На его каверзном пути через вселенные (гет)

Птицы всё выдали.

В последний день весны сотни птиц разом взмыли в воздух, и многие невольно задрали головы. Быстрее всех сообразила Сплетница: это был не сезонный перелёт. Вскоре установленные по всему городу громкоговорители завыли сиреной, предупреждая население. Имперцы шли в наступление.

Жон как раз работал в городе и, чтобы не тащиться до окраины Юэлла, запрыгнул на проезжавший мимо грузовик с бойцами ополчения. Половина гарнизона прибыла одновременно с ним; остальные подтягивались с каждой минутой. Все ждали этого момента. Сплетница и Эска добрались до места на Эдельвейсе. Они расположились за стеной из обломков, защищавшей город, и заняли уцелевшие здания как наблюдательные пункты. Жон выбрал выбитое окно на третьем этаже жилого дома; туда же поднялась и его команда.

Первым они увидели флаг: красно-золотое полотнище, поднявшееся над верхушками деревьев. А потом деревья разлетелись в щепки, и из-за холма выкатилось супероружие.

Откуда они поняли, что это именно супероружие? Ну а как ещё такое назовёшь?

— Эта штуковина больше любого танка из тех, что я видел, — сказал Жон. Эска кивнула в знак согласия, её шерсть встала дыбом.

— Семь... восемь метров в высоту, — затараторила Сплетница, прижав бинокль к глазам. — С двухэтажный дом. Да он и в длину, и в ширину как двухэтажный дом. Настоящий бункер на колёсах.

— Ещё стволами увешан. Вижу турели.

Гигантский танк вырвался из леса, явив себя во всей красе.

— А теперь вижу и главное орудие, — добавил Жон. — Святые угодники...

— Хе-хе. Ага. Теперь жалеешь, что не подкопил на меха?

— Всё равно бы не хватило.

Турели танка были расположены так, чтобы прикрывать серый корпус со всех четырёх сторон; они находились в закруглённых гнёздах, позволявших им свободно поворачиваться. За пулемётом мог сидеть человек, надёжно укрытый толстыми стальными стенами, и поливать свинцом любого, кто осмелится приблизиться. Сверху возвышалась огромная, мать его, пушка — такой впору стоять на корабле, чтобы сражаться с морскими гриммами-драконами. Сзади Жон заметил ещё одно орудие — так, довесок на фоне главного калибра спереди. Впереди бульдозерный отвал вспахивал землю, срывая холмы на пути машины, чтобы той не приходилось через них переваливаться.

Империи пришлось отреагировать на ситуацию в Юэлле, и, чёрт возьми, они это сделали.

— Гусеницы под бронёй, — отметила Сплетница, указывая на те ему. Две сплошные панели закрывали ходовую часть, защищая механизмы от повреждений. Тот же принцип прослеживался и в остальном корпусе: танк казался цельным стальным блоком, все швы и зазоры в котором были наглухо заделаны.

— Что же у него за движок такой, чтобы тащить такую махину? — пробормотал он себе под нос.

Из рации Жона раздался голос лейтенанта Фальдио Ландзаата:

— Проект «Батомис»! По данным разведки, именно из-за него крепость Гирландайо пала за ночь! Это один из тайных козырей Империи, разрушитель крепостей!

— Он тут не один, — доложил лейтенант Седьмого Отряда Уэлкин Гюнтер. — Замечены вражеские танковые роты.

Из леса длинной вереницей потянулись танки — штук сорок, все в имперском красном, и они казались просто крошечными рядом со своим предводителем. Машины веером разошлись по обе стороны от «Батомиса», не отставая от него. Сразу бросался в глаза один конкретный танк, окрашенный в более густой багрянец и выделявшийся наклонными бронелистами.

— Внимание, на поле замечен «Лупус», — сказал Уэлкин. — Личный танк генерала Йегера. Имейте в виду: его максимальная скорость заметно выше, чем у обычных имперских машин.

За строем хлынул поток бронемашин — легкобронированных грузовиков, на каждом из которых сидел стрелок за пулемётом. Вся эта армада катилась по лугам, пожирая землю и оставляя за собой лишь голый грунт.

Сплетница метнулась к Жону и выхватила его рацию.

— Гюнтер! — рявкнула она. — Немедленно отзывай охотничьи отряды обратно в город! У них слишком плотное построение, незамеченными им не остаться. Их перебьют прежде, чем они успеют выстрелить.

— Уже занимаюсь, — отозвался Уэлкин.

Из рощиц и неглубоких оврагов за холмами вырвались из укрытий мотоциклы. Их водители лавировали по неровной земле, а сцепленные коляски подпрыгивали и тряслись под весом второго бойца и противотанковых копий. Дороги, к которым они мчались, позволили бы им проскочить в Юэлл раньше имперских войск.

