Обещание забвения (гет)

— Вы делали что? — Драко упёрся руками в спинку стула и не сводил глаз со Снейпа.

— Не притворяйся, что не понял, — холодно парировал он. — У нас нет на это времени. Возьми.

Снейп протянул ему перевязанную кожаной лентой стопку тетрадей. Драко в недоумении крутил её в руках, переваривая всё то, что Снейп на него вывалил за прошедшие пять минут: шпионаж, двойной шпионаж, планы Дамблдора, крестражи, Поттер и его роль во всём происходящем… В ушах стоял гул от количества мыслей, перед глазами проносились обрывки воспоминаний последних семи лет. Пока Драко растерянно рассматривал тетради, Снейп перемещался по кабинету с грацией летучей мыши, что-то записывая, что-то убирая в ящики стола. Несмотря на суету движений, он оставался спокойным, как и всегда. Он закрыл шкафчики, куда недавно переместил необходимые зелья, выключил радио, задвинул свой стул под стол и снова посмотрел на Драко.

— Теперь ты всё знаешь, поэтому находишься в ещё большей опасности, — Снейп говорил медленно, что не вязалось со скоростью его движений.

Когда у Драко уже начала кружиться голова от его перемещений, Снейп подошёл, задвинул под стол второй стул, убирая преграду между ними.

— Почему вы мне всё это рассказали?

— Потому что Поттеру может понадобиться помощь, — Снейп едва не закатил глаза.

— Я не собираюсь ему помогать.

— Послушай, — Снейп сделал шаг и чуть было не схватил Драко за ворот рубашки. — Я не для того учил тебя, чтобы выслушивать детские капризы и обиды. Если ты ещё не понял, что происходит, то уже пора. Это не борьба за снитч на поле, это война. Оглянись вокруг, вспомни свой самый страшный день и умножь это на десять. Поттер — единственная надежда Ордена на спасение. А ты — моя. Поэтому ты будешь делать то, что я скажу. И не потому что я этого хочу, а потому что другого выхода нет.

— Вы не ответили на мой вопрос, — Драко сделал шаг назад и убрал руки за спину.

— Да, я умею вызывать патронуса, но если ты хочешь научиться, то выбрал совсем неподходящий момент.

— Пожиратели не могут вызывать патронус из-за неё, — Драко чуть наклонил голову влево.

— Метка здесь ни при чём, — лицо Снейпа не выражало никаких эмоций. — Дело в…

В дверь кабинета постучали. Драко, не теряя ни секунды, спрятался за колонной и для большей гарантии наложил Дезиллюминационные чары.

— Директор, — Драко услышал хриплый голос Амикуса Кэрроу, — мы готовы.

Снейп не удостоил его ответом и захлопнул дверь.

— К чему? — спросил Драко, выйдя из укрытия.

— Мистер Поттер и его друзья в Хогвартсе, — всё так же безэмоционально ответил Снейп. — Сейчас я расскажу тебе кое-что о палочках. Ты должен вернуть свою, на тот случай, если у Поттера ничего не выйдет.

* * *

Гарри задремал прямо на диване в гостиной, не в силах даже снять носки. Стол был усыпан письмами от Джинни и детей из Мантейгаша*, которые присылали ему короткие сводки каждого дня. Лили перечисляла любимых игроков, Джеймс восторгался новой метлой и тренировками, а письма Альбуса были наполнены предвкушением поездки в Хогвартс — квиддич интересовал его меньше всего. Гарри всегда отвечал на письма сразу после прочтения, но, вернувшись сегодня в дом на площади Гриммо, смог лишь добраться до дивана и положить очки на гору детских записок и рисунков.

Раздался деревянный треск, затем ещё один. Гарри резко сел и зажмурился от разгоревшегося в камине огня.

— Гарри!

— Рон!

— Гарри, я в полной заднице! Моя магия пропала! — Рон кричал так, что искры пламени едва не долетали до стола.

— Мы не могли тебя найти! Где ты? — Гарри подскочил к камину, отодвинув стол.

— В Брашове. Это долгая история… Я не хотел, чтобы… Но, чёрт возьми, моя магия…

— Рон, послушай меня! — Гарри перебил его. — Как можно скорее выезжай в Лондон!

