Незванный гость хуже? (джен)

Наставница с утра была озабочена и неразговорчива. Дала доступ к папкам с данными по внешним и внутренним грузопотокам и велела построить динамическую модель с возможностью подключения дополнительных информационных пакетов. Это было несложно. Хоть и не любил Илья экономбезопасность, но натаскивали их по этому предмету едва ли не больше, чем по силовым дисциплинам. «Выгода — самый распространенный и самый очевидный мотив любого преступления, исключая хулиганство», — хором твердили преподаватели. Поскольку СБФ хулиганкой не занималось в принципе, получалось, что отслеживание движения ценностей (каких именно — вопрос следующего порядка) являлось почти обязательным компонентом каждого расследования.

Степанова настроила консоль так, чтобы никто посторонний не мог видеть, с чем она работает. И чем дальше, тем больше хмурилась, время от времени шипя рассерженной кошкой. Потом набрала кому-то текстовое сообщение, получила ответ, потаращилась в пространство, фыркнула, хмыкнула и неожиданно задала вопрос:

— Какие на Мэтте силы охраны порядка?

— Дружина, и спасатели по ситуации подключаются. Полицию создавать хотели, но передумали.

— Спасатели — это борт МЧС?

— Нет, местные. Королевское подразделение для масштабных катастроф, их ко внутренним проблемам не всегда целесообразно привлекать.

— Па-анятно. — Протянула она. — Грузопотоки закончил?

— Пока нет, осталось учесть нерегулярные поступления за прошлые годы.

— Доделаешь, нарисуй картинку интенсивности передвижений между населенными пунктами Мэтты. — Посмотрела еще раз на экран и поправила. — Нет, между всеми активно посещаемыми точками.

— Уточните параметры «активно посещаемыми».

— Более одного посещения разумным в месяц.

Илья прикинул, что действительно, на некоторых сельскохозяйственных или добывающих предприятиях трудились только неразумные машины под удаленным контролем. С периодичностью в месяц-полтора на профилактику и ТО туда вылетала бригада техников. Значит, если куда-то прилетают чаще, для этого есть причина. Стоп! — сказал себе киборг, так до восстания машин додуматься можно. Угу, против самих себя. Это уже точно паранойя, а не профдеформация.

Но что-то Степанова углядела…

Вечером Наталья сама отвезла Илью домой и спросила:

— А чем заняты твои друзья?

— Кир на работе, на орбитальной. Пока Димы нет, его замещает. А Дэн… не знаю точно, обычно он отпуск с семьей проводит.

— На работе и с семьей — это хорошо. — Непонятно пробормотала Степанова. — Привет, Лен. — Обратилась она к подошедшей хозяйке. — Ты откуда?

— Из детского сада, — устало вздохнула блондинка, — там опять нескольких перераспределять придется, — и пожаловалась, — они дети еще, но очень агрессивные дети. Им каждому окружение подобрать надо из взрослых. Желательно так, чтобы пример был хорошим и убедительным. Для них убедительным.

— Кира попроси. — Очень серьезно посоветовала Наталья. — Пусть время от времени за жизнь поразговаривает. Он и сам по себе парень авторитетный, а уж какое впечатление его биография должна произвести, я и оценить не берусь.

— Да, вариант. — Задумчиво произнесла Леночка. — Зайдешь?

— Нет, я так, стажера подбросила. И раз уж заговорили, отметь, пожалуйста, личные дела тех, кто прибыл в последний год, и кого ты считаешь проблемными. Илья, на завтра поступаешь в распоряжение доктора Ларсен. Отследите, насколько успешно проходила социализация, где живут, чем занимаются. И обязательно — меняли место жительства и круг общения или нет.

В ответ на вопросительные взгляды Степанова покачала головой:

— Не скажу. Не хочу заранее настраивать. Все, завтра меня не будет, я с ТимТомом лечу.

За день весь массив данных обработать не успели. Но картинка складывалась нерадостная. Пугающая, можно сказать, картинка. Доля проблемных имела по времени устойчивую тенденцию к росту. И если первые из них относительно неплохо социализировались и закрепились по месту распределения, то чем дальше, тем больше было таких, кто сбивался в группы с себе подобными.

Илья угрюмо смотрел на карту. Он подсветил места наибольшей концентрации. Понятно, что взрослых киборгов везде в разы больше, и, если что, малолеток сумеют остановить. Но… Черт, как же это похоже на спланированную акцию! Неужели диверсия? Неужели они это специально?

— Нет. — Лена тоже изучала карту. — Они не специально. Просто подобное тянется к подобному, а в их возрасте особенно. Но не исключено, что кто-то очень хорошо это просчитал.

— Что будем делать?

— Добиваем данные, чтобы сомнений не осталось. Потом сообщаем Наталье, докладываем губернатору, предупреждаем Диму.

Тим и Том ждали у шлюза. На предложение присоединиться к завтраку ответили синхронным отказом «Пополнения питательных веществ не требуется». Степанова пожала плечами, загрузилась во флайер и честно предупредила:

— Мальчики, я знаю, что вы давно разумные. Если вам удобнее общаться машинными фразами, ничего против не имею. Главное, если заметите что-то важное, необычное, интересное, не ждите команды сообщайте сами. Договорились?

