Рейстлин, Поттер и махровые иррациональности (джен)

— Здесь не занято? В других совсем некуда сесть…

Рейстлин оторвался от чтения. В его купе заглядывал рыжий веснушчатый мальчик.

— Нет. Заходи, — бросил Рейстлин.

«…На мне была изумительная мантия того нежнейшего оттенка сиреневого цвета, который приобретают соцветия глицинии в лучах полуденного солнца, а отделка из тончайшего кружева салатового цвета подчеркивала изящество моего образа. Мои золотистые волосы ниспадали до плеч, словно сверкающие волны солнечного света, и сей водопад не оставлял равнодушным дам, бросавших на меня взгляды, преисполненные искреннего восхищения. Не удивительно, что они были в восторге, ведь моя улыбка могла растопить даже самое заледеневшее сердце, не зря я стал неоднократным обладателем приза «Ведьмополитена» за самую обаятельную улыбку! Как и всегда, мне пришлось четыре часа раздавать автографы и колдофотографироваться. Чего ни сделаешь ради моей бесконечной любви к моим дорогим поклонницам! Как отрадно было встретить столько почитателей моего таланта в отдаленной трансильванской деревушке! Мои нежно-голубые глаза сияли подобно опалам…»

— Чушь какая! — воскликнул Рейстлин, отбросив книгу.

— Что читаешь? — поинтересовался веснушчатый мальчик, до этого разглядывающий пейзажи за окном.

— Златопуста Локонса. Ну и бред! Ни за что больше не куплю его книги.

— Видел его в газетах. Неприятный тип. Моя мама его поклонница.

— Может быть, женщинам и интересны эти бесконечные описания нарядов… Про самих вампиров почти ничего! Зато он описал свою внешность восемь раз!

— Жуть, — согласился мальчик. — А ты интересуешься вампирами?

— Слышал, что они опасны. Ищу способы защиты. А ты читал о вампирах?

— Не особо люблю читать. Но я слышал о некоторых: Бладвин Блад — известный баритон, пел своим жертвам, прежде их укусить. А еще Амарильо Лестат. Он написал книгу про себя, и если ее прочитаешь, впадешь в ступор от скуки! — поделился мальчик.

— Я чуть от Локонса в ступор не впал, — сказал Рейстлин, убирая книгу в чемодан. — Я Гарри, а тебя как зовут?

— Рон.

— Рон, ты уже думал, на какой факультет хочешь попасть?

— Мои старшие братья все были в Гриффиндоре, и мама с папой тоже. Думаю, Рейвенкло не так уж плох, но вот если меня отправят в Слизерин… Не знаю, как они определяют, кого куда. Фред, мой старший брат, рассказывал, что нам надо будет сразиться с троллем… — обеспокоено поведал Рон.

Рейстлин рассмеялся.

— Он тебя обманул. В «Истории Хогвартса» не описано в подробностях, как распределяют учеников, но если бы им давали сражаться с троллем в первый день, волшебники давно бы вымерли.

Услышав это, Рон приободрился.

— Вечно они меня разыгрывают! Небось, заклинание для перекраски крысы тоже вранье!

— Скажи его мне.

— «Листья, травка, огурец — стань зелёным наконец», Фред сказал, что оно покрасит крысу в зелёный.

Рейстлин заверил Рона, что это никакое не заклинание. Выяснилось, что у Рона пять старших братьев, и всё талантливые волшебники. В добавок к этому печальному факту, отношения с ними у Рона были неважные. Никто не рассказывал ему, как звучат заклинания. Родители, по-видимому, колдовали без слов, так что он даже не мог услышать примеры заклинаний. Следующий час Рейстлин посвятил подробной лекции о заклинаниях, которые будут изучаться на первом курсе, и принципах их использования.

— С ума сойти! Откуда ты столько знаешь? — ужаснулся Рон, когда Рейстлин закончил речь.

— Учебники прочитал. Еще я выписал себе самые полезные заклинания, чтоб попробовать учить их самостоятельно. Жаль, что детям запрещено колдовать вне школы, а то я бы и раньше начал.

В купе постучали, это оказалась продавщица сладостей, предлагавшая перекусить. Рон смущенно пробормотал, что захватил еду из дома. Похоже, у него просто не было карманных денег. Рейстлину стало любопытно попробовать все сладости волшебников.

— Ты так проголодался? — удивился Рон объему закупок.

— Интересно попробовать разные. Я вырос в семье маглов и ничего подобного не видел. Угощайся. Расскажешь, какие самые вкусные.

