Альбус Поттер и Смотритель маяка (джен)

«Хогвартс-Экспресс» мягко покачивался там, где заканчивался Лондон с его небоскребами и начались огромные, казалось, бесконечные равнины с редкими деревеньками, будто специально расставленными для красоты.

Альбус смотрел на эти пейзажи и обдумывал всё то, что его тревожило: страх попасть в Слизерин, высокие ожидания от будущих учителей и одноклассников, а также напутствие отца о том, что ему не о чем беспокоиться.

Кузина Альбуса, сидящая напротив него, уже успела разложить заранее купленные ее родителями учебники на столе, такие как «История магии» и «Трансфигурация для начинающих». Сама девочка штудировала «Основы защиты от Темных искусств», она то и дело что-то бормотала под нос.

— Ты правда собираешься читать всю дорогу? — спросил Ал.

Роза подняла голову и слегка ехидно улыбнулась.

— А ты разве нет? Скоро мы прибудем в Хогвартс! Надо нам быть готовым! — Возьми тоже что-нибудь.

— «Основы защиты от Темных искусств»? Не слишком ли рано для нашего возраста, — встрял в разговор сидяший рядом с юным Поттером Скорпиус.

— Как минимум защищаться от тебя, Малфой! — фыркнула она в ответ и закрыла лицо книгой.

— Роза, — смутился Ал из-за поведения кузины, ведь их сосед по купе не давал никакого повода такому отношению.

— Ничего, всё в порядке, — спокойно ответил Скорпиус.

— Лучше тоже готовьтесь! Учеба — это нелегкое дело! — продолжала она язвить.

— А… вы куда хотите поступить? В какой факультет? — спросил их юный Малфой.

— А ты? Неужели, Слизерин? — переспросил Ал.

— Вся моя семья училась там…

— Не удивил… — огрызнулась Роза, продолжая прятать лицо за книгой.

— … может, тоже в Слизерин, — продолжил Скорпиус. — Я понимаю ваш страх, но Слизерин — это не рассадник злодеев…

— Ну да, а я тогда — Ее Величество!

— Роза! — снова осек кузину Ал.

— Ты тоже так думаешь, Ал?

— Моя семья училась в Гриффиндоре, — ответил он. — Я тоже хотел бы как они туда, но Слизерин…

— Я же слышал, что твой папа сказал, что отношение к тебе не поменяется, если поступишь туда — ведь это еще и показать себя можно. Знаешь… амбиции.

— Вас, чистокровных фанатиков, слушать не хочется про ваши там… амбиции! Проходили все это! Я скоро вернусь!

Роза с книгой в руке удалилась из купе, оставив мальчика наедине. Альбусу было неловко от того, как вызывающе вела себя его родственница.

— Прости, Скорпиус…

— За что? — с теплотой улыбнулся он.

— За Розу…

— Ничего… я привык, — спокойно сказал младший Малфой. — Я понимаю, что все ждут одного, что я буду хулиганом, который будет самоутверждаться за счет вас. И… мой отец рассказывал, каким он был…

— И что он говорил?

— Он с детства верил, что быть Малфоем — всё равно, что быть королем среди нечистокровных… Мой дедушка до сих пор так верит, но папа говорит, что времена меняются и… он не гордится тем, каким он был, меня учил, что можно добиваться успехов иначе, не за счет кого-то. Я понимаю тебя, все ждут большего от каждого ребенка. А от меня будто ждут, что я буду как мои родители, но я не хочу быть плохим для всех…

— А во мне видят, как «сына знаменитого Гарри Поттера», — ответил на это Альбус

— Ты переживаешь? — спросил Скорпиус без осуждения, скорее констатируя факт.

Альбус в ответ лишь выдохнул:

— Немного. Отец говорил, что шляпа учтет желание, но… — он запнулся. — А если я сам не знаю, чего хочу?

— Мой папа говорил, что главное — не факультет, а то, что ты будешь делать с тем, что тебе дали! — крикнула Роза из коридора вагона

— Твой папа любит повторять мудрые вещи после того, как они уже сказаны мамой, — заметил Ал с легкой усмешкой.

— Ой всё! — через минуту сказала. — Джеймс идет!

«Сейчас начнется» — подумал про себя Ал, ведь его старший брат всё не перестанет подшучивать над ним, когда взрослые не видел.

И тот в проеме возник сам он, раскрасневшийся, с растрепанными волосами и сияющей улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего.

— Привет, первокурсники! И тебе, Малфой, привет!

— Скорпиус, очень приятно, — ответил он.

