Белый змей || Драко Малфой (гет)

Люк. Потайной ход.

Почему в школе для детей находится трехголовая собака, охраняющая люк?

Со стороны профессора Дамблдора эта идея казалась довольно рискованной.

Или… он вообще знает об этом?

Он должен был знать. Он — директор школы, в конце концов.

На следующий день мои мысли были в смятении. Должно быть, что-то скрывалось за этой потайной дверью, и я была полна решимости выяснить, что именно.

Я не сказала об этом Астории. Я знала, что она не выдаст меня за то, что я не спала прошлой ночью, но идея выяснить это самой, без посторонней помощи, казалась мне куда более привлекательной.

На следующий день я просидела добрый час, сидя в библиотеке и делая вид, что читаю. Мне нужно было время подумать. Я пыталась разобраться, по каким причинам профессор Дамблдор держал в школе трехголового пса, и не так уж и много идей пришло мне на ум. Это должно было быть что-то важное, иначе наш директор не пошел бы на такое.

По крайней мере, я надеялась, что он бы этого не сделал. Гермиона была права.

Собака, должно быть, что-то охраняла. Но что?

Я не знала, что мне делать дальше. Библиотека не помогла бы, я даже понятия не имела, что именно нужно искать.

Я была в тупике. Совершенно и бесповоротно. Но вскоре, когда наступил Хэллоуин, наконец-то что-то произошло.

* * *

— Вингардиум левиоса! — приказала я, указывая палочкой на длинное белое перо, которое безвольно лежало на моем столе.

Я была на уроке заклинаний. На самом деле, мы занимались всем на свете, а не строчили заметки и слушали лекцию профессора Флитвика.

Моё перо начало подниматься с поверхности стола, но не смогло подняться в воздух. Я попробовала еще раз, и пёрышку удалось подняться примерно на дюйм в воздух, а затем мягко опуститься обратно.

— Вингардиум левиоса!

Видимо, в этот раз я сильнее надавила на перо кончиком палочки, так как это действительно сработало.

— Ха-ха. — В моём голосе промелькнуло торжество, когда я наблюдала, как перо взлетело фута на два в воздух. И я заметила, как Малфой закатил глаза.

— Как ты это сделала? — прошипела Астория. Моё перо тем временем мягко опустилось обратно на стол.

— Понятия не имею. Наверное, я просто особенная. — Я заговорщески ответила, улыбнувшись ей. Астория рассмеялась.

— Отличная работа, мисс Кримм! — пискнул крошечный Профессор Флитвик:

— Десять баллов Слизерину.

Моя улыбка слегка угасла, когда Астория вновь посмотрела на моё перо.

— Вингардиум левиоса, — пробормотала я. Перо почти достигло потолка, зависая над головами всех присутствующих, прежде чем снова опуститься на мой стол.

Прозвенел звонок.

— Домашнее задание — тренировка. — Профессор Флитвик крикнул, стараясь перекричать шум и гам класса, направлявшегося к двери.

— Тупая всезнайка.

Голос Малфоя послышался позади меня. Он намеренно толкнул меня плечом, когда проходил мимо, и мои книги разлетелись в стороны.

— О, заткнись, Малфой, — сказала я со скучающим видом. Я опустилась на колени и начала собирать свои книги, сунув их в сумку и выпрямившись.

Малфой уставился на меня. Казалось, он пытался придумать, что сказать.

— Ты предательница крови. — Всё таки выдал.

— Спасибо. Я обязательно запомню это на следующий раз, — парировала я с сарказмом:

— Пошли, Астория.

Я протиснулась мимо него, и мы стали подниматься по лестнице.

— Какой же он надоедливый… — С отвращением сказала Астория.

— Да, — согласилась я. — Но не забывай, что он Малфой, Драко Малфой.

Астория фыркнула.

— Единственный и неповторимый.

Я улыбнулась.

— Да… О, мне нужно смыть эту грязь с рук.

Я подняла руки — они были немного грязными от того, что я брала книги.

— Ты можешь идти на праздник, сказала я ей, открывая дверь туалета.

— Хорошо.

Она продолжила идти по коридору в одиночестве. Я же зашла в ванную и закрыла за собой дверь.

Раковины находились в дальнем правом углу комнаты, и я торопливо подошла к ним, вымыв руки. Вытирая их полотенцем, я услышала доносившиеся звуки из кабинок.

Всхлипывание.

Кто — то плакал?

Я внимательно прислушалась.

Да, кто-то определенно плакал. Что мне оставалось делать?

Звук плача был смутно знакомым. Мне показалось, что я слышала этот голос раньше. Это был кто-то из моих знакомых? Боже, я надеялась, что нет. У меня совершенно не получалось утешать людей.

Я на цыпочках подошла к двери кабинки и неловко постучала.

Я уловила в этом звуке что-то знакомое.

— Гермиона? — Тихо спросила я.

— Уходи.