— Я хотел воспользоваться камином или порталом… Аппарация не срабатывает!

— Нет, это опасно! — закричал Гарри. — Чарли сможет присмотреть за Хьюго?

— Э…. Да, конечно. Почему опасно? Ты что-то знаешь? Где Гермиона? Я не могу с ней связаться!

— Просто приезжай сюда! Самолетом, поездом, но как можно скорее, не пользуйся магическими способами, тебя может расщепить или ещё хуже…

— Где Гермиона? — Рон сорвался на визг.

— С ней всё в порядке, — Гарри знал, что врёт другу, ведь ни Гермиона, ни Малфой не связывались с ним после отъезда в Азкабан, и он не знал, вернулись ли они. — Приезжай, и мы всё объясним!

Голова Рона исчезла, и огонь в камине уменьшился в три раза. Гарри почувствовал, как огромный камень переживаний упал с души. Он собирался отправить Гермионе патронуса, когда в окно постучала сова. Гарри забрал письмо и угостил птицу кусочком мяса из тарелки, которая всегда стояла на подоконнике для почтовых сов.

«Сразу скажу — прибереги убивающее заклятие для другого случая. С Грейнджер всё хорошо, она в Св. Мунго, я оставил её под присмотром Луны. Небольшая стычка с дементорами. Завтра она будет в полном порядке. Не вздумай мчаться в госпиталь, она, скорее всего, уже спит. И да, я оплатил отдельную палату в крыле для особо важных пациентов, чтобы она… ну, ты понял. В любом случае, мы оба знаем, что завтра она с самого утра будет стоять в холле Министерства, как ни в чём не бывало. О деле поговорим завтра.

Д. М.»

Гарри гневно разорвал письмо на десятки мелких кусочков и бросил в огонь. Он знал, что не стоило отпускать Гермиону в Азкабан без авроров, но проявил слабость. Больше он такой ошибки не совершит, и завтра уж точно врежет Малфою по его самодовольной физиономии. От усталости подкашивались ноги, но он дошёл до дивана и написал письма Дину, Оуэну и Кевину. Немного подумав, он взял новый пергамент и написал Джинни.

* * *

— Экспеллиармус!

— Протего!

— Риктусемпра!

— Экспеллиармус!

— Вингардиум Левиоса!

— Экспеллиармус!

— Ты хоть одно другое заклинание знаешь? — крикнул Гарри, спрятавшись за колонной.

— Да, но оно тебе не понравится! — ответил Драко.

— Ой, напугал!

— Стойте! — в тренировочный зал зашла Гермиона. — Что вы делаете?

— Тренируемся, не видишь? — строго ответил Гарри со злой улыбкой. — Ариус Велере*!

— Экспеллиармус!

— Стоп! — закричала Гермиона, ступая на линию огня.

Она осмотрелась и поняла, что успела как раз вовремя. Сломанные манекены уже были свалены в кучу в углу зала. Драко демонстративно опустил палочку, но не свел глаз с колонны, за которой стоял Гарри. Если бы она задержалась у колдопсихолога на каких-то пять минут, то застала бы одного из них раненым, и почему-то сомневалась, что им бы оказался Малфой.

— Гермиона, выйди, — Гарри крепко сжимал палочку в руке.

Она хотела возразить, но только умоляюще взглянула на Малфоя, который в ответ пожал плечами.

— Поттер назначил меня виноватым в твоих бедах. Отрабатываю наказание.

— Гарри, он не виноват! — Гермиона перевела взгляд на него и хотела подойти, но Гарри выставил руку вперёд.

— С тобой я поговорю позже. Наедине. А сейчас иди в зал собраний.

— Я не уйду, пока вы, пока ты…

— Детектив Грейнджер, покиньте тренировочный зал, — таким тоном Гарри общался только со своими аврорами.

— Детектив Грейнджер, — Гермиона вздрогнула и обернулась, — в дверях стоял Кингсли. — пройдёмте со мной. Мистер Поттер, — он кивнул по очереди Гарри и Драко, — мистер Малфой, мы будем ждать вас через десять минут. Тренировка окончена.

Гарри убрал палочку в карман мантии и бросил Драко презрительный взгляд, но тот лишь ухмыльнулся в своём фирменном стиле и вышел вперёд министра и Гермионы.