Пока засадные команды отходили, лейтенант Фальдио Ландзаат произнёс:

— Значит, остаётся только фронтальная оборона. Наши копья для такого боя не годятся. Такими темпами они точно дойдут до города.

— Выбора нет, Фальдио, — сказал Уэлкин. — У нас слишком мало своей бронетехники, на открытой равнине мы не сможем дать бой. К тому же их строй слишком растянут, фланговая группировка в лучшем случае зацепит края. Будем держать их у стены.

— Не выйдет. Как я уже сказал, мой дорогой друг, «Батомис» является разрушителем крепостей. Он пробьёт брешь прямо в нашей обороне.

— В одном-единственном месте, — вставила Сплетница. — Это ограничит количество пехоты, которую они смогут через неё провести, — она взглянула на Жона. — И мы позволим им это сделать.

Он моргнула, и вместо согласия Жон отпрянул.

— Нам позволим ЧТО?! — взвыл он.

Пустить эту махину внутрь? Дать ей снести стену?

— У меня есть план, — эти слова остановили растущую панику, и видения пылающих поселений отступили. Сплетница ухмыльнулась. — Этот танк всё равно прорвётся в город, но мы можем заставить его сделать это на наших условиях, — Фальдио Ландзаат попытался вставить слово, но она шикнула на него и продолжила: — Городские условия играют нам на руку.

Заговорил Уэлкин Гюнтер, и Сплетница шикнула и на него, но тот невозмутимо договорил:

— Узкое поле зрения делает танк почти слепым на близких дистанциях. Если мы разместим людей в переулках и на крышах, то сможем обстреливать их с разных сторон. Это заставит танки играть вспомогательную роль, и всё сведётся к противостоянию пехоты. Она права.

Сплетница самодовольно приосанилась. Впрочем, ненадолго. Выйдя из общего разговора, она положила рацию на подоконник и прошептала Жону на ухо:

— Ты упустил важную деталь. У супертанка есть лестницы, и они ведут к двери.

— А? — на его губах уже был вопрос, но тут до него дошёл её намёк, и всё стало предельно ясно. — Ты хочешь, чтобы я туда забрался, — констатировал он.

— Лестница в мёртвой зоне обстрела, — пояснила она. — Сам танк по тебе стрелять не сможет. Наши ребята отвлекут их пехоту, и ничто не помешает тебе проникнуть внутрь.

— ...Мы можем продать этот танк.

— Мы можем продать этот чёртов танк, — согласилась Сплетница с широкой, безумной ухмылкой. — Удачи этим идиотам штурмовать это место без него.

Это был риск. Серьёзный, хотя и, пожалуй, неизбежный. «Батомис» создавали с расчётом на прорыв городской обороны, и наспех возведённые укрепления Юэлла не были для него преградой. Можно было жаловаться на проблему, а можно было учесть её в своём плане. Эта идея заслужила его осторожный кивок: прорыв танка ещё не означал конца света.

Пара вернулась к обсуждению с командирами ополчения. Вскоре, в отведённое им ограниченное время, план боя начал обретать форму. Их силы должны были сместить оборону от стены вглубь города, готовя для гостей «зону поражения». В идеале врага следовало зажать в клещи. Два взвода, 3-й и 1-й, оставались в тылу, они в случае чего отреагируют, если имперцы разделятся и атакуют в другом месте.

Что до Жона и гарнизона Юэлла, то им выпала задача поприветствовать Империю. Они должны были стать приманкой.

— От тебя требуется лишь символическое сопротивление, — заверил Уэклин напоследок Жона. — Ровно столько, чтобы они не могли позволить себе оставить тебя без присмотра.

— О, он одним этим он не ограничится, — ответила за Жона Сплетница, постукивая пальцем по подбородку и бросив на него хитрый взгляд. — Ты забываешь, что у гарнизона Юэлла полно игрушек. Не стоит их так рано списывать со счетов. Верно, Жон?

Больше ей говорить не требовалось.

— Понял, — сказал он и одарил её самой уверенной улыбкой и несерьёзным салютом. — Рацию держи при себе, Лиза. Ты на наблюдении, держи меня в курсе.

Он вынул из кармана телефон, накинул ремешок на шею и набрал номер парного устройства. Затем он ступил на подоконник. Эска тут же запрыгнула ему на плечи.

— Вам что, так сложно хоть раз воспользоваться лестницей? — проворчала Сплетница, когда они выпрыгнули из окна.

Жон удачно приземлился на землю, и никто даже бровью не повёл. Широкий проспект перед ним превратился в плацдарм: взводы ополчения выгружали снаряжение и боеприпасы, готовясь к бою. Сам Эдельвейс стоял в стороне, урча двигателем. Взяв с него пример, Уэлкин Гюнтер вылез из окна второго этажа и спрыгнул на броню своего танка. Встретившись с Жоном взглядом, лейтенант кивнул и тут же начал отдавать команды своим людям.

У люка стояла Исара; девушка едва заметно помахала ему пальчиками и снова замерла на посту.

