Вновь Орден (джен)

Тёплые лучи восходящего солнца, с трудом проникающие сквозь грязные окна дома №12 на площади Гриммо, так и не разбудили Лелуша. Его разбудил хлопок в спальне, означающий появление близнецов Уизли. Их брат на соседней кровати лишь тихо пробурчал что-то во сне и накрыл рыжую макушку одеялом. Лелуш кивком поздоровался с близнецами, протёр глаза, стряхивая остатки сна, вылез из кровати и быстро стал натягивать приготовленную одежду, лежащую на стуле. Фред и Джордж прибыли не с пустыми руками: они держали несколько больших старых подушек, которые немедленно запихали под одеяло вместо Лелуша. Фред достал волшебную палочку, направил на получившуюся конструкцию, что-то тихо прошептал. Конструкция приобрела вид спящего Поттера. Лелуш же натянул мантию, взял палочку, рюкзак и маленькую клетку с Сычиком, затем вопросительно глянул на близнецов. Фред светился от удовольствия не хуже утреннего солнышка, рассматривая получившуюся иллюзию. Джордж ухватил брата за руку, и, выхватив клетку с совёнком из рук Лелуша, поманил его пальцем, после чего исчез. Ламперуж неспеша открыл скрипнувшую дверь, и принялся красться вверх по лестнице.

Старый дом застыл в удивительной мягкой пыльной обволакивающей тишине. Сейчас, ранним летним утром, она даже не казалась такой мрачной и угрюмой. Не было привычных криков снизу, злобного бормотания домовика из каждого тёмного угла, беспокойного топота множества ног. Лишь тихий скрип ступеней, не способный пробиться сквозь плотный пыльный воздух. Наконец Лелуш дошёл до нужной двери.

— Ну и долго же ты, — хмыкнул Джордж. — Сыч уже весь извёлся.

— Он всегда взвинченный, — произнёс Лелуш, и, не тратя времени на лишние слова, достал из кармана мантии тональник и стал замазывать шрам на лбу. — Одолжил у Гермионы, — пояснил он удивлённым близнецам. — Впрочем, она об этом не знает: не хотелось бы ей объяснять, зачем он мне понадобился.

Близнецы хитро оскалились, смерив Лелуша весёлыми взглядами.

В комнате висело старое мутное исцарапанное зеркало в тяжёлой серебряной раме со змеями. В нём, при беглом осмотре этой пустующей комнаты, не обнаружили никакой чёрной магии, и оно так и осталось висеть на своём месте. Лелуш подошёл к нему, снял успевшие достать его очки и надел линзы, присланные Роланом. Осталось лишь несколько штрихов. Джордж раскрыл книгу с кричащим названием «Волшебная красота: 1024 простых заклинания для потрясающего успеха», выведенным розовыми буквами на кислотно-зелёной глянцевой обложке. Нашёл нужную страницу и направил палочку прямо на Ламперужа. Неожиданно его взлохмаченные волосы, торчащие во все стороны, опали и уложились в слегка небрежную стрижку. Чёлка послушно опустилась на глаза, волосы сзади накрыли шею. Джордж ещё раз взмахнул палочкой. Лелуш почувствовал только лёгкий холодок, пробежавший по щекам, но отражение в зеркале приобрело более острые черты. Конечно, такая простая маскировка не обманет всякие демаскирующие чары, но кто станет проверять обычного мальчика, пришедшего за покупками в магазин? И ведь главное в маскировке даже не в изменении внешности, а в изменении поведения. Впрочем, у Зеро точно проблем с этим не будет.

— О-о-о, я, кажется, понял, откуда Джинни набралась тех заклинаний… — протянул Фред. — До чего опасные книжки у нашей мамы хранятся!

Лелуш хмыкнул. Как же приятно, спустя столько времени, наконец-то видеть себя в зеркале. Да, конечно, нехитрые манипуляции Фреда и Джорджа не сделали Гарри точной копией Ламперужа, но всё же…

— Вы принесли сюда Молнию? — спросил Лелуш, доставая мантию невидимку.

