"Хроники" из Амбера (джен)

Прав был дядя Корвин, когда не доверял родственникам. У меня, к сожалению, случались приступы слабости. В результате одного из них я и оказался в этой темнице, прикованный к стене, лишённый связи с миром.

После того как средь Нечистого Поля в гнезде я нашёл Третий Глаз Змея и Дворкин рассказал, как им пользоваться, я немедленно отправился его испробовать. Я выбрал Лабиринт с повреждениями попроще, надел Глаз, подождал, когда пройдёт головокружение, вызвал видение конструкции и шагнул внутрь...

Жутко и приятно было наблюдать, как чернота под ногами вспыхивает, начинает светиться и сливается с Путем...

Выход из Лабиринта…яркая змейка пройденного пути вокруг… голову сжимало так, словно на ней не серебряная цепь с круглым сапфиром, а стальной обруч из папиной преисподней. Я стянул камень, который впился в кожу, и спрятал за пазуху. Всё-таки слишком он опасен. Голова заболела ещё больше. Я закрыл глаза и пожелал очутиться где-нибудь, где можно было просто полежать...

Лабиринт перенёс меня в заросли густой шелковистой травы совсем недалеко от себя — обленились эти Лабиринты! Я лежал, стараясь дышать глубже и расслабиться, но голова не проходила. Может, надеть Глаз? Виски сжимало, и внутри всё горело огнем... чтобы ещё раз — да никогда... или всё-таки надеть?

Шорох травы под чьими-то ногами показался мне грохотом кучи наконечников для копий по дну медного котла. Я с трудом поднял глаза, словно засыпанные песком. Надо мной стоял мужчина с голубыми глазами и светло-рыжей бородой.

— Эй, малыш, ты в порядке?

— Вы... кто?

— Меня зовут Блейз, я твой дядя. Ты ведь Лестер?

— Я видел вас... на Картах.

— Что случилось? Плоховато выглядишь.

— Голова болит...

— Давай-ка я тебе помогу. Идти сможешь?

— Мне надо домой... в Хаос...

— Потом домой. Сначала тебе надо прийти в себя.

Он поднял меня, обратился к кому-то... мы очутились в небольшой комнате...

Обстановка была несколько необычная — я не привык бывать в сельских домах. Зато вокруг царила тишина и покой: если у здешних хозяев и были соседи, то на порядочном расстоянии.

Блейз дал мне какого-то питья, и голова постепенно прошла. Потом мы поели, и я что-то слишком разболтался... чуть не сказал про Глаз и Дворкина. Блейз наверняка видел, как я проходил Лабиринт, хотя не спрашивал об этом.

Я напомнил, что хотел бы вернуться к папе, и он любезно согласился помочь. Мы сели на лошадей, и Блейз повел меня по Отражениям. Я продолжал строить из себя маленького мальчика, ничего не понимающего в адских скачках и едва умеющего козыряться. Как глупо! Но до сих пор это срабатывало...

Мы ехали долго, Отражения сменялись, за спиной уже было несколько привалов. Блейз ехал незнакомой мне дорогой...

— А это тот путь? — поинтересовался я — уж слишком странные Отражения мы проезжали.

— Небольшой крюк, — пояснил дядя. — Ты ведь не торопишься? я еду в обход.

— В обход чего?

— Смотри, там, за холмом, — он не ответил мне.

Мы поднялись на холм, и перед нами открылась равнина танцующих скал. Зрелище завораживало, и я загляделся, стараясь понять правила движения... Не знаю, что произошло потом — наверное, он оглушил меня или усыпил... я очнулся в темноте. Где-то вдали раздавались глухие удары. Я поднялся и обнаружил, что мой пояс обвивает здоровенная цепь, карманы пусты, а вокруг — каменные стены.

Похоже, моя акция по исправлению Лабиринта сильно напугала дядю Блейза. У меня это вызвало только чувство гордости. Значит, я действительно сделал что-то особенное.

