Легенда о Синархе (гет)

Следующее утро нахлынуло стремительно, словно таяние последнего серебристого следа ночной росы на траве. Однако сон уже покинул обитателей особняка. Из коридора доносились сдержанный гул голосов, нетерпеливый топот шагов и жалобный скрип петель. В воздухе висело ощущение сосредоточенной спешки — все, судя по всему, были полны решимости немедленно взяться за дело.

Ева направилась к оружейной, запахнувшись в новый плащ — подарок Порты. Предчувствуя холод, она не стала пренебрегать им. Девушка подбирала снаряжение уже с большей уверенностью, теперь она примерно понимала, что может пригодиться. Пара лёгких кинжалов нашла своё место на поясе, туда же она пристегнула кобуру с пистолетом и запасными обоймами. Её больше не страшила возможность ошибки — сейчас она куда лучше справлялась с таким арсеналом, чем с тяжёлым и громоздким оружием.

Рафаэль, наблюдавший за её сборами, приблизился беззвучно. Он был в своей привычной тактической форме, и за его спиной, как всегда, покоился массивный арбалет.

Он протянул ей небольшой чехол из плотной ткани, в гнёздах которого аккуратными рядами лежали маленькие пузырьки с жидкостью.

— Возьми. Там они могут пригодиться, — сказал он низким голосом.

Ева встретилась с ним взглядом и приняла свёрток. Пальцы её слегка дрогнули.

— Спасибо, — так же тихо ответила она, убирая чехол во внутренний карман плаща.

— Если это действительно логово всех тех тварей... Даже боюсь представить, что нас ждёт.

— Главное — держись рядом и не теряй связь, — твёрдо сказал он. Его голос звучал как приказ, но в глазах читалась иная, более личная озабоченность. — И если ситуация выйдет из-под контроля... Мне придётся позаботиться о твоей безопасности в первую очередь.

Она открыла рот, чтобы возразить, но он не дал ей шанса, сделав шаг ближе.

— Я не могу допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Пойми. Ты слишком важна, Ева. Важнее всех нас.

Он говорил без упрёка, стараясь не задеть её гордость, но каждое слово было отчеканено железной решимостью. В нём сквозила не только долговая ответственность Хранителя, но и что-то глубоко личное, что заставило его сердце ёкнуть.

— А я не могу просто бросить вас всех,— всё же вырвалось у неё с упрямостью.

— Знаю, — он кивнул, и его взгляд смягчился. — Потому я и не отговариваю тебя идти. Но ты должна пообещать... Ради мира, который надеется на тебя. Если всё пойдёт прахом и выбраться нам не удастся — ты без колебаний воспользуешься порталом и вернёшься в Обитель. Обещай мне это, — твёрдо сказал он, его взгляд стал пронзителен.

Она опустила глаза на стол уставленный арсеналом. Внутри всё сжалось. Дать такое обещание — значит заранее смириться с возможной потерей. С предательством самой себя. Но где-то в глубине, холодным и неумолимым светом, горела другая правда: на неё смотрят не только его глаза. За её плечами — тяжесть надежд, которым нет имени.

Чувства сплелись в тугой, болезненный узел. Она молча кивнула, не в силах выговорить ложь, но дав понять, что услышала. Потом подняла на него глаза, и в зелёной глубине зажёгся тот самый огонь — твёрдый и без компромиссов.

— Я приму эту ответственность, — голос её был ровным, почти отрешённым, но где-то в глубине звучала закалённая воля. — Если мир возлагает на меня свои надежды, я не подведу. Это мой долг. — Она замолчала, и её взгляд стал пронзительным, лишённым прежних сомнений. — Но этот мир — это и вы. Каждый из вас. И я не позволю, чтобы цена его спасения оказалась вашими жизнями. Это моё решение.

Ева произнесла эти слова уже не тихим, сдержанным тоном, а голосом, который прозвучал чётко и властно в просторной комнате. Остальные, собиравшие своё снаряжение, замерли, повернувшись к ней. Её слова повисли в воздухе, наполненном весомым, почти осязаемым чувством её решения.

Рафаэль выпрямился, а в его голубых глазах мелькнуло неподдельное изумление. Он не ожидал от неё такой бескомпромиссной и чёткой позиции. Спорить с этой новой, несгибаемой Евой было куда сложнее, чем он предполагал. Но то, что он услышал, заставило что-то внутри него отозваться глухим, тёплым толчком, проблеском надежды.

Когда отряд собрался в коридоре, к Рафаэлю подошёл Филип. В руках изобретатель сжимал нечто вроде планшета, но более компактное и со странными руническими вставками по краям. Парень казался измотанным — тени под глазами выдавали бессонную ночь.

— Я его модифицировал, — голос Филипа звучал хрипловато от усталости, но в нём слышалось торжество. — Пришлось встроить детектор на магических частотах. Теперь он показывает все биологические и псевдобиологические сигнатуры в радиусе ста метров. Даже те, что маскируются под камень или дерево.

Он провёл пальцем по экрану, где несколько светящихся точек уже пульсировали в схематичном изображении коридора. Рафаэль внимательно изучил показания, его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мелькнуло одобрение.

— Отличная работа, Филип. Именно то, что нужно.

— А он точно не выйдет из строя в самый неподходящий момент? — холодно встряла в разговор Порта, не отрывая глаз от прибора.

Филип ей фыркнул.

— Если обращаться с ним аккуратнее, не так, как ты со своим телефоном, то всё выдержит, — парировал Филип с кривой, усталой усмешкой.

Порта лишь подняла бровь, бросив на изобретателя взгляд, полный холодного неодобрения. Он же зевнул, растянув худое лицо в сонной гримасе.

— Удачи вам. Не разнесите его, ладно? — пробормотал он, уже разворачиваясь, и поплёлся обратно вглубь особняка, по-видимому, намереваясь наверстать упущенные часы сна.

Охотник спрятал прибор во внутренний карман своего плаща и медленно обвёл взглядом собравшихся, будто сверяясь с мысленным списком. Кона и Мариус уже заняли позицию у массивной дубовой двери, готовые к выходу. Арко, Порта и Ева стояли чуть поодаль, завершая последние приготовления. В отряде недоставало лишь одного человека — Мину.

Как по зову, в дальнем конце коридора возникла её тень. Она появилась бесшумно, словно материализовавшись из сумрака. Женщина шла к ним своим неторопливым, скользящим шагом, и её появление, как всегда, совпало с самой последней секундой перед выходом. Теперь отряд был в сборе.