Восхождение Тёмной Звезды / Dark Star Rising (джен)

Глава 5.7

«Миллиард долларов». Эми произнесла это тихим голосом. Почти с неверием. «Не уверена, это слишком много или же недостаточно. С одной стороны, это огромная сумма. С другой — Губитель.»

Я поставила свою чашку с чаем. «В основном, я просто не знаю, на что их все потратить. Кроме как пожертвовать часть местным приютам или чему-то подобному.»

Прошло два дня с тех пор, как мы обустроились в здании Службы Контроля Параугроз, и мы с Эми сидели в моей комнате, пили чай из сервиза, который подарила мне Новая Волна; жаль, что пришлось ставить его на раскладной стол. Но всё равно было приятно иметь возможность вот так посидеть с ней, даже скрываясь.

Отец оставил нас одних, сказав, что найдёт, чем заняться, а Слава всё ещё была под домашним арестом.

«Поездка в Новую Зеландию могла бы быть неплохой. Не обязательно ей править, чтобы посетить её.»

«Верно. Но правление означает, что я могу посещать лучшие туристические места, и они не будут переполнены.» Мы обе немного улыбнулись этой уже знакомой шутке. Мне снова не хватало таких моментов с кем-то. Внутренние шутки, смешные только посвящённым.

«Контраргумент: править страной железной рукой — это хлопотно.»

Я улыбнулась чуть шире и сделала ещё один глоток. Сервиз был действительно прекрасным, и использовать его впервые вместе с Эми было восхитительно. Я почувствовала себя более расслабленной уже через пару минут. Вчера в основном пыталась понять, как исправить свой нарушенный режим сна, и разговаривала с различными властями, пытаясь составить краткосрочные и долгосрочные планы.

«Тоже верно. Ну, может, просто дом. О! Кстати о доме, как долго Слава ещё под арестом?»

Эми скривилась и сказала: «Пока не ясно. Кэрол ведёт себя настоящей сукой. Не уверена, видела ли ты её, когда убила Левиафана, но Слава ушла из зоны для лекарей, когда сообщили, что Левиафан направляется к нам. Вопреки приказу Кэрол.»

«А, думаю, это объясняет, почему она была там. Но она просто пыталась защитить тебя, верно? Нет причин так на неё злиться за это.»

«Это её не останавливает. Славе запрещено участвовать в патрулях Новой Волны на месяц, и она под домашним арестом до конца лета, без телефона. Слава не очень хорошо это переносит. Она угрожала уйти и найти себе жильё.»

Я застыла, чашка уже была готова к следующему глотку. «Вот чёрт. Это нормально?»

«Нет, но Слава раньше никогда не шла против Кэрол. Мне приходится оставлять свой телефон у Кэрол, когда я возвращаюсь домой, просто чтобы у Славы не было к нему доступа. Это опасно, если возникнет чрезвычайная ситуация, и никто не сможет со мной связаться.»

В голову пришла идея. Безумная, как мне показалось. И всё же, она задержалась и звучала всё лучше, чем дольше о ней думала. Я должна была обсудить её с Эми.

«Что, если я куплю жильё. Для всех нас. Предполагая, что ты не останешься, если Славы там не будет.»

Это привлекло её внимание, и, похоже, она хотела сразу отбросить эту мысль, но затем она засела у неё в голове, и она начала действительно обдумывать её. Я наблюдала, как она взвешивает всё это больше минуты, делая медленные глотки.

«Мне эта идея не противна.»

Не совсем бурное одобрение, на которое я могла надеяться, но, по крайней мере, это не было сразу отвергнуто.

«Твой отец не будет против твоего переезда?»

«Я э-э… не думала так далеко. И чувствуется, что переезжать — неправильно. И мне нравится жить с отцом.»

Плюс, я даже не была уверена, что повлечёт за собой жизнь одна или с соседями. «Тогда, возможно, не это. Могу я помочь как-то ещё? Деньги, похоже, больше не проблема.»