Юэллский гарнизон привычно сгрудился вокруг него. Их спокойствие сбивало с толку многих солдат: такая непоколебимая вера в командира встречалась отнюдь не во всех профессиональных частях и разительно контрастировала с небрежными салютами, которыми они его приветствовали.

— Какие будут приказы, Жон? — спросил Уолтер, стоявший впереди группы. Рядом Марина прижала Эску к груди и бросила на Жона укоризненный взгляд за то, что тот притащил кошку на поле боя.

— Берите копья и дуйте на завалы, — скомандовал Жон. — Мы атакуем их, пока они ещё вне города, и постараемся их ослабить. Уничтожим им орудия. Рассредоточим их строй. Да что там, может, и вовсе обратим их в бегство ещё до того, как они доберутся до стены.

Эти слова вызвали одобрительный рёв.

Уолтер поправил тёмные очки.

— Ты про копья... или про «копья»?

— И про те, и про другие. Берём всё, что есть. А теперь, вперёд!

Солдаты принялись за работу. Вскоре они заняли свой участок стены, находя опору на неровных обломках. У каждого на плече лежало по копью.

Первое, что бросалось в глаза: эти «копья» ничуть не походили на галльские. Как и имперская броня, европейское противотанковое оружие уходило корнями в традиции рыцарской эпохи, в данном случае — в турнирные копья. Форма этого оружия удачно подошла для технологий на ранних этапах его разработки.

Эти же конкретные копья выглядели проще. По сути, короткая труба с двумя рукоятками у переднего конца. Пластик и сплавы настолько снижали вес оружия, что даже самые хрупкие бойцы гарнизона могли им пользоваться.

Это было оружие, которого не должно было существовать в этом десятилетии, оно было приобретёно Жоном во время одной из закупок. Безоткатный гранатомёт.

Ополченцы Юэлла быстро его освоили и теперь с энтузиазмом наводили свои странные «копья» на приближающуюся линию танков. Пальцы их, однако, пока не ложились на спусковые крючки. Прежний, хоть и скромный, опыт подсказывал, что враг ещё не вошёл в зону поражения.

Опустившись на одно колено, Жон наклонился к телефону.

— Сплетница, скажи, когда.

Конечно, он мог бы и сам разобраться в этой штуке, освоить этот дальномер. Это не заняло бы много времени. Но зачем, если можно положиться на глаза и чутьё Сплетницы? В роли наводчика девушка была просто бесценна.

Имперцы двигались неторопливо. Но «Батомис» нёс в себе ощущение неотвратимой судьбы, врезаясь в холм и проходя через него, почти не сбавляя хода. С каждой секундой он становился всё больше, и очень скоро Жон получил ответ.

— Сейчас! — выкрикнула Сплетница.

Его голос прогремел над всей стеной:

— Огонь!

Компьютерные прицелы помогли гранатомётчиком, и в считаные мгновения по имперской линии ударил залп начинённой взрывчаткой боеприпасов. Пусть танки были на пределе дальности, но как только из задней части оружия вырвались струи огня и дыма, боеголовки преодолели это расстояние со скоростью, недостижимой для ракеты обычного копья. Не все попали в цель, но те, что попали, произвели сокрушительный эффект. Кумулятивные заряды, созданные для пробивания брони, пронзали толстую сталь лобовой брони танков. Некоторые такие снаряды «всего лишь» вгрызались в металл, чтобы затем, взорвавшись, вскрыть корпус, как яичную скорлупу. Другие прошивали танки насквозь или проскальзывали мимо движущейся танковой стены и накрывали бронемашины с пехотой позади.

Глубоко в городе послышались громкие раскаты. На этот раз артиллерийская поддержка была на стороне Галлии. В воздухе засвистели снаряды, обрушиваясь на наступающие войска. Над лугом расцвели огненные шары.

Жон выстрелил по гигантскому танку, как и ещё с десяток человек — кто точнее, кто хуже. Их совместный залп окутал «Батомис» и всё вокруг него пламенем, взрывая землю и подбрасывая её в воздух. Танк скрылся в дыму.

Одно долгое мгновение все смотрели, затаив дыхание. Затем Сплетница доложила:

— Чёрт.

«Батомис» вырвался из дыма: его броню повело и она почернела, но сам танк был всё ещё на ходу. Передний пулемёт у него исчез — его разнесло на куски вместе со стрелком, не оставив тому и шанса, — но прочный стальной кожух в задней части пулемётного гнезда уцелел, не дав ракетам пробить ключевые системы.

По линии обороны прокатились крики досады. И всё же Жон воспрянул духом: имперский строй был смят и погрузился в хаос. Результат получился приемлемым.

Жаль, конечно, что это ударило по цене при перепродаже, но что поделать. Лучше уж какой-нибудь танк взорвётся, чем они потеряют Юэлл.