— Да, она вон там, в углу, — Фред кивнул в направлении метлы. — Оу…

Лелуш растворился в воздухе. Не весь, над грязным полом, который не убирали уже много лет, осталось висеть только его голова, выглядевшая весьма забавно. Потом, чуть ниже, появилась рука, схватившая метлу, затем другая, забравшая клетку с Сычом. Близнецы подошли к окну, открыли его и картинно взмахнув руками, пригласили Лелуша войти.

— Отправляйся в полёт, наш бесстрашный друг! — пропел Джордж.

— Да принеси нам славу и богатство! — весело закончил Фред.

Джордж покачал головой.

— Не-е, со славой ты перегнул. У нас же секретная операция!

— Ну ладно, ты прав. Короче, Гарри, лети давай, а мы тут тебя прикроем, если что.

— Ну, до скорого.

Закутанный в мантию невидимку, на метле, с рюкзаком для покупок за спиной и с совиной клеткой в руке, Лелуш протиснулся в окно, оттолкнулся ногами и взмыл в утреннее розовеющее небо. Когда он обернулся, то заметил, что окно вместе с близнецами и домом исчезло — его заменило другое, в котором виднелась чья-то кровать. Тёплый, но свежий летний ветерок трепал плащ, скользил вдоль невидимой фигурки. Сычик радостно запищал и забился в клетке. Лелуш улыбнулся навстречу ветру. Как же здорово наконец-то вырваться из этого пыльного унылого дома, как же здорово быть самим собой, хоть ненадолго сбросив ненавистную маску, как же здорово вновь почувствовать себя повелителем своей судьбы. Даже маленькое гаденькое склизкое чувство, свернувшееся где-то в груди, что именно такие мысли посетили бы и Поттера, не испортило настроения Ламперужа. Внизу по узким улочкам Лондона проезжали первые машины, окошки домов блестели в лучах солнца. После ночной тишины утро постепенно заполнялось звуками.

Лелуш вглядывался в улицы снизу, мысленно сверяясь с картой Ролана. Наконец он заприметил нужную и стал аккуратно снижаться на крышу жилого дома напротив Дырявого Котла, приметив открытое чердачное окно.

Пыльный чердак этого дома был завален хламом, покрытым пылью и голубиным помётом. Не снимая мантии, Лелуш пристроил за покрытыми плесенью досками метлу и клетку с совёнком.

— Сиди спокойно, скоро приду, — зачем-то бросил он Сычу и направился к железной двери, покрытой облупленной оранжевой краской. Дверь оказалась заперта, и юному магу очень захотелось просто колдануть и не заморачиваться. Но он знал, что не стоит рисковать, применяя заклинания в маггловском районе, поэтому извлёк отмычку, которую, как раз на такой случай, ему дали близнецы. Старый замок поддался, открывая путь в узкий подъезд. Лелуш тихо спустился на первый этаж и аккуратно выглянул за дверь.

Улица была пуста, и никто в такую рань не стал бы выглядывать в окна. Но если бы они выглянули, то увидели бы только черноволосого подростка в странной мантии, выскочившего из подъезда и запихивающего что-то объемное и полупрозрачное себе в карман. Он быстро пересёк дорогу и зашёл в Дырявый Котёл. Внутри было всего два посетителя, и оба спали за столами, мирно похрапывая. Под потолком с громким жужжанием носилась муха, разбуженная взошедшим солнцем. Бармен сонно протирал стаканы замызганной тряпкой, поэтому даже не успел поприветствовать прошмыгнувшего через его бар школьника, лениво проводив его взглядом.

Лелуш притормозил у волшебной стены за баром, вытащил палочку и стал касаться кирпичей, следуя воспоминаниям Гарри.

Косой переулок был непривычно тих. Магазины только открывались, и на извилистой узкой улице практически никого не было. Лелуш давал себе обещание не верить воспоминаниям Гарри о восхитительной сказочности волшебного мира, понимая, что реальность на самом деле вряд ли такая радужная. Но сейчас он не мог не почувствовать эту сказочную атмосферу, рассматривая разноцветные домики со старыми вычурными вывесками и необычными надписями, кривую мостовую, мощёную булыжником. Да и хорошее настроение, так контрастирующее с его угрюмостью в последние дни, раскрашивало мир в яркие краски. Лелуш с нетерпением отправился к магазину волшебных палочек. Он уже успел почувствовать, какого это, колдовать, и сейчас ему очень хотелось наконец-то получить свою палочку, а не пользоваться совершенно чужой, доставшейся от Поттера.

