Амальгама (джен)

1475—1480 годы н. э.

«Великая княгиня Софья, супруга великого князя Московского Ивана III, обратилась к князю с просьбой построить защищённые помещения для большого собрания книг, привезённого ею из Италии, — Вере Фолиум читал доклад сомнаморфа, "приора Московского и всея Руси", как сомнаморф шуточно именовал себя в подписи. — Эта библиотека входила в состав её приданого, была привезена, по разным свидетельствам, не то на тридцати, не то на семидесяти телегах, и насчитывает более восьми сотен томов.»

— Да ладно? — перебил его Вентус. — Восемьсот книг везли на семидесяти телегах? По одиннадцать-двенадцать штук на телегу клали, что ли?

— Скорее всего, на тридцати, и это был весь обоз принцессы, а не только библиотека, — ответил куратор проекта «Морф». — Дай дочитать, не перебивай, — он продолжил читать вслух:

«Великая княгиня привезла книги в конце 1472 года. Венчание её с великим князем Иваном Третьим было 12 ноября. С момента приезда сундуки с книгами хранились в подвале церкви Рождества Богородицы. Москва — город деревянный, горит часто. Выгорают сотни дворов. Если посмотреть, город выглядит, скорее, как большая деревня или село. В апреле 1473 года был очередной пожар, церковь сгорела, но книги в подвале уцелели. Недавно⁽¹⁾ в Москве было землетрясение, и рухнул Успенский собор, построенный из известняка.»

— Стоп! — снова перебил Вентус. — Землетрясение? Почему не было докладов?

— Ну, вот тебе доклад, — ответил Вере Фолиум. — Северный комплекс не пострадал, наши строят из монолита, а не из отдельных камушков, как антро. Тоннели под городом не повреждены.

— Кассиус, можешь пояснить? — спросил Вентус.

— Московский Кремль стоит на Боровицком холме, как его называют антро, — ответил глава геологической службы. — Это известняковый холм, пронизанный родниками, там достаточно небольшого толчка, чтобы промытые родниками пласты сдвинулись. Наши тоннели не под холмом проходят, они глубже. В целом, грунты под Москвой не очень надёжные, там сильно обводнённый известняк. Он сам по себе не такой прочный, как базальт или гранит, а в условиях эрозии фундаментов грунтовыми водами — тем более. Неудивительно, что белокаменная крепость из известняка, которую построили на холме, уже требует не просто ремонта, а полной реставрации. Тем более, из камня были построены только башни и некоторые участки стен, остальное оставалось деревянным. Мне вообще странно, что на Среднерусской равнине было землетрясение, это же по сути почти центр континентальной плиты. Там, возможно, был какой-то глубинный сдвиг обводнённых пластов, не сейсмического характера, который на поверхности ощущался как землетрясение.

— Ясно, спасибо, Кассиус, — Вентус кивнул докладчику. — Продолжай.

— В общем, собор рухнул, — Вере Фолиум вывел на экран несколько фотографий разрушенной церкви. — Псковские каменщики, которых вызвали в качестве экспертов, назвали причины, но восстанавливать собор не взялись. Великий князь по совету супруги отправил в Италию послом некоего Семёна Толбузина с заданием найти сведущего архитектора.

— Так, а вот это уже интересно. Фолиум, дай команду «Приорату», пусть подберут толковых кандидатов, — распорядился Вентус. — Для нас это хороший шанс установить более тесные связи и контакты.

— Сделаем, — ответил Вере Фолиум.

В 1475 году в Москву отправился архитектор Ридольфо Аристотель Фиораванти. Уже пожилой, шестидесятилетний мастер поехал со взрослым сыном Андреа и слугой. Фиораванти был не только архитектором, он разбирался в фортификации, металлургии, отливал колокола и пушки, а также был инженером, сам разрабатывал подъёмные механизмы, использовавшиеся на стройках.

В Москве он построил кирпичный завод на берегу Москвы-реки у Андроникова монастыря. Это был первый в Московском княжестве завод, выпускавший кирпич стандартизированного размера. До этого строили из плинфы — плоских низких плиток, подобных кирпичу по составу и технологии, укладывая их на толстый слой известкового раствора, либо из известняка, который выглядел красиво, но оказался недостаточно прочным в климате средней полосы.

Основным объектом, построенным Фиораванти, стал Успенский собор, но ещё он составил генеральный план строительства нового Московского Кремля. Архитектор также встречался с великой княгиней Софьей.

«В ходе переговоров выяснился любопытный нюанс, — сообщил в очередном докладе сомнаморф. — Прадедушкой великой княгини Софьи был один из правителей византийского деспотата Эпир, Леонардо II Токко, по происхождению итальянец, из династии, правившей островами Заринф, Итака и Кефалония, где тамплиеры имели немалое влияние. На гербе его брата Карло присутствуют не только голубые волны семейства Токко, но и французские лилии, и золотой двуглавый орёл на красном фоне, а также один из ранних символов рыцарей Храма — золотой крест на красном фоне, в круге, в окружении четырёх крестов поменьше. Этот символ не так известен, как крест с расширяющимися концами, но также позволяет проследить связь с орденом. Золотой двуглавый орёл на красном фоне — герб династии Палеолог и великой княгини Софьи в том числе».

У Константинопольской империи связи с тамплиерами тоже были, хотя и неафишируемые. Рыцари ордена по всему миру искали реликвии, а правителям империи нужна была информация, которую могли добыть тамплиеры. В период существования Латинской империи, с 1204 по 1261 год строители ордена проводили ремонт в храме Святой Софии и оставили там изображение тамплиерского креста⁽²⁾

—=W=—

Подземный ход был тёмным, из него тянуло холодом и сыростью. Горящие факелы давали куда меньше света, чем было необходимо, и за пределами освещённого ими круга сгущалась тьма. По тоннелю осторожно шли два человека. Впереди — пожилой мужчина с факелом, за ним — молодая женщина, зябко кутавшаяся в меха, под которыми виднелось дорогое платье, расшитое золотом. Они долго спускались по узкой каменной лестнице, прежде чем оказались в этом сводчатом проходе.

— Стойте, где стоите, — послышался голос из темноты.

Путники замерли. Мужчина поднял факел повыше.

— Кто там? Покажись!

— Нет нужды, — ответил голос. — Мы изучили составленный вами план, синьор, и внесли в него некоторые изменения. Хранить книги в сундуках, в сырости — означает погубить библиотеку. Мы готовы помочь вам построить действительно надёжное подземное хранилище, в котором будет сухо, будет поддерживаться постоянная температура и влажность. В него можно будет проложить тайный проход прямо из княжеских покоев.

— Что… что вы хотите взамен? — голос женщины слегка дрогнул.

— Возможность прочитать эти книги и снять с них копии, — ответил их таинственный собеседник из темноты.

— И всё? — удивилась женщина. — Ни золота, ни серебра?

— Это всё у нас есть, — ответил голос. — Золото и серебро не уникальны. Знания в книгах стоят дороже.

— Х-хорошо… Я согласна, — немного неуверенно ответила женщина, слегка нервничая от непривычной обстановки. — Но сундуки для книг пусть хранятся где-то поблизости, на случай, если библиотеку нужно будет быстро перевезти в другое место.

— Сделаем, — ответил голос. — Так будет даже лучше. Помещения с сундуками для всех можно представить как основное хранилище, а на самом деле книги будут в соседнем помещении. И сделаем тайный проход между ними, на случай нужды в срочном вывозе.

— Договорились, — ответила женщина. — Можете снять копии с книг.

— Разумное решение, Государыня, — ответил голос. — Мы начнём работы уже завтра. Когда всё будет готово, мы вам сообщим.

В темноте послышался стук копыт по камню, как будто кто-то ехал на лошади по тоннелю. Стук удалился во тьму и через пару минут стих.

— Он что, верхом сюда приезжал? — удивлённо спросила женщина.

— Я не видел, Государыня, — отозвался её спутник. — Но тоннель достаточно высокий.

Вскоре для книг царской библиотеки были построены две подземных камеры, где хранились сундуки, и помещение для книг. Максим Грек, учёный монах, уроженец Эпирского царства, живший в Италии, а затем в России, c 1518 года занимался переводом книг из библиотеки. Он писал, что библиотека царицы Софьи была к тому времени одной из крупнейших библиотек, где ему доводилось бывать.

Московская карьера архитектора Фиораванти закончилась печально. Архитектор попытался тайно вернуться в Италию, но Иван III посадил его в тюрьму, где держал до 1482 года. Все его чертежи и документы были конфискованы. Здоровье пожилого архитектора было подорвано, и в 1485 году Фиораванти умер.

Он был не единственным агентом «Приората» в Москве, работавшим в этот период. С 1485 года Иван III полностью перестраивал Кремль, заменяя рассыпавшиеся известняковые башни и стены на новые кирпичные. Строительством Кремля руководили архитекторы Марко Руффо, Пьетро Антонио Солари, Антонио Джиларди и несколько позднее, в 1504—1508 годах — Алоизио Ламберти да Монтаньяно.

Джиларди руководил строительством Тайницкой башни, под которой был устроен разветвляющийся тайный ход. Один из двух ходов вёл к Москве-реке, другой выходил за пределы крепости на суше⁽³⁾.

Солари и Марко Руффо совместно проектировали и руководили строительством Грановитой палаты. Также Солари руководил строительством кремлёвских башен — Боровицкой, Константино-Еленинской, Спасской, Никольской, Сенатскую, и Угловой Арсенальной. Солари в Москве также прожил недолго, приехал в 1487 году и умер в мае 1493 года.

Алоизио да Карезано строил стены от дворца до Боровицкой башни, позднее, в 1508—1519 году руководил строительством Троицкой башни, стен и башен со стороны реки Неглинной.

Алоизио Ламберти да Монтаньяно руководил строительством Архангельского собора и проектировал оборонительный Алевизов ров вдоль кремлёвской стены.

—=W=—

1480 год н. э.

Несколько важнейших событий отвлекли внимание наблюдателей от строительства подземных сооружений над северным комплексом. 23 мая 1480 года беспилотный аппарат наблюдателей обнаружил огромный османский флот, приближающийся к острову Родос. На Родосе после потери крепостей в Святой Земле обосновался орден госпитальеров. Родос контролировал один из главных морских путей Османской империи. С него корабли ордена постоянно проводили рейды против турок, нарушая их судоходство.

В распоряжении Великого Магистра Пьера д’Обюссона было пять сотен рыцарей, две-три тысячи пехотинцев и местное ополчение, в общей сумме около семи тысяч человек. Численность османских войск составляла от 15-25 до 70 тысяч, по разным оценкам.