Зал собраний напоминал зал суда. Гермиона не любила находиться там дольше пяти минут, однако чувствовала, что сегодня обедать придётся именно здесь, попутно разрабатывая план и обсуждая все имеющиеся улики и зацепки. Оуэн, Дин и Кевин уже сидели на своих местах за круглым столом, но привстали поприветствовать Гермиону и Кингсли. Министр жестом руки разрешил им сесть, а сам занял красное кресло с позолоченной монограммой ММ. Перед ним уже лежали несколько папок с отчётами, волшебные перья, не требующие чернил, печать и его личная папка с такой же монограммой, как на кресле. Гермиона села слева от него, и, когда вошёл Драко, указала ему на соседний стул.

— Ждём только Гарри? — спросил Дин, но ему никто не ответил.

Драко скрестил руки на груди и смотрел на стол, пока Гермиона медленно выкладывала из сумки перо, блокнот и карандаш. Оуэн и Кевин о чём-то шептались, стол был настолько большой, что ни Гермиона, ни Драко не слышали их. Когда Кингсли взглянул на часы, послышались шаги — вошёл Гарри. Он быстро занял своё место справа от министра, не сказав никому ни слова.

— Что ж, — Кингсли поднял палочку и подался вперед. — Начнём.

Из кончика древка заструился белый свет, окутывая сидящих за столом. Они оказались в вакууме, чтобы никто не мог их подслушать.

— Теперь мы все будем лучше слышать друг друга. Дела об убийстве нашего сотрудника Колина Криви и похищении Розы Уизли, дочери детектива Грейнджер, определённо связаны. Я хочу услышать, как продвигается расследование, каков план и есть ли подозреваемые.

Гарри первым взял слово и перечислил то малое, что его аврорам удалось сделать в Йоркшире. Сосредоточение тёмной магии ощущалось сильнее всего в Шеффилде, но конкретных зацепок до сих пор не было. Маркуса никто не видел. Дин передал Кингсли отчёт о телах Колина и Эверетта Флинта: первый определённо был убит Непростительным заклятием, тогда как Эверетт — отравлен.

— У Эверетта Флинта в Азкабане был посетитель за два дня до убийства Колина и похищения Розы, — вклинился Гарри. — Некий Огастус Уилтон.

— Если он и имеет отношение к смерти Флинта, то это ещё предстоит доказать. Смерть наступила за час до того, как мы отправили твой запрос, — добавил Дин.

— Удалось выяснить, кто такой этот Огастус Уилтон? — спросил Кингсли. — Фамилия кажется знакомой. Он не из тех Уилтонов, что владели антикварной лавкой?

— Мы знаем, кто это, — подала голос Гермиона, и все тут же посмотрели на неё.

Драко подался вперёд и положил скрещенные руки на стол. Спустя пару секунд он понял, что Гермиона не продолжит свою речь, и прокашлялся.

— Я точно не знаю, но собираюсь выяснить, — сказал он. — Огастус женат на Панси, мы учились вместе, — Драко посмотрел на министра. — И сегодня он устраивает приём в честь нового директора Гринготтса. Кажется, он вложил большие средства в расширение подземелий банка. Но, как я понимаю, о нём нет никаких данных. Поэтому я пойду на приём…

— Мы пойдём, — перебила его Гермиона, поймав удивлённый взгляд Гарри. — Мы пойдём и всё выясним.

— Я считаю, что нужно вызвать его на допрос. У нас есть для этого все основания, — голос Гарри звучал холодно.

— Это может посеять подозрения, — Гермиона сузила глаза и встала, чтобы быть с Гарри на одном уровне.

— Ты не пойдёшь в дом к подозреваемому вести с ним светские беседы, всё должно быть сделано по правилам, — Гарри говорил спокойно, но все заметили, как он сжал кулаки.

— Я пойду не одна, а с Малфоем!

— Так вы уже подружились? Не знал, что Азкабан сплочает людей.

— Вы посещали Азкабан, детектив Грейнджер? — Кингсли отодвинул папку и скрестил руки на груди.