Раздался негромкий звоночек, означавший, что магазин вошёл посетитель. Мистер Олливандер появился откуда-то из полумрака, удивляясь тому, что сегодня у него такой ранний покупатель. Это был юноша лет пятнадцати, тёмная чёлка которого прикрывала необычные аметистовые глаза.

— Здравствуйте, — поздоровался он, повернув голову в сторону мастера. Парень не ожидал, что человек появится не со стороны прилавка, да ещё так неожиданно. Что же, в любом деле главное — это эффектно появится.

— Здравствуйте, — кивнул Олливандер. — Вы не похожи на того, кто поступает на первый курс в Хогвартсе, однако я не помню, чтобы я продавал вам палочку. Позвольте узнать, как же вас зовут?

— Лелуш Ламперуж, — парень протянул руку. Олливандер пожал её и ещё раз осмотрел гостя. Он уверенно прямо-таки сверлил мастера аметистовыми глазами.

— Простите, просто мне показалось, что я уже вас встречал.

— Нет, я здесь впервые.

— Ну что же, тогда, позвольте поинтересоваться, какая у вас была палочка до этого? Это позволит мне быстрее подобрать вам новую.

— Орех, 12 дюймов, сердцевина — перо птицы-грома, — без колебаний ответил клиент.

— О, вы, скорее всего приобрели свою предыдущую палочку в Северной Америке? — произнёс Олливандер, — открывая одну из коробок. — У меня, конечно, нет палочек с такими сердцевинами, но всё же… Вот, попробуйте эту. Орех, 11 дюймов, перо феникса.

Юноша также уверено взял палочку, взмахнул ею и тут же вернул мастеру, когда ничего не произошло.

— Нет… тогда вот, держите… Хорошо, хорошо, не подходит, вот, следующая… Отлично, давайте попробуем ещё одну… А, простите моё любопытство, как же так вышло, что вы вдруг решили купить новую палочку у меня, а не там, где раньше?

Лелуш слегка нахмурился. Ему не особо нравилось любопытство этого человека со странными туманными серебряными глазами, словно видящим его насквозь. Хоть он и был готов к встрече с ним, но Ламперужу было не по себе. Сам же Олливандер находил своего клиента крайне занятным.

— Мы приехали в Британию к родственникам на летние каникулы. И тут… мне понадобилась новая палочка, а они сказали, что здесь живёт лучший мастер волшебных палочек в Британии. Вот, я и пришёл.

— О, я, конечно, не люблю хвастаться, но вынужден признать, что это действительно так…

Шло время, но ни одна палочка не подходила юному клиенту. По Косому переулку всё чаще стали проходить люди. Олливандер был счастлив обслужить настолько необычного человека, рад, что он пришёл пораньше и другие покупатели им не мешают. Мастер даже заметил, что палочки из ясеня и особенно из груши и яблони попросту вылетают из рук юноши, словно бы не желая ни секунды находится рядом с ним, а палочки с сердцевиной из хвоста единорога недовольно нагреваются и выстреливают неконтролируемыми искрами. Это весьма тревожно и… любопытно.

— Удивительно! Такого не было очень и очень давно… Чтобы маг так долго искал свою палочку… Просто поразительно, ваша магия, должно быть, очень уникальна, раз палочки не реагируют на неё.

Лелуш начинал нервничать, бредя в глубь магазина вслед за мастером. Прошёл уже почти час, а ему нужно было забежать ещё в несколько магазинов и как можно быстрее вернуться в штаб-квартиру, иначе у него будут большие проблемы. Но Лелуш продолжал сохранять спокойное выражение лица, надеясь, что близнецы Уизли не подведут. В какой-то момент, он даже стал думать, что никогда не найдёт подходящую палочку, просто потому, что он из другого мира, и волшебные палочки каким-то образом чувствуют его чужеродность. Когда они проходили мимо старого деревянного шкафа со стеклянными дверцами, ставшими уже почти непрозрачными, он увидел полыхнувшее свечение внутри него. Олливандер не заметил его и подсунул Лелушу очередную палочку.