Эми немного покачала головой. «Как-то неприятно так зависеть от тебя. Мы сами разберёмся. Кэрол успокоится через несколько дней, и Слава, вероятно, выпросит досрочное освобождение за хорошее поведение или что-то вроде того. Но спасибо.»

Я кивнула, и мы снова вернулись к тихому чаепитию. Эми, похоже, не слишком смущал чай вместо кофе. Тишина и общество подруги были тем, что мне было нужно после последних нескольких суматошных дней. Кто бы мог подумать, что убить Губителя — это была лёгкая часть.

«Как продвигаются твои силы?» — спросила Эми.

Вместо ответа я поставила чашку и немного сконцентрировалась. Моя сила отреагировала деликатно, и гравитация вокруг чашки ослабла. Я добавила ещё немного давления, и чашка приподнялась и подплыла ко мне, не колеблясь. Я протянула руку и взяла её из воздуха, ослабив контроль над силой и позволив гравитации вернуться в норму.

«Пока это всё, что я могу делать, но с каждым часом становится лучше. Мой радиус действия ненамного больше комнаты.»

«Безумие, что силы могут уставать. Интересно, что должна сделать моя, чтобы такое случилось.»

«Исцелить весь город за день, может быть?»

Я увидела, как на её лице появилось выражение, будто она представляла, что для этого потребуется. Логистика была бы огромной; я знала из личного опыта, что её исцеление не мгновенное. Она покачала головой.

«Нет, даже если бы я смогла, это бы меня не истощило. Мне пришлось бы… выйти за рамки.»

Я немного наклонила голову. «Я думала, ты целительница?»

«Ах.» Она выглядела немного смущённой. «Думаю, могу рассказать тебе. Ты же умеешь хранить секреты, да?»

Это чуть не вызвало у меня смешок, но мне удалось сохранить серьёзное лицо. «Конечно.»

Она кивнула, но не ответила сразу, немного ёрзая и выглядя нервной. Я позволила ей собраться с мыслями, чтобы сказать то, что хотела, и старалась не строить догадок. То, что я знала о силах и о том, как они используют нас для экспериментов, указывало на плохое направление того, что она собиралась раскрыть.

Наконец, она успокоилась, и на её лице появилось выражение решимости, похожее на то, когда она открылась мне.

«Я не просто целительница, я биокинетик широкого профиля.» Она пристально смотрела на меня, и я не знала, что она ищет. Что бы это ни было, она, казалось, осталась мной довольна. «Я исцеляю только чтобы убедиться, что не сделаю ничего, что не смогу контролировать или остановить.»

«О. Ого.» Это имело огромные последствия, но определённо лучше соответствовало силам, которые хотели экспериментировать. Я представила, что бы я чувствовала, если бы никогда не пробовала новое со своей силой, и почувствовала отголосок раздражения при этой мысли.

Я вздрогнула. Это раздражение пришло не от меня.

«Как ты себя чувствуешь, просто исцеляя?» Если мимолётная мысль об этом заставила мою силу отозваться во мне, что же её сила делала с ней?

«Нормально.» — коротко и сразу сказала она, её раздражение от самого вопроса было очевидно.

Я не хотела оставлять это так, но решила, что нужен другой подход. Я потянулась к мусору, куда мы выбросили чайные листья, и вытащила пакет, радуясь, что там больше ничего не было.

«Можешь показать мне? Создать, например, цветок из этого? Ничего, что могло бы выйти из-под контроля.»

Эми постучала пальцем по столу секунду, прежде чем согласиться. Она отогнула пластиковый пакет, обнажив комок листьев, и слегка коснулась их указательным пальцем. Выражение спокойствия сменило раздражение, и крошечный цветок начал прорастать, не больше кончика моего пальца. Это был незнакомый мне сорт, но он был прекрасен.

Двенадцать жемчужных лепестков вокруг ярко-фиолетового центра, который переливался, когда я смотрела на него под разными углами.

«Потрясающе,» — сказала я с восхищением. Эми смотрела на него с пылом, который меня насторожил. «Ты в порядке?»