— Османы атакуют башню Святого Николая, защищающую вход в бухту, — Хагения Октогесима Септима передавала новости, наблюдая за битвой с высоты через объективы телекамер БПЛА. — С башни по кораблям госпитальеры стреляют из пушек. Османские воины прыгают с кораблей под огнём и пытаются доплыть до башни. По ним стреляют из длинных луков, арбалетов и аркебуз.

На передаваемом изображении было видно, что основание башни по берегу окружено частоколом, и поверх него атакующих турок поливают греческим огнём огнемётчики, а тех, кто сумел добежать до частокола, рубят мечами при попытке перелезть.

— Всё, — передала Хагения. — Штурм отбит. Османы понесли большие потери. Один их корабль взорвался, остальные очень сильно повреждены пушечным огнём.

Вторую попытку захватить башню турки предприняли в ночное время, с другой стороны.

— Турки подогнали к башне понтоны, — сообщила Хагения. — Из них сделали надёжный настил, по которому пехота может атаковать как по земле. С башни по ним снова стреляют из луков и арбалетов. Понтоны обстреливают из пушек и огнемётов.

Ночной штурм был отбит, также с большими потерями для турок. Башня Святого Николая осталась за госпитальерами. Туркам не удалось войти в гавань и уничтожить флот ордена.

За семьдесят лет владения рыцари ордена очень сильно укрепили Родос. Родосская крепость к 1480 году была самой укреплённой и самой современной крепостью Европы. Стены толщиной в несколько метров, с внешними откосами, невысокие, но очень прочные. Во время осады стены выдерживали удары до тысячи пушечных ядер ежедневно. Бастионы, позволявшие обстреливать подножие стен перекрёстным фланговым огнём. Внутри каменные дома образовывали сплошной лабиринт, кошмар для любой атакующей армии.

После двух поражений при штурме командующий Мессих-паша начал осаду с суши. Ежедневные обстрелы из пушек в течение двух месяцев, с конца мая до конца июля. Минная война — подкопы, чтобы обрушить стену. Лето на Родосе жаркое. В армии осаждающих началась дизентерия из-за антисанитарии, неизбежной в военном лагере того времени. Снабжение большой армии на маленьком острове в течение двух месяцев превратилось в отдельный кошмар.

27 июля туркам удалось обрушить стену возле Итальянской башни и ворваться в Еврейский квартал. Изображение с беспилотника не могло передать в полной мере ярость сражения на узких улочках средневекового города.

— Дерутся все, — передала Хагения. — Рыцари, пехотинцы, ополченцы, вижу даже монахов, взявшихся за оружие.

Великий Магистр Пьер д’Обюссон был ранен пять раз.

— В него попал арбалетный болт, его несколько раз ударили ятаганами и попали брошенным копьём, которое пробило броню на груди, — сообщила Хагения. — Великого Магистра прикрыли своими телами рыцари и унесли в безопасное место.

Пьер д’Обюссон выжил. Штурм продолжался до темноты, но рыцарям и ополченцам удалось выбить турок обратно за стены.

— Госпитальеры не остановились! — передала Хагения. — Они устроили контратаку и захватили лагерь осаждающих у горы святого Стефана. Османы в панике разбежались.

Турки не просто разбежались. Увидеть это с высоты в сумерках наблюдатели не могли, но госпитальерам удалось захватить в турецком лагере все боевые знамёна османов. Ночью горожане сумели восстановить проломанную стену.

Османская армия оказалась деморализована, истощена долгой осадой и болезнями. Десять дней после штурма турки провели в лагере, не предпринимая активных действий. Потом отошли к месту первоначальной высадки. Хагения передала, что они готовят корабли к отплытию.

17 августа османы погрузились на корабли и покинули Родос.

— Эта победа прославила рыцарей на всю Европу, — доложил Вере Фолиум. — Папа даже прислал Великому Магистру д’Обюссону шапку кардинала. Таких почестей от папы ещё не удостаивался ни один из рыцарских орденов.

—=W=—

После переезда сомнаморфа из Константинополя в Москву и активизации «Приората» на северо-восточном направлении наблюдатели начали получать больше сведений о политической ситуации в Московском княжестве и вокруг него.

— Ситуация у великого князя Ивана Третьего вообще-то далеко не самая благоприятная, — Вере Фолиум обобщил содержание информационных сводок от «Приората». — С востока и юго-востока на него давит Большая Орда во главе с ханом Ахматом, с запада Ливонский орден атакует вассальное Псковское княжество, литовский князь Казимир вступил в союз с ханом Ахматом, да ещё и родные братья, князья Борис и Андрей подняли мятеж, из-за того, что Иван не поделился с ними добычей при захвате и присоединении Новгорода. Иван уже девятый год не платит дань Большой Орде, и хан Ахмат с войском отправился выбивать долг. Иван Третий с июня находится в Коломне, а ордынское войско во главе с ханом прошло по правому берегу Оки и переправилось через неё южнее города Калуга, чтобы атаковать Московское княжество с литовской территории. Граница Московского княжества и Великого княжества Литовского проходит по реке Угре, притоку Оки, впадающей в Оку с северо-запада, — куратор проекта «Морф» вывел на экран карту. — Хан Ахмат собрал действительно большое войско, есть информация, что татары выгребли все резервы.

Вентус подошёл к карте и долго стоял, глядя на неё и что-то прикидывая.

— Если татары или литовцы двинут войска к Москве, они могут быть там через несколько дней, — наконец, сказал он. — А оно нам надо? Ну, допустим, гермозатворы мы закроем, и хрен они их выбьют, даже если и найдут. Входы в комплекс замаскированы. Но если эти начнут шариться в поисках добычи и жечь город, могут случайно найти вентиляционные шахты комплекса. Внутрь не пролезут, но рассекретят само его наличие. В общем так, — он повернулся к Вере Фолиуму. — Через «Приорат» Ивану намекните: «лучшая война — та, которая не началась.» Лето заканчивается. Татары коней кормят травой на выпасе. Поэтому их армия должна постоянно двигаться с места на место. Сами они чем питаются?

— Гонят огромное стадо баранов следом за войском, — ответил куратор проекта «Морф».

— Вот, — Вентус удовлетворённо ухмыльнулся. — Этих баранов тоже кормить надо. А теперь прикинь, если Ивану удастся задержать татар в одном месте хотя бы недели на две-три, лучше на месяц. Что они и их скотина жрать будут? Ну, это Иван, положим, и сам знает. А вот что он может и не знать — это что хан Ахмат по мобилизации собрал все резервы, и в тылу у него почти никакой защиты не осталось. Пусть сомнаморф через посредников передаст Ивану сокращённый рассказ о походе нашего легиона по Волге, Оке, Москва-реке и Западной Двине. Под большим секретом. Про комплекс, разумеется, ни слова. Пусть соврёт, что это была глубокая разведка, результатами которой воспользоваться, в итоге, не удалось из-за развала Западной Римской империи. Проверить Иван всё равно не сможет, за давностью событий. Пусть пошлёт отряд надёжных воинов на кораблях по рекам и ударит по столице Орды.

— Понял, передадим, — Вере Фолиум тоже понимающе ухмыльнулся. Вентус редко разрешал вмешиваться в события, но уж если разрешал, то с максимальной эффективностью.

30 сентября Иван III вернулся в Москву. Великую княгиню Софью он отправил в безопасное место, на Белоозеро. Перед лицом общей опасности его братья Борис и Андрей прислали послов с сообщением о прекращении мятежа. Бояре поддержали решение князя, и уже 3 октября Иван III отправил войско с приказом занять берег реки Угры.

— Русское войско растянулось вдоль реки почти на одиннадцать лиг⁽⁴⁾, — доложила наблюдатель Валления Септагинта Квинта. — С восьмого октября татары несколько дней подряд пытались форсировать реку, но их попытки были отбиты огнём артиллерии. В итоге татары отошли от реки и встали лагерем. Русские войска тоже стоят напротив. Любую попытку переправы русские давят артиллерийским огнём. Похоже, Ридольфо Фиораванти изрядно улучшил им литейное производство — такого количества пушек мы у них ещё не видели.

Как и предсказывал Вентус, вынужденные стоять на одном месте татары быстро остались без корма для лошадей и овец. Окрестности они разорили, но дальше продвигаться в поисках еды не могли. Представление о гигиене у татар, привыкших к кочевому образу жизни, было весьма условное. В лагере началась дизентерия.

Тем временем русский экспедиционный отряд под командованием князя Василия Ноздроватого-Звенигородского на лодках прошёл по Оке и Волге до самых низовий и разгромил Новый Сарай — столицу Большой Орды, оставшуюся почти без защиты после мобилизации.

— Так, — узнав об этом, Вентус обрадованно ухмыльнулся. — Посмотрим, как отреагирует хан.

28 октября, учитывая наступление холодов, Иван III отвёл войско от берега Угры, рассчитывая дать сражение у Боровска. Хан Ахмат получил сообщение о диверсионном отряде, напавшем на его столицу, и преследовать русское войско не решился. В первых числах ноября татарское войско отошло от реки, а 11 ноября хан принял решение вернуться в Орду. На обратном пути татары разграбили двенадцать принадлежавших тогда литовцам городов, в отместку королю Казимиру, который отказался предоставить военную помощь.

— Фактически это означает конец подчинения русских княжеств власти Орды, — заключила Веста Трицесима Секунда. — Причём эта победа была завоёвана с минимальными потерями. Мы присутствуем при историческом моменте, коллеги.

—=W=—

1492 год н. э.

О подготовке к экспедиции через океан наблюдатели узнали заблаговременно.

«Некий генузец по имени Кристофоро Коломбо, именуемый в Кастилии Кристобаль Колон, просил короля Фердинанда и королеву Изабеллу снарядить экспедицию для поиска западного пути в Индию, — написал в рапорте сомнаморф. — Но Коломбо получил отказ из-за своих непомерных притязаний, так как пожелал стать вице-королём всех открытых земель.

С 1476 года упомянутый Коломбо около 9 лет жил в Португалии, где встречался с рыцарями и капитанами кораблей ордена Христа, а также совершил плавания в Англию, Ирландию и Исландию. В Исландии он мог услышать рассказы о землях Страны Заката⁽⁵⁾. Я уж не стал рассказывать ему об Эйрике Рыжем и Лейфе Эйрикссоне, о плавании трёх тамплиерских кораблей в 1307 году, о походах на запад капитанов ордена Христа, о плавании сэра Генри Синклера из Шотландии в 1398 году. Ну, чисто чтобы не сильно его расстраивать.»

Колумб не оставил своих попыток и зашёл с другого фланга — через королеву Изабеллу, пообещав ей, в случае успеха, возможность атаковать Османскую империю с востока.