Ее ответ прозвучал приглушенно. Я искренне хотела сделать так, как она сказала, но вместо этого я заставила себя заговорить снова.

— Гермиона, с тобой все в порядке?

Ответа не последовало.

Почему рядом не было того, кто мог её утешить? Наверняка я была последним человеком, которого она хотела бы видеть сейчас.

Я глубоко вздохнула и толкнула дверь, что с тихим скрипом отворилась. Гермиона сидела на закрытом сиденье унитаза, обхватив голову руками. По ее щекам текли слезы.

Я сделала единственное, что пришло мне в голову: достала из сумки белый носовой платок и протянула ей.

— Он чистый.

Я огляделась и села на холодный пол туалетной комнаты рядом с ней. Это наверняка было не совсем гигиенично, но я просто решила позже вымыть руки с мылом перед тем, как выйти отсюда. Гермиона же высморкалась в предложенный платок.

— Так что случилось? — спросила я.

— Я в порядке… — ответила она, но её голос был слабым и немного сдавленным.

— Неужели?

Услышав сомнение в моём голосе, она снова всхлипнула в платок.

— Просто… — Её голос скакал между всхлипыванием:

— У меня нет друзей. И Рон…— Она так и не закончила.

— Так это все из — за Рона? Правда?

Мы сидели в тишине, пока Гермиона пыталась сдержать слезы. Я хотела сказать, что Рон был идиотом, но решила, что это будет не слишком удачным способом её утешить.

— Знаешь, я тоже не особо популярна, — сказала я наконец, но Гермиона возразила мне:

— Да, но тебе всё равно. И у тебя есть один друг.

Правда. Все это чистая правда.

Гермионе удалось вытереть слезы, однако ее глаза все еще были красными от слёз.

— Роза?..

— Да?

О, отлично, теперь она пыталась заговорить первой.

— Ты не похожа на других слизеринцев, не так ли? — спросила она, пристально глядя на меня. Я покраснела еще сильнее.

— Почему ты так говоришь?

— Ты стала мягче. Все ещё грубовата, но мягче.

На время, мы замолчали, и я пыталась понять, что это было — оскорблением, или комплиментом.

Внезапно, что — то насторожило меня.

— Что это за шум? — внезапно спросила я.

Шаги. Массивные, тяжелые шаги, которые волочились по полу и заставляли стены дрожать. Звук доносился из коридора. В холле было что-то огромное.

Я медленно поднялась на ноги, как и Гермиона. Она выглядела обеспокоенной.

Шаги внезапно прекратились. В воздухе повисло отвратительное зловоние, и я сморщила нос.

БУМ!

Дверь ванной с грохотом распахнулась, и я чуть подпрыгнула, а Гермиона испугалась. Мы обе застыли на месте. Я отчетливо слышал, как бьется моё сердце.

Это было невыносимым — я должна была узнать, что это за угроза. Я приоткрыла дверь кабинки и выглянула наружу.

Я увидела спину горного тролля. Лишившись дара речи, я застыла, уставившись на него. Я медленно повернулась лицом к Гермионе.

— Это тролль. — Сказала я почти беззвучно.

Лицо Гермионы стало белым, как пергамент как и моё; мы не двигались, переглядываясь друг с другом. Мы должны были что-то сделать. Но что?

Как мы могли сбежать? Я понятия не имела. У меня было такое чувство, будто вместо мыслей в мозге был чистый белый лист.

Я слишком долго стояла, пытаясь сообразить, что делать.

Мы оказались прямо перед огромной дубиной тролля. Несколько кабинок были смяты, как карточные домики.

Я схватила застывшую Гермиону за руку и вытолкнула ее из кабинки. Мы обе избежали удара, но с трудом. Кабинку, в котором мы только что находились, разнесло в щепки.

Тролль увидел нас, и с ревом он поднял свою дубинкой над головой. Гермиона закричала, но я, казалось, потеряла дар речи.

Мы бросились к двери, но она была заперта. Я могла бы убить любого, кому пришла в

голову мысль настолько умно прикончить нас.

— Боже… — выдохнула я.

Мы были заперты с горным троллем. В пустом женском туалете. И ни у кого из нас не было волшебной палочки в руках.

Должно быть, наша скорость сбила тролля с толку, потому что ему пришлось развернуться, прежде чем он снова нас обнаружил. Его глаза — бусинки косились на нас. Тролль отвел дубинку в сторону.

Мы с Гермионой нырнули под ряд раковин, едва избежав удара тролля. Я молча молила о спасении. Тролль поднял свою дубинку высоко в воздух.

Это был конец.

Я зажмурилась, потому что не хотела видеть, что произойдёт дальше.

Дверь с грохотом распахнулась и ударилась о стену. Я распахнула глаза. Гарри и Рон стояли в дверном проеме, запыхавшись. Я уставилась на них.

Я не возражала против того, кто нас спас. По крайней мере, это был хоть кто-то.

— Эй! — Закричал Гарри. Он уверенно замахал руками над головой, пытаясь привлечь внимание тролля.