— Акация, 10 дюймов, сердце дракона… О! — мастер всё же заметил ещё раз сверкнувший огонёк за стеклом. — Не может быть! Вот это да! — Олливандер судорожно засунул руку в карман, достал связку ключей и вставил один из них в маленькую скважину в дверце шкафчика. Внутри аккуратными рядами лежали волшебные палочки. От остальных они отличались тем, что выглядели куда более вычурно и необычно. Одна из них нетерпеливо подавала признаки жизни. Её и схватил Олливандер, после чего передал столь необычному покупателю.

Как только длинная элегантная палочка коснулась пальцев Лелуша, он почувствовал волну приятной прохлады, пробежавшую по руке. С кончика волшебной палочки сорвались фиолетовые и золотые не то капли, не то искры. Если бы на Лелуше не были одеты линзы, то мистер Олливандер бы непременно заметил, как в глазах юноши мелькнул странный красный огонёк.

— Поразительно, спустя столько лет! Да! Палочки из виноградной лозы, бывает, реагируют на свою пару ещё до касания, понятно. Удивительно! Лоза и эбонит, 13 дюймов…

Лелуш провёл пальцами по длинной светлой палочке. Однако, в отличие от многих, ручка у неё была тёмная, а вокруг неё словно обвилась маленькая чёрная змейка.

— Я так понимаю, что это — очень необычная палочка, — произнёс Лелуш. — Расскажите мне о ней.

Серебряные глаза Оливандера подёрнулись туманом, хотя, казалось бы, куда уж больше.

— Как не прискорбно это признавать, но эту палочку сделал не я. Отец говорил мне, что она была сделана одним из наших предков в качестве эксперимента. С тех пор она хранилась у нас в семье, дожидаясь своего хозяина, однако никому не подходила. — Олливандер смерил Лелуша неожиданно пронзительным и серьёзным взглядом.

— Я так полагаю, она очень сильна, мистер Ламперуж, и вам следует быть очень осторожным с ней. Это одна из немногих палочек, сочетающих в себе два разных вида дерева — эбен и виноградную лозу. Такие палочки не делают из-за того, что они невероятно привередливы в выборе пары, много больше, чем любые другие, и, кроме того, трудны и дороги в изготовлении.

Лелуш задумчиво стал вертеть палочку в пальцах. С каждым поворотом он всё больше чувствовал некую странную связь с ней, похожую на подрагивающие струны.

— Это интересно… но вы, мистер Олливандер, не сказали одного: какая же сердцевина у этой палочки?

Мастер слегка погрустнел.

— Я много лет изучал то, как ведут себя разные сердцевины палочек. Боясь повредить эту палочку, я не разбирал её, но установил, что там не перо феникса или птицы грома, не волос единорога, вейлы или вампуса, не шерсть ругару, не рог кроленя или рогатого змея, даже не сердечная жила дракона или сналлигастера, и, конечно же, не части тела прочих более слабых магических существ. Словом, — тут Олливандер виновато развёл руками, — Я не знаю, что там. Я бы не хотел продавать эту палочку, ведь мне нужно знать, какая сердцевина даёт такую мощность. А может, её магические проявления я не смог идентифицировать из-за необычного сочетания дерева? Кто его знает… Но, может, вы, мистер Ламперуж, разгадаете то, что я не смог понять за столько лет…

* * *

Лелуш бежал по Косому переулку по направлению к выходу в маггловский Лондон. У него оставалось чрезвычайно мало времени после посещения всех нужных магазинов, да и к тому же действие заклинаний, наложенных Уизли, скоро должно было кончиться. В кармане мантии парень с наслаждением ощущал острый кончик своей новой волшебной палочки. Жаль, что нет времени прямо сейчас испробовать её.

Прохожие недовольно оглядывались на проносящегося мимо мальчика и бормотали вслед о совсем обнаглевшей молодёжи с утра пораньше. Но Лелушу никогда не было дела до подобных разговоров. Он прекрасно понимал, что его ждёт в Хогвартсе, в котором почти каждый будут говорить о Поттере в не слишком положительном ключе. Это, конечно, осложняло задачу набрать как можно больше людей, поддерживающих его, но не было ничего такого, с чем бы он не справился.

