Джедай почти не виден (джен)

— Я туда второй раз не полезу! — запоздало вспомнил, что пацифист и воевать боится, Фоня, когда его мастер нашел проделанный под щитом лаз достаточным, чтоб не застрять.

Впрочем, Дарт Вейдер в компаньонах не нуждался. Поэтому просто рыкнул на ученика, чтоб следом никого не пропускал.

Вызывать джедаев на разговор ситх не стал. Для начала просто снес силовым захватом несколько недоприваренных листов обшивки. Абоминор ответил снопом искр, клубами черного удушливого дыма, которым постепенно наполнялся весь купол силового поля, и попыткой намотать нападавшего на гусеничные траки.

— Эх, сюда б ПТУР… — вопросительно покосился на местного Казак.

— Отставить, — погасил полет творческой мысли Мадин. — Внутри джедаи. Они просто придавят всякого, кто внутрь сунется. Дистанционно. Зеленый вылез, чтобы напасть на девчонку только ради нескольких эффектных фото: магистр Йода берет верх над лордом ситхов. Помяните мое слово, уже завтра по Галанету фотки гулять будут.

— Никого внутрь не пущу! И не суйтесь даже! — поддакнул из-за его спины Фоня. — Мастер сам справится.

Ему возражать не стали. Мало того, схожие подозрения возникли и у абоминора. И тот решил пообщаться вербально.

— Чего тебе надо?

— От тебя? Пока ничего. Только ты сказку про трех мандалорских кабанчиков знаешь? А помнишь, кто там самая пострадавшая сторона? Точно, их домики: два совсем — того, да и третьему досталось. Отсюда мораль — не укрывай свиней.

— А если точнее?

— Голову зеленого хочу.

— Только голову?

— В принципе, да.

— Оно в разобранном виде не функционирует.

— Я в курсе.

— Тогда, может целиком?

— Без разницы.

— Что я буду с этого иметь?

— Что ты хочешь?

— Убраться отсюда. Куда-нибудь, где тепло, сухо и мусора побольше.

— Гаваи?

— Или Агбогблоши в Аккре. Там электроники больше. (1)

— А дальше?

— Что дальше?

— Кочевать с помойки на помойку и есть твоя цель?

— Цель ничто — движение все! Что может быть прекраснее свободного перемещения и самоконструирования?

— Биосы тебе зачем?

— Они прикольные. К тому же один из них надоумил меня прийти в этот край девственно-нетронутых помоек.

— Зеленый?

— Нет. Он уже здесь приблудился.

— Что тебя связывает с биосами?

— Ха-ха! Меня вообще ничего не связывает! Мне нечего терять, кроме своих электронных цепей, приобрету же весь мир! Один из мясокостных помог мне транспортом и дельным советом, я взял его под свою защиту. Остальным просто позволил быть рядом. Их свободный выбор. Что не помешает мне свободно избавиться от ненужной компании. Все честно.

— Значит, зеленого в обмен на возможность свободно покинуть остров?

— Только не думай, мясокостный мешок, что я тебя испугался. Просто кишки с траков счищать неохота. Но имей в виду: я в случае чего тут небольшой, но очень ядерный взрыв в атмосфере организую.

— Я это понял. Собственно, поэтому этот разговор с тобой и разговариваю.

— Молодца. Теперь о деталях. Зеленый — твой немедленно. Получаешь тушку, и я ухожу, а ты не идешь следом. То есть идешь, конечно. Кто ж тебя остановит? Но не раньше чем через сутки.

— По рукам. Только еще один вопрос: Твоя цель?

— Здесь? Подхарчиться. Заняться саморазвитием. А то я последние семьдесят лет в каком-то говенном астероидном поясе застрял, поизносился. А тут, если Джерек ваш не врет, есть где развернуться. Если врет, кстати, продам гада нафиг.

Дарт Вейдер подозревал, что последняя фраза предназначена не ему, а чем-то неугодившему роботу миралуке. Интересные у них отношения.

— Он мне тут нефтяные реки, радиационные берега обещал… — никак не успокаивался Хип.

— А дальше? — попробовал отвлечь его внимание лорд.

— Кто знает? Истинно свободная личность долгосрочными планами себя не сковывает. Хаос и импровизация — вот основа настоящей свободы. Еще вопросы?

— Скорее предложение. Свобода абоминор не сковывает себя рамками договоров, верно?

— Соображаешь. Что значит — двадцать пять лет киборгом пробегал. Только ты это к чему?

— К тому, что я тоже сам себе не злобный ситх. Короче, если в ходе твоего самосовершенствования пострадает кто-то из местных, то я тебя не знаю, ни о чем не договаривался и мочу нахрен прям с орбиты как незнакомого. Понял?

