А когда понадобилось снова, — пришёл с новой ложью, сладко нашептывая, будто собирается передать ей Империю. Но это было лишь повторение истории.

Теперь он собирался провернуть то же самое — только с другой девушкой. Извратить её убеждения, сделать так, чтобы она верила, будто солнце встаёт и садится по его воле. С этой верой он получит власть — власть открыто править городом. Одна лишь мысль об этом вызывала у неё тошноту.

Когда та девушка ушла, он пытался разговорить её, снова втянуть в беседу, но она больше не слушала. Позволить ему говорить — значит дать ему шанс вновь оплести её словами, втянуть в его игры.

Она просто поднялась в воздух, прервав его на полуслове. Теперь у неё были дела поважнее. Нужно было вернуться к дочери.

Квартира была небольшой, но места хватало для неё самой, Астер и Тео. Кайден Андерс не смогла сдержать недовольную гримасу при одной лишь мысли о мальчике. Тео был послушным, тихим, не создавал проблем — но Макс оставил его не просто так.

Она знала: у Макса всегда была причина для каждого поступка. Всегда. Даже если она не могла их понять. Почему он оставил Тео — этого Кайден не понимала. Но то, что мальчик оказался "разочарованием", — слишком просто. Значит, что-то ещё. Должно быть.

— Как съездила? — спросил Тео, когда она вышла из спальни.

— Нормально, — отозвалась она коротко. — Ничего не случилось. Астер?

— Спит, — ответил он. — В холодильнике сэндвичи.

Кайден кивнула, пройдя мимо него в детскую. Астер мирно спала в кроватке, изредка посапывая, и Кайден на миг просто застыла, глядя на крошечное лицо дочери.

— Ты не будешь расти под его контролем, малышка, — прошептала она. — Я тебе обещаю.

Тихо выйдя из комнаты, она направилась на кухню. Тео, как и сказал, приготовил сэндвичи. Взяв один, Кайден села за письменный стол. Обещания требовали действий — и ей предстояло многое выяснить, чтобы сдержать своё.

* * *

Офис Макса Андерса, как всегда, сверкал идеальной чистотой.

Кайден не стала утруждать себя излишней осторожностью — лишь дождалась, пока дверь закроется, и позволила своей силе окутать её.

Макс поднял бровь, заметив это, но виду не подал — словно ничего необычного не произошло.

— Чем, — отчётливо произнёс он, — обязан столь внезапному визиту?

Под его спокойствием ощущалось раздражение: он явно был недоволен тем, что она использует свои силы рядом с людьми, которые не должны об этом знать.

— С меня хватит, — сказала она. — Больше я не играю в твои игры. Ты откажешься от опеки над Астер, отдашь мне Тео — полностью — и будешь держаться от нас подальше.

Макс замер, потом неторопливо сложил руки на столе, щелчки клавиш стихли.

Всё. Перед ней больше не Макс Андерс — теперь это Кайзер.

— И что, позволь спросить, — холодно произнёс он, — заставит меня выполнить твои... требования?

— Сделаешь это, или я всем расскажу, кто ты такой на самом деле, — бросила она.

Он застыл. И это, неожиданно, почти вызвало у неё улыбку — наконец-то хоть какая-то реакция.

— Вот как? — произнёс он тихо.

Кайзер медленно поднялся из-за стола, сравнявшись с ней ростом.

— Ты, разумеется, вольна это сделать, — произнёс он всё тем же ровным тоном. — Но без доказательств — это будет всего лишь твоё слово против моего. Ты можешь, конечно, попытаться оклеветать Макса Андерса уважаемого члена общества. Но чтобы доказать подобное обвинение… тебе самой придётся раскрыть, кто ты на самом деле.

Он сделал короткую паузу.

— А потом, — произнёс он спокойно, — знаешь, что случится? Власти не позволят маленькой Астер остаться с такой отвратительной личностью, как ты. С расисткой и преступницей, известной под именем Чистота. Они просто заберут её у тебя.

— Нет… — выдохнула она.

Он приподнял бровь.

— Нет? — повторил с лёгкой насмешкой. — Ты, конечно, попробуешь им помешать. Но тогда подключится СКП и Стражи. В одиночку ты ничего не сможешь сделать. И останешься совершенно одна.

Он выпрямил складки на костюме и спокойно опустился обратно в кресло.

— Нет, — сказал он ровным, почти усталым голосом. — Ты не станешь раскрывать себя, чтобы доказать свои слова. А если решишь выдвинуть обвинения, не называя себя Чистотой… боюсь, мои адвокаты без проблем разберутся с этой клеветой.

Он вновь положил руки на клавиатуру, движения плавные, уверенные.

— К тому же, — продолжил он, не поднимая взгляда, — мне, возможно, придётся пересмотреть вопрос об опеке. После такого всплеска эмоций я начинаю сомневаться, способна ли ты заботиться о моей дочери.