«Идея вновь освободить Гроб Господень настолько захватила набожную королеву, — сообщил сомнаморф, — что она вознамерилась продать свои драгоценности, чтобы снарядить экспедицию. В итоге договорились, что Коломбо снарядит один корабль на собственные средства. Проблема в том, что денег у него нет и не предвидится.»

Колумба выручил капитан Мартин Алонсо Пинсон, он отправился с ним в экспедицию на своём корабле «Пинта», а Колумбу одолжил денег, чтобы нанять небольшой кораблик «Санта Клара», который вошёл в историю как «Нинья», по имени его владельца Хуана Ниньо. Владельцем и капитаном флагманской каракки «Санта-Мария» был Хуан де ла Коса. Всего в экспедиции участвовало сто человек.

«Экспедиция отправилась из порта Палос-де-ла-Фронтера 3 августа», — сообщил сомнаморф.

Вентус распорядился проследить за кораблями. Фулгур отправила дирижабль для сопровождения, но непосредственно присматривали за кораблями сами наблюдатели. Им легче было следить с большого расстояния, на дальней дистанции они были неотличимы от птиц, тогда как дирижабль держался на горизонте.

— Видим корабли Коломбо, идут курсом на запад, — сообщил наблюдатель Югланс Септагинтум Квартус. — На парусах кораблей огромные красные кресты с раздвоенными концами — знак португальского ордена Христа.

— А вот это интересно, — заметил Вентус. — Коломбо — итальянец, из Генуи. Экспедицию снаряжали в Испании. Капитаны и владельцы кораблей — испанцы. Корабли вышли из испанского порта. Ну, и с чего бы им идти под знаками португальского ордена?

— Орден Христа — не более чем сменивший название орден Храма, — напомнила Фулгур, — и в испанских королевствах тамплиеры пользовались уважением не меньшим, чем в Португалии.

Через шесть дней экспедиция зашла на Канарские острова: «Пинта» дала течь, и ей требовался ремонт. Продолжить путь удалось только через месяц. С Канарских островов корабли вышли 6 сентября, поймали попутный пассат и уже через десять дней вошли в область, где под поверхностью воды заметили множество водорослей. Вначале решили, что земля близко, — обычно водоросли растут на малой глубине, но промеры лотом предположение не подтвердили. С этого момента прошёл ещё двадцать один день, но земли не было видно.

7 октября наблюдатели сообщили, что корабли изменили курс с западного на запад-юго-запад. Позже стало известно, что экипажи из-за затянувшегося плавания были на грани бунта, но 12 октября матрос Родриго де Триана с «Пинты» ночью сумел заметить землю. 13 октября корабли подошли к острову, который Колумб назвал Сан-Сальвадор. Здесь испанцы впервые высадились на берег, и Колумб поднял флаг Кастилии.

28 октября экспедиция достигла большого острова⁽⁶⁾. Колумб искренне полагал, что находится где-то в Восточной Азии.

Наблюдатели сообщили, что корабли возобновили плавание 13 ноября. Через неделю, 20 ноября, капитан Мартин Алонсо Пинсон на корабле «Пинта» отделился от экспедиции, решив самостоятельно отыскать богатый остров. Ему удалось первым достичь Гаити и высадиться там.

Затем наблюдатели сообщили, что 6 декабря Колумб тоже высадился на Гаити и нанёс его на карту под названием «Эспаньола».

— Они движутся вдоль северного берега острова, — передал с борта дирижабля Югланс Септагинтум Квартус, — и обнаружили небольшой островок.

Этим островком была Тортуга, в будущем — главное гнездо карибских пиратов. Всё осложнилось 25 декабря.

— Флагманский корабль Коломбо сел на рифы у берега обнаруженного им большого острова, — сообщил Югланс. — Моряки договорились с местными жителями, свезли на берег припасы и пушки и сейчас строят на острове форт.

Маленькая «Нинья» не могла взять припасы на два экипажа. Колумб оставил на острове тридцать девять моряков из команды «Санта-Марии», снабдил их запасом еды на год и отдал все пушки. «Нинья» вообще не несла никакого вооружения. 4 января 1493 года наблюдатели передали, что «Нинья» вновь вышла в море, а 6 января у того же побережья Гаити она встретилась с «Пинтой» капитана Пинсона.

16 января корабли отправились в обратный путь. 12 февраля корабли попали в трёхдневный шторм.

— Они разделились, — сообщил Югланс. — Будем следить за «Ниньей», она меньше, у них меньше шансов добраться до Испании. «Пинта» всё же побольше будет.

18 февраля «Нинья» сделала остановку на Азорских островах и в начале марта пришла в Лиссабон.

«Коломбо приняли как героя-первооткрывателя, — сообщил сомнаморф. — Король Жуан приказал снабдить его всем необходимым.»

15 марта оба корабля по отдельности вернулись в Испанию.

«Коломбо встретился с королём и королевой в Барселоне, — написал в отчёте сомнаморф. — Он сразу же начал готовить следующую экспедицию, намного более многочисленную.»

— А что там за Генри Синклер, про которого сомнаморф пишет, что тот якобы побывал в Стране Заката? — спросил Вентус.

— Сэр Генри Синклер, граф Оркнейский и 4-й барон Росслина, шотландский дворянин, потомок укрывшихся в Шотландии тамплиеров, — рассказал Вере Фолиум. — В 1398 году он предпринял путешествие на запад и, вероятно, достиг Страны Заката⁽⁷⁾. С 1446 по 1480 год его внук Уильям Синклер, первый граф Кейтнесс, построил в имении Росслин в Шотландии капеллу, богато украшенную резьбой по камню.

— А на каком основании вы решили, что этот шотландец побывал в Стране Заката? — Вентус редко принимал на веру подобные утверждения.

— Иногда, если люди не могут рассказать о чём-то сами, вместо них начинают говорить камни, — загадочно ответил Вере Фолиум и пояснил, зная, что командир не любит загадок. — На каменных орнаментах внутри Росслинской капеллы изображены растения, которые не растут в Европе⁽⁸⁾. Капеллу закончили строить в 1480 году — за двенадцать лет до плавания Кристофоро Коломбо. Генри I Синклер, граф Оркнейский, родился в 1345 году и умер в 1420-м. На его могильном камне высечена надпись «Knight Templar».

После первого путешествия в Новый Свет Колумб предпринял ещё три экспедиции: в 1493-1496 годах, в 1498-1500 годах и в 1502-1504 годах. Его путешествие открыло эпоху дальних плаваний испанских и португальских мореплавателей.

— Португалия лежит в стороне от основных средиземноморских торговых маршрутов, — Веста Трицесима Секунда вывела на экран проектора карту Европы и Африки. — Страна сильно обеднела после окончания в 1492-1497 годах Реконкисты, когда португальцам после почти восьмисот лет непрерывных войн удалось изгнать мусульман с Иберийского полуострова. Ещё до окончания Реконкисты португальский принц Энрике отправлял одну за другой экспедиции для исследования западного побережья Африки.

— Что его там интересовало? — спросил Вентус.

— Принц Энрике искал обходной путь для прибыльной транссахарской торговли, которую контролировали мусульманские государства Северной Африки, — пояснила Веста. — Принц умер в 1460 году, войдя в историю как Генрих Мореплаватель. Отправленные им экспедиции, однако, не добрались даже до экватора. Португальские короли, Афонсу V и Жуан II, ищут путь в Индию, а также в «страну пряностей» — специи в Европе очень дорогие, так как Османская империя, захватившая южное и восточное побережье Средиземного моря, Грецию и Балканский полуостров, контролировала торговые пути.

— Ещё христианских монархов Европы привлекает легенда о «стране пресвитера Иоанна», которую они очень хотят найти, — добавил Вере Фолиум.

— Что за пресвитер Иоанн? — спросил Вентус

— Это распространённая в Европе легенда, — ответил куратор проекта «Морф». — Якобы где-то на Востоке, за мусульманскими государствами, есть христианская страна, которой правит некий «пресвитер Иоанн». Папа Римский даже направлял туда посла, но дипломатическая миссия пропала, видимо, погибла в пути.

— А это они не Московское княжество имеют в виду? — спросил Левис Алес. — Там же как раз князя Иваном зовут?

— Нет, русские княжества в Европе хорошо известны, — ответила Веста. — Между правителями русских княжеств и европейских государств даже заключались династические браки. Скорее всего, «страна пресвитера Иоанна» — не более чем легенда. Кто-то что-то где-то не до конца услышал, кто-то не так понял, рассказал другому, тот понял по-своему, приврал для убедительности… Всё как обычно.

Португальцы тщательно подготовили свою экспедицию. Сначала опытный путешественник и тайный посол Бартоломеу Диаш разведал путь вдоль всего западного побережья Африки. Под его руководством были построены четыре корабля. «Сан-Габриэл» и «Сан-Рафаэл» — трёхмачтовые, водоизмещением по 120-150 тонн — крупные для того времени. С ними шли небольшая маневренная каравелла «Берриу» и транспортное судно, перевозившее большую часть припасов. Корабли были хорошо вооружены пушками.

Экспедицию возглавил опытный моряк Васко да Гама. Корабли вышли из Лиссабона 8 июля 1497 года.

— Они довольно далеко углубились в Атлантику, обойдя стороной Канарские острова, — доложила Валления Септагинта Квинта, возглавлявшая отряд наблюдателей, следовавший за кораблями на дирижабле, — и только в конце ноября смогли обогнуть мыс Доброй Надежды. Корабли сильно потрепало штормом, они зашли для ремонта в бухту и там бросили транспортное судно. Оно было так сильно повреждено, что его решили не ремонтировать.

— Следите за ними, — распорядился Вентус.

Далее корабли прошли на север вдоль восточного побережья Африки.

— Португальцы несколько раз останавливались в портах, — Фулгур коротко обобщила сообщения наблюдателей. — В порту Момбаса у них был конфликт с местной арабской администрацией. Их неплохо приняли в порту Малинди, там они смогли подремонтироваться и отплыли в Индию.

— По дороге они грабили невооружённые арабские корабли, — передала Валления. — Фактически, это был пиратский рейд, а не экспедиция первооткрывателей.

Корабли достигли порта Каликут⁽⁹⁾ вечером 20 мая 1498 года.

— Встретили их с почётом, — сообщила Валления. — Местный правитель даже устроил в их честь военный парад и разрешил открыть факторию для торговли.

Однако португальские товары индийцев не заинтересовали и продавались плохо. Васко да Гама к тому же поссорился с индийцами из-за пошлин, которые счёл слишком высокими. В итоге он захватил силой пару десятков местных рыбаков и отплыл обратно.