...Всё из-за этого Глаза. Если бы так не болела голова... надо будет спросить про это у Дворкина. Выберусь же я отсюда когда-нибудь!.. Зрительные образы вызывать бесполезно — цепь всё равно не даст козырнуться. К тому же в еду подмешивали какую-то гадость, от которой тянуло в сон. Но не есть я не мог, — и так кормили слишком плохо, а от голода у меня голова кружится ещё больше, чем от Глаза.

Подслушав разговор родителей, я понял, что папа забеспокоился. Оставалось только думать о нём и ждать, когда он появится. На Карту, что для меня нарисовал Мерлин и которую я в очередном приступе слабости подарил маме, рассчитывать не приходилось. Наверняка она была у дяди Блейза. Иначе как бы он выследил меня?

Прошло много времени, когда однажды я услыхал необычные звуки — громкие голоса, решительные шаги... я закрыл глаза и притворился спящим.

— Лестер! — мама обняла меня, и я чуть себя не выдал. — Бедный мой! Что это за гадость? Блейз, убери сейчас же! и как только тебе пришло в голову посадить его на цепь, словно последнего преступника!

— Мне это что-то напоминает, — раздался голос Жерара. Я приоткрыл глаз — дядя держал в руке факел и осматривался. — Бывал я здесь... а цепь хорошая, прочная. Сколько я её рубил... и оказалось — зря...

— И ты туда же! мой сын — не Бранд.

— Тут сидел Бранд?

— Он очнулся! Лестер, мальчик мой, как ты себя чувствуешь?

— Вполне корректные ассоциации. Видела бы ты, как он исправлял Лабиринт! Если так пойдёт дальше, останется один Амбер. Или твой бедный мальчик создаст свой центр силы. Империю Лестера.

— Вот до чего доводит привычка таскать со стола ложки, — заметил с коротким смешком Жерар.

— Похоже, Хаос приучил его к порядку.

— Да, наводить порядок в карманах и Отражениях.

— Я не Бранд. А от ваших Лабиринтов у меня голова болит.

— Понял? Пойдём, мой милый.

— Куда? — я отстранился от мамы.

— Рэндом хотел видеть тебя. Он прислал Мартина. Король дал слово, что с тобой ничего не случится.

— Я вам не верю. Я вот доверился ему, — кивнул я с мрачным видом на Блейза, — а он меня запер. И всё отобрал. Пусть сначала вернёт мои Карты.

Фиона посмотрела на дядю — очень требовательно посмотрела. Он поколебался, потом достал колоду и протянул мне. Я быстро спрятал Карты, пока никто из присутствующих не признал их.

— И мой кулон, — продолжал я. Блейз пытался возразить, но на него смотрели уже все.

— Отдай ему, Блейз, — тихо сказал Мартин. Дядя вернул Глаз. Похоже, он так и не понял, что это за штука... Я сунул камень за пазуху и продолжил, глядя на маму:

— И даже если дядя Рэндом пообещал меня не трогать, в Амбере полно других дядей. Ты не сможешь защитить меня от всех моих родственников.

Это мой любимый момент — когда взрослые стоят и не знают, что делать. Четверо больших дядей и тёть против одного маленького мальчика. Я слегка улыбался, разглядывая их и чувствуя шевеление воздуха в темноте.

— Я лучше пойду с папой.

— Позвольте, господа, — Мандор лёгким движением отстранил дядю Жерара и положил мне руку на плечо.

Даже если они и собирались заставить меня идти с ними, теперь это стало невозможно.

— Я ещё вернусь, — пообещал я, и их передёрнуло от моей улыбки.

Маленькая месть всегда сладка! Хотя я сделал это не из особенной стервозности — мне надо было вернуться в Хаос, чтобы спрятать Глаз...

— Долго же ты добирался, — буркнул я отцу, когда мы остановились передохнуть.

Перед нами поблескивала Грань. Мандор искоса глянул на меня и дал легкого подзатыльника. Это означало, что он принял мои претензии.

— Ну, чертёнок, чем ты насолил им на этот раз?

— Расскажу после обеда.

Отец кивнул и дал знак демонам...