Приключения в Либерти-сити (джен)

Рамет, Ахет и Сахем сидели в кабинете адвоката и разбирали дела по важности.

— Говоришь, Рамет, у тебя не одного проигранного дела нет? — спросил Ахет.

— У меня практика многолетняя, — хохотнул тот, — в прямом смысле. Я все законы знаю — и древние, и новые. Понятно дело, что и претензии были, но все хорошо всегда заканчивалось, без угроз и кровопролития.

— Ну да, ты предпочитаешь их по-другому потреблять, — проворчал Сахем, — теперь бы понять, кто за тобой охотится и зачем?

— Дело о Луне, — Ахет достал толстенную папку и сдул с неё пыль, — что за дельце?

— А, — просветлел лицом Рамет и прикрыл глаза, — помню я этот процесс, наследство делили, да еще и бракоразводный туда же впаялся. Сейчас расскажу. За нашим городом есть длинная дорога, она упирается в местное море, а если с неё на развилке свернуть влево, то можно набрести на Город Волков.

— Там волки живут?

— Не совсем, там живут либо потомки вервольфов, либо потомки волколаков, либо териантропов, либо фурри, либо квадроберов… Никто толком не знает, потому что добраться до города волков нереально. Город стоит в гигантском ущелье, дома построены на скалах, а вокруг еловые и сосновые леса, непроходимые для путников и автомобилей. Город можно заметить, лишь пролетая над ним, да и то, когда там тумана нет. А так, — Рамет пожал плечами, — город как город. Школы, больницы, садики, магазины… На сегодняшний день там проживает около пяти тысяч особей обеих полов, включая детенышей. Они в людские города не ходят, изредка бывает прецеденты, но не соприкасаемся.

— Они выглядят, как животные? — перебил Сахем, припоминая ипостаси египетских богов.

— Нет, они выглядят, как люди, — пояснил адвокат, — только вот в них чувствуешь необузданного дикого зверя, как будто в них живет зверь. Так вот Дело о Луне. Пришел ко мне такой молодой человек, мускулистый, поджарый, широкоплечий, даже можно сказать вполне красивый. Представился — Морис Волков — и рассказывает, дескать умер у него отец, оставил замок, четыре гектара земли, драгоценностей целый сундук, но есть одно но. Он — единственный сын, законный, однако есть два сына незаконные, которые тоже хотят свою долю поиметь. Я его выслушал, сказал свои расценки и объяснил, что без наличия каких-нибудь бы бумаг я не смогу ничего сделать. Мало ли кто что скажет. Но этот Волков оказался вполне так адекватным, признал, что погорячился, и зря бумаги отца не взял, но он готов меня с собой взять, чтобы я, дескать, на месте посмотрел. Вот тогда я в первый и последний раз был в Городе Волков. Город красивый, но мрачный, под лунами сияет серебряным светом. Привезли меня в дом умершего. Домина — здоровущий, лестниц много, стрельчатые окна, мраморные полы… Массивное все. Представили меня семейству. Супруга покойного, сын, дочь, жена сына, муж дочери, семь внуков — четверо от дочери, трое от сына. Провели меня по дому, показали наследство, дали мне бумаги, начал я их разбирать. Неделю я у них провел. Выяснилось, что покойный помер как-то внезапно. Основная версия — упал во время пешей прогулки в ущелье и разбился. Вторая версия — кто-то постарался его качественно на тот свет отправить. И с наследством тоже не все гладко — супруга покойного на драгоценности нацелилась, дочь — на замок, сын на — гектары. Начал я так аккуратно узнавать, почему так, — Рамет перевел дух, — драгоценности понятно, а дом с гектарами? Мне пояснили, что в доме множество тайников есть и там, наверное, где-то спрятано величайшее сокровище их клана — Серебряная Луна. А насчет гектаров, дескать папаша к старости сделал в лесах себе убежище, никому не сказал, где именно, и там верно что-то спрятано.

— Охота за сокровищами, — ухмыльнулся Сахем.