— Не расслабляться, — скомандовал Жон. — Начинаем второй акт. На запасное оружие!

Он бросил свой гранатомёт, и остальные последовали его примеру. Возможно, у них и хватило бы времени перезарядиться и дать ещё один залп, но Жон не стал на это рассчитывать: имперцы сократили дистанцию почти вдвое. Что, кстати, выводило их на идеальную дальность для следующего шага.

Гарнизон Юэлла схватил обычные копья, а те, у кого не хватало сил таскать эти громоздкие штуковины, взялись за лазганы. Он сам выбрал второй вариант, призвав лазган и выкрутив боковой регулятор мощности на максимум. Весёлый, однако, выдался денёк, когда они эту функцию тестировали.

Когда копья выстрелили, рядом с их зарядами протянулись алые лучи света. С зажатыми спусковыми крючками они образовывали сплошные линии, резавшие ландшафт. Броня машин, которых касались лазеры, плавилась за мгновения, а гусеницы — резало. Особенно сильно досталось броневикам с их более лёгкими корпусами.

Имперское наступление охватило паника. Танки, пытаясь уклониться и врезались друг в друга. Горящие остовы превращались в смертельные препятствия, приводя к новым столкновениям и завалам.

Один танк, багровый «Лупус», продемонстрировал свои возможности: он запетлял зигзагом так, как машина такого размера не должна была уметь, и укрылся за «Батомисом». Его манёвр тут же скопировали ближайшие танки, и вскоре они выстроились в колонну с гигантом во главе. Неудачливые экипажи, оказавшиеся дальше, формировали свои колонны, толкаясь за желанные места в тылу и выталкивая вперёд тех, кому суждено было стать живым щитом.

Бойцы Ююэлла скорректировали огонь, и красные линии сошлись на «Батомисе». Металл на нём пузырился и плавился от невыносимого жара.

— Работает! — прокричала Сплетница. — Держите так, и вы...

— Погибнем, — закончил за неё побледневший Жон. Супертанк разворачивался, наводя на них свою огромную-преогромную пушку. Он заорал, перекрывая вой лазеров и копий: — Вниз! Вниз! Уходите со стены!

Они беспорядочной толпой посыпались со стены, скользя и кубарем скатываясь по обломкам. Вдруг раздался оглушительный грохот — и позиция, которую они только что занимали, взорвалась с силой вулкана, подбросив обломки высоко в небо.

И обрушив их на всю округу.

— А-а-а-а!

— В укрытие...!

— Доложите...!

— Я ранен! Ранен...!

— Пройдёт!

— Погоди, что? Жон, что ты сейчас...

— А-А-А!

— Не слышу...!

— Заткнитесь нахер и бегите...!

Голос, усиленный мегафоном, прорвался сквозь этот хаос.

— «Батомис» идёт! — предупредил Уэлкин. — Хватайте раненых и живо валите оттуда!

Твёрдый, не терпящий возражений тон привлёк их внимание, и было удивительно, как много людей ещё могли бежать. Они ринулись по улице, стараясь уйти как можно дальше, обходя по отмеченным тропам минное поле, и присоединились к взводам ополчения, ища укрытия в переулках и зданиях.

Все взгляды были прикованы к тому участку стены, где они были мгновение назад. Грохочущая какофония с той стороны нарастала, становясь всё ближе и ближе.

Началось с малого. С такого... «ка-тун», лучше Жон и не мог это описать.

Он видел учебные видеозаписи атак гриммов Голиафов, обязательную часть курса по гриммологии, и он узнал этот звук. Тот момент, когда что-то сдвигается, и на прочной, непокорной стене появляется крошечная выпуклость. Эта деталь всегда была такой обманчивой, рана казалась почти комичной в своей незначительности. Она давала людям долю секунды, чтобы подумать: «Может, всё обойдётся».

А затем крошечная ранка стала больше. Повреждение расширилось, и стена начала прогибаться внутрь. Земля задрожала под ногами, предвещая грядущий ад. Те, кто был по обе стороны от Жона, невольно вздрогнули, и в сердце каждого горело отчаянное желание, чтобы стена выдержала, и нахер весь план.

А потом стена разлетелась вдребезги, уничтожив эту надежду. Империя снова вошла в Юэлл.

«Батомис» прорвался сквозь пролом, окутанный гигантским облаком пыли и дыма, напоминая исполинского зверя, изрыгающего пламя. Нацелившись на Жона и его людей, супертанк в итоге выехал на широкий проспект, а не врезался в здание, где могли быть их бойцы. Это также вывело его прямо на минное поле, заложенное на таком расстоянии, что инерция сама затянула танк в ловушку.

Победный клич застрял у Жона в горле.

Стальная плита — бульдозерный отвал на носу танка — вскрыла дорогу впереди, расчищая «Батомису» путь. Галльским солдатам на первых баррикадах пришлось бросить укрепления, когда «Батомис» просто раздавил их. Супертанк ни на миг не сбавил ход, превращая землю, брусчатку и мины перед собой в бурлящую волну.