— Гарри… Аврор Поттер дал нам разрешение. Мы говорили с Грэхэмом Монтегю. Он может быть связан с нашими делами. Маркус Флинт похитил его жену и с помощью Империо заставлял калечить женщин…

— Вы отправились в Азкабан без поддержки? — Кингсли её будто не слышал.

— Со мной был Малфой.

— Не стоит благодарности, — саркастично прошептал Драко.

— Аврор Поттер, вы понимаете, какому риску подвергли детектива Грейнджер?

— Я была не одна, — Гермиона подняла подбородок. — И всё прошло нормально. Аврор Поттер требовал доказательства причастности Флинта к нашему делу, и я их нашла.

— Совершенно недопустимо посещать Азкабан в одиночку.

— Со мной был Малфой, — Гермиона чуть повысила голос. — Вы сами одобрили его кандидатуру, как консультанта.

— Но не как штатного сотрудника. Согласно Уставу Аврората, сотрудникам министерства запрещается посещение Азкабана без сопровождения как минимум двоих авроров. Вы нарушили устав, детектив Грейнджер.

— Моя дочь в руках бывшего Пожирателя смерти, — она ударила ладонью по столу, — который, вероятно, в сговоре с неизвестным нам человеком. Поиски ни к чему не привели. Что делают авроры? Гуляют по Йоркширу? Сидят в пабе в надежде, что Флинт зайдёт туда и сразу сдастся? Я намеренно нарушила устав, осознавая последствия. Но если вы отстраните меня от расследования, я подам официальную жалобу в Визенгамот. Мой ребёнок в смертельной опасности, а мы сидим и спорим, кто пойдёт говорить с подозреваемым! При всём уважении, Кингсли, но моё терпение на пределе. Мы опросили потенциального фигуранта расследования. Кстати, он запрашивает защиту у отдела, и я намерена её обеспечить. Грэхэма Монтегю следует как можно скорее доставить в камеру в нашем отделе и выделить ему охрану. К тому же, если бы не Малфой, мы бы ещё больше времени потратили на поиски Огастуса. О нём нет никакой информации, изначально вообще предполагалось, что он маггл, каким-то образом попавший в Азкабан! Кто-то выдал ему разрешение! А сейчас, когда он почти у нас в руках…

— Детектив Грейнджер, сядьте! — рявкнул министр. — Вам было дано распоряжение заниматься делом Криви, а не поиском… Маркуса Флинта.

Повисла тишина, нарушаемая лишь редкими всхлипами Гермионы. У Гарри дрожали руки, и он спрятал их под стол. Дин и Колин замерли. И только Малфой выглядел спокойнее ясного июньского неба. Ему нравилось, когда Гермиона кричала не на него. Кингсли медленно читал отчёты из лаборатории и документы по телам Колина и Эверетта. Когда, как прикинул Малфой, прошло около получаса, Кингсли прочистил горло и встал.

— Приняв во внимание все собранные улики, включая палочку Розы Уизли, ознакомившись со всеми отчётами, как из лаборатории, так и из Аврората, мною были приняты следующие решения. Аврор Поттер, дайте распоряжение продолжать исследовать графство и усильте охрану дома Криви. Мистер Томас, разыщите мистера Уилтона и доставьте на допрос. Его проведёт мистер Макбрайен, — он кивнул в сторону Кевина. — Что до вас, Грейнджер, Малфой, вы будете наблюдать за допросом, но подозреваемый не должен вас видеть. Потому что вы отправитесь на приём вечером. До этого момента вы сидите в кабинете и пишете несданные отчёты. Собрание окончено. Подробные инструкции получите у аврора Поттера.

Он закрыл папку, взмахнул палочкой, и вакуум растворился. Все принялись вставать и расходиться. Когда Гермиона поравнялась с Гарри, он вложил в её ладонь записку.

— Аврор Поттер, — бросил Кингсли, — задержитесь.

Гермиона распахнула дверь в свой кабинет и направилась к ящику в столе. Достав пузырёк с зельем, она осушила его и разбила об пол. Успокаивающее зелье на вкус напоминало горькую траву и землю. Гермиона обещала себе не привыкать к такого рода решению проблем, но иначе она рисковала потерять последние капли самообладания. Расплакаться перед министром совсем не входило в планы, что прибавляло причин его использовать. Малфой одним движением палочки убрал следы стекла и капель зелья с пола, затем сел на стул.