— Она самая. Рассказывать все перипетии этого крайне запутанного дела не буду, но, подводя итоги, дело я уладил, все получили всё, что хотели, кроме Серебряной Луны. Её так и не нашли.

— Почему? — поинтересовался Ахет.

— Не знаю, — Рамет пожал плечами, — поиски не дали никакого результата.

* * *

Следующие, кто решил посетить Мика, были Макс и Иоланта. Они пришли к нему, после стычки с инквизицией, принесли тьму вкусняшек, а потом Макс утащил друга на пирс.

— Теперь моя очередь рассказывать, — объявил он, — остальные тебе уже все рассказали со своей точки зрения, а теперь моя будет.

— Только давай без повторов, — ответил на это Мик, — про войну химер я уже знаю, про то, что Саша с ума сошла — тоже, про вашу мнимую гибель — в курсе. Расскажи мне то, чего я не знаю.

— Такого особо и не было, — досадливо сказал Макс, — Иола с отцом помирилась, когда он попал в заварушку, я его оттель героически вытащил, но я уже к тому времени комиссаром был, поэтому уже никаких претензий не возникло. Скучали мы по тебе по-страшному, но потом боль потери поутихла, да всякие дела навалились.

— А те дела, что я не успел доделать? — спросил Меллоун.

— Мадам с убивательной мелодией мы так и не взяли, она радостно исчезла с нашего горизонта. Военные попытались пару раз на нас наехать по поводу тебя, но никто не знал — где ты? Поэтому они тоже отвяли. Я лучше про Детективию расскажу. Там у нас много кто, и твои друзья, и твои хорошие знакомые, и твои просто знакомые, и те, которых ты не знаешь. Там и Уокер, там и Найт, там и Риггз, там Чейз Макдональд и целая куча народа, включая мистера Джека Скотта.

— Он жив?

— Естественно. Когда его Джо вернула, он долго возмущался и обещал тебя прибить, но когда узнал, что ты исчез, то… Он раскаялся, я гарантирую. Думаю, что ты, когда вернешься, узришь то, что Джек репетирует уже давно. Глобальную сцену прощения.

— Хм. Интересно.

— Потом у нас актеры околачиваются, которые когда-то играли сыщиков, и писатели, которые когда-то писали детективы.

— И чем они занимаются?

— Сидят в совете, — хмыкнул Макс, — там только умудренные опытом сидят. Совет получает информацию, формирует отряд и отсылает его на задание. Основные направления — убийство, наркотики, продажа оружия, рабство, торговля детьми, педофилия и тому подобное. На каждом направлении есть устойчивые группы, списки у совета. Мистика никуда не делась, но мы с ней слабо работаем, потому что, хоть ты нас и натаскал, но без тебя трудно. А так… — Макс взлохматил копну своих волос, — с нами работают работники ножа и топора, твои приятели — Команда Соломенной Шляпы, потом команда Бибоп и еще штук пятьдесят команд различного состава и упертости.

— Ясно.

— На Агентии — и Малдер, и Купер, и люди в черном, и Джеймс Бонд всем составом, и Линге и еще штук пятисот шпионов и специальных агентов. Но только лучшие из лучших. Говно не берут. На Специлии та же история. Лучшие из лучших. А так, все живут в свое удовольствие — варят, жарят, моют, выращивают, рисуют… Фандорин тоже у нас, только на другом материке, и Гуров и компания тоже. К нам только лучшие попадают на место жительство, все работать с нами хотят.

— Охотно верю, — Мик откинулся на доски причала, — и зачем ты меня так на Детективию сманиваешь? Общеизвестно, что из меня хреновый коп.

— Не скажи, — нахмурился приятель, — у тебя чуйка есть, да и ты мог бы, вернувшись из мира мертвых, в грузчики пойти, но ты всё равно работать в полицию пошел.

— Ладно, ничего нового ты не сообщил, давай подумаем насчет тех, кто прибил беднягу священника.

— Опять о работе.

— А что делать? — Мик приподнялся на локте и посмотрел на решительный профиль Макса, — у меня уже версий нет. Если предположить, что ему голову открутили руками, то выходит, что нам нужно искать либо очень сильного мужчину…

— … либо робота.