Вскоре он достиг ям и рвов, вырытых достаточно глубоко, чтобы остановить любую машину. Собранные обломки заполнили ловушки, а гусеницы утрамбовали землю до твёрдости камня. «Батомис» пронёсся мимо нескольких линий обороны и солдат, даже не удостоив их вниманием. Раз за разом Империя не могла закрепиться в городе, поэтому теперь они втаскивали в него целую крепость.

За супертанком в пролом в стене хлынули танки поменьше. Они беспрепятственно катили по открытому пространству, пара за парой отходя в стороны и разворачиваясь наружу, в то время как их товарищи продолжали движение. Такое построение вынуждало галльцев отступать, если они не хотели получить в лицо танковый снаряд.

Между этим защитным кордоном неслись броневики. Выдерживая шквал огня со стороны галльцев, они мчались по центральной полосе, повторяя ту же тактику и заполняя пробелы между танками. Задние двери машин распахивались, извергая солдат, которые использовали броню как прикрытие, чтобы успеть окопаться. Винтовки разворачивались, нацеливались и получали ответный огонь. В воздухе разразилась свинцовая буря.

Нырнув в магазин, Жон доложил:

— Лиза, они продвигаются слишком быстро. Я видел, как отделились «Лупус» и часть солдат. Они уходят на юг.

— Хотят ударить с фланга, — дальше на том конце провода послышался неразборчивый разговор. — Я сообщила галлам. Ландзаат с Перевым Отрядом выдвигается на перехват.

— Отлично. Я...

У разбитой витрины появилась группа имперских солдат. Один из них заглянул внутрь и заметил его. Мужчина выкрикнул предупреждение товарищам, но в ту же секунду ему на лицо прыгнул белый комок меха, а следом Жон сбил его с ног. Ещё двое упали один за другим.

— Вступаю в бой с имперцами! Эска, лови!

Размахивая Кроцеа Морс, он призвал несколько видов оружия и, пока оно висело в воздухе, пинком отправил его Эске. Та ловко выхватила из воздуха свой меч (скорее, кинжал) и одним движением оставила неглубокий порез на лице ошарашенного солдата с винтовкой, после чего схватила бумеранг и тут же метнула его в солдата с копьём. От удара шлем звякнул, как колокол, и солдат рухнул на пол. В лавке воцарилась тишина.

Кошка опустила оружие и растерянно оглядела поверженных врагов.

— Эска? — спросил Жон, наклонившись к ней. — Ты в порядке?

Она резко выпрямилась, вскинув меч в героической позе.

— Д-да!

Это была... ложь. Эта напускная уверенность была ему до боли знакома. И всё же она старалась. Принимала неизбежное.

Жон ободряюще сжал ей плечо, и в тот же миг его окутал раталоский доспех. Вместе они выбежали на улицу и бросились в бой.

«Батомис» продолжал катиться вперёд, углубляясь в город во главе процессии. Жон взял курс на него, включил реактивные ботинки и взмыл над улицей с Эской на плечах. Однако вскоре их продвижение увязло в битве. Стремительный натиск Империи обрушился на галлов и заставил их пятиться, участки союзного окружения прогибались под ударами имперцев.

Парень с кошкой появлялись в этих точках прежде, чем защитников успевали одолеть, и одно их присутствие решительно склоняло чашу весов в пользу Юэлла. Основной удар принимал на себя Жон, а Эска нападала на солдат, отвлекая их. Короткий прыжок — и вот они уже в стане имперцев; при такой плотности врагов один взмах пушко-копья сметал полдюжины человек, а выстрел снарядом поджигал танк или броневик. За ним ополчение Юэлла неуклонно продвигалось по улице, догоняя «Батомис».

Вскоре имперцы столкнулись с загадочным явлением. Ящики с боеприпасами исчезали в воздухе, тяжёлое вооружение, готовое косить ряды защитников, куда-то пропадало в местах, где его оставляли, а пустые броневики, которые солдаты использовали как укрытие, просто испарялись, подставляя их под ответный огонь галлов. Плотный строй, который имперцы выстроили, рассыпался, стоило Жону пройти мимо.

В нескольких кварталах отсюда, в импровизированном штабе, Сплетница держала в одной руке свиток Компании и, едва заметив появление новой записи, тут же нажимала на неё, параллельно докладывая Жону обстановку. Поскольку [Мобильный торговец] был не столько навыком, сколько «критической платной функцией», после покупки навык не требовал его личного участия — достаточно было контакта с предметом продажи. Сплетница предложила переложить эти молниеносные решения на неё, чтобы он не отвлекался и мог сражаться в полную силу.

— Ландзаат вступил в бой с «Лупусом», — тараторила она по связи. — Гюнтер запрашивает... Блядь, пара танков засекла мою позицию. Нужны ещё люди с копьями. Жон, отправь...