— Мне конец, — вздохнула Гермиона.

— Да брось.

— Ты не знаешь Кингсли, — она массировала виски и дышала — вдох на четыре счёта, выдох на восемь. — Лучше бы он на меня наорал и лишил зарплаты на год. Но теперь сначала Гарри из-за меня накажут, а потом и меня… в лучшем случае уволят. Обычно собрания по сложным делам длятся от пяти часов. Мы рассматриваем варианты, изучаем подозреваемых, обсуждаем улики. Но сегодня он всё прочитал без обсуждений. И мою угрозу Визенгамотом он не простит.

— А почему Кингсли так плотно занимается делами Аврората? Разве не Поттер главный?

— Гарри главный, но сейчас в штате не хватает людей, и Кингсли берёт на себя некоторые обязанности. К тому же, скоро переаттестация у меня, нескольких сотрудников и двух детективов. Если кто-то провалится, нас станет ещё меньше.

— Ты помнишь, о чём спрашивала меня в лифте?

— Да, но даже дополнительное финансирование не поможет с тем, что негде тренировать новых авроров, — Гермиона села напротив, с силой закрыв ящик, из которого брала зелье. — А зал для тренировок ты видел, он разваливается.

— Грейнджер, — Драко ехидно улыбнулся, — денег вам хватит, чтобы платить зарплату как минимум дюжине новеньких на протяжении пяти лет, — он подождал, пока глаза Гермионы достаточно расширятся, и продолжил: — и место для их обучения у вас будет. Когда я разорву родовые чары с поместьем, Мэнор перейдёт Министерству, а именно Аврорату.

Он ожидал, что вслед за расширенными от удивления глазами у Гермионы отвиснет челюсть. Но и челюсть, и Гермиона оставались неподвижны. Несколько секунд Драко, кажется, слышал, как у неё в голове шевелятся мысли. Это было похоже на шелест пергамента и скрип пера.

— Финансирование, — прошептала Гермиона в момент, когда Драко уже хотел вежливо покашлять, чтобы вернуть её из потока мыслей.

— Что?

— Финансирование.

— Ты можешь выражаться полными предложениями? — Драко ударил ладонями по коленям.

— Мне казалось, тебе проще воспринимать односложные, — Гермиона закатила глаза. — Я ведь запросила в Гринготтс информацию о счетё Эверетта Флинта, но не успела полностью его изучить перед приёмом у колдопсихолога. Точно помню несколько переводов на один и тот же счёт раз в несколько месяцев за последние два года, что он был на свободе.

— Думаешь, он переводил деньги Маркусу? Или Огастусу?

— Мне нужен номер этого счёта, но все бумаги у Кингсли… А он сказал сидеть в кабинете.

Гермиона посмотрела на Драко, и они одновременно произнесли:

— Билл!

Она подбежала к камину, пока Драко пытался осознать, что произошло. Он не успел понять, прочитал ли её мысли, или же они на самом деле подумали об одном и том же. Гермиона просила не лезть в её голову, и Драко как мог блокировал эту связь, но иногда что-то всё же пробивалось сквозь щит. К мыслям других людей зачастую требовался особый подход, но Гермиону он научился считывать практически без усилий. Ему казалось, что после стольких лет путь к её сознанию потерян. Однако в комнате для допросов он отчётливо слышал всё так, будто бы она говорила вслух, и выдал себя. Конечно, Гермиона разозлилась.

— Твоя суперсила действует мне на нервы, — много лет назад сказала она, сидя рядом.

— Попробуй найти плюсы, — Драко аккуратно толкнул её колено своим. — Это освобождает тебя от необходимости разговаривать.

— А тебя от необходимости слушать мой голос?

Драко повернулся к ней и засмотрелся на темные крапинки на радужках карих глаз. В них горел вызов, Гермиона ждала ответа. Впервые они сидели настолько близко друг к другу и дышали в унисон, как учила колдопсихолог Шортток — вдох на четыре счёта, выдох на восемь. Гермиона пахла чернилами — после стажировки она попала на должность в Архив Министерства магии и обновляла картотеку. Едва уловимый, пьянящий, колючий запах спирта щекотал нос и побуждал к действию.

