Сказки 2 (джен)

Думаю, что не ошибусь, если выражу уверенность в том, что преобладающее большинство читателей знакомо с работами в которых Поттер попадает в... небесную канцелярию и оказывается там на приёме у своего Жнеца. Но, что меня всегда добивало, что он и там ведёт себя как, простите, лох. Как и в жизни. А если ему добавить немного агрессивности и разумности, то что может получиться? Кстати, идею про кровь как якорь подсказала уважаемая GATAKI. За что огромнейшее спасибо.

* * *

Гарри очнулся на прохладном полу. Вот только а этот раз не было вокруг ни белого тумана, которому ещё предстояло рассеяться, ни непонятной поверхности, как на призрачном Кингс-Кроссе. Пол оказался... полом. Потом он вспомнил, что непосредственно перед этим случилось. Как его в грудь Авада Риддла ударила. И, что происходило это в школьном дворе.

Тогда с какой стати он очнулся на полу? И... где это здесь? Почему место, в котором он очнулся, очень сильно похоже на коридор в каком-то офисе.

«Да что это за ерунда опять со мной творится-то? — думалось ему, пока он осматривался. — И может найдётся, наконец, кто-нибудь, кто объяснит мне происходящее? И, кстати, а как так получилось-то? Ведь Дамблдор же мне, чуть ли не клятвенно, заявил, что я теперь хозяин Бузинной палочки, а против хозяина она не подействует. Как так-то? Это что же, получается, что он не знал? Или... обманул? Скотина бородатая».

К счастью, осматриваться ему долго не пришлось. В стене, внезапно, появилась дверь, и оттуда шагнула женщина. Между прочим — самая обычная.

— Ваш Жнец сейчас вас примет, мистер Поттер.

— Жнец? — переспросил Гарри. — Какой ещё нахрен... э-э-э, простите, какой к чёртовой матери... э-э-э, снова простите, какой ещё... Жнец?

Вот только не ответила она ему. Потому что, как только она осознала, кому она это сказала, то на лице появилось шокированное выражение.

«Погоди-ка. Поттер?! — удивлённо воскликнула она. — Ты вернулся?! Ох, как нехорошо. Очень нехорошо. Ладно, идём».

Дальше, она повела его по коридору... куда-то. Впрочем, сам Гарри, как-то и не особо интересовался, куда именно. Наоборот, он бдительно посматривал по сторонам, ожидая в любую секунду нападения, несмотря на совершенно мирную обстановку. Ну, что поделать, не вышел он ещё из боя. Не вышел. Впрочем, далеко идти не пришлось. Вскоре они подошли к двери, открыв которую незнакомка, предложила ему войти внутрь. « Удачи, дорогой», — произнесла она напоследок.

Гарри шагнул через порог. И увидел, что оказался в каком-то кабинете. На одной из стен даже висели несколько дипломов. А напротив стоял стол, и за ним сидел какой-то мужик. На столе стоял телефон, графин с водой и ещё лежало несколько папок. А потом, мужик поднял взгляд от одной из папок, содержимое которой он изучал и... лицо его перекосилось от ярости. «Ты!» — заорал мужик.

Перепрыгнув через стол, он подскочил к Гарри, схватил его за лацканы пиджака и начал трясти. Точнее, попытался. Потому что Гарри все ещё пребывавший в горячке боя, взял, да и... защитился. Адекватно. Для чего, он схватил мужика за кисти рук, оторвал их от своего одеяния, пусть и с усилием, но оторвал и прошипел в ответ: « А ну-ка руки убери, бля. Сука». И дёрнулся в сторону мужика, имитируя удар головой тому в лицо. Мужик, отшатнулся, конечно, и не удержавшись на ногах, оказался сидящим на полу. На «пятой» точке.

— Эй! Эй! Ты, это... полегче. Полегче, Поттер. Полегче, — попросил его мужик. А потом уточнил. — Лучше подскажи мне вот что? Что, во имя всех богов, ты тут делаешь?