«Я чувствую… хорошо.» Её глаза мельком взглянули на меня, прежде чем снова сосредоточиться на цветке. Он завял и умер, превратившись обратно в кучу однородной каши. Её выражение стало безутешным, когда она продолжила: «Я не должна. Я не хочу что-то испортить.»

«Цветок?» — я не была уверена, что она имеет в виду.

Она покачала головой. «Каждый раз, когда я кого-то исцеляю, я чувствую, как пытаюсь их улучшить, или просто изменить. Я должна останавливать себя и исправлять только их проблемы. Если я начну экспериментировать,» — меня поразило, что она использовала именно это слово, — «тогда я не знаю, могу ли я доверять себе остановиться.»

Я протянула руку и схватила её за руку, и она посмотрела на меня в шоке.

«Я тебе доверяю.» Она неуверенно попыталась высвободить руку, а я сжала сильнее и удержала. «Я тебе доверяю.» — повторила я.

«Я солгала насчёт того, что мозги под запретом. Я могла бы изменить твой любым способом. Заставить тебя полюбить меня. Заставить ненавидеть твоего отца. Что угодно. Я боюсь, что могу это сделать.»

Я встала, не отпуская её, и посмотрела ей в глаза. «Я тебе доверяю.»

Её выражение изменилось с испуганного на шокированное, и слёзы выступили на глазах. Самым тихим голосом, так что я едва расслышала: «Ты действительно это имеешь в виду.»

«Конечно. Ты моя подруга.»

Её подбородок слегка задрожал, и она вытерла слёзы свободной рукой. «Спасибо… Спасибо тебе.»

Я снова села и отпустила её руку. Мы посидели в тишине, и Эми за несколько минут пришла в себя. Медленно, нерешительно, она снова потянулась к куче цветочной каши и снова коснулась её, и снова цветок расцвёл. Такой же, как прежде, но на этот раз она протянула руку и сорвала его, передавая мне.

«Он не завянет больше недели.»

Я протянула руку, чтобы взять его, убедившись, что наши пальцы соприкоснулись, когда она передавала. «Тогда я буду лелеять его всю эту неделю.»

Мы выпили ещё по кружке в дружеской тишине, так напоминающей другие наши встречи. Мы допили последнюю чашку и не спеша начали убираться. Мы сложили использованные предметы сервиза на поднос, так как в комнате не было раковины, и мне нужно было помыть их в другом месте.

Когда всё было готово и Эми собралась уходить, она обняла меня. Это было неожиданно, но я с радостью ответила на объятия.

«Ещё раз спасибо,» — сказала она. «Мне нужно подумать над тем, что ты сказала, но, возможно, я смогу попробовать выйти за рамки со своими силами.»

«Расскажи, как пройдёт. Мне интересно посмотреть, что ты создашь.» Мы прервали объятия, но я удерживала её на расстоянии вытянутой руки. «Но ничего в духе Нилбога, ясно? Не хочу услышать, что ты стала угрозой класса S.»

Это вызвало у неё усмешку. «Нет, я буду держаться подальше от чего-то подобного.»

Она ушла, а я расслабилась на кровати, глядя на цветок, который Эми сделала для меня. Он был действительно красивым, особенно то, как менялся центр при свете. Я поставила его на прикроватную тумбочку и пошла искать место, чтобы помыть чайный сервиз.

После этого у меня была назначена встреча по медиа-тренингу. Похоже, что хотя меня и избавили от необходимости проводить пресс-конференцию, Александрия уговорила меня дать интервью для программы «60 Минут», предварительно назначенное на это воскресенье.

Хоть оно и не в прямом эфире, они стараются свести монтаж к минимуму, так что тренировка поможет. Это было интересно, в своём роде. Сидеть прямо, не ёрзать, не заикаться и не запинаться. В целом, это не казалось пустой тратой времени, но я бы не хотела повторять это снова.