— Нет, — прошептал он и медленно подвинулся ближе. — пока ты молчишь, я могу делать так.

Их губы соприкоснулись в невесомом поцелуе длиной в мгновение. От неожиданности Гермиона закрыла глаза, и как только Драко отстранился, подалась вперёд, потеряв опору. Драко мягко обхватил ладонью её шею и поцеловал уже увереннее. Большим пальцем он провёл вверх по щеке и почувствовал холод металла серёжки в её левом ухе.

Из воспоминаний его выдернул голос Билла:

— Гермиона, какие новости? — его голова показалась из камина.

— Билл, мне срочно нужны выписки со счёта Эверетта Флинта! Я делала запрос, но сейчас… В общем, документы недоступны, а мне нужно как можно скорее узнать, кому он переводил средства! Это очень важно! — сбивчиво объясняла Гермиона.

— Я не… Это не моя сфера… Но подожди, — он исчез, но огонь продолжал ярко гореть.

Драко сел на стул, пытаясь полностью сфокусироваться на реальности. Гермиона, не глядя, протянула руку в его сторону, и не успела ничего сказать, как Драко передал ей блокнот и карандаш. Она пролистала до пустой страницы и приготовилась записывать.

— Гермиона, — Билл вернулся меньше, чем через пять минут, — готова?

— Да!

— Здесь записи за последние пять лет, что конкретно тебе нужно?

— Повторяющийся номер. Начинается, кажется, с восьмёрки. Он фигурировал более десяти раз, его легко обнаружить.

— Так, восемь, восемь… Восемьсот… Есть девятьсот восемьдесят три, девятьсот два, вот! Восемьсот пятнадцать. Опять восемьсот пятнадцать. Да, думаю, это оно. Хранилище восемьсот пятнадцать.

— Ты можешь узнать, кому оно принадлежит? — Гермиона быстро записала номер.

— Это будет не так просто, — замялся он. — Информация строго засекречена. Все хранилища с номерами выше восьмисот находятся под особой защитой.

— Билл, пожалуйста, это важно! Должен быть способ.

— Я попробую, но ничего не обещаю, сегодня тем более такой суматошный день.

— Из-за приёма вечером? — спросил Драко.

— Да, откуда ты знаешь?

— Мы будем там, — Гермиона не дала ему ответить. — Ты тоже?

— Конечно, как и все сотрудники Гринготтс, кроме гоблинов.

— Почему? — спросила Гермиона.

— Новый директор их не жалует. Терпит, конечно, ведь они здесь были ещё до его рождения, но на празднике их видеть не желает. Огс с ним солидарен.

— Это несправедливо! — воскликнула Гермиона, тут же осознав, что это совсем не главное. — Подожди, Огс?

— Огастус, он глава по развитию территории. Мы шутим, что всё его наследство улетело в бездну, настолько много он вложил в расширение подземелий. Это он устраивает приём. Хотя, скорее, его жена, она всё организует.

Гермиона отпрянула от камина и упёрлась спиной в колени Драко, но сразу же поднялась на ноги.

— Билл, Огастус… Он женат на моей подруге, — Драко подошёл к камину. — И он…

— Увидимся на приёме, Билл! Спасибо тебе! Прости, нам пора! — Гермиона выглянула из-за спины Драко и оборвала каминную связь. — Нам ни с кем нельзя обсуждать расследование, забыл? — Гермиона вернулась к столу.

— Но Билл мог бы рассказать нам что-то об Огастусе до того, как мы его встретим.

— Каминная связь ненадёжна. Лучше всё обсуждать лично. Мы сможем поговорить с Биллом на приёме.

— Кстати, — Драко облокотился о шкаф с книгами, — ты уверена, что появляться перед потенциальным фигурантом дела и, вероятно, убийцей, хорошая идея? Он может быть связан с похищением Розы.

— Я уже подумала об этом, — Гермиона достала из ящика стола картонную коробку. — На Оборотное зелье надеяться нельзя, поэтому придётся пользоваться маггловскими методами маскировки. Линзы, парик, макияж. Не знаю, что делать с нарядом. Возможно, удастся заглянуть к мадам Малкин… В чём вообще ходят на такие мероприятия?

— Явно не в старомодном пиджаке со значком министерства, — ухмыльнулся Драко, указывая на левый лацкан.

