Возвращение ( Цена равновесия) (гет)

— Что ты там приволок, Нардэр? На охоту ходил?

— Можно и так сказать… — Мужчина равнодушно глянул на свёрток, замотанный в шкуру. — Кто знает, сколько Анхуман даёт за мертвечину для волдака?

Не обращая внимания на вспыхнувший интерес к свёртку, он бросил корчмарю монету и сел в ожидании заказа.

Один из вышибал откинул шкуру.

— Фу… Нардэр, на кой это тебе? Ты перёшь её ради золотых, чтобы волдак Анхумана покушал? — Он брезгливо опустил шкуру обратно. — Я был о тебе лучшего мнения.

Раздался пьяный смех, хотя и осторожный. Было видно, что этого человека и уважают, и побаиваются.

Мужчина озадаченно пожал плечами — казалось, сам не понимал, как с ним приключилась такая оказия. Принял из рук корчмаря кружку.

— Я нёс её в правление, хотел сдать за незаконное проникновение. Подобрал в горах, за проливом. Она нарушила границу.

— Судя по виду, у неё сломана большая часть костей, да и живых органов нет. Это ты её так? — Вышибала задорно хохотнул. — Сильно сопротивлялась?

Снова раздался смех, на сей раз ещё более сдержанный.

Нардэр поморщился, отпивая пенный напиток.

— За кого ты меня принимаешь, Говорд? Она была уже такой. Появилась, судя по всему, из портала, нарушив оба запрета наших земель.

— Она ведьма? — Говорд подозрительно посмотрел на свёрток; в голосе звучало благоговение.

— Нет! — Нардэр покачал головой. — Я проверил специальным амулетом. В ней нет магической силы.

— А как тогда…

— Да откуда я знаю? — Охотник начал терять терпение. — Не моё это дело. Моя задача — доставить её к правлению и получить гонорар. — Он отпил ещё, словно досадуя на ситуацию. — А она сдулась в дороге.

— И давно ты тащишь труп?

— Уже на въезде в город пульс остановился. Хотел выкинуть в канаву, но решил отнести Анхуману. Зря что ли тащил? — Сплюнул на пол. — Лучше бы козу подстрелил. Пользы больше было бы.

— Отдай её мне.

Никто не заметил вошедшую женщину, поэтому большинство вздрогнули от неожиданности.

Казалось, все приросли к месту, наблюдая, как она идёт через корчму.

Она же не обращала внимания на взгляды, полные страха. Спокойно обратилась к корчмарю:

— Я принесла твой заказ. Мази и порошки — всё, как просил. — Стала раскладывать на стойке баночки. — Пять золотых.

Женщина не смотрела, как корчмарь, бормоча что-то под нос, бросился отсчитывать деньги.

— Можешь продать или обменять, — невозмутимо сказала она, будто торговалась за кусок ткани, а не просила продать труп. Словно делала это каждый день. — Ну, так что?

Нардэр подозрительно сощурился.

— Зачем тебе труп? — Голос его стал жёстче. — Засолить собралась? Или думаешь, я не знаю, чем ты занимаешься, «лесная баба»? Не боишься, что сдам тебя и заработаю состояние?

Все затихли — назревал конфликт.

Женщина равнодушно приняла деньги из дрожащих рук трактирщика. Казалось, она не слышала злобных обвинений.

— Нет. — Пожала плечами. — Ты вспыльчив, жаден, нетерпелив. Но ты не кретин. — Скривилась в издевательской усмешке. — Подумай, сколько бы у тебя осталось конечностей, обратись ты после последней неудачной охоты к местному лекарю? Где бы ты был сейчас без моих зелий ночного видения? — Обвела корчму насмешливым взглядом. — Где были бы вы все?.. Так что давай не будем попусту сотрясать воздух. — Позвенела монетами. — Бери золото и пару тонизирующих зелий. И это моё последнее предложение. Не хочешь — тащи на корм волдакам.

Женщина молча повернулась к выходу.

— Стой! Я согласен! — Нардэр был жаден и расчётлив — это знали все, потому он и брался за любую работу. — Но если всплывёт что-то — сдам тебя! Поняла?!

Женщина окинула его брезгливым взглядом. Достала из сумки пару пузырьков, положила на стол и бросила пять золотых.

— Эй, парни, сгрузите это в мои сани. — Кинула по серебряной монетке на ближайший столик и двинулась к выходу. — Поживее, мне ещё клиентов до темноты объехать.

Вышибалы схватили свёрток и потащили на улицу.

— А что ты будешь с ней делать? — Видимо, Говорд был самым любопытным. — Да не зыркай ты! Просто интересно.

— Пущу на органы.

С этими словами женщина вышла, оставив посетителей в почтенном ужасе.

Когда дверь закрылась, а Нардэр снова принялся пить, все облегчённо выдохнули. Хотя её и побаивались, все понимали: без этой женщины они бы подохли от обычной простуды.