Так же быстро и незаметно, как и утром, Лелуш проскользнул сквозь Дырявый Котёл, пересёк улицу под градом изумлённых взглядов маглов, пронёсся вверх по лестнице и остановился, уперев руки в колени, тяжело дыша, лишь тогда, когда очутился на чердаке. Вдруг Ламперуж с удивлением понял, как долго он бежал. Это было так необычно. В том мире он бы не смог даже взбежать вверх по лестнице без отдышки и остановок, а тут промчался через весь Косой переулок, ни разу не затормозив. Лелуш довольно улыбнулся. Вот хоть в чём-то ему действительно повезло. Но долго радоваться этому было некогда. Нужно срочно вылетать. Метла и клетка с Сычом были по-прежнему на месте. Ещё пара минут, и Лелуш вновь летел над Лондоном. Он уже запомнил дорогу, и потому разогнал Молнию до просто феноменальной скорости. Наконец, после мучительно долго тянущегося полёта, внизу показалась знакомая площадь. Ламперуж покружил на уровне окон около того места, где должен был быть дом номер 12, однако, он не спешил появляться. Тогда Лелуш приземлился на крышу одного из домов так, чтобы было видно окна домов 11 и 13.

— Ну что, Сыч, настал твой черёд.

Уставший от сидения в клетке совёнок радостно заухал. Лелуш достал его из клетки и прицепил пустую бумажку к лапке.

— Помнишь то окно, из которого мы вылетели сегодня утром? Тебе нужно доставить эту бумажку прямо туда. Там тебя будет ждать Фред, как мы и договаривались.

Сычик пискнул и понёсся к домам 11 и 13. Лелуш полетел сразу за ним, прямо как за снитчем. Дома, как и рассчитывал Лелуш, разъехались в стороны, открывая дом №12. Как только Сычик влетел в окно, то сразу же оказался в руках Фреда.

— Чёрт, Гарри, и где тебя носило? У тебя даже маскирующие заклинания выветрились. Все уже за столом завтракают! — Фред и Лелуш, снимающий на ходу линзы, выбежали из комнаты. — Рюкзак где? В комнате бросил? Хорошо. — Ребята на секунду притормозили на лестнице и вновь ринулись вниз. — Джордж внизу заговаривает маме зубы, а я вызвался снова попытаться разбудить тебя. Мне пришлось пожертвовать удовольствием от реакции Рона на то, как он отрывает твоей иллюзии ноги, чтобы отговорить его разбудить тебя агрессивными пинками! Всё ради тебя, Гарри! — трагично проговорил он, останавливаясь возле комнаты Рона и Лелуша. — Давай, беги в столовую, а я пока расколдую подушки на твоей кровати. Дай сюда мантию, я тебе на стул её брошу.

Миссис Уизли уже хотела сама лично подняться наверх и проверить, всё ли хорошо у Гарри, когда он, почему-то потный и запыхавшийся появился в столовой. Мальчик вежливо извинился и плюхнулся за стол, начав поедать блинчики с волчьим аппетитом. Через несколько минут появился и Фред, с радостной улыбкой на лице. Что произошло этим утром, Молли так и не поняла, но вряд ли что-то плохое, судя по довольному лицу Гарри. Ну ведь не мог же этот милый мальчик, который был ей почти как сын, замыслить нечто ужасное.

В отличии от неё, Рон с подозрением покосился на Гарри. Опять что-то странное, и опять близнецы. Гермиона говорила Рону, чтобы он не судил Гарри за его необщительность в последнее время. Рон мог понять Гарри, но не мог понять, почему он стал так часто проводить время с его братьями, причём ещё и старательно скрывая это. Рон бы не догадался, если бы не так хорошо знал Фреда и Джорджа. Они стали как-то по-другому разговаривать с Гарри. Это напрягало Рона. Это ведь он — лучший друг Гарри, а не близнецы!

Успевший основательно проголодаться Лелуш всё уплетал блинчики. Он ведь и не завтракал с утра…

Примечания:

Вот, я немного задержалась, но, надеюсь, вас порадует эта атмосферная солнечная глава. Ну, не всё время же писать что-то мрачное)

Как всегда, жду ваших комментариев :)

Как вы думаете, что может быть сердцевиной палочки Лелуша?)

Отбечено.