Он направил Уолтера и отряд копьеносцев по названному адресу. Местные знали короткие пути лучше него и тут же нырнули в переулок. Вооружённые современными гранатомётами и боеприпасами к ним, они быстро разберутся с угрозой.

Особенно яростным на передовой выдался подвижный бой. Седьмой Отряд постоянно отступал, используя плотную городскую застройку и ограниченный танковый обзор для атак на супероружие. Однако их попытки задержать «Батомис» наталкивались на жёсткое сопротивление его конвоя. Гигантский танк держался рядом с пехотными отрядами, расчищая им путь, но стараясь не отрываться слишком далеко. Экипаж танка понимал свою слабость и сводил её к минимуму.

Теневая рука ухватилась за корпус «Батомиса». В мгновение ока Жон врезался в него, упёршись ногами в наклонную броню, и осмотрел солдат внизу. Он выбрал точку и нырнул вниз.

Эска спрыгнула с него на полпути, чтобы потрепать отряд. Он же приземлился солдату на спину, повалив себя с ним. Перекатившись, он снова встал; в его руке появился Красный Грач,, и выстрел прошил группу солдат, готовившихся открыть по нему огонь.

Синий луч света снял снайпера в центре вражеских солдат, винтовка которого была нацелена на него. Жон поднял голову и мельком увидел Марину, передвигавшуюся по крышам. Из-за опасных пролётов между зданиями ей и другим снайперам, похоже, с трудом удавалось поспевать за всем сражением, основная часть которого уже ушла вперёд.

Имперские войска оправились от его внезапного появления. Выстроились целые стрелковые линии, пулемёты нацелились на него. Схватив Эску за шкирку, он вытащил её в безопасное место, приземлившись на тротуар. Они укрылись за низкой стеной, пока у них над головами свистели пули.

Жон цыкнул и сказал в телефон:

— Лиза, не думаю, что украсть «Батомис» получится. Наши союзники еле держатся. Есть в Магазине что-нибудь, что может переломить эту катавасию?

— Просто жди, — был её короткий ответ.

— Что значит «жди»? Лиза?

Он не услышал её ответа, если он и был. В этот момент «Батомис» выстрелил, оглушив всё вокруг грохотом пушки. Людей рядом с танком сбило с ног отдачей, прошедшей через корпус и землю.

Когда мир перестал дрожать, Жон увидел на лице Эски страннейшее выражение: губы оскалены, клыки обнажены, а лапы прижаты к ушам.

— Не нравится, да?

Она помотала головой и содрогнулась от неприятных ощущений. Жон успокаивающе погладил её, ища глазами цель танка.

—Да твою-то мать, — воскликнул он. — Это была моя башня.

У университета теперь не было одной из колоколен, рухнувшей из-за зияющей дыры у основания. В целом, для здания это была лишь поверхностная рана. Там всё равно никого не было.

И всё же, ему нравилось то место.

Из-за стены высунулся имперец с винтовкой, нацеленным на них. Его меч рассёк оружие пополам, и Жон вскочил, чтобы стукнуться с ним шлемами — в этом обмене он победил за счёт более твёрдой головы. Меч сменился лазганом, и красный свет пронёсся по вражескому строю. К атаке присоединился бумеранг, который взмыл высоко и далеко, описал петлю и ударил солдата по затылку. Эска пронеслась под ногами солдат, чтобы забрать инструмент, и с яростью принялась кромсать лодыжки и голени. Наверху Жон прорубался сквозь их ряды.

В высоком здании дальше по дороге прогремел взрыв. Жон не обратил на это особого внимания, пока внутри не грохнул второй, а затем и третий, уже в здании напротив. Оба строения зашатались, их стены опасно накренились. А потом, с почти слышным треском, они рухнули одно за другим на дорогу, похоронив под собой несчастных имперцев. Солдаты, сопровождавшие «Батомис», внезапно оказались отрезаны от подкреплений.

— Да! — крикнула Сплетница. — Жон, это твой шанс! Забирайся на танк!

Он поспешил последовать её совету. Всё это время его мысли неслись вскачь.

— Когда ты успела подготовить? — спросил он.

— Мы установили заряды, как только «Батомис» прорвал стену. Какой толк в инженерах, если не использовать их опыт.

Хах. Это лишь доказывало, что лучшее средство против армии — это твоя собственная армия. Он даже понятия не имел, что это готовилось, как и, возможно, ещё с полдюжины других операций в местах, которых он не видел. И всё же помощь пришла в самый нужный момент, открыв ему путь вперёд.

С радостным кличем Жон взлетел. Он подхватил Эску и устремился к «Батомису», пока Седьмой Отряд разворачивался назад. Несколько пуль звякнули по его доспехам, но целые отряды галльских солдат, казалось, материализовались из боковых улочек и обрушили огонь на имперцев, прижав их к земле.