— Это я тебе объяснять должен?! — Гарри ощутил дикое раздражение. — Это ты мне объясни, что я здесь делаю!

— Что? Да ты, чёрт возьми, появляешься здесь уже в двенадцатый грёбаный раз! Вот что. Пытаешься испоганить мне загробную жизнь, да?

— Какой? Какой? Двенадцатый? Да ты охренел что ли? Как так может быть если я тебя впервые в жизни вижу?

— Да, именно двенадцатый, — ответил ему мужик усталым голосом, махнув рукой.

После чего он встал и отправился на своё место за стол. А Гарри указал на стул. Присаживайся, дескать.

— Это твоя двенадцатая смерть, — продолжил он. — И каждый раз, после того как ты умирал, то попадал ко мне. Но, поскольку вы, смертные, не в состоянии запомнить это место, ещё раз представлюсь. Меня зовут Нафанаил. Я Жнец, отвечающий за Британских магов. А ты Гарри Джеймс Поттер — глупый мальчишка, который никак не перестанет умирать. Мальчик-Который-Выжил, да? В задницу меня поцелуй! Ты понимаешь, что ещё немного, и меня уволят?!

Вот только, наверное, ожидал он от Гарри сочувствия или же, что Поттер оправдываться начнёт. Видимо, так все предыдущие разы и проходил их разговор. Но, в этот раз всё было по другому. Поэтому что он услышал в ответ:

— Так работать нужно лучше, а не штаны здесь просиживать. И нефиг с больной головы на здоровую перекладывать. А то его видите ли уволят, а я в этом виноват буду. Ага, щаз-з. — Гарри намеренно исказил слово. — Так что, сам поцелуй меня в задницу! Козёл! И, вместо того чтобы возмущаться и жаловаться, головой бы подумал, как тебе с работы не вылететь. А теперь рассказывай, как так получилось, что я вообще о предыдущих разах ничего не помню?

— А ты и не должен. Не по правилам это, — ответил ему Нафанаил.

— Ах, не должен?! Ну, и тогда какого ты хрена возмущаешься?! — заорал Гарри. — Нет, ты посмотри на них! Они тут какие-то правила дурацкие повыдумывали, а я ещё и виноват! Нет, ну что за люди-то такие?! И, кстати, уж если я двенадцатый раз помираю, то нахрена ты меня обратно жить отправляешь?!

— Да потому что Судьба у тебя такая! — заорал в ответ Нафанаил. — Ты должен убить этого тёмного выродка, жениться на своей второй половинке и дожить до ста девяноста шести лет! А ты чего творишь?!

Но, тут же успокоился и уставился куда-то взглядом. Смотрел, при этом, Нафанаил мимо Гарри и взгляд его выражал полную безнадёгу. А сам Гарри вдруг задумался. Что-то в словах Нафанаила царапнуло его слух, только он не понял что именно. А потом до него дошло. «Вот я идиот, — подумалось ему. — нет, ну оно и понятно, был бы умным, то сразу понял бы».

После чего обратился к Жнецу.

— Слушай, Нафанаил, — задал он вопрос. — А как так получилось-то, что я умирал, но при этом возвращаясь в мир живых хоркруксом оставался? Как так-то?

— Чего-чего? Каким ещё нафиг хоркруксом? — удивился Нафанаил. — Нет, ты им когда-то был, конечно, но только до самой первой смерти.

— А как тогда так получилось-то? — спросил Гарри и рассказал про призрачный Кингс-Кросс.

— Да тут всё очень просто, — пояснил ему Жнец. — Ну, не совсем просто, конечно, но, не так уж и сложно. Каждый раз, когда ты оживал твой добрый дедушка директор одного хитрого ментального паразита тебе в разум подсаживал. Ну, когда ты начинал слишком умные вопросы задавать. То есть, он тебе тут же несчастный случай организовывал, а сам, пока ты в больничном крыле без сознания лежал его и подсаживал. Только не спрашивай где он их брал, сам не знаю.