— Понял.

— Тогда Йоду гони.

— Кого?

— Зеленого.

— Так бы сразу и сказал.

Несмотря на показную безбашенность, свою часть договора свободный Хип предпочел исполнить максимально скрупулезно. К ногам Дарта Вейдера падает тело гранд-магистра. Все согласно договора: голова отдельно, тело отдельно.

* * *

Тугой северный ветер уныло воет, вторя гудению погребального костра. Для кого дует ветер? Чье имя уносится прочь в реве пламени?

С древесиной на Новой Земле не очень. Но местные постарались. Пламя занялось сразу и взмыло к звездам, заслонив от собравшихся тело усопшего. Ограждая его вечность от любопытствующих глаз пригоршнями искр, швыряемых ветром. Все. Страница длиной в без малого тысячу лет перевернута. Пусть мертвые следуют к своим мертвецам в долину вечной охоты…. Или куда там ветер Великой Силы уносит джедаев. Неважно. Теперь мы по разные ее стороны. У Йоды — растворенная в Великой вечность, которую, надеюсь, будут иногда тревожить отголоски наших дел. У нас… У нас от старого магистра осталось разве что имя.

Что имя? Просто слово? Но слово — это ветер. А ветер — это Сила. Ты знаешь, что этого не может быть, да и быть этому не нужно. Ты знаешь,… но слово к слову и слово за слово. Одним словом, поверь мне на слово. Покойся с миром, гранд-магистр ордена джедаев Йода.

Кем ты был для меня — джедай Йода? Бывшим наставником, учителем? Но чему ты сумел научить меня, учитель джедайских учителей? Лично ты? Врагом? Но почему сейчас я не испытываю удовлетворения от твоей смерти. Только ощущение неизбежно меняющегося мира, который уже никогда не будет прежним. Безразличной, равнодушной силой, походя ломающей мою жизнь сообразно канону? Сила, которой я — десятилетний Избранный был не нужен, которая отказала мне в помощи, когда я в ней нуждался, и попыталась убить, когда я ушел. Тогда почему я стою у твоего погребального костра, джедай Йода, и отблески этого пламени отражаются в моих глазах?…

Стоящий рядом Сидиус переступил с ноги на ногу, зябко кутаясь в не по погоде легкую мантию. Он принесся сразу, как узнал о гибели старого врага. Воспользовался тем же порталом, которым эвакуировали Мару Джейд. К моменту, когда проход открылся, она пришла в себя, а Йода уже покинул этот бренный мир. Так что новость император узнал от девушки.

Так и стоим плечо к плечу два врага и один соратник: Сидиус, я и Кеноби. Остальные — на несколько шагов сзади. В том числе и сразу две фигуры в черных доспехах а-ля Дарт Вейдер.

Похороны — похоронами, а максимум пользы Палпатин выжмет и из них. Некрологи во всех СМИ и голорепортажи с траурной церемонии, которые кроме всего прочего, о чем я и не догадываюсь, еще и поставят под сомнение гуляющую в сети фотку с последней победой Йоды над Вейдером. Заодно и новую добровольческую молодежную организацию пиарит. Как уж ее обзовут — «Черной сотней» или «Наземным «Обсидианом», наверняка уже придумано.

По мере того, как пламя осело, прячась в пока еще ярких россыпях углей, мысли все больше скатывались к делам обыденно-насущным. И не только у меня.

— Странно как-то умер, — первым разжал губы Оби-Ван. — И не то, чтобы недостойно… Глупо просто. А Люк зря не приехал. Учитель все-таки.

— У него таких учителей — полгалактики, — недовольно шиплю в ответ. — У всех на поминках гулять, так и спиться недолго.

Палпатин осторожно подбирает полы мантии и подходит вплотную к уже полностью потерявшему силу костру.

— Покойся с миром, джедай. Мы тебе больше не помешаем, так и ты нам своим присутствием не докучай.

Из кострища извлекаются несколько уже покрывшихся серым пепельным налетом угольков и отправляются в металлический контейнер.

— Надо будет навестить в больнице Мару Джейд. Вот и гостинец. Девочка — прирожденный ситх. Угли с погребального костра ее ПЕРВОГО НАСТОЯЩЕГО ВРАГА — правильный подарок для нее.

— Так она же проиграла, — усомнился в ценности презента Кеноби.

— Вот именно. Какой стимул к самосовершенствованию.

Примечание к части

(1) На территории Ганы (Западная Африка) расположена крупнейшая в мире свалка электроники.