Добро пожаловать в Мультивселенную! (гет)

Глава 49. Помощь

Через несколько дней Адам передал Эндрю небольшой, ничем не примечательный флакон с белыми капсулами.

— «Это экспериментальное лекарство», — сказал он, вручая флакон. — «Из Швейцарии. Мне удалось включить твою маму в программу закрытых клинических испытаний через свои... каналы. Давай ей по одной капсуле в день. Строго по инструкции. Ни больше, ни меньше».

Эндрю смотрел на флакон так, словно это был святой Грааль. В его глазах стояли слезы.

— «Ты... ты правда думаешь, это поможет?»

— «Я не думаю. Я знаю», — твердо ответил Адам. — «Эта технология опережает местную медицину на пару столетий. Но для всех остальных это просто удача. И помни, Эндрю, никаких чудес. Лечение будет постепенным. Сначала ей станет легче дышать, потом вернется аппетит, потом силы. Через месяц сделайте анализы. Врачи будут в шоке, но спишут все на "необъяснимую ремиссию". Так нам и нужно».

Эндрю крепко, порывисто и неуклюже обнял Адама. Это было объятие подростка, не привыкшего к проявлению чувств, но полного искренней благодарности.

— «Я не знаю, как тебя благодарить».

— «Лучшая благодарность — это твой собственный успех», — сказал Адам, мягко отстраняя его. — «А теперь займемся отцом».

План по «перевоспитанию» Ричарда Детмера был куда более тонким. Адам знал, что пьяные разговоры в баре — это лишь начало. Чтобы изменить такого человека, нужно было не сломать его, а полностью разрушить его картину мира.

Вечером Адам снова нашел Ричарда в том же баре. На этот раз он не стал садиться рядом. Он подошел к его столику и положил на него ключи от машины.

— «Ричард. Мне нужна твоя помощь», — сказал Адам без предисловий.

Мужчина поднял на него мутные глаза.

— «Помощь? Моя? Мы едва знакомы. Ты шутишь? Я даже себе помочь не могу».

— «Ты — бывший пожарный», — сказал Адам. — «Ты разбираешься в чрезвычайных ситуациях. Я наткнулся на кое-что странное за городом. На старой свалке. Выглядит опасно. Я хотел бы услышать твое экспертное мнение, прежде чем звонить властям».

Это был удар по единственному, что у Ричарда осталось — по его профессиональной гордости. Он колебался, но лесть и любопытство взяли верх.

— «Ладно», — пробурчал он, поднимаясь. — «Показывай свою свалку».

Они приехали на заброшенную автомобильную свалку на окраине леса. Дождь превратил землю в грязное месиво. Ржавые остовы машин громоздились друг на друга, создавая апокалиптический пейзаж. Эндрю уже был там, он прятался за грудой старых покрышек, невидимый в темноте.

— «И что тут опасного?» — спросил Ричард, оглядываясь. — «Просто ржавое железо».

— «Не совсем», — сказал Адам и кивнул в темноту.

В этот момент Эндрю, следуя их плану, сосредоточился.

Один из автомобилей — старый, сплющенный седан весом в тонну — задрожал. С него посыпалась ржавчина. Ричард замер, его пьяный туман начал рассеиваться.

Машина медленно, с жутким скрежетом, оторвалась от земли. Она поднялась на высоту трех метров и просто зависла в воздухе, покачиваясь под каплями дождя.

Ричард отшатнулся, его челюсть отвисла. Он протер глаза, думая, что это белая горячка. Но машина продолжала висеть.

— «Что... за... черт?» — прошептал он.

Из-за груды металла вышел Эндрю. Он стоял под дождем, его лицо было серьезным и сосредоточенным. Он поднял руку, и парящая машина медленно повернулась в воздухе.

Ричард смотрел то на сына, то на левитирующий автомобиль. Его мозг отказывался принимать реальность. В его мире такого не бывало. Слабаки не могли поднимать машины. Ничтожества не могли управлять материей.

— «Это... какой-то трюк? Прожекторы? Краны?» — бормотал он, ища подвох.

— «Никаких трюков, Ричард», — сказал Адам, подходя к нему. — «Просто правда. Тот, кого ты называл слабаком, — самый сильный человек, которого ты когда-либо встречал. Он мог бы раздавить тебя, как консервную банку. Прямо сейчас. Но он этого не делает».

Эндрю медленно и аккуратно опустил машину на землю. Грохот привел Ричарда в чувство. Он посмотрел на сына, и в его глазах впервые за много лет не было презрения. Только шок, страх и... что-то еще. Непонимание.

— «Ты был героем, Ричард», — продолжил Адам спокойным, но жестким голосом. — «Спасал людей из огня. А во что ты превратился? В пьяницу, который издевается над своей больной женой и сыном, обладающим силой. Как ты думаешь, что он чувствует, когда слушает твои пьяные крики? Он сдерживается. Каждый день. Каждую минуту. Он сдерживает силу, которая могла бы стереть тебя в порошок, потому что, несмотря ни на что, он все еще твой сын».

Адам подошел к Ричарду вплотную.

— «Твоя жена может поправиться. Твой сын может стать великим человеком. Но им нужен отец и муж, а не жалкое подобие, которое топит свое прошлое в бутылке. Тебе дан второй шанс, Ричард. Шанс снова стать тем, кем ты был. Сильным. Опорой для своей семьи. Не упусти его. Потому что ещё одного шанса не будет».

Адам оставил его стоять посреди свалки, под дождем, наедине со своим разрушенным миром и своим всемогущим сыном. Это был не удар по лицу. Это был удар по душе. И такие удары, как знал Адам, действуют гораздо эффективнее.