Нафанаил налил себе воды из графина и продолжил.

— А вот в последний раз, он тебе в ловушку для души заманил. А там устроил тебе сеанс легилименции. Разум-то часть души. Правда, в последний раз, он без подсадки этого паразита обошёлся. То ли не было у него в это время такого паразита под рукой, то ли не стал, потому что ни к чему уже было. Ну, а за то что ты ожил, Волдеморту вашему спасибо скажи.

— Это как? — не понял Гарри. — А ему -то за что это?

— За то что в ритуале своего вселения в искусственное тело он кровь твою использовал, — пояснил Жнец. — Тем самым он создал из себя для тебя якорь. Нечто вроде хоркрукса, только одноразового.

После чего они замолчали. Гарри вновь задумался, а Нафанаил, чего-то словно ждал. Наверное, вызова к начальству. В предчувствии нагоняя. Так они и молчали, пока у Гарри не появились следующие вопросы.

— Подожди, — проговорил он, поднимая на Жнеца всё ещё задумчивый взгляд, — но... это получается... что? Что Дамблдор всё ещё жив, так что ли?

— Дошло, наконец, — тяжело вздохнул Жнец. — Ну, лучше уж поздно, чем... Конечно он всё это время был жив. Ведь если бы он умер, то я-то точно об этом знал бы.

— Н-да. Вот ведь... зараза старая. Кстати, а скажи-ка мне, вот ещё что. Ты сказал, что смертные, не в состоянии запомнить это место. Вопрос, а почему собственно? У нас что так мозги заточены или по другой причине.

— Или, — пояснил Жнец. — Хотя...

— Что хотя? — Гарри уцепился за его фразу, как утопающий за соломинку.

Очень уж ему захотелось вернуться и выдрать Дамблдору его бороду. Или взять, да и повесить его на ней же, или... Да мало ли как ещё отправить старого козлодранца в следующее большое приключение. И с Нафанаилом договориться, чтобы тот его уж определил куда следует... урода.

— Да, есть один способ, — пояснил нехотя Нафанаил, — отправить тебя обратно со всеми воспоминаниями, только...

— Что только?

— Только пока разрешения на него выбьешь, не семь, а семьдесят семь потов с тебя сойдёт. У нас-то тут та ещё... бюрократия. К тому же, это будет твой самый последний шанс. Если облажаешься, то всё. Тебя сразу в Чистилище тогда. Как Судьбу не исполнившего.

— А если мы с тобой им воспользуемся, то тебе что за это будет? Какое наказание? — настаивал Гарри.

— Ну, на первый раз выговор влепят.

— Но, на работе-то оставят?

— Ну... да. Оставят.

— Так давай им воспользуемся, — предложил Гарри. — Сам, поди, знаешь, что иногда проще извиниться чем разрешение спрашивать. Только у меня ещё два вопроса есть. Первый. Кто моя вторая половинка? А то знаешь ли, я как сюда попал, то понял, что к Джинни я оказывается и не чувствую ничего. Совсем. И начал подозревать что тут зелья замешаны.

— Ну, это-то просто, — Нафанаил заглянул в папку с его фамилией и ответил. — Какая-то девчонка по фамилии Грэйнджер.

Гарри задумался и по привычке полез лохматить волосы на макушке.

«Так вот оно чего, — сказал через некоторое время. — Получается что и её тоже подпаивали. А то чего бы она с Рончиком-то сошлась? Ну мама Молли. Ну... сука рыжая. Ведь наверняка же это её работа. О детишечках она побеспокоилась, видите ли. О младшеньких. Ну, я тебе устрою... заботу. Слезами у меня умоешься».

Гарри начал злиться, но заметил, что папки, лежащие на столе, графин, телефон, кресло под его Жнецом да и сам стол стало потрясывать. Так что, пришлось успокаиваться. И только после этