Воспитанник Тёмных Лордов (джен)

Гарольд немного удивлённо посмотрел на Тома. Связи между Геллертом и своей клятвой он как-то не видел.

Когда через несколько минут они попрощались, Гарольд задумался о Барти Крауче-младшем. Узнав о нём летом в связи с тем, что тот не сдержался и на чемпионате мира, на котором присутствовало огромное количество волшебников, решил запустить тёмную метку просто потому что, Гарольд решил, что Крауч — это кто-то, кто легко идёт на поводу у своих эмоций, не очень ответственный, не очень терпеливый, в общем, кто-то вроде Сириуса. Но человек, который уже третий месяц успешно притворяется Грюмом, весьма серьёзным и ответственным человеком, каждый день учит школьников, что также требует много терпения и ответственности, и при этом нигде ни разу, насколько Гарольду известно, не прокололся, никак не вязался с тем образом, который Гарольд выстроил.

Он задумался о том, чтобы поговорить с Барти Краучем-младшим. Но в конце концов решил, что его круг общения и так достаточно широк, он и так в этом году был у Сахершиса только один раз, а с Сириусом общался всего трижды, всё-таки занятия становились сложней и, соответственно, времени оставалось меньше, а маховик мог помочь лишь до определённого предела. «Кстати, действительно надо бы к Сириусу сходить. В прошлом году его навещал ещё и Римус, а теперь Сириус совсем один там. Да и к Сахершису нужно наведаться, хотя вот он вряд ли скучает по общению, с учётом его понимания "недавно"».

Он хотел пойти к Сириусу на следующий день сразу после уроков, но на последнем предмете на тот день, трансфигурации, в класс зашёл Колин Криви и сообщил, что Гарольда ждут наверху.

Через пару минут Гарольд очутился в небольшой аудитории. Большинство столов сдвинуты в конец, образуя в центре пустое пространство. Там стояли директора и Крауч-старший с Бэгменом и незнакомой ведьмой, судя по внешнему виду и перу с толстым блокнотом, журналистка. У правой стены Седрик и Флёр беседовали, а рядом с ними стоял Крам, но в разговоре тот очевидно не участвовал. Неподалёку от них стоял полный коротышка, чем-то напоминавший Питера Петтигрю, с большой, слегка дымившейся, чёрной камерой.

Увидев Гарольда, Бэгмен вскочил и радостно запрыгал к нему.

— А вот и четвёртый чемпион! Входи, Гарри, входи! Не волнуйся, это просто церемония проверки волшебных палочек. Сейчас подойдут члены судейской бригады.

Гарольд непонимающе смотрел на Бэгмена, ещё неделю назад тот вешал на Гарольда всех собак мира, а сейчас вёл себя как будто они хорошие знакомые.

— Во-первых, я Гарольд. А во-вторых, зачем проверять наши палочки? — На поменявшемся поведении Бэгмена он решил не акцентировать внимания.

— Необходимо проверить, в каком они состоянии, нет ли поломок. Это ваш главный инструмент в соревнованиях. Специалист в этой области сейчас наверху с директором. После церемонии вас будут фотографировать. Познакомься, Рита Скитер. — Бэгмен жестом указал на ту женщину в алой мантии. — Она делает небольшой материал о Турнире для «Пророка».

— Не такой уж и небольшой, Людо, — поправила Скитер, впившись взглядом в Гарольда. Почему-то этим она напомнила Гарольду Беллу.

— Нельзя ли до начала церемонии взять у Гарри коротенькое интервью? — обратилась она к Бэгмену, не отрывая от Гарольда глаз. — Самый юный чемпион, несомненно, прибавит статье живости.

— Разумеется! Гарри, ты не возражаешь?

— Ещё раз. Я Гарольд. — Он вздохнул.

— Гарольд? Хорошо. Так ты согласен? — Поинтересовалась она и, не дожидаясь ответа, схватила его за руку. — Вот и отлично. — Журналистка потащила его из комнаты.

Гарольд запустил жалящее проклятье в ту руку, которой она его схватила. Она немного дёрнулась, но не отпустила, хоть и остановилась. Посмотрела на его руки и, оценив отсутствие палочки в оных, засияла. — Беспалочкавая магия в столь юном возрасте? Восхитительно! Читатели будут в восторге! А какие ещё заклятья...

— Отпустите мою руку. — Перебил её Гарольд.

— Как скажешь. — Рита ухмыльнулась и выполнила требование. — Я просто посчитала, что здесь слишком шумно. Давай переместимся туда. — Она махнула рукой в сторону двери в какую-то комнату, вероятно, кладовку.

— Так, во-первых, я ещё ни на что не соглашался. О чём конкретно вы хотите поговорить?

— Не переживай, ничего такого, просто хочу узнать твоё мнение о турнире и всём подобном. — Она беспечно махнула рукой.

Гарольд на пару секунд задумался, но ничего такого в предложенном не увидел и кивнул.

— Вот и замечательно! — Она взяла Гарольда за руку и повела в ту комнату. — Входи, тут отлично. Вот так. — Рита осторожно опустилась на перевёрнутое ведро, Гарольд сел на картонную коробку, она плотно закрыла дверь. Каморка погрузилась в темноту. — Что ж, приступим.

Раскрыв красивую крокодиловую сумочку, она извлекла горсть свечей, волшебной палочкой повесила их в воздухе и зажгла.

— Гарольд, ты не против Прытко Пишущего Пера? Так я смогу более естественно говорить с тобой.

— Не против. — Гарольд пожал плечами.

Рита Скитер широко улыбнулась, вынула из сумочки длинное ядовито-зелёное перо и свиток пергамента. Растянула его между ними на ящике из-под какого-то универсального волшебного пятновыводителя. Сунула в рот кончик пера, пососала и с явным облегчением поставила вертикально на пергамент. Перо, слегка подрагивая, закачалось на кончике.

— Проба… Я — Рита Скитер. Репортёр «Пророка».

Гарри взглянул на перо. Не успела Рита открыть рта, как перо само понеслось по пергаменту:

— Рита Скитер — привлекательная блондинка сорока трёх лет. Её острое перо проткнуло немало раздутых репутаций.

— Отлично, — сказала Рита, оторвала сверху кусок пергамента, скомкала его и сунула в сумочку. — Так-так, — наклонилась она к Гарри. — Что же побудило тебя стать участником Турнира?

— Ничего. Я не бросал своё имя в кубок. — Заметил Гарольд и на всякий случай уточнил: — Я в этом перед всей школой поклялся магией.

Рита Скитер оживлённо взглянула на него. — Поклялся магией? Ты в четырнадцать лет не только в курсе о таком, но и активно пользуешься? Любопытно. А твои опекуны одобряют такое несколько легкомысленное отношение к собственно магии?

Гарольд задумался. Он вообще ещё не разговаривал с Геллертом, но сомневался, что тот был хоть немного против. — Полагаю, мой крёстный сказал бы, что это моё дело. И, клянусь магией, я очень редко, так что не считаю, что ваше замечание по поводу легкомысленного отношения уместно.

— Крёстный? Ты живёшь исключительно с ним? Какой он по характеру? Он тебе нравится?

— Ну, конечно, у нас дома есть и другие люди. А характер... Ну, он достаточно весёлый. — Гарольд на секунду задумался и совершенно честно добавил: — Он в повседневной жизни ведёт себя так, что создаётся ощущение, что он очень легкомысленный и несерьёзный. — Ему казалось, что Геллерта позабавило бы такое описание себя. — Да, он мне очень нравится.

— Замечательно. — Кивнула Рита с хищным оскалом. Гарольду показалось, что она напишет что-то, что имеет весьма опасредственное отношение к сказанному им. — Как тебе кажется, он гордится тем, что ты участвуешь в турнире? Беспокоится? Или недоволен?

Гарольд вспомнил, как Геллерт летом называл турнир хорошим развлечением для детей, и подумал, что он, наверное, никаких эмоций в связи с участием Гарольда в нём не испытает. — Не знаю. Наверное, ему по большей части всё равно.

Улыбка-оскал Риты стала ещё шире. — А как тебе кажется... — Но не успела она договорить, как в проёме возник Альбус Дамблдор.

— Дамблдор! — возликовала Рита Скитер. Перо с пергаментом в мгновение ока исчезли с коробки пятновыводителя, когти журналистки поспешно защёлкнули застёжку на крокодиловой сумочке. — Как поживаете? — Рита встала. — Надеюсь, вы видели мою летнюю статью о Международной конференции колдунов?

— Отменно омерзительна, — блеснул очками Дамблдор. — Особенно меня потешил мой собственный образ выжившего из ума болтуна.

Рита Скитер нисколько не смутилась.

— Я только хотела подчеркнуть старомодность некоторых ваших идей и то, что многие простые волшебники…

— Был бы счастлив узнать подоплёку ваших инсинуаций, Рита, — сказал Дамблдор, — но, боюсь, придётся перенести нашу беседу на другое время. Сию минуту начнётся церемония проверки палочек, а один из чемпионов упрятан в чулан для щёток и веников.

Гарольд подавил смешок. Они все втроём вышли из этой кладовки, Рита встала рядом с фотографом, Дамблдор занял своё место рядом с другими судьями, а Гарольд сел рядом с Флёр.

— Позвольте представить вам мистера Олливандера, — обратился к чемпионам Дамблдор. — Он проверит ваши палочки, дабы убедиться в их готовности к турнирным сражениям.

Гарольд повернулся к окну. Там стоял пожилой волшебник с большими светло-серыми глазами.

— Мадемуазель Делакур, начнём с вас, если не возражаете. — Мистер Олливандер вышел на середину класса.

Флёр Делакур лёгкой походкой подошла к нему и протянула палочку.

— Хм-м, — протянул Олливандер, повертел её в длинных пальцах, как дирижёрскую палочку. Из палочки посыпался сноп розовых и золотых искр. Мастер поднёс её к глазам и внимательно рассмотрел. — Ясно, — сказал он спокойно. — Двадцать сантиметров, не гнётся, розовое дерево. Боже милостивый! Содержит…

— Волос с головы вейлы, моей гран-маман.

Гарольд удивлённо посмотрел на Флёр. Она никогда не уточняла, что в палочке волос её бабушки. Хотя это в принципе было логично, ведь в таком случае палочка в руках Флёр будет сильнее, удивительно, что Флёр не решила использовать свой волос.

В палочке Седрика не оказалось ничего интересного. Он, оказывается, вообще пользовался универсальной, а не заказной. Крам пользовался нормальной палочкой с, насколько Гарольд знал, довольно типичным составом для тёмного мага. Дальше настала очередь Гарольда. Он протянул свою палочку из тёмной бузины Оливандеру.

Тот принял и с интересом рассмотрел. — Очень интересно. Тринадцать с половиной дюймов, гибкая, дерево определённо бузина. А вот «начинок» несколько, затрудняюсь точно определить... — Он ещё с минуту повертел палочку в руках. — Перо феникса и... жила дракона? — Он вопросительно посмотрел на Гарольда.

— Именно так. — Гарольд кивнул. Там ещё были волос фестрала и чешуя василиска, но они, в отличие от пера феникса, используемого в светлых, и жилы дракона, которая могла применяться в любой палочке, использовались исключительно в тёмных палочках, так что озвучь Оливандер полный состав, то любой более-менее разбирающийся человек понял бы, что Гарольд — серый маг, а тому не улыбалось растрезвонить об этом на всю магическую Британию, так он умолчал об остальных ингредиентах.