— До африканского побережья они добирались три месяца, — передала Валления. — За время пути в Индию и обратно экспедиция потеряла немало матросов, те, что выжили, были в плохом состоянии. 2 января⁽¹⁰⁾ корабли подошли к порту Могадишо, но заходить в порт не стали, а зачем-то обстреляли город из пушек. 7 января корабли пришли в порт Малинди, где моряки смогли отдохнуть и подлечиться.

— В Малинди они запаслись свежей едой, — сообщила Валления. — Но экспедиция потеряла столько моряков, что им пришлось 13 января бросить и сжечь один из кораблей, потому что экипажей не хватало для управления парусами.

На обратном пути экспедиция сделала ещё несколько остановок.

— 12 марта они обогнули мыс Доброй Надежды и идут на север, — передала Валления.

В Португалию экспедиция вернулась лишь в августе 1499 года. На двух кораблях возвратились лишь пятьдесят пять человек из полутора сотен. Но король остался доволен — привезённый груз пряностей окупал все потери. Впоследствии Васко да Гама совершил ещё две экспедиции в Индию — в 1502-1503 гг и в 1524 году, получив пост вице-короля Индии, и там умер 24 декабря 1524 года.

— В Индии и на побережье Африки португальцы действуют с беспрецедентной жестокостью, — доложила Фулгур, обобщив множество рапортов наблюдателей. — Это не торговые экспедиции, это захват территорий. Колонизация. Они буквально рубят пленным руки, ноги, головы, выбивают зубы. Это чудовищно.

Вентус помрачнел.

— Документируйте всё, — распорядился он. — Рано или поздно за эти преступления им придётся ответить. Любую помощь колонизаторам сворачиваем. Наблюдать продолжаем, документируем, собираем информацию — и только. Фолиум, тебе поручаю проработать возможные меры воздействия на политику европейских государств через «Приорат». Понимаю, надежды мало. Жадность затмевает им разум. Но мы должны попробовать, хотя бы попытаться.

—=W=—

Кристальная империя.

Год 1004 от Восстания Найтмер Мун.

Получив подсказку от Марины, Марбл Абакулус отправилась переговорить с командиром дирижабля. Коммандер Блиццард, получив под своё командование первый в Кристальной империи дирижабль, обратился в муниципалитет и арендовал один из пустующих домов в северном секторе города. Дома здесь отстроили и отремонтировали довольно быстро, за счёт быстрого роста кристаллов, и передали их в распоряжение муниципалитета, для сдачи в аренду поням, приезжавшим в Кристальную. Свой дом в Мэйнхеттене коммандер не продавал — дирижабль совершал рейсы в Мэйнхеттен и Филлидельфию по два, а иногда и три раза в неделю.

Коммандер Блиццард внимательно выслушал не совсем связные и профессиональные объяснения Марбл:

— Поискать с воздуха эти фонтаны магии и посмотреть, нет ли возле них этих каменных шаров? Да, это можно. Но любые поисковые операции оптимально проводить не одним дирижаблем, а использовать его как пегасоносец. Чем больше глаз будут смотреть одновременно, летя в разных направлениях, тем быстрее можно осмотреть район поисков.

— Мы можем спросить у принца Шайнинга, не поможет ли он нам с пегасами или бэтпони, из числа прикомандированных, — предложила Марбл.

— Давайте спросим у него, — согласился Блиццард.

Попасть на приём к Шайнингу Армору оказалось несложно — куда проще, чем выстоять длинную очередь в приёмный день к принцессе Селестии. Принц-консорт сидел на троне в абсолютно пустом зале и, казалось, слабо понимал, зачем он здесь находится. Шайнинг Армор выслушал коммандера и Марбл, позвал начальника охраны и распорядился выделить для разведки десяток бэтпони. Кристальная империя страдала от недостатка пегасов даже больше, чем от недостатка единорогов.

— Единороги в Кристальную из Эквестрии охотно переезжают, — рассказал принц-консорт. — Единорогам здесь за счёт высокого уровня рассеянной магии комфортно, запас магии быстро восстанавливается. А пегасам здесь скучно и нечего делать. Погода под куполом всегда хорошая, а вне купола погода никого не интересует. Город небольшой, с доставкой кристальные пони и сами справляются. Летать под куполом пегасам особо негде, да и магия купола их нервирует. А снаружи купола здесь семь месяцев в году снег, метель и холод собачий.

Пока экипаж дирижабля и бэтпони готовились к поисковой операции, из Мэйнхеттена доставили первые несколько больших катушек оптоволокна. Санбёрст и Старлайт вместе с Лирой, Саншайн и несколькими кристальными гвардейцами занялись прокладкой оптоволокна от Кристального Сердца в пятый контур комплекса. Дверь шлюза в подвале замка открыли и через неё протянули собранное в общую шину оптоволокно через сектор химических лабораторий, по радиальному тоннелю третьего контура до лифтовой шахты, и через неё прямо в пятый контур, где возле шахты стояли в ожидании лифта ядра дикой магии. Как только оптоволокно опустили в пятый контур, каменные аккумуляторы тут же зашевелились. Санбёрст и Старлайт подключили оптоволоконную шину к кристаллической линзе, и ближайшее ядро дикой магии сразу же приковыляло к ней. Остальные ядра дисциплинированно выстроились в очередь. Единороги с интересом наблюдали, как светящаяся струйка магии течёт из оптоволокна через кристальную линзу и поглощается ядром.

— Кажется, у них процесс подзарядки от любого источника магии хорошо отлажен, — заметил Санбёрст.

— Вопрос в том, насколько быстро они будут заряжаться, — отозвалась Старлайт. — Пока что, как я посмотрю, зарядка идёт медлённо.

Посмотреть на зарядку ядер через оптоволокно пришли археологи, и с ними даже Мосси Бранч и Айрон Спарк. Зелёная единорожка наблюдала за процессом довольно бесстрастно. Спарк, напротив, разглядывал оптоволокно и линзу с доброжелательным интересом. Потом он подошёл к Санбёрсту:

— Я тут подумал, глядя на ваш метод зарядки этих аккумуляторов. Он, безусловно, революционный. Но заряжаться таким образом они будут долго. Или нужно многократно увеличивать количество этих стеклянных волокон. У меня есть знакомый, коллега, по имени Скай Глоу, весьма талантливый маг. Он обладает удивительной способностью перемещаться по лучу света. Что-то вроде телепортации, но на несколько других магических принципах, — поведал Спарк. — Учёные Кантерлотского университета считают свет одним из агрегатных состояний магии, которые исторически именуют «стихиями». Вот я и подумал — а не будет ли более эффективно передавать магию в виде концентрированного светового луча через систему зеркал?

— Интересная идея! — Санбёрст сразу заинтересовался. — Но не будет ли при таком способе передачи больших потерь при рассеивании света?

— Рассеивание, конечно, будет, — согласился Спарк. — Но такой способ передачи позволит передавать много больше магии в единицу времени, и тут уже будет не так важно, если какая-то часть этой магии потеряется. Кристальное Сердце и так постоянно рассеивает в пространстве проходящую через него магию. Если её собрать, условно говоря, окружив Сердце зеркалами, в общий пучок света и передать через систему зеркал вниз в комплекс, это позволит быстро зарядить аккумуляторы, а затем собирающие магию зеркала можно будет убрать.

— Да, верно! Но есть проблема. Передающие зеркала будут отражать мощный луч концентрированной магии, — напомнил Санбёрст. — Они будут нагреваться и сильно. Их нужно будет как-то охлаждать.

— Охлаждать придётся, — согласился Спарк. — Зато через зеркала можно будет передать намного больше магии.

— Не проще ли будет найти и восстановить систему передачи магии, ранее существовавшую в комплексе? — спросила Мосси Бранч. — Сложную систему охлаждаемых зеркал быстро сделать вряд ли получится. Зеркала нужны большие, металлические, их нужно будет долго полировать.

— Как минимум, нужно найти, осмотреть и проверить каналы передачи магии в тоннелях комплекса, — решила Марбл. — Мы слишком долго откладывали эту работу из-за более срочных дел.

—=W=—

Бригада кристальных пони во главе с Грип Спаннером изготовила пылесос и циклон к нему. Заминка получилась со шлангом — в Кристальной империи не было шлангов нужного диаметра, пришлось заказывать его из Кантерлота и доставлять курьером-пегасом. Старлайт сделала рунную схему для телепортации молекул воздуха из камеры пылесоса, по типу тех схем, что использовались в вакуумных камерах. Рунная схема работала от кристаллического аккумулятора — в богатой магией среде Кристальной империи он почти не разряжался, но в тоннелях возле негейт-камеры всё могло оказаться куда хуже.

Проблема была в воздействии порошка-негатора на пони. Пылесосом нужно было как-то управлять. Лезть в заражённые негатором тоннели никто не хотел, да и посылать туда своих подчинённых тоже никто из роговодителей не решался.

— А почему бы нам не приделать пылесос к тому секироголовому Стражу? — спросил Грип Спаннер.

Пони переглянулись.

— Идея выглядит здраво, — признал Каттер. — Но надо посоветоваться с леди Эйелинн. Могут быть проблемы, о которых мы не знаем.

Учёный отправился в замок и разыскал механическую пони в её кабинете:

— Леди Эйелинн, мы хотим собрать порошок негатора магии в тоннеле с помощью пылесоса, — Каттер рассказал советнице принцессы предложенную механиком идею. — Хочу с вами посоветоваться. Посылать туда пони — опасно, они могут потерять магию. Что, если мы приделаем пылесос к тому секироголовому Стражу, которого мы починили, и отправим его в тоннели?

— Для Стража это не менее опасно, — ответила Эйелинн. — Как и для меня. Мы оба используем магические компоненты. Если порошок негатора попадёт на них, и я, и Страж отключимся навсегда.

— Понятно, — Каттер обеспокоенно кивнул. — Спасибо, что предупредили. Попробуем тогда придумать что-нибудь другое.

— Единорог может затолкать этот механизм, пылесос, в опасную зону телекинезом с безопасного расстояния, — предложила Эйелинн. — И может поворачивать его там телекинезом. Надо только поставить механизм на раму с колёсами.

— Телекинезом? — удивился учёный. — Разве он не отключится в тоннеле?

— Скорее всего нет, если единорог будет касаться телекинезом только рамы вашего механизма, а не пола, — пояснила Эйелинн. — На всякий случай, можно взять с собой длинный шест с крюком, если не удастся вытянуть пылесос обратно телекинезом, можно будет его зацепить и вытащить.

Вернувшись в цех, Каттер обсудил идею с механиком и рабочими, а затем обратился к Санбёрсту и Старлайт.

— Я могу попробовать, — согласилась сиреневая единорожка. — Если ещё замотать копытца чем-то вроде прорезиненной ткани. Телекинезом я могу достать довольно далеко, селестиалов на пять точно. Но одна я туда не пойду.