Он дотянулся до перил на крыше супертанка и запрыгнул на платформу. На этой высоте он был почти на одном уровне с некоторыми крышами и лишь покачал головой, поражаясь немыслимым размерам этого дома на колёсах.

В конце платформы, как и говорила Сплетница, была металлическая дверь. Эска, подойдя, с любопытством склонила голову и прижалась ухом к металлу.

— Слышу людей с той стороны.

Охрана, без сомнения. Танк такого размера мог позволить себе содержать и выделить людей для этой задачи. Жон поднял лазган.

— Отойди, Эска.

Лазерный луч ударил в дверь. Непрерывный огонь прожёг в стали дыру, и изнутри послышался крик и топот сапог. Жон провёл лучом, срезая петли и ручку, затем отступил, когда дверь отвалилась. Он схватил тяжёлый лист металла и сбросил его с платформы, с опозданием осознав, что опять снизил перепродажную стоимость супертанка. Пожав плечами, Жон вошёл в «Батомис».

Его тут же встретила группа солдат, сгрудившихся под тусклой лампочкой; один из них был сильно обожжён. В ужасе они дрожащими руками сжимали своё оружие.

Прозвучал выстрел, звякнувший о его броню и не причинивший ему никакого вреда. Жон даже не стал использовать оружие в тесном пространстве: он просто врезался в них, и шипы раталского доспеха усилили его таран, впечатав солдат в стену. После этого он осмотрелся в поисках того, куда идти дальше. Небольшая вертикальная лестница вела на уровень ниже, и они с Эской без колебаний спрыгнули туда.

Они оказались в тесном коридоре, уставленном трубами и кабелями. Из труб доносилось ровное шипение — возможно, там циркулировало топливо, вода или какая-то другая жидкость. Здесь было темно, но слабого света хватило, чтобы различить в тенях отблеск красной брони.

— Нарушители! — крикнул солдат, и тут началось.

Словно вспышка, Эска метнулась к врагу и впилась зубами в лодыжку переднего солдата. Тот задергался, мешая своим союзникам и давая Жону время сократить дистанцию. Появившийся Кроцеа Морс рассёк металл и плоть. В ответ вспыхнула стрельба, пули рикошетили по коридору, представляя непредсказуемую опасность для всех присутствующих, включая самих солдат. Одна пуля пробила трубу, из которой вырвался обжигающий пар.

Эта группа продержалась не дольше предыдущей, и последний солдат встретился лицом со стальной стеной, в которую его впечатал Жон.

Эска проскользнула к следующей двери, встала на цыпочки и ухватилась за круговую рукоять, чтобы её открыть. Она повисла на нём, извиваясь и пытаясь найти опору. Жон помог ей, его рост и вес больше подходили для этой задачи.

Дверь открылась на платформу с видом на довольно просторную комнату. Прямо перед ним стоял трон, и это не было преувеличением. Кричаще-роскошная вещь казалась позолоченной, а её — Жон подошёл, чтобы рассмотреть спереди — плюшевые красные подушки так и манили присесть.

Что он и сделал, после чего бросил властный взгляд на вспотевших от страха холопов (экипаж танка), застывших в шоке внизу.

— Остановите танк, — сказал он. — И сдавайтесь. Мне сказали, что с вами обойдутся гуманно.

Эска тоже захотела посидеть на троне. Она запрыгнула к нему на колени, позволяя погладить себя.

Офицер поднялся со своего менее грандиозного, но всё же слишком роскошного кресла и свирепо посмотрел на Жона.

— Никогда! Империя никогда не уступит требованиям слабых и никогда не сдастся!

— ...Ну ладно.

Кроцеа Морс пролетел через зал и вонзился в грудь этому самому офицеру. Тот захрипел и рухнул на пол.

Жон встал и опёрся на перила. Один за другим он встретил взгляды остальных людей в зале. Рядом с ним подчёркнуто-серьёзная Эска взмахнула своим мечом.

— Я не собираюсь повторять дважды. Знаю, Лиза хотела, чтобы я это сделал, но мне это нафиг не сдалось. Вы напали на город. Если вы не остановитесь, тогда я вас заставлю.

Члены экипажа переглянулись, бросив взгляд на умершего офицера. Желание подчиниться было, они лишь ждали, кто сделает это первым. Наконец, один человек шевельнулся.

— О-он не справится со всеми нами! — пробормотал он, вытаскивая пистолет из кобуры.

Как для боевого клича, было неплохо. Это заставило людей действовать. Экипаж танка почти мгновенно пожалел об этом, когда Жон и Эска прыгнули на них. Танк погрузился в хаос, где стрельба и ровное «дзинь-дзинь» доминировали в бою и вскоре стали единственными звуками.

Последние два члена экипажа вжались спиной в стену, к их горлу были приставлены меч и лазган.

— Жмите на тормоза, — приказал Жон. На этот раз они, спотыкаясь, бросились выполнять приказ.