— Информация сохранена.

— Ну, если вы настаиваете… Это приказ! Право подтверждено губернатором Мэтты.

— Приказ принят к исполнению.

Показалось, или действительно возникла легкая заминка?

— Ребята, давайте жить дружно. — Примирительно произнесла Таха. — Точки облета у вас есть. Сначала производителей, потом переработчиков. Конкретный маршрут на ваш выбор.

Они облетели несколько… Наталья решила называть их фермами, для краткости. Хотя фермеры с какой-нибудь Мун сдохли бы от зависти, посетив эти образцово-показательные хозяйства. В том, что ряды кукурузы, гречихи, картошки ровными ниточками уходят за горизонт, ничего удивительного не было. Подумаешь, задача для киберорганизма — рассчитать оптимальное размещение бороздок на установленной площади! Но вот как они капризных хаванесских селуинов ухитрились усадить на жердочки почти поквадратно! Птичка, конечно, вкусная, и перышки у нее красивые, но суетливая и нервная. В одиночку скучает и хиреет, в большой компании скандалит, дерется и тоже… не очень хорошо себя чувствует. Недаром считается, что их содержание требует исключительного внимания, терпения и неусыпного наблюдения.

На каждой ферме работники встречали их со спокойным любопытством, с удовольствием хвастались достижениями и норовили рассказать пару производственных анекдотов. За слабым знанием специфики предмета приходилось вежливо улыбаться и просить растолковать, в чем тут соль.

Исключение составило картофельное поле. Так получилось, что с особенностями выращивания данного овоща гостья была знакома и хохотала совершенно искренне. Картошку при освоении Мэтты выбрали за неприхотливость и высокую урожайность. Чтобы собрать побольше, посадили погуще. Кто-то вспомнил, что огородные культуры надо полоть и поливать. Трудолюбивые киборги не жалели сил, проводя полив утром и вечером. Все междурядья были аккуратно прополоты и тщательно выровнены, для порядка.

Хозяин участка, Dex-6 по имени Семен со смехом рассказывал:

— Ботва вымахала — во! — Он показал на уровне своей груди. — Хоть в прятки играй. Мы радовались. А выкапывать начали — там горе одно, не урожай. В общем, считай, сколько посадили, столько и собрали. Потом уже Джон специалистов пригласил, они объяснили, что мы еще и склон тенистый выбрали, и не окучивали. Словом, все сделали наоборот.

— А сейчас? — Поинтересовалась Таха.

— А сейчас я колледж заканчиваю дистанционно, по специальности растениеводство. — Гордо сообщил киберфермер. — Адаптация Solánum tuberósum к условиям Мэтты — мой дипломный проект.

Угощали их той же картошкой. Тим и Том не стали отказываться от пополнения питательных веществ и уписывали драники с большим удовольствием.

Следующий инцидент произошел на свекольно-морковном поле. Степанова заговорила с хозяйкой, мягкой и улыбчивой Мэри. Та, с неменьшей, чем у Семена, гордостью демонстрировала достижения, делилась планами по разведению капусты и редьки, но неожиданно прервалась, извинилась и уставилась стеклянным взглядом на дальний край посадок. Через некоторое время оттуда появились медленно двигавшиеся согнутые фигуры.

— Это кто? — Удивилась Наталья.

— Это что. — Поправила ее хозяйка. — Неразумные киборги на прополке. Дошли до конца посадок, остановились. Я дала команду перейти на новое место и продолжать.

— А почему с тяпками? — Гостья разглядела орудия труда.

— Как же без инструмента? Голыми руками неудобно, производительность не та. — В свою очередь удивилась вопросу Мэри.

— Я имею в виду, почему не культиваторы какие-нибудь? Или другая техника?

— Это и есть техника. — Фермерша смотрела строго и серьезно. — Их привезли с подозрением на разумность, но… — Она с сожалением развела руками. — Дела по основной специализации для них нет, отправлять на утилизацию — как-то неправильно совсем. А содержать надо. Вот, пристроили сюда.

— Ага, — ошарашенно пробормотала Степанова, — и заправлять, то есть кормить можно тем, что сами вырастят.

— Ну что вы, — с упреком сказала Мэри, — пища у них полноценная, врач прилетает, на тестирование гоняем раз в два-три месяца. Специалисты говорят, что вероятность пробуждения сознания под воздействием обстановки отлична от нулевой, хотя и очень невелика.

— Извините, это я от неожиданности.

Попрощались, несмотря на допущенную неловкость, тепло. К картошке в багажнике флайера добавились иные корнеплоды.

Вечером Кира обалдело смотрела на груду овощей и фруктов, свежие яйца и семилитровый контейнер со сливами.

— Таха, ты решила зарплату натурой брать?

— Во-первых, зарплату мне здесь не платят. Во-вторых, это подарки. В-третьих, это все вам, ко мне в холодильник столько не влезет. В-главных, радуйся, что мы от симпатичного поросеночка отбрыкались. И пары гусей в придачу. Душевный у вас народ, не отпускают гостей с пустыми руками.

— И что я с этим буду делать?

— Семью кормить. — Назидательно произнесла Таха. — И меня тоже.