— Одну я тебя туда и не отпущу! — заявил Санбёрст. — Если идти туда — то только группой и хорошо подготовившись. Мистер Каттер, попробуйте установить пылесос на раму с самоориентирующимися колёсами. Я видел здесь, в цехах, такую тележку, можно на неё и поставить.

— А, точно, есть тут такая тележка! — сообразил Грип Спаннер

Он отправился в угол цеха и прикатил тележку с деревянной платформой в железной раме. У неё была одна ось с парой колёс посередине, и два одиночных самоориентируемых колеса спереди и позади оси, так, что колёса располагались ромбом. Тележку можно было толкать или тянуть за большую скобу.

— Бруски сейчас уберём, поставим пылесос на телегу, а шланг с раструбом закрепим спереди, — механик взялся за инструменты, и через час пылесос был установлен на тележку.

За это время Санбёрст собрал команду для сопровождения Старлайт в тоннелях. Пока он занимался созданием команды, в цех пришли Мосси Бранч, Айрон Спарк, археологи во главе с Марбл Абакулус и с ними Эйелинн. Спарк с интересом рассматривал пылесос, который механики устанавливали на тележку:

— Это и есть тот механизм, которым вы хотите собрать порошок-негатор? — спросил белый единорог.

— Да, — ответил Каттер. — Вот в этой вертикальной штуке — циклоне — воздух будет закручиваться, сначала опускаясь вниз, а потом поднимаясь снова вверх, и всасываться в маленькую камеру вверху. Порошок должен, по нашим расчётам, собираться в нижней ёмкости циклона. На входе в маленькую камеру мы поставили фильтр, который не пропустит в неё порошок. Внутри камеры мисс Глиммер разместила рунную схему, которая телепортирует воздух наружу. За счёт этого в камере создаётся разрежение, и воздух всасывается в неё.

— Хитро придумано, — одобрил Спарк.

— Мы даже сможем полностью очистить тоннели от порошка негатора, — с энтузиазмом заявил Каттер.

— Вот на это я бы не рассчитывал, — сразу предупредил Спарк. — Как раз хотел вас насчёт этого предупредить. Порошок негатора очень сыпучий, когда сухой, а в мокром состоянии он всепроникающий. При этом он нерастворим в воде. За прошедшие века тоннели неоднократно затапливались. Порошок должен был проникнуть в каждую щель, в каждую трещинку в полу и нижней части стен. Вытянуть его из всех этих щелей вряд ли удастся.

— Вот оно как… — задумчиво произнёс Каттер.

— Да, поэтому надо быть очень осторожными, — предупредил Спарк. — Наша цель — не очистить тоннели полностью, а собрать некоторое количество негатора, чтобы поглотить магию Тирека и уменьшить его. Очень рекомендую этим и ограничиться.

— Поняла, — согласилась Старлайт. — Я и сама не хочу задерживаться там больше необходимого времени.

— Будьте очень осторожны, мисс Глиммер, — Спарк говорил вполне серьёзно. — Пожалуй, я тоже схожу с вами, мало ли что может случиться в этих тоннелях.

Подготовившись к походу, пони взяли с собой тележку с пылесосом и отправились в заражённый негатором тоннель. Входили на этот раз не через Кристальный замок, а через открытый Мосси Бранч вход из полуподземной башни. В подземелье отправились Старлайт, Санбёрст, Айрон Спарк и несколько кристальных гвардейцев, с ещё одной тележкой и носилками на случай, если понадобится экстренная эвакуация пострадавших. Всепони надели на копытца защиту из прорезиненной ткани и респираторы — после исследования образцов в лаборатории и пояснений Спарка рисковать не хотелось никому. Также Старлайт взяла с собой два полностью заряженных кристаллических аккумулятора магии большой ёмкости.

Войдя в боковое ответвление тоннеля, Старлайт и Спарк по очереди кастовали диагностическое заклинание, чтобы не пропустить начало заражённой негатором зоны. Как только появились первые пятна, где магия диагностического заклинания быстро исчезала, Старлайт активировала рунную схему пылесоса и накатила его телекинезом на тёмное пятно. Поводила несколько раз тележку вперёд-назад, затем отодвинула её, и Спарк скастовал диагностическое заклинание на очищенную зону. Свечение магии не погасло сразу, но постепенно всё равно начало тускнеть. Потом в сплошном свечении появились мелкие тёмные пятнышки. Они медленно увеличивались.

— Видите, полностью убрать порошок негатора почти невозможно, — Спарк указал на эти тёмные пятна. — Поэтому давайте просто соберём сколько нужно и уберёмся отсюда поскорее.

Следующее тёмное пятно, которое обнаружила и пропылесосила Старлайт, находилось на треснувшей плитке пола. Когда единорожка несколько раз прошлась по нему пылесосом, Спарк снова скастовал диагностическое заклинание. Оно показало несколько быстро темнеющих прожилок, расположенных точно над трещинами.

— Видите? Там, где были трещины, порошок в них остался, и там магия пропадает, — Старк указал на тёмные извилистые линии. — А ровную поверхность камня удалось почистить хорошо.

Пройдя немного дальше и почистив несколько отдельных пятен, Старлайт и Спарк вошли в сильно заражённую зону возле входа в негейт-камеру. Здесь магия диагностического заклинания гасла сразу же. Старлайт сосредоточенно двигала пылесосом несколько минут, после чего Спарк скастовал заклинание повторно. Теперь оно показало, что пол в основном очистился. Магия пропадала в основном над стыками плиток, откуда не удалось вытянуть негатор.

— Я что-то не понимаю, если этот негатор поглощает магию, какая же у него ёмкость насыщения? — спросил Санбёрст. — И почему он всё ещё её поглощает через тысячи лет, хотя при таком уровне рассеянной магии в Кристальной он уже должен был бы насытиться?

— Негатор немного не так действует, — ответил Спарк. — Он не поглощает магию, он её нейтрализует. Он работает подобно катализатору при химических реакциях — сам не расходуется, простое его присутствие отключает магию. Чем его больше, тем сильнее эффект. Поэтому когда мы пробовали скастовать заклинание внутри негейт-камеры, засыпанной порошком, магия не работала вообще. А в тоннеле, где порошок лежит пятнами и отдельными крупицами, заклинание диагностики работает там, где его нет или совсем мало, но отключается там, где порошка много. Расстояние тоже имеет значение. Если негатор попадёт в организм, из-за своего проникающего действия во влажной среде он распространяется, блокируя магию прямо в магических каналах. Поэтому на единорогов и пегасов он действует очень сильно, а земные пони к нему менее чувствительны. Хотя они теряют, к примеру, способность влиять на рост растений, и способности, связанные с магией земли.

— Ясно, — роговодитель лаборатории тщательно записал пояснения Спарка в свой блокнот. — Мерзкое вещество, что и говорить.

Старлайт очистила сильно загрязнённую площадку у входа в негейт-камеру и спросила:

— Стоит ли пробовать соваться в саму негейт-камеру? Или мы оттуда пылесос не вытащим?

— Можно попробовать, если постепенно, начиная от входа, — ответил Спарк. — Там много порошка, это сэкономит нам время. Чтобы не рисковать отключением телекинеза, давайте привяжем верёвку к раме тележки. Если даже телекинезом вытащить не получится, вытащим верёвкой.

Он сам привязал верёвку к тележке, и Старлайт вдвинула её переднюю часть со всасывающим раструбом в камеру. Единорожка несколько минут сосредоточенно чистила зону у входа, двигая тележку влево-вправо и постепенно задвигая всё глубже в камеру. Затем выкатила её обратно. Спарк скастовал световой шарик и запустил его внутрь камеры. Шарик нормально светился, пока парил над очищенным участком пола, но как только залетел поглубже в камеру, сразу погас.

— Наверное, можно рискнуть задвинуть пылесос поглубже, — Старлайт закатила тележку немного дальше в камеру.

— Только сама внутрь не заходи, — остановил её Санбёрст.

Единорожка ещё несколько минут сосредоточенно водила раструбом пылесоса по полу, очистив ещё часть камеры. Затем она вытащила пылесос, и Спарк снова скастовал диагностическое заклинание. Магия наглядно показала безопасную зону — она светилась над чистым участком пола и моментально гасла за его пределами. Порошок остался в щелях между каменными плитками — через некоторое время светящийся полукруг покрылся ровной тёмной сеткой, повторявшей стыки плиток.

— Давайте на этом остановимся, — предложил Санбёрст. — Пребывание здесь для всех нас рискованно. Сколько-то порошка мы собрали. Отправим его принцессе Твайлайт, и пусть она решает проблему с Тиреком.

— Мудрое решение, — одобрил Спарк.

Пони направились обратно, катя перед собой тележку с пылесосом.

— А как вы собираетесь отправить порошок в Понивилль? — спросил Спарк.

— Нижняя ёмкость, в которую собирается порошок, отвинчивается, — ответил Санбёрст. — Её можно снять, закрыть пробкой и отправить с курьером.

Вернувшись в цех, пони обнаружили там принцессу Твайлайт Спаркл и Шайнинга Армора с несколькими гвардейцами. Санбёрст и Старлайт тут же поклонились.

— Как удачно вы приехали, Ваше Высочество, — приветствовал её Санбёрст. — Мы как раз собрали для вас порошок негатора из негейт-камеры.

— Да, Шайнинг сообщил, что вы сделали машину для сбора порошка, — ответила Твайлайт. — Поэтому я сразу поехала в Кристальную.

Спарк попросил у Грип Спаннера пробку для нижней ёмкости пылесоса, сам её отвинтил и закрыл пробкой. Затем другой пробкой закрыл снизу открытую горловину циклона.

— Внутри пылесоса точно остался порошок, — предупредил маг. — Когда Тирек будет возвращён в Тартар, очень советую снять пылесос с тележки и переплавить. Это единственный способ надёжно нейтрализовать негатор.

— Понял, — кивнул Спаннер. — Так действительно будет безопаснее.

Твайлайт забрала ёмкость с негатором:

— Спасибо, мистер Санбёрст, мистер Спарк, мисс Глиммер, — поблагодарила принцесса. — Вы очень помогли.

— Кстати, мистер Санбёрст, у меня есть идея по поводу этих ходячих каменных ядер, — Шайнинг Армор решил поделиться своими соображениями. — Незадолго до вашего первого приезда мы зачищали четвёртый и пятый контуры комплекса от пещерных пауков и в ходе зачистки задержали там отряд грифонов и пару алмазных псов, вы наверняка слышали об этом.

— Да, конечно, мисс Харстрингс даже беседовала с этой задержанной алмазной собакой, — вспомнил Санбёрст. — Вы их ещё держите?