Танк затрясся и заскрежетал, останавливаясь. Члены экипажа робко взглянули на Жона, нервно косясь на его всё ещё поднятое оружие.

Он им улыбнулся. Кроцеа Морс и лазган исчезли в его Кармане. На лицах двух людей смешались шок от его магии и облегчение от того, что их не убьют теперь, когда они выполнили свою задачу. Это чувство быстро сменилось другим, когда он схватил их за шеи и стукнул головами друг о друга, лишая сознания.

— Что ж, здесь мы закончили. Эска, на выход.

— Хорошо! — Эска была только рада. Воздух здесь ей, похоже, не нравился.

Жон потащил бесчувственных членов экипажа с собой, по пути подбирая других выживших, пока не собрал целую груду имперских солдат. Подъём по лестнице оказался тем ещё испытанием, но он справился. Вскоре они снова были на свежем воздухе, где он сбросил всю охапку за борт, тем самым закрепив за собой право собственности на «Батомис».

Это действие не осталось незамеченным на земле. С остановкой «Батомиса» битва замерла, и море лиц приветствовало Жона, когда он оглядел площадь.

Галльские солдаты онемели, ещё не в силах осознать произошедшее. Они вели безнадёжный бой, и ситуация вдруг изменилась в одно мгновение. Имперские войска ошарашенно смотрели на него. Супероружие должно было стать их непобедимой звездой победы, и его потеря потрясла их до глубины души.

С крыши напротив Марина откинула чёлку, её серые глаза неотрывно смотрели на него. Уолтер, прислонившись к стене переулка, с ухмылкой покачал головой. Уэлкин Гюнтер с немым изумлением высунулся из люка своего танка. У его подчинённых, Ларго и Рози, отвисли челюсти.

Стены и крепости не могли остановить «Батомис». Ракеты и артиллерия не могли остановить «Батомис». Целая, чёрт возьми, армия, сражавшаяся на протяжении всей улицы — прямой линии разрушений от окраины Юэлла до почти самого центра города, — не могла остановить «Батомис». И всё же, один человек преуспел там, где всё остальное провалилось. Человек вышел против супероружия, и человек победил.

Плюс кошка. Но если сказать им это, история станет не более, а менее правдоподобной.

Жон оглядел площадь... и заметил странное шевеление. Среди людей поднялись крики, обращённые к нему. На него были направлены стволы. Все до единого — галльские.

Нет, оружие было нацелено мимо него.

Цок. Цок. Цок.

За стуком каблуков по металлу последовал шелест ткани, взмах плаща или чего-то подобного.

— Жон, сзади, — прошептала Сплетница.

Он повернул голову. За ним находился главный ствол «Батомиса», а на нём стояла...

Высокие каблуки, красивое лицо — из тех, что девушки любят ненавидеть. Тёмная форма с золотой отделкой, и ноги, которые, казалось, не имели конца.

Она держала огромную, длинную и изящно сделанную винтовку, легко сжимая её одной рукой, а другую положив на бедро. Солнечный свет обрамлял её серебряные волосы, а ангельские глаза были красными, как у гриммов.

Красавица окинула Жона бесстрастным взглядом.

— Значит, это ты заставил «Батомис» замолчать, — сказала она. — Тот, кто называет себя Валькирией.

К Жону вернулся дар речи.

— Так меня называют. А ты кем будешь?

Женщина наклонила подбородок и задумчиво посмотрела в небо, обдумывая ответ. Затем кивнула и снова взглянула на него.

— Сельвария Блес, самая доверенная слуга Его Высочества, принца Максимилиана. Мой принц проявляет к тебе непомерный интерес. Ради него я проверю, говоришь ли ты правду.

Постойте-ка, он уже слышал об этом Максе. Этот дядька был из Империи. А значит, и эта женщина была из Империи. Враг.

— Вот как, — хмыкнул Жон, принимая более настороженную позу. — И что заставляет тебя думать, что ты вправе это делать?

Женщина ответила не словами. Вместо этого она вскинула винтовку и нажала на спуск.

Очередь прошла безвредно над его головой. Он уже был в движении. Одним рывком он сократил дистанцию и взмахнул вновь призванным Кроцеа Морс, целясь ей по ногам.

Лёгкий прыжок, и меч прошёл сквозь пустоту.

Приземление женщины казалось невесомым, её фигура словно плыла в воздухе. Она нанесла резкий удар ногой, оказавшийся гораздо сильнее, чем он ожидал, и отбросивший его назад. Он ударился о перила и перелетел через них.

Падая, Жон видел, как Сельвария Блес перекинула одну длинную ногу через металлический поручень, затем другую, скрестила их и села в изящной позе, на мгновение одарив его высокомерным взглядом, прежде чем прыгнуть следом за ним.

Битва начиналась заново. Ну конечно, как же иначе, с войной никогда не бывает просто, да?

И ещё... до чего же горячая штучка~.