Оставшуюся дорогу Рейстлин и Рон дегустировали сладости. Рон рассказывал про развлечения магического мира. Наряду с уже известным Рейстлину квиддичем, маги играли в волшебные шахматы. Как ни странно, правила игры практически не отличались от правил шахмат в родном мире Рейстлина. Это не могло быть случайностью, наверняка, между мирами существовала какая-то связь. Оказалось, что Рон увлекался шахматами, и Рейстлин договорился с ним как-нибудь сыграть. Вряд ли, конечно, одиннадцатилетний ребенок хорошо играет, но Рейстлину пока не особо хотелось сильных противников. В Бездне Такхизис постоянно обыгрывала его в шахматы на раздевание и оставляла без штанов… Вообще-то это было нечестно, ведь после пыток целыми днями он очень плохо соображал. А еще это невероятно унизительно и глупо. И как ей такое в голову взбрело?..

Где же сейчас душа Гарри Поттера? Вдруг он в теле Рейстлина терпит муки от Такхизис?

Рейстлин задумался, продолжила бы или нет Такхизис мучить его тело после того, как поняла, что в нем оказалась душа другого человека. Хотя… быть может, само предположение об обмене телами неверно, и тело Рейстлина уже мертво, а душа Гарри давно отправилась туда, куда деваются все души умерших этого мира…

— Гарри, ты в порядке? Ты побледнел.

— Всё нормально. Немного волнуюсь перед школой, вот и всё.

В купе снова постучали, на этот раз это были мальчик, выглядящий крайне расстроенным, и пышноволосая девочка.

— Невилл потерял жабу. Вы ее не видели? — строго спросила девочка.

— Эта жаба умеет просачиваться сквозь стены? — уточнил Рейстлин.

— Я спрашиваю, видели вы ее или нет? Какие еще стены?

— Мы все время сидели в закрытом купе, как по-твоему сюда попадет жаба? Можно попробовать притянуть ее манящими чарами, но я не пробовал это заклинание, — сказал Рейстлин.

— Манящие чары? — глаза девочки заблестели. — Я не помню такого заклинания! Откуда ты его знаешь? В учебниках такого нет, я точно знаю, я выучила их наизусть. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы учиться лучше всех! Кстати, я Гермиона Грейнджер, а вы кто?

— Ты права, это заклинание я нашел в учебнике для четвертого курса. Меня зовут Гарри.

— Я Рон Уизли, — представился Рон.

— И ты думаешь, у тебя получится заклинание для четвертого курса? Я попробовала некоторые простые заклинания, у меня все получалось. А ты много заклинаний пробовал? Не хочешь попытаться использовать эти манящие чары? А как звучит это заклинание? — затараторила Гермиона, усаживаясь на свободное сиденье. Невилл застыл в дверях купе.

— Странно, мне сказали, что колдовать вне школы нельзя, — удивился Рейстлин, — Министерство магии пришлет оповещение, если несовершеннолетний будет использовать палочку, а злостных нарушителей могут исключить из Хогвартса. Поэтому я не пробовал заклинаний. Ты знала об этом?

Глаза Гермионы округлились.

— Мне сказали, что нельзя колдовать при тех, кто не знает о волшебном мире. Мы с родителями жили в «Дырявом котле», и я попробовала там некоторые заклинания. Никаких оповещений мне не присылали. Если б я знала, что это против правил, я бы ни за что не стала этого делать!

— Это известная штука, разве вы не в курсе? — сказал Рон. — Ах да, Гарри, ты ведь из семьи маглов, откуда тебе знать. Если в доме или гостинице бывает много взрослых волшебников, то Министерство не заметит вашу магию. Фред и Джордж, мои братья, постоянно колдуют на каникулах, и им не присылают оповещения.

Рейстлин задумался.

— Значит, мне тоже можно было попробовать заклинания в Косом переулке… Интересно, почему Министерство не замечает? Там считают, что эти заклинания сотворили взрослые? Не повезло мне, что в семье одни маглы, — с этими словами Рейстлин достал палочку. — Будет разумнее сперва попробовать на чем-то менее ценном. Акцио, печенье!

Тыквенное печенье поднялось в воздух и медленно поплыло в сторону Рейстлина.

— Терпимо, — заключил Рейстлин, когда печенье зависло у него перед носом. — Невилл, как зовут твою жабу?

— Т-тревор.

— Тревор? Хорошо. Акцио, Тревор!

Некоторое время все молча ждали.

— А это не опасное заклинание? — не выдержал Невилл. — С Тревором ведь ничего не случится?

— Не должно. Ты же его в поезде потерял? Заклинание неопасное, но даже не знаю, что будет, если ты забыл его дома, и он полетит ко мне через всю страну…

На лице Невилла отразился дикий ужас. К счастью, как раз в этот момент из-за спины у него показалась медленно парящая жаба.

— Тревор! — радостно воскликнул Невилл.

В отличие от счастливого Невилла, Гермиона казалась несколько подавленной. Поблагодарив за помощь, Невилл и Гермиона отправились восвояси.