— Трое грифонов и один из псов, к сожалению, сбежали, — нахмурился принц-консорт. — Собака и один из грифонов предложили нам свои услуги, они пока находятся в Кристальной под особым контролем. Но речь не об этом. Они проникли в пятый контур комплекса через длинный тоннель, уходящий за пределы погодного купола. Нашли в нём проход к работающему лифту. Я видел этот лифт, его вход и размеры достаточно велики, чтобы опустить эти ядра дикой магии в пятый контур.

— Так это же отличная новость! — обрадовался Санбёрст.

— Там есть одна проблема, — слегка охладил его энтузиазм Шайнинг. — В ответвлении тоннеля стоит старинный сталлионградский бронепоезд. Ядра дикой магии мимо него не пройдут, слишком узкий проход между вагонами и стеной тоннеля. Нам нужно сначала как-то вытащить этот бронепоезд. У его паровоза прострелен котёл, да и за столько лет все колёсные пары и буксы наверняка заржавели, залипли и не крутятся. Но главное — куда его девать и как вытащить? Мы сейчас достраиваем кольцевую железную дорогу вокруг города. Но постройка ответвления до входа в тоннель, чтобы загнать туда паровоз и отбуксировать поезд, займёт недели.

— Понятно. Не всё так просто, — Санбёрст задумался.

— Если позволите, Ваше Высочество… — влез в разговор механик Грип Спаннер.

— Конечно, мистер Спаннер, — кивнул Шайнинг Армор.

— Бронепоезд первым делом надо осмотреть и привести в порядок тележки, — предложил механик. — Толковая бригада железнодорожников с зельем для очистки от ржавчины, что готовит мистер Бесом, справится за пару дней. Если найдётся мощная лебёдка, состав можно вытянуть из тоннеля с её помощью, по частям, расцепив вагоны. Основная проблема — стронуть их с места, дальше инерция будет работать на нас. Если он в тоннель заехал — значит, там были какие-то рельсы, подходившие к этому тоннелю снаружи. Надо их поискать и восстановить отрезок пути длиной чуть больше этого состава. Чтобы можно было его наружу вытащить, пока ядра пройдут по тоннелю, а потом можно поезд загнать обратно, чтобы на зиму не оставлять под открытым небом. Готов заняться этим, если помощников дадите.

— Ещё можно попробовать провести временную рельсовую ветку, без постройки насыпи, от фабрики на северной окраине, где мисс Луламун строила ракеты, — предложил Санбёрст. — К ней рельсы уже подведены. Это на случай, если сдвинуть состав лебёдкой не получится.

— Это будет несколько дольше, — прикинул принц-консорт. — Но я отдам такое распоряжение, пусть будет как запасной вариант. На лебёдку у меня что-то мало надежды. Там всё-таки тяжёлые броневагоны и паровоз. Мистер Спаннер, насчёт железнодорожников вам в помощь я распоряжусь. Займитесь, пожалуйста, составом и лебёдкой. Как я понимаю, для работы в тоннеле обычный угольный паровоз не годится, он весь тоннель моментально заполнит дымом, там будет невозможно работать.

— Вы правы, Ваше Высочество. Для нашего ракетного поезда в Сталлионграде сделали паровоз с жар-кристаллами в топке, — вспомнил Санбёрст. — Если пригнать его из депо в Филлидельфии, можно будет использовать его.

— Об этом я тоже договорюсь, — пообещал Шайнинг.

— Тогда мы после обеда сходим посмотреть на этот лифт, — решил Санбёрст.

—=W=—

Археологи под роговодством Марбл, позвав с собой Шарп Каттера и Эйелинн, отправились искать место неисправности системы питания портала.

— Конечно, мы мало что понимаем в электромагии, — признала Марбл, — И если уж говорить честно, идти искать неисправность надо бы вам, мистер Каттер, и леди Эйелинн, она знает комплекс. Мы с вами идём в основном в надежде, что вы что-то найдёте.

— Я полагаю, нам надо начать от арки портала и проследить кабели, которые к ней подходят, — предположил Каттер. — А как вы считаете, леди Эйелинн?

Механическая пони всю дорогу шла молча, она обычно говорила только когда её спрашивали.

— Это хороший план для начала, — ответила автоматон. — Дальше будет видно. Скорее всего, нужные нам кабели и шкафы находятся в технических тоннелях. В основных тоннелях я видела только распределительные коробки.

Команда пони спустилась в пятый контур и через технические тоннели прошла в зал портала.

— Что-то мне подсказывает, что неисправность или где-то неподалёку, или у разных частей комплекса отдельные системы питания, — пробормотал Каттер. — Видите, большой компьютер работает, радиоаппаратура тоже работает, а арка стоит без питания.

— Хуже всего будет, если окажется, что проблема под этим завалом, — Перпл Бесом кивнул в сторону входной двери, за которой был частично заваленный тоннель.

— Такое возможно, — согласился Каттер. — Но маловероятно. Арка находится ближе к противоположной стене. Помещение с резервными аккумуляторами тоже находится с той стороны, подозреваю, что оно прямо за противоположной стеной. В то же время компьютер ближе к завалу, но работает.

Учёные подошли к арке портала. Она стояла почти вплотную к стене, но сбоку к ней можно было подойти. Толстые кабели питания подходили к левой стороне арки и уходили в стену. Справа от арки кабелей не было.

— Похоже, нам надо в то помещение, где мы нашли эти ядра дикой магии, — предположил Парчмент Скролл.

— Кстати, давайте проверим, нет ли сообщений от мисс Люсии, — Каттер подошёл к переносному компьютеру, разбудил его и проверил окно чата. Но там новых сообщений не было.

Пони вышли из портального зала и по техническим тоннелям прошли в соседний кольцевой тоннель, где были ворота в «зал электропитания», как обозначил его на карте Пёрпл Бесом. Прошлый раз они не успели его толком осмотреть, отправившись проследить за ходячими аккумуляторами. Ворота они в прошлый раз оставили незапертыми, войти в помещение не составило труда.

Кристаллы на стенах медленно разгорелись, осветив помещение слегка мерцающим желтоватым светом. Каттер прошёл прямо к дальней стене, где располагались панели управления, и осмотрелся. Справа от панелей на стене висел небольшой железный шкафчик со здоровенным рычагом сбоку. Рычаг был поднят. На дверце шкафчика был изображён жёлтый треугольник с широкой чёрной окантовкой, в центре треугольника была фиолетовая шестиконечная звезда.

Каттер не спешил. Сначала он скастовал диагностическое заклинание. Убедившись, что шкафчик не под током, он телекинезом осторожно открыл дверцу. Внутри были два здоровенных предохранителя в кристаллических корпусах. Один из них выглядел целым, с изумрудно-зелёным корпусом, у другого корпус почернел, место для третьего предохранителя было и вовсе пустым.

Каттер потянул рычаг вниз. Он опустился со скрежетом, контакты разомкнулись.

— Неужели всё было настолько просто? — спросила Ансиент Шард.

— Ну-у… Причину мы, возможно, нашли, но теперь нужно найти запасные предохранители, — ответил Каттер. — А это может оказаться куда как сложнее.

— Кажется, это они, — Пёрпл Бесом отошёл к левой стене, где стоял небольшой железный стеллаж. На полке лежали несколько предохранителей, явно целых.

— Эм-м… Отлично, мистер Бесом, — кивнул Каттер. — Давайте попробуем.

Взяв телекинезом два предохранителя, учёный отнёс их к шкафчику и заменил. Сгоревший предохранитель он положил на приборную панель. Затем, не закрывая дверцу, отошёл на пару шагов и телекинезом поднял рычаг.

Ничего не произошло. Каттер скастовал диагностическое заклинание, но оно показало отсутствие электромагии.

— Электромагии нет, — заключил учёный.

— Это не могло быть так легко, — со вздохом констатировала Ансиент Шард.

Каттер снова опустил рычаг:

— Придётся искать дальше. Знать бы ещё, где именно?

— Но питание в шестой и пятый контур подаётся, — напомнил Бесом. — На тот же компьютер в зале портала должно уходить немало электромагии.

— В комплексе четыре лифтовых зала, — напомнил Парчмент Скролл. — Кабели к компьютеру могут проходить из них. К тому же здесь много автономного оборудования. Все кристаллы освещения автономные.

— Я в шоке от одной мысли, что здесь по прошествии тысячелетий вообще что-то работает, — заметил Олд Скрипт. — Это с какой же надёжностью здесь всё строили?

Он взял несколько предохранителей со стеллажа и засунул их телекинезом в седельную сумку. Затем проследил, куда ведут кабели от шкафчика. Один из них, мощный, уходил в стену.

— Этот, скорее всего, ведёт к арке, — предположила Марбл.

Второй, потоньше, шёл к панелям управления. Третий, тоже мощный, в гофрированной изоляции, разветвлялся на восемь кабелей, шедших к каменным панелям, в которые входили ядра дикой магии. И ещё один, самый толстый, тоже в гофрированной оболочке, уходил в левую боковую стену, если смотреть от входа.

— Нам на выход и направо, — сказал Каттер.

Пони вышли из зала и прошли по кольцевому тоннелю до следующей каменной двери. Над ней из стены выходил мощный кабель. Дверь удалось легко открыть, нажав на кнопку, за ней был технический тоннель. В нескольких селестиалах дальше из его стены выходил такой же толстый кабель и шёл по тоннелю в сторону двери, поднимался вдоль рамы двери и уходил в стену над ней.

— Это точно тот кабель, — подтвердил Бесом.

Кабель поднимался по стене и своду тоннеля к его центру, оттуда спускался между двумя большими трубами вентиляции, и шёл дальше по тоннелю, в сторону радиального тоннеля, куда в прошлый раз направились ходячие аккумуляторы.

— Выглядит целым, — сказал Каттер, скастовав шарик света и осмотрев кабель, насколько это было возможно снизу.

Пёрпл Бесом попросил у Ансиент Шард зеркальце и помог Каттеру осмотреть кабель сверху, левитируя над ним зеркало. Верхняя поверхность кабеля в зеркале тоже выглядела неповреждённой.

Пони направились дальше по тоннелю, внимательно осматривая кабель. Через пару десятков селестиалов они дошли до поворота в радиальный тоннель. В него уходила чёрно-золотая полоса на полу, обозначавшая маршрут, по которому в прошлый раз шли к лифту ядра дикой магии. На повороте все кабели входили в распределительную коробку и выходили с другой стороны и сбоку. Интересовавший исследователей толстый гофрированный кабель питания здесь тоже разветвлялся.

— Ну, и куда идти? — спросил Парчмент Скролл.

— Сначала стоит открыть коробку и взглянуть, всё ли там в порядке, — Каттер осторожно снял крышку коробки, обращённую вниз.

Разводка внутри выглядела вполне прилично, клеммы почти не окислились, только слегка потускнели.