— Да… не важно! — отманулся брат.

— Джеймс, убирайся!

— Нет, Ал, вам с Розой важное предупреждение насчет того, что вас ждет! — Джеймс сел на край сиденья, игнорируя протестующий скрип пружин. — Вы же ведь знаете, каждый год новичков в Хогвартсе ждет особое испытание?

Альбус насторожился. Скорпиус приподнял бровь, но промолчал. Джеймс выдержал драматическую паузу, обводя двоих взглядом.

— В первую полночь, когда все заснут, вас староста вызовет в Запретную секцию библиотеки. Там сидит старый библиотекарь… но на самом деле это не библиотекарь, а старый толстый тролль, который задает три вопроса. Если ответишь неправильно — превратишься в книгу или тебя съедят!

В купе повисла тишина. Альбус сглотнул. Скорпиус же, напротив, почти незаметно улыбнулся краешком губ — но сдержался, он не купился на это.

— Джеймс! — пришла в купе Роза, всё так же держа книгу. Во-первых, Запретная секция запирается на пять замков и ключи у директора Макгонагалл. Во-вторых, даже если бы это было правдой, тебя бы там не было, потому что сам боишься темноты…

— Не боюсь я темноты! — ответил он, скрестив руки.

— Я помню, когда ты тогда попросил мою маму не выключать свет, когда оставался у нас с ночевкой! — улыбнулась Роза с легким смешком. И, в-третьих, — она скрестила руки на груди, — я сдала экзамен по истории магии на «Превосходно» еще до того, как села в поезд, и точно знаю, что никакого тролля-библиотекаря не существует!

Джеймс приоткрыл рот, явно не ожидая такого отпора от кузины.

— Не порть веселье! Я же пытаюсь сделать их пребывание в школе незабываемым! Без приключений никуда!

— Незабываемым, — ответила Роза, не повышая голоса. — Единственный тролль тут — это ты, старшекурсник-гриффиндорец, который не придумал ничего лучше, чем рассказать что-то умное.

Скорпиус тихо кашлянул, пряча улыбку. Джеймс перевел взгляд с Розы на него и нахмурился.

— Ты, Малфой, заткнись!

— Я не собирался ничего говорить, — ответил Скорпиус. — Я просто слушал. Спасибо тебе за рассказанное.

— Ладно, — сказал Джеймс, поднимаясь. — У тебя, Роза, язык как у тетки. А ты, Ал, — он посмотрел на младшего брата, — не верь ничему, что я говорю. Если бы я хотел тебя по-настоящему напугать, я бы рассказал про Арагога. Но мы оставим это на Хэллоуин.

Он уже вышел в коридор, но на секунду задержался у двери.

— И, кстати, — добавил он на ходу, — если что-то пойдет не так, и это не я буду инициатором, то ищи меня. Я, конечно, задира, но я еще и твой брат. Даже если ты попадешь в Слизерин.

Дверь закрылась, и в купе снова стало тихо, Роза вернулась на свое место.

Альбус выдохнул, легко отделался. Юная Уизли-Грейнджер села на свое место и продолжила читать.

Альбус посмотрел в окно. За стеклом уже начали появляться холмы, а вдалеке, на горизонте, будто вырос из тумана, показался силуэт замка — темный, с башнями и шпилями, такими острыми, что они пронзали небо. Сердце Альбуса забилось быстрее — теперь не от страха, а от предвкушения.

— Мы почти приехали, — тихо сказал он.

И поезд начал медленно сбавлять ход.

Неожиданно в купе вошла молодая брюнетка с прической каре, в темно-синей мантии, а ее глаза отливали сапфировым блеском. Незнакомка была невысокой, но держалась с той прямой осанкой, которая выдавала человека, привыкшего к уважению. В руке она держала палочку — не угрожающе, скорее как жезл для указания пути.

— Первокурсники? — спросила она, и голос ее был чистым и звонким, как утренний колокол.

— Да, мэм, — ответила Роза, быстро поправляя свою мантию.

— Будем знакомы. Меня зовут Вероника Сколл, я буду вашим преподавателем защиты от Темных искусств. — Она перевела взгляд с Розы на Скорпиуса, а затем остановилась на Альбусе. На миг ее глаза задержались на нем чуть дольше, чем требовалось. Что-то в этом взгляде было особенным — может, узнавание, а может… ожидание. Будто она знала, что увидит именно его, и теперь проверяет, совпадает ли живой мальчик с той мыслью, что уже существовала в ее голове. Ал это подметил

— Ты — Альбус Северус Поттер, — сказала она не как вопрос, а как утверждение.