В пятницу у меня снова было послеобеденное чаепитие, на этот раз с Мисс Ополчение и Батареей. Ханной и Джессикой, как они представились. Хотя они не должны были быть в моей группе защиты, я хотела, чтобы они меня узнали. Я больше всего работала с Мисс Ополчение, а с Батареей было приятно патрулировать те несколько раз, что это случалось за последние пару месяцев.

Кроме того, мой отец, похоже, быстро подружился с Наручником.

«Дай мне знать, если твой отец начнёт шутить ещё больше папиных шуточек, чем обычно,» — сказала Джессика. «Это значит, что Наручник заразен и его нужно усыпить. Ради блага человечества.»

Она не смогла сдержать улыбку, когда говорила это.

Ханна вежливо рассмеялась, но я немного забеспокоилась. Ведь именно мне предстояло выслушивать эти шутки.

«Может, нам стоит держать их порознь», — сказала я. «Просто в целях безопасности.»

В то же время я растягивала свою силу. Она возвращалась быстрее, и мой радиус увеличивался примерно на фут каждые несколько минут. При такой скорости я вернусь к полному радиусу через пару часов.

Я осматривала здание СКП, ощущая движение людей. Охрану за дверью, офисных работников, перемещающих бумаги. Директора Суинки за её столом, с хмурым видом разговаривающую по телефону.

Софию Хесс, которая работала с боксёрской грушей в спортзале.

«Какого чёрта?» Моя рука обмякла, и чашка упала, ударившись о край стола и разбившись.

«Тейлор!» — воскликнула Ханна. Она подскочила вокруг стола и схватила меня за плечи. «Что случилось?»

Я не могла ответить, потому что была занята попытками не сделать ничего опрометчивого. Одна из моих мучительниц была здесь, в качестве Стража. В голове выстраивались связи о том, почему школьная администрация была слишком готова закрывать глаза на мои жалобы.

Мне нужны были ответы, и я не могла действовать насильственно. Если бы я применила насилие, я превратилась бы из кого-то, с кем можно договориться и работать, в кого-то, кем нужно управлять и нянчиться. Я не позволила бы себе стать такой.

Я взяла момент, чтобы успокоиться. Джессика была с другой стороны от меня, тоже спрашивая, что случилось.

Мне нужно было знать, знали ли они.

«Я в порядке,» — сказала я напряжённым голосом, отмахиваясь от Мисс Ополчение.

«Очевидно же, что нет. Что произошло?» По крайней мере, она выглядела озабоченной, а не раздражённой. Не то чтобы я ожидала раздражения в этот момент. Но мои вопросы не будут тонкими, и то, как они отреагируют, многое мне расскажет.

«Достаточно в порядке. Мне нужно задать несколько вопросов. Можете ли вы обе присесть?» Они посмотрели друг на друга и замедлились. «Пожалуйста.»

Это заставило их усесться и выглядеть ожидающе. Я сделала паузу, чтобы снова перевести дух и убедиться, что не прозвучу излишне обвинительно с самого начала.

«Стражи ходят в школу, верно?» Было хорошо известно, что Аркадия — школа для Стражей, но ходили слухи о Страже в Уинслоу. Я не придавала им значения, до сих пор.

«Да,» — медленно сказала Батарея.

«Получают ли они особые разрешения или поблажки в своём поведении?»

Обе начали выглядеть озабоченными. Направление моих вопросов было довольно предсказуемым.

«Они не должны, но мы не осуществляем прямого контроля над их личной жизнью. От них ожидается поведение, соответствующее званию Стража. Героя.»

«И если они не соответствуют, есть меры для их наказания?»

«Директор школы и несколько сотрудников знают, кто есть кто среди Стражей, и они сообщили бы нам, если необходимо принять меры. Мы бы наказали их по мере необходимости, исходя из проступка.»

Значит, если школа не сообщала, они просто не знали. Я вздохнула немного спокойнее. Существовал предохранитель, означавший, что они, вероятно, не в курсе. Но мне нужно было больше.

«Получают ли школы что-нибудь за наличие Стража?»