— Вроде всё в порядке, — Каттер снова закрыл коробку. — Помнится, леди Эйелинн, вы говорили, что источник энергии в комплексе где-то внизу?

— В девятом контуре, глубоко внизу, — подтвердила механическая пони.

— Скорее всего, нам туда, — Каттер решительно свернул в радиальный тоннель, и остальные учёные направились за ним. Эйелинн также невозмутимо направилась вместе с ними.

На каждом пересечении радиального тоннеля с кольцевыми были такие же распределительные коробки. Каттер осматривал внутри каждую, но везде соединения выглядели неповреждёнными. Наконец пони вышли в лифтовый зал. Ядра дикой магии продолжали заряжаться от оптоволоконного жгута. Первое из них потемнело, и на нём начали светиться глубоким красным цветом отдельные участки.

— Ого, похоже, первое ядро почти зарядилось, — заметил Бесом. — Чисто предположение, остальные не светятся.

— Да, похоже на то, — согласилась Марбл. — Но процесс зарядки, получается, довольно долгий.

— Поток магии через оптоволокно недостаточный, — подала голос Эйелинн. — Нужно в несколько раз больше.

Учёные проследили маршрут толстого кабеля, он уходил вниз по лифтовой шахте.

— Нам вниз, — Каттер направился к пассажирским лифтам. У входа в лифт он вынул рулетку и замерил ширину каменного затвора.

— По идее, ядро здесь пройдёт, — заметил он. — Если бы там был выход на поверхность…

— Нам это едва ли поможет, шахты наверху закрыты, — отозвался Парчмент Скролл. — И мы даже не знаем, что там наверху. Над шахтами запросто может быть чей-нибудь дом. Мы находимся под северо-западной частью города.

У входа в лифт стоял толстый каменный столбик с кнопкой вызова, но руна на кнопке не светилась. Каттер отправился вниз по винтовой лестнице, обвивавшей шахту лифта. Здесь уже проходили гвардейцы во время облавы на пауков, лестницы были проверены, но сопровождавшие группу гвардейцы всё равно пошли впереди учёного. Единороги скастовали шарики света для всех участников, и процессия приобрела неожиданно карнавальный вид, так как цвета магии у каждого единорога были свои.

Пони спустились в лифтовый зал шестого контура. Каттер заглянул в шахту грузового лифта. Кабель уходил вниз.

— В седьмой контур мы ещё не спускались, — напомнила Марбл. — Будьте предельно осторожны, коллеги. При малейшей опасности — бежим как можно быстрее.

Пони осторожно направились вниз по лестнице. На входе в седьмой контур их встретила массивная стальная дверь, такая же как в шестом контуре. Каттер достал свой жетон доступа и с опаской вставил его в щель замка. На стальной панели медленно разгорелся жёлтым светом кристалл. Из отверстий на панели послышался механический голос:

«Добро пожаловать, сотрудник Шарп Каттер. Доступ в седьмой контур разрешён согласно протоколу ноль-ноль-кристалл-три. Имеются сопровождающие. Сотрудник Шарп Каттер, на вас возлагается обеспечение безопасности ваших сопровождающих. Будьте осторожны. В лабораториях контура могут находиться опасные артефакты. Добро пожаловать.»

Карточка доступа с лёгким щелчком наполовину выдвинулась из щели, и Каттер забрал её телекинезом. Жёлтый кристалл погас, и вместо него засветился зелёный. Внутри двери послышался скрежет шестерён, затем заскрипели засовы — и тяжёлая стальная дверь с громким скрежетом медленно открылась. Из дверного проёма пахнуло немного затхлым воздухом, и в лифтовом зале медленно разгорелись желтоватые кристаллы освещения.

— Ого, здесь освещение работает! — обрадовалась Ансиент Шард.

— Хороший признак, — согласился Каттер.

Пёрпл Бесом достал маслёнку и взялся смазывать замок:

— Не хватало только, чтобы он заклинил, когда мы войдём, — пояснил учёный.

— Здесь могут быть пещерные пауки, сэр, — предупредил сержант Кристальной гвардии, командовавший нарядом сопровождения. — Мы зачистили четвёртый и пятый контуры, ниже не спускались.

— Но в шестом их не было, — напомнила Марбл.

— В лифтовых залах третьего, четвёртого и пятого контура освещение не работало, — напомнил Пёрпл Бесом. — В шестом и седьмом работает, и реагирует на движение. Скорее всего, поэтому пауки и не полезли в шестой контур и ниже.

Пони подошли к лифтовой шахте, испуганно озираясь, в ожидании, что из тоннелей может кто-то выскочить. Гвардейцы окружили группу учёных, настороженно выставив копья в разные стороны и зорко наблюдая за обстановкой.

— Долго здесь пока не задерживаемся, — предупредила Марбл. — Мистер Каттер, вы видите нужный кабель?

— Да, вижу, он идёт ещё ниже, в восьмой контур, — ответил Каттер. — Но надо ещё проверить распределительную коробку.

Он открыл коробку, осмотрел разводку и клеммы внутри. Проверил диагностическим заклинанием клеммы.

— Здесь тоже всё в порядке, но электромагии нет. Нам вниз, — коротко заключил Каттер. — В восьмой контур. Скорее всего, причина или там, или в девятом контуре. В девятый нам идти нельзя.

Пони вернулись к лестнице и начали спускаться ещё ниже. Вход в восьмой контур преграждала такая же мощная стальная дверь. Каттер вновь вытащил из футляра свой жетон доступа и вставил его в щель замка. Жёлтый кристалл на удивление засветился сразу же, после чего из скрытого динамика послышался механический голос:

«Добро пожаловать, сотрудник Шарп Каттер. Доступ в восьмой контур разрешён согласно протоколу ноль-ноль-кристалл-три. Имеются сопровождающие. Сотрудник Шарп Каттер, на вас возлагается обеспечение безопасности ваших сопровождающих. Будьте осторожны. В помещениях контура находится опасное оборудование и артефакты. Добро пожаловать.»

Вместо жёлтого кристалла на панели вспыхнул зелёный. Послышался размеренный звук вращающихся шестерён, скрип засовов — и массивная стальная плита двери плавно отворилась.

— Кажется, в этом контуре запирающий механизм двери сохранился в куда лучшем состоянии, — заметил Пёрпл Бесом, рассматривая засовы и шестерни. — Но смазать точно не помешает, — добавил он, снова вытаскивая маслёнку.

Пони осторожно пошли по лифтовому залу. Из входящих в него тоннелей доносился негромкий низкий гул работающих тяжёлых механизмов. Исследователи подошли к лифтовым шахтам посреди зала. Двери были открыты, и через них пони увидели лежащие на полу платформы лифтов с оборванными тросами.

— Вот и лифты, — задумчиво произнёс Каттер. — Надо будет подняться на самый верх шахт и осмотреться там.

Но сейчас его больше интересовал толстый гофрированный кабель, выходивший из шахты. Заглянув вверх, в шахту, учёный проследил среди множества кабелей тот, что был ему нужен. Это было непросто — чем глубже вниз, тем больше кабелей проходило в лифтовых шахтах. Кабель выходил наружу внизу и шёл под полом в коробе, прикрытом слегка заржавевшими решётками. Каттер попробовал поднять одну из решёток — она не была закреплена и легко сдвинулась, чуть приподнявшись. Убедившись, что кабель цел, учёный положил решётку на место и поднял следующую. Так, поднимая решётку за решёткой, он добрался до висевшего на стене шкафчика с предохранителями. Рычаг рубильника был поднят. Каттер телекинезом осторожно открыл дверцу шкафчика. Как он и предполагал, два из трёх предохранителей сгорели, их почерневшие корпуса всё ещё торчали в зажимах.

Учёный проверил диагностическим заклинанием клеммы. В верхней части, где в шкафчик входил кабель, выходивший из тоннеля, заклинание засветилось ярким фиолетовым светом, в нижней части мерцало тускло.

— На шкафчик подаётся напряжение! — обрадованно пояснил Каттер.

Он со скрежетом опустил рубильник, размыкая цепь, затем вынул сгоревшие предохранители и установил вместо них новые.

— Там, где тоннели не обрушены, до четвёртого контура включительно, скорее всего, электромагия будет, — пояснил учёный. — Выше, где были множественные обрушения, уже надо проверять проводку везде. Там, скорее всего, множество обрывов.

— Может быть, заодно проверить и остальные лифтовые залы? — предложил Парчмент Скролл.

— У меня осталось два предохранителя, — ответил Каттер. — Надо сначала найти ещё.

Он поднял рубильник, и предохранители засветились ярким зелёным светом.

— Похоже, работает, — констатировал учёный, закрывая крышку. — Давайте посмотрим, откуда кабель идёт к этому шкафчику.

— Олд Скрипт, вам лучше остаться здесь, и как можно ближе к лифту, — посоветовала Марбл. — Если только услышите крики — немедленно нажимайте кнопку, чтобы открыть дверь лифта. Задержка с открытием двери может стоить жизни. Идёмте, коллеги.

Пони осторожно направились в тоннель, куда уходил кабель. Они прошли несколько десятков селестиалов, прежде чем оказались в просторном помещении, напоминавшем цеха в третьем контуре. Только здесь вместо станков и прочего промышленного оборудования, находились массивные агрегаты, соединённые трубами и кабелями. Они чуть-чуть вибрировали, издавая низкий тяжёлый гул. Археологи остановились у входа, вопросительно глядя на Каттера.

— Что это может быть, мистер Каттер? — спросила Марбл.

Каттер скастовал пару диагностических заклинаний на вытянутую горизонтально машину, от которой отходили толстые кабели к гудящему в низкой тональности большому кубу, закрытому стальными панелями, почти минуту рассматривал спектральные цвета магического поля, и, наконец, ответил:

— Здесь всё очень сильно экранировано, но я полагаю, что вот этот цилиндр, ближе к нам, это генератор, а тот, что дальше от нас, длинный, это паровая турбина. И таких агрегатов здесь, как видите, два. Вот этот куб — это трансформатор, преобразующий электромагию.

Марбл скастовала заклинание датировки и несколько минут пыталась осознать результат.

— Этой штуке примерно девять тысяч девятьсот восемьдесят лет, — произнесла белая единорожка.

— Ско-олько-о? — изумился Каттер. — И эта турбина до сих пор работает?! Умели же они строить!

— Комплекс и всё его оборудование строилось с максимальной надёжностью, — спокойно произнесла Эйелинн.