Я должна была отдать должное этим парням — они были невероятно храбрыми. Балансируя на грани глупости, но все же.

Это не сработало. Рон отчаянно огляделся, и его взгляд упал на трубу, лежащую на земле среди обломков. Он швырнул её в голову тролля, что заставило его отвернуться от нас с Гермионой.

Он неуклюже направился к Гарри и Рону, и те разбежались в стороны, хрипло крича в два голоса. Тролль не мог решить, на кого из нас напасть, и направился к Гермионе.

Я почувствовала, как у меня внутри все сжалось. Она все еще была под раковинами, так как у нее не было выхода.

Я пыталась сообразить, чем отвлечь тролля.

Что-нибудь.

Гарри опередил меня. Он с разбегу прыгнул троллю на спину, повиснув на его огромной шее. Я уставилась на него, не веря своим глазам.

Тролль дергался из стороны в сторону, пытаясь хоть мельком увидеть то, кто висел

у него на шее.

Выражение лица Гарри подсказало мне, что он не всё продумал до конца. Он отчаянно

пытался удержаться, все еще держа в руке волшебную палочку.

Обезумев, тролль схватил Гарри за ноги и поднял его в воздух. Гарри повис в руке тролля, и кровь прилила к его голове. Он стал красным, как помидор. Тролль

поднял свою дубинку высоко в воздух и замахнулся на Гарри.

Мальчику удалось увернуться, но лишь на мгновение. Он начал терять сознание, и я не думала, что он сможет выбраться вовремя во второй раз.

На мгновение, я подумала о крови, которая могла бы пролиться. Брызги на полу. Гарри бледнеет. Будут похороны. Черные платья. Гроб.

О, Боже, о чём я вообще думаю?..

Я с разбегу нырнула и проскользнула между ног тролля. Вскочив на ноги, я потребовала у Рона:

— Дай мне свою палочку!

— Зачем? — растерянно спросил Рон.

— Я должна ею воспользоваться! А теперь отдай её мне!

Рон протянул его мне без дальнейших вопросов. Я быстро повернулась к троллю, чувствуя, как вода из разбитых раковин пропитала мои ботинки. Наконец, я подняла волшебную палочку.

— Вингардиум левиоса! — закричала я, и мой голос эхом отразился от стен. Дубинка взмыла в воздух, на долю секунды замерев и с тошнотворным хрустом опустилась на маленькую голову своего владельца.

Тролль на мгновение пошатнулся, выпустив Гарри. Тот с плеском упал на покрытую лужами землю и попытался убраться с дороги.

Тролль покачнулся и упал.

Весь пол задрожал, и меня окатило водой, которой был забрызган пол.

Мы все замерли и уставились на поверженного тролля. Гермиона выползла из своего укрытия под раковинами и заговорила первой.

— Он… мёртв?

— Нет, просто вырубился. — Рон ткнул тролля носком ботинка.

Я услышал шаги, доносящиеся из коридора. Быстрые, торопливые шаги множества людей.

Учителя.

— О, нет. — пробормотала я.

Появились профессор Макгонагалл, профессор Снейп, профессор Флитвик и профессор Квиррелл. Они остановились, когда увидели тролля, лежащего на земле. Учитель защиты от темных искусств, профессор Квиррелл, рухнул на скамейку.

Ноздри Макгонагалл раздулись, и она, казалось, возвышалась над нами. Я нервно улыбнулась ей.

— И что же здесь происходит? — Голос Макгонагалл дрогнул. Я открыла рот, но снова закрыла его, когда Гермиона заговорила.

— Это была моя вина, профессор, — сказала она:

— Я пошла искать тролля. Я думала, что справлюсь с ним. Вы знаете, я все о них читала, но я не смогла справиться. Я была бы мертва, если бы Гарри, Рон и Роза не пришли. Гарри приставил волшебную палочку к носу тролля, а Роза вырубила его собственной дубинкой.

Мы все заулыбались, как будто именно это и произошло. Улыбки Гарри и Рона были не самыми убедительными — скорее, они были похожи на удивленные гримасы.

К счастью, профессор Макгонагалл, казалось, ничего не заметила. Она посмотрела на Гермиону с легким испугом.

— Что ж, мисс Грейнджер, должна сказать, что вы меня очень разочаровали. Я бы никогда не подумала о вас такого. Пять баллов с Гриффиндора.

Она повернулась ко мне, Гарри и Рону. Я приготовилась к лекции.

— Что касается вас, то не многие первокурсники смогли бы справиться со взрослым горным троллем и выжить, чтобы рассказать историю! Десять баллов Гриффиндору и пять Слизерину, просто по счастливой случайности!

Она велела нам идти спать. Прежде чем уйти, я бросила на тролля последний взгляд.

— Спасибо, — пробормотала я Гермионе. Я рассталась с ними возле Большого зала.

— Спокойной ночи, -крикнул Гарри мне вслед. Я просто помахала рукой.