Гермионе стало неуютно от его слов, и она провела руками по ткани, засунув руки в карманы. Правая рука наткнулась на листок пергамента — записку Гарри.

— Слава Мерлину, — прошептала она, читая про себя. — Рон нашёлся.

Текст в записке расплылся, и на пергамент капнула слеза. В один момент пропажа дочери стала для Гермионы ещё более реальной. Разговор с Роном она репетировала в голове десяток раз, и всё равно не могла представить, что скажет. Чувство вины обволакивало и тянуло в бездну беспомощности и страха. Они с Роном научились жить, сохраняя деловые отношения, и любой разговор теперь сводился к тому, когда Рон приедет за Хьюго и когда привезёт его обратно. Роза была в Румынии только один раз, два года назад, и больше не изъявляла желания провести время с отцом. Рон был больше привязан к сыну, а Гермиона к дочери, но если бы пропал Хьюго, она бы разнесла в щепки всю страну, чтобы его найти. Реакцию Рона предугадать было также нетрудно. Где-то очень глубоко в душе Гермиона надеялась, что Роза найдётся быстро, и он волшебным образом никогда не узнает о похищении.

В дверь постучали. Гермиона машинально достала палочку, но тут же убрала назад. Драко открыл дверь, заметив её замешательство.

— Кевин разыскал Огастуса, — Гарри смотрел будто сквозь Малфоя. — Он…

— Глава по развитию территории в Гринготтсе, — закончила за него Гермиона, быстро смахивая слёзы, чтобы он не увидел.

— Откуда ты…

Гарри не договорил, поймав снисходительный взгляд Малфоя, и прошёл в кабинет прямо к столу.

— Она же детектив, забыл? — бросил вслед Драко. — Мне нужно уладить кое-что, поэтому оставлю вас. Приём начинается в шесть.

— Зайдёшь за мной… в половине шестого? — Гермиона слишком поздно осознала, что предложила это таким тоном, будто они договаривались о свидании, и более по-деловому добавила, протягивая стикер: — Вот адрес.

Когда Гермиона и Гарри остались наедине, напряженное молчание длилось несколько минут, пока Гарри не нарушил его:

— Как ты?

— Балансирую на тонком канате над бездной, — она вздохнула, скрестив руки на груди.

— Поэтично.

— В книге вчера прочитала. Что сказал Кингсли?

— Не ожидал от меня такого халатного отношения к тебе, понимает моё беспокойство, понимает твоё нетерпение. Кажется, нам достался самый понимающий министр на свете. Но когда всё закончится, нас ждут санкции. В подробности не вдавался. Возможно, отстранит тебя на какое-то время, когда мы найдём Розу. Да и мне бы отпуск не помешал.

— Я уже смирилась с возможным увольнением.

— Уволить тебя? Он, конечно, недоволен, но такой ошибки точно не совершит. Ты же лучший детектив в Отделе.

— Я уже в этом не уверена, — Гермиона сложила руки в замок и положила их на стол, опустив голову между локтей. — Я нарушила правила, вынудила тебя сделать то же самое, прости меня за это… Я не сдала вовремя отчёты и пью уже третье Успокоительное зелье с тех пор, как Роза пропала, но всё равно накричала на Министра магии. Он ещё не знает, что моя магия не работает, иначе я бы уже точно была уволена.

Она медленно выпрямилась, когда Гарри присел рядом на корточки и сказал:

— Даже не думай себя винить. И прости, что грубо говорил с тобой утром, — он положил руку ей на плечо. — Когда Малфой рядом, не могу держать себя в руках, а ты попадаешь под горячую руку…

— Гарри, может, уже пора пересмотреть своё отношение? Он изменился…

— Я пытался, но…

— Когда? — Гермиона нахмурила брови, но Гарри замолчал, не закончив мысль.

— Не важно. Малфой всегда Малфой. Сколько бы лет ни прошло.

В кабинет залетел бумажный самолётик, и Гермиона развернула его:

— Огастуса доставили в комнату для допросов. Надо идти. Откроешь мне доступ?

— Конечно.

* Заклинание Ариус Велере — уши жертвы начинают непроизвольно трястись и подергиваться.

**Мантейгаш — посёлок в Португалии.