Убедившись, что генераторы работают, и электромагия подаётся по кабелю, археологи поднялись обратно в пятый контур. Проходя мимо помещения для ядер дикой магии, Каттер зашёл туда и поднял рубильник на шкафу с предохранителями. Проверил диагностическим заклинанием и убедился, что на клеммах есть напряжение. Когда они вошли в зал портала, внешне там ничего не изменилось. Каттер подошёл к арке и проверил диагностическим заклинанием кабель питания.

— Есть, электромагия подаётся на арку, — подтвердил учёный.

Позвали Лиру и Саншайн. Марбл попросила единорожку написать человекам, что электромагическое питание портала восстановлено. Лира активировала переносной компьютер и набрала сообщение:

«Здравствуйте. Нашим учёным удалось найти неисправность и починить питание арки портала. Проверьте пожалуйста, всё ли правильно работает?»

Прошло несколько минут, прежде чем на экране появился ответ от М7:

«Мы ещё раз запустили полную диагностику. Уже сейчас видно, что основное питание восстановлено. Теперь нужно проверить программное обеспечение большого компьютера, управляющего порталом, и правильно рассчитать все параметры для его открытия.

В любом случае, последний раз портал открывали очень давно, и при его открытии что-нибудь может пойти не так. Проход через портал, не открывавшийся так давно, может оказаться довольно рискованным. Наверное, было бы желательно сначала провести какие-то испытания. Не говоря уже о том, что для пони перемещение в мир людей будет слишком опасным. Мы рекомендуем провести короткую встречу возле портала, так, чтобы пони не уходили от арки дальше чем на несколько шагов.

Ещё одна проблема — в мире людей портал расположен в довольно труднодоступном месте. Вашему другу понадобится несколько дней, чтобы туда добраться. Мы сообщим ему координаты, когда всё будет готово, но нужно подумать о том, как ему помочь найти проход к порталу. То есть это буквально далёкое от всех человеческих поселений место в горах. Между ближайшим населённым пунктом и местом назначения — около сотни километров через сплошной лес. Есть относительно удобный путь по рекам, но плыть надо против течения. В верховьях моторная лодка едва ли пройдёт, речушка там совсем узкая и мелкая. Насколько мы знаем, ваш друг не имеет опыта подобных путешествий.»

«Спасибо, мы поняли, ждём ваших сообщений», — написала Лира.

—=W=—

О восстановлении питания портала сразу же сообщили принцессе Кэйденс и Шайнингу Армору. Кэйденс обрадовалась, понимая, что сложная, дорогостоящая и долгая операция наконец-то приближается к финишу. Шайнинг Армор, услышав о расположении портала в труднодоступном месте, сразу же предложил:

— Что, если действительно послать через портал на встречу с человеком эту алмазную собаку, как её, Джемми? Само собой, главный груз ей доверять нельзя. Но она сможет встретить человека и провести его через эти дикие места к порталу. Как я понимаю, собака в мире человеков будет привлекать куда меньше внимания, чем пони.

— Наверное, дорогой, с ней стоит об этом поговорить, — согласилась Кэйденс.

— Я помню, что она уже предлагала свои услуги для перехода через портал, — припомнил Санбёрст. — Попрошу Лиру ещё раз с ней пообщаться.

По просьбе Санбёрста Лира ещё раз поговорила с Джемми. Алмазная собака, измучившаяся от долгого безделья в четырёх стенах, с радостью согласилась участвовать в операции, пусть даже в такой простой и незавидной роли:

— Встретить человека и провести через лес? Да, могу, конечно! У меня неплохая спецподготовка была, я умею и по лесу ходить на большие расстояния, и по открытой местности скрытно, и по пустыне, и по горам, — подтвердила Джемми. — Горными восхождениями не занималась, врать не буду. На отвесную стену подниматься не возьмусь. Но шестьдесят — семьдесят миль по лесу пройти, с посильным грузом — могу.

Переговорив с алмазной собакой, Лира вернулась к Санбёрсту и доложила, что Джемми согласилась. Оранжевый единорог сразу же отправился на встречу с командованием Кристальной гвардии, договариваться об освобождении пленницы.

—=W=—

Сербия.

2022 год н. э.

Со дня поездки в Лазарев каньон Дмитрия мучило любопытство. Увиденный случайно над каньоном летящий «дракон» не выходил у него из головы. Когда его жена Елена, взяв ребёнка, отправилась в Россию, чтобы найти нанимателя в квартиру, он решил ещё раз съездить в Злот, полазить вечером по горам, в надежде снова увидеть летящее в небе «нечто».

Дмитрий подготовился, как ему казалось, достаточно основательно. Купил крепкие туристические ботинки, неделю ходил в них, разнашивая, чтобы к моменту похода новые ботинки не натирали ноги. Нашёл на распродаже неплохой костюм для рыбалки и яркий оранжевый жилет. Запасся длинной прочной верёвкой и прочим туристическим снаряжением, взял фотоаппарат с неплохим оптическим зумом.

В Злот он поехал утром в субботу, на машине — с рюкзаком и снаряжением это было куда удобнее, чем на автобусе. Машину он оставил на стоянке и направился к месту пешком, взяв рюкзак и фотоаппарат. К пещере Дмитрий не пошёл. Не доходя до висячего моста через речушку и пещеры, он свернул с дороги, оставил слева ферму на склоне невысокой, поросшей деревьями и кустами возвышенности, в недрах которой скрывался вход в Лазареву пещеру, и пошёл по дороге между полями и фермами. Горы здесь были невысокие, а вход в каньон и пещеру располагался и вовсе в предгорье. К востоку были распаханные поля, чуть севернее — ещё одна ферма.

Он не собирался идти по каньону, где поле зрения сужено горами, а хотел пройти по верху каньона, над его северным склоном. Пройдя чуть менее двух километров, он свернул с дороги. На гуглокартах он видел здесь тропу и решил её найти. Дальше к западу начинался уже настоящий каньон, за тысячелетия проложенный Злотской рекой через горы.

Идти было непросто: приходилось пробираться через кусты и между деревьями, разыскивая тропу, оказалось, он свернул в лес раньше, чем следовало. Дмитрий уже пожалел, что не пошёл по грунтовой дороге, соединявшей обзорные площадки. Но дорога причудливо извивалась поверху северного края каньона, и ему показалось, что идти туда будет далеко.

Правая нога подвернулась неожиданно. Послышался неприятный хруст, и ногу пронзила резкая боль.

— Б@я! — Дмитрий выругался, не сдержавшись, потерял равновесие и упал.

Перекатившись, он сел на землю. Нога сильно болела, но что ещё хуже — лодыжка была вывернута под неестественным углом.

— Блин, кажется, сломал… — программист начал ощупывать ногу, но тут же бросил это занятие — болело очень сильно, нога быстро начала распухать. — Вот идиот, понесло же чёрт знает куда… — он выругался, понимая, что полностью сам виноват в случившемся. — Сиди теперь в кустах, где никто и не ходит никогда. Блин!

Он вытащил смартфон и посмотрел на индикатор. Связь была.

— Уже хорошо, — пробормотал он, включая мобильный интернет.

Уведомления повалились одно за другим, в основном из Телеграм, но среди них мелькнуло сообщение из SimpleX Chat. Открыв шторку, Дмитрий нашёл сообщение, судя по нику, оно было от Люсии. Он открыл мессенджер и прочитал:

«В прошивке, которую я скачала из памяти повреждённого эквиноида, была её модель, которая управляет её действиями. Сейчас тестирую её. Она на голову выше тех LLM, которыми мы с вами пользуемся для написания кода. Как сможете — присоединяйтесь, я получила очень интересный опыт.»

Кривясь от боли, программист написал в ответ:

«Я бы с удовольствием. Но у меня тут досадная неприятность. Поехал в Лазарев каньон и, похоже, ногу сломал. Сижу теперь в кустах и думаю, как выбраться.»

Люсия ответила сразу же:

«Вы сейчас где? Скиньте геопозицию.»

Дмитрий переключился на карту, скопировал данные и скинул в чат.

«Меня тут, в этих кустах, никакая скорая помощь не найдёт», — написал он.

«На скорую я бы не рассчитывала, — ответила Люсия. — Я что-нибудь придумаю. Вы стоять вообще не можете? Как вы одеты? Одежда заметная?»

«Стоять не могу, сижу. Нога опухла и сильно болит, — ответил программист. — Я в камуфляжном костюме для рыбалки, но поверх костюма оранжевый жилет, как у дорожных рабочих, и рюкзак ярко-синий. Если бы не кусты эти, меня видно было бы как маяк.»

«Ждите, — коротко ответила Люсия. — Буду через несколько минут.»

Дмитрий уселся поудобнее и настроился ждать. Нога продолжала болеть и опухла ещё больше, но терпеть было можно, если не опираться на неё. Он сидел лицом на запад-юго-запад, к каньону, и из-за ноги не мог повернуться. В ожидании помощи он листал чаты в Телеграм.

За спиной послышался треск кустов, как будто сквозь них кто-то ломился. Дмитрий попытался повернуться, но нога отозвалась острой болью, и он сразу оставил попытки.

— Люсия! — позвал он. — Я здесь, за кустами! Как вы здесь оказались так скоро?

— Вижу, — послышался в ответ женский голос, мелодичный, но немного недовольный. — Это же надо было залезть в такие дебри… Вот скажите, Дмитрий, какого сена вас сюда понесло? Ходили бы по дорожке в каньоне, для туристов, и всё было бы хорошо.

— Я в прошлый раз увидел в небе над каньоном что-то странное, — признался программист. — И решил попытаться посмотреть ещё раз.

Треск кустов приблизился. Голос послышался уже почти у него за спиной.

— Что вы там могли странного увидеть? Как нога?

— Нога болит. Сильно, — отозвался Дмитрий. — Я видел что-то похожее на дракона. И хотел посмотреть с края каньона, с места, где всё небо видно, а не только узкий сектор.

— Вот сено… — негромко произнесла Люсия.

Её голос был слышен сзади и немного правее. Кусты справа зашевелились. Программист повернулся, насколько позволяла ограниченная подвижность. Кусты раздвинулись…

---

1) 20 мая 1474 г в 1 час ночи

Вернуться к тексту

2) был обнаружен реставраторами под слоем штукатурки в 2024 г https://www.youtube.com/watch?v=bfeF1sEmRGs

Вернуться к тексту

3) в современный Александровский сад

Вернуться к тексту

4) 60 км

Вернуться к тексту

5) условное название западного континента, использовавшееся тамплиерами и португальским орденом Христа

Вернуться к тексту

6) совр. Куба

Вернуться к тексту

7) О его плавании стало известно лишь в 1558 году, чисто случайно, из найденных и опубликованных записок его штурмана Антонио Дзено

Вернуться к тексту

8) алоэ и початки кукурузы

Вернуться к тексту

9) совр. Кожикоде

Вернуться к тексту

10) 1499 года

Вернуться к тексту