Тот кивнул, чувствуя, как под этим взглядом становилось неловко.

— Я слышала о твоем отце, — продолжила Сколл, и ее тон был ровным, без подобострастия. — И о том, что вы носите второе имя в честь директора Северуса Снейпа. Это многое говорит о вашей семье.

— Меня зовут Роза Уизли-Грейнджер, профессор, — сказала она, слегка кивнув головой в знак почтения. — Я слышала многое про вас… И читала вашу монографию о редких африканских заклинаниях…

— Очень приятно, Роза, — улыбнулась преподавательница. — Вижу, вы усиленно готовитесь к обучению. Позволите, я сяду? — Роза отодвинулась ближе к окну, Вероника Сколл села с ними. — Это хорошо, что надо быть подготовленным, но, дети, учеба — это не только, как бы вы сказали, «зубрежка», — это, в первую очередь, понимание того, что вы будете проходить. Теория — это хорошо, но она — ничто без должной практики.

— А вы, профессор Сколл, будете учить нас запретными заклинаниям? — спросил Скорпиус.

— Пожалуйста, называйте меня просто Вероника, не люблю излишнюю официальность, — улыбнулась она. — Но предупрежу, что многие педагоги, как и многие взрослые, требуют субординацию. Не думайте, что можно висеть на шее, если дать вольность. Я в меру строгий учитель, но я никогда не буду требовать сверх того, что нужно. И да… как тебя зовут, юноша?

— Скорпиус…

— Скорпиус, защита от Темных искусств — это то, что нужно знать о том, какая магия, какие артефакты, какие заклинания нужно знать, чтобы это остановить. Даже в мирное время, всегда надо быть начеку.

В купе вошла милая пухловатая старушка с тележкой со сладостями.

— Не желаете ли что-нибудь? — спросила она.

— Можно ваши тыквенные печенья? А вы, дети, берите, что хотите, я угощаю, — улыбнулась Сколл.

Роза взяла «шоколадную лягушку», Скорпиус несколько карамелек, а Альбус тактично отказался от предложенных угощений. Как только продавщица ушла, все четверо в купе продолжили разговор.

— Профессор… — обратилась Роза.

— Вероника… и на «ты», — поправила она, — но в присутствии других взрослых, прошу, лучше обращаться официально как подобает ученику учителю. Как я устроилась у вас в Хогвартсе, меня интересовало то, как у вас всё устроено.

— Вы… ты не училась в Хогвартсе? — поинтересовался Ал.

— О, сладости! Обожаю! — крикнул в коридоре Джеймс. — Можно купить?!

— Я родом из Швеции и училась в другой магической школе, где, как и у вас, есть не только дух соперничества, но и единое братство. При этом неважно, в каком факультете ты учился, главное — усвоить то, чего учили. Да и по большей части, студенты разных факультетов обучаются у одних и тех же преподавателей. Мой вам совет, друзья мои, факультеты не должны быть на первом месте, ну… разве что, кроме случаев, если будут снимать баллы в качестве наказания за проступки. Тоже вот предупреждаю вас, я позволяю некоторую своевольность, но в рамках обучения я тоже могу как добавить баллы, так и снимать, — пожала Вероника плечами. — Ничего личного, такая работа у меня как у преподавателя.

— Это мы понимаем… мы оправдаем ожидания, — сказал Скорпиус.

— Насчет тебя, я не уверена, — снова фыркнула Роза. — Я по тебе вижу, что проблем от тебя будет больше…

— С чего ты решила, что от меня будет проблем…

— Мы рассказывали, как твой отец издевался над нашими родителями и как против них сражался на войне, — продолжила она. — Как думаешь, как мы должны к тебе относиться?

— Мой отец сейчас — другой человек, — спокойно ответил Скорпиус. — Он помнил, что творил зло, и старается жить, несмотря на то, как к нему относятся.

— Еще, видимо, учил, что не стоит общаться с «грязнокровками»…

— Я, может, и чистокровный, но я не смотрю на остальных свысока, и мои родители тоже говорили, что «то, что было раньше, теперь всё по-другому». Я против вас ничего не имею, я уважаю ваших родителей, уважаю героев, которые уничтожили Темного Лорда, потому что и чистокровные тоже были его жертвами злодеяний. Твой отец тоже чистокровный, но он не злодей же…

Роза промолчала. Альбус одобрительно хлопнул по плечу.