Раздалось знакомое щёлканье клавиш.

— К сожалению, — добавил он, не отрываясь от экрана, — сейчас я крайне занят. Уверен, ты найдёшь выход сама.

Она стояла неподвижно, ошеломлённая его холодной отповедью. Когда стало ясно, что он больше не собирается даже смотреть в её сторону, Кайден зло выругалась и с грохотом захлопнула за собой дверь.

* * *

Холодная вода, плеснувшая в лицо, немного остудила ярость. Кайден закрыла кран и начала ходить по кухне, не находя себе места.

Этот ублюдок был прав.

Она ясно видела картину, которую он описал — и что хуже, его угроза подать иск об опеке звучала более чем реально. Он действительно мог это сделать. С его деньгами и связями у неё не было бы ни единого шанса выиграть суд. Макс просто отберёт у неё дочь.

Потому что у него есть то, чего нет у неё — сила и власть.

Власть…

Но ведь это не совсем так, правда? У него была власть лишь потому, что в городе больше не осталось банд, способных ему противостоять. Барыги — обычный мусор, а АПП развалилась после ареста их лидера Лунга.

Лунг… Она ни секунды не верила в ту ложь, которую Макс рассказывал той девушке. Ради собственных целей он пожертвует кем угодно. Для него все в Империи — просто инструменты.

Она слишком хорошо знала Макса. Всё, что он не мог подчинить силой, он ломал хитростью или манипуляцией. Именно это он и задумал сделать с Эберт — превратить её в очередное орудие Империи.

Потому что у неё была сила.

Она убивала — и не тайно, а на камеру, на глазах у всего города, — разрушала здания, превращала улицы в руины… и при этом власти города не сделали против неё ничего.

Они боялись её.

Потому что у неё была сила.

— Тео, — произнесла она, внезапно успокоившись. — Собери свои вещи. Всё, что сможешь унести.

— Кайден? — спросил он, сбитый с толку.

— Просто сделай, как я сказала, — твёрдо ответила она. — Я соберу вещи Астер, потом свои.

— Ладно… — он всё ещё звучал неуверенно, но подчинился. Кайден задержалась на миг, чтобы перевести дух, и направилась в комнату дочери.

— Мамочка позаботится о тебе, солнышко, — прошептала она, складывая детские вещи и собирая сумку с подгузниками.

Астер издала довольное бульканье, замахала ручками в воздухе — Кайден невольно улыбнулась.

К тому моменту, когда всё было упаковано — вещи Астер, её собственные и кое-что Тео, — у двери уже громоздилась куча сумок.

— Возьми столько, сколько сможешь, — сказала она, закрепляя Астер в переноске и поднимая часть багажа. — Мы не вернёмся сюда ещё долго.

"Надеюсь, я не совершаю ошибку," — промелькнуло у неё в голове.

— Что происходит? — спросил Тео, подхватывая остальные сумки. — У нас проблемы?

— Просто неси, — коротко бросила она, быстро шагая к лифту.

Она была почти уверена, что Макс отправил своих людей следить за ней, и если они заметят её исчезновение, всё кончено. Сейчас главное — скорость.

Им удалось добраться до парковки, не встретив ни единого человека. Движения Кайден были быстрыми, отточенными. Она усадила Астер в детское кресло, проверила ремни, а затем помогла Тео погрузить сумки в багажник.

— Не спускай с нее глаз, — коротко бросила Кайден, когда машина выехала из гаража через запасной выезд.

На улице было поздно, движение — почти нулевое. Она специально не включала фары, надеясь, что тёмный цвет автомобиля скроет их побег. Только спустя несколько кварталов, убедившись, что никто их не преследует, Кайден включила свет.

Дом стоял на возвышенности, с видом на бухту. Единственным признаком того, что внутри кто-то есть, был слабый свет, пробивавшийся сквозь занавески.

— Пойдём, — прошептала она, осторожно вынимая Астер из детского кресла и направляясь к двери.

Каждый шаг отдавался в теле напряжением. Она то и дело ждала, что из темноты выйдет Кайзер — или, что хуже, появятся юристы с документами, подтверждающими, что у неё отбирают дочь.

Сжав Астер покрепче, Кайден постучала. Прошло несколько мучительных секунд — и за дверью послышался щелчок замков.

Дверь открылась.

Перед ней стояла девушка — невысокая, в пижамных штанах и майке. Из-за её плеча выглядывала настороженная азиатка. На столе за ними виднелись открытые контейнеры с мороженым. Картина выглядела так обыденно, что Кайден едва могла поверить: именно эта девушка дала отпор Губителю.

Она глубоко вдохнула, чувствуя, как напряжение наконец спадает, и заговорила:

— Мисс Эберт, — произнесла она, — меня зовут Кайден Андерс. И мне нужна помощь.