— А разве?

— Роботы уже шестое столетие не работают по законам Великого Айзека. Сам мистер Азимов в полном недоумении. Сочиняет новые законы.

— Хм, а кто такие технооборотни?

— Ну, — Макс повернулся к другу, — метаморфов помнишь?

— Ага.

— Так вот. Дела с ними постепенно сходили на нет, а потом вообще внезапно закончились. Может, где они и остались, но не отсвечивают. А потом внезапно появились преступники, которые совершали свои преступления как-то больно нетипично. Логики в этих преступлениях не было ни на грош. Но первыми под удар этих преступников попали шпионы. Правительство потеряло несколько сотен человек, прежде чем поняло, что у нас новые бандиты завелись. Проблема была в том, что никто не понимал с кем бороться, — Тански тяжело вздохнул, — понимаешь?

— Не понимаю, но, кажется, догадываюсь. Проблемы были с уважаемыми людьми, да?

— Верно. Вот представь. Приезжает полиция на вызов. Богатый дом, четырнадцать трупов. Вырезано все население дома, включая прислугу и детей. Пятнадцатый жив, но тяжело ранен, языком ворочает. Начинают расспрашивать. Он несет хрень об нескольких бандитах в масках. Полиция Вашингтона долго разыскивала бандитов в масках, пока одному из них не показалось странным одно обстоятельство.

— Какое?

— Все убиенные были убиты посредством яда, но все они приняли яд орально. Кто выпил, кто съел, кто облизал… И получается, что все убитые умерли на своих местах. Бандиты, как правило, либо стреляют, либо душат, либо сгоняют всех в одно место и пытают, особо продвинутые заложников берут. А тут туча трупов и ни одного признака ограбления. Ничего не взяли, хотя дома были набиты под завязку. Он направил запрос в Вашингтонское Специальное Подразделение по Мистическим Преступлениям. Там занялись этим делом, а чуть позже подключили нас. И выяснилось следующее — единственный выживший во всех преступлениях — некий Флориан Понтиак. Он был выжившим во всех двадцати убийствах. Начали задавать вопросы, а потом информация появилась, что настоящий Флориан Понтиак исчез лет десять назад. Безутешное семейство его разыскивало, а потом бросило. Парень он был беспутный, очертя голову бросался во всякие авантюры, но вот одна такая авантюра его привела в секту, которую курировала некая фирма, которую снабжала деньгами еще одна фирма, которой давала деньги еще какая-то компания, которой владела некая корпорация. А сейчас слушай внимательно. Секта называлась Cuttlefish, фирма — Chameleon, компания — Vigour Industrial Corporation of Enterprises (VICE), а корпорация — Bio Genetic Technical Foundation (BGTF).

— А это не те самые компании, что нам попадались на деле о школе? — прищурился Меллоун.

— Они самые, — согласился сержант, — а корпорация — это бывшая БГИ, только уже повлиятельней.

— Ясно. И что в этой Каракатице делали?

— Собирали по городам и странам авантюристов молодых и делали с ними опыты. И потом испытывали в полевых условиях. Мистера Понтиака специалисты обследовали и оказалось, что он на 99% и не человек в общем. Кости из вибраниума, кровь содержит странные ДНК, а кожа и мышцы настолько пластичны, что могут изменить своего владельца до неузнаваемости. Вот, когда результаты исследования были обнародованы — мир узнал об существовании технооборотней. К сожалению, первые технооборотни были в скором времени отозваны, а следующая волна прошла абсолютно незаметно. Сколько сейчас во вселенной технооборотней — никто не знает.

— А как-то их отличить можно?

— Никак. Кровь красная, жрут, срут, спят, сексом занимаются — всё, как у людей. Говорят, правда, что они — дьявольски красивы, что парни, что девки, и что они размножаться не могут. Тот парень, что в тебя стрелял, тоже технооборотень… был… десятое поколение, а вот Тина Скарла — четвертое.

— Наш убийца — технооборотень, — Мик уставился в небо, — значит, заново будет искать.

— С начала начнем?

— Угу.