— Мудрые слова, — добавила Вероника. — Поступки определяют человека о том, что он из себя представляет в итоге. Вы, дети, не только будете учиться магии, но и понимать мир вокруг себя — это не менее важно в нашем мире. Я знала многих людей за свою жизнь, которые вершили как великие дела, так и злодейства, — на мгновение в ее глазах промелькнула грусть. — Этот урок я усвоила на всю жизнь. Скоро поезд прибудет в Хогсмид, так что готовьтесь к высадке. Было приятно познакомиться с вами, я буду следить за вашими успехами. Если нужна будет помощь, или какой-нибудь совет, то я буду в своем кабинете. Не скучайте!

Вероника встала и покинула купе.

— Она необычная! — подытожил Альбус.

— Вероника Сколл — известная волшебница, — сказала Роза, снова продолжив читать книгу о Темных искусствах. — Но для меня как-то ведет себя немного… странно…

— Ты что, Роза, она нас угостила сладостями… — перебил ее Скорпиус.

— Не обольщайся! Это не значит, что теперь мы с ней лучшие друзья навек! Она, в первую очередь, будет нашим педагогом.

— Это понятно, — вмешался Поттер.

— Зря ты не взял конфеты. Держи, угощайся, — Скорпиус отдал ему пару карамелек.

— Спасибо… — улыбнулся Ал.

— Давайте договоримся так, никто никому «подставы» не делает, давайте покажем себя друг перед другом с лучшей стороны!

— С чего ты решил подлизаться, Малфой?

— Роза… — устало пытался остановить свою кузину.

— Что, Ал? Если не злодей, то, как минимум, подхалим…

— Я даже такого слова не знаю, — усмехнулся Скорпиус.

— Еще увидим! — Роза снова закрыла лицо книгой.

«Хогвартс-экспресс» остановился.

— Похоже, Роза, ты так и не успела дочитать… — сказал Ал.

— Ничего, дочитаю в школе! — ответила она, хлопнув книгу.

Все студенты и преподаватели вышли на перрон двухпутного вокзала в Хогсмиде. Целая толпа. Альбус боялся затеряться в ней и старался взглядом не потерять Розу и Скорпиуса среди вечерних сумерек.

Для первокурсников подготовлен особый путь до замка Хогварста — на лодках. Среди многих первокурсников образовалась целая толпа. И ним подошел бородатый великан под три метра ростом, которого дети узнали из рассказов родителей — профессор Рубеус Хагрид.

Он был таким же огромным, каким его описывали: в меховой шубе, с диким ворохом волос и длинная борода, из-за которой едва виднелись глаза — маленькие, но теплые, как угольки в камине.

— Ну что, первокурсники? — прогремел его голос, перекрывая гомон толпы. — Все тут? Не потерялись?

Толпа ребят закивала, кто-то испуганно, кто-то восторженно. Хагрид окинул их взглядом и одобрительно хмыкнул.

— Отлично! Тогда за мной! Лодки ждут!

Он развернулся и зашагал вперед, расталкивая толпу своими могучими плечами, будто она была не из людей, а из тумана. Первокурсники потянулись за ним — кто-то бегом, кто-то едва поспевая, — и вскоре они оказались на темном берегу озера.

Вода была неподвижной и черной, как зеркало, в котором отражалось усыпанное звездами небо. На берегу покачивались десятки маленьких лодок — старых, деревянных, но крепких. Никаких весел, никаких магловских моторов. Только тишина и ожидание.

— По три человека в лодку! — скомандовал Хагрид. — Не больше, не меньше!

Роза, Альбус и Скорпиус переглянулись. Роза уже направилась к одной из лодок, не оглядываясь, и они поспешили за ней. Едва они уселись — Альбус на корме, Роза и Скорпиус напротив друг друга, но девочка старалась избегать взгляда младшего Малфоя, и поэтому снова уткнулась в книгу, — как лодка дрогнула и медленно отплыла от берега.

Рядом покачивались другие лодки, полные таких же первокурсников — бледных, взволнованных, с широко раскрытыми глазами. Кто-то притих, кто-то, наоборот, громко обсуждал замок, который еще не был виден из-за скал.

Альбус не знал, что его ждет впереди. Но он знал одно: это только начало, но хорошее оно или нет — было для него непонятно.

Вероника с берега смотрела на уплывающие лодки с первокурсниками и думала про себя.

— Альбус Северус Поттер, — тихо сказала она, и в ее голосе послышалась едва заметная горечь, смешанная с надеждой. — Даже если рано или поздно ты узнаешь правду… твоя судьба только в твоих руках и ни в чьих других…