Мисс Ополчение слегка побледнела, её оливковая кожа выглядела несколько болезненной. «Они получают дополнительное финансирование, и наличие Стража может быть престижным заявлением. Мы бы опровергли это, если бы они лгали.»

Вот оно. Причина, по которой они не захотят, чтобы их драгоценного Стража убрали из их школы за плохое поведение. Последняя часть моего гнева, если и не угасла, то по крайней мере притихла, когда люди, на которых я равнялась последние несколько лет и которых узнала и полюбила за последние месяцы, не были посвящены в мои пытки.

Я даже не была уверена, что это можно списать на некомпетентность, скорее на то, что ключевое звено во власти утаивало информацию. Они не стали бы проверять школу, если бы у них был Страж, утверждающий, что всё плохо, но она справляется, и директор с ней согласен.

«Хорошо. Мне нужно поговорить с директором Суинки.» Я встала, чтобы надеть свой костюм. Он сидел немного туго поверх джинс и рубашки, но достаточно хорошо подходил на то время, что он мне был нужен. Батарея надела шлем, а Мисс Ополчение подняла бандану.

Я вышла, и они последовали за мной, моя охрана встала в строй спереди и сзади. Изморозь уехала, и нынешним главой группы была кейп по имени Ашфорд. Она была Умником, работающим с эмоциями, и очень хорошо умела видеть Скрытников и замечать подчинённых. Её перевели из Лас-Вегаса, где и те, и другие были широко распространены.

Её костюм представлял собой полностью экипированную униформу британского дворецкого, с белыми перчатками и белой маской-домино. Её каштановые волосы были подстрижены в аккуратную каре.

Когда она взглянула на меня, её выражение стало грозовым, и она посмотрела на героинь позади меня в поисках ответа. Видимо, ей не понравилось и то, что она там увидела, и она подошла ко мне ближе.

«Куда направляемся?» — спросила она. Это был стандартный протокол, который она пыталась приучить меня соблюдать. Никогда не идти куда-либо, чтобы группа защиты не знала, куда именно.

«В кабинет директора.»

Наша процессия двигалась молча, и это дало мне время подумать о том, чего я хочу от директора. Я могла попросить или потребовать чего угодно, и они, без сомнения, дали бы это. Были ли мои обвинения правдоподобными или доказуемыми, не имело значения. Я хотела этого, а они хотели сохранить моё расположение.

Но я не хотела, чтобы меня воспринимали так. Как кого-то, чьи прихоти нужно исполнять, иначе она может не сделать то, о чём просят. Я хотела быть как Александрия, делать правильные вещи не потому, что мне что-то дают, а потому что это правильно.

Так чего же я хотела?

Наказать Софию? Каким образом, и на что я была готова пойти ради этого?

Может, просто убрать её из моей жизни? Я могла попросить перевести меня в Аркадию. Слава и Эми, возможно, уже закончили её, но у меня осталось ещё два года. Учиться без Эммы, Софии и Мэдисон было бы достаточно.

Но что насчёт всех, кого София будет мучить в будущем? Могла ли я найти способ заставить их расследовать ситуацию в школе без упоминания имени Тейлор или Горизонта Событий в каких-либо находках?

Я также не была уверена, чем именно я хочу поделиться с директором.

Когда мы поднялись в кабинет Суинки, секретарша, уже знала, что мы направляемся к ним, и сказала: «Директору нужна минута, чтобы закончить разговор.»

Я кивнула и наблюдала, как директор действительно заканчивает тот же разговор, что был у неё с тех пор, как я поднялась, так что это даже не было предлогом, чтобы заставить меня ждать. Я бывала у директора Блэквелл до обретения сил, чтобы пожаловаться на травлю, и меня заставляли ждать подолгу, прежде чем она соглашалась встретиться.

Я выбросила Блэквелл из головы, когда секретарша поманила нас войти. Директор Суинки во всех моих встречах с ней была совершенно не похожа на Блэквелл, и я доверяла ей достаточно, чтобы попытаться исправить это.

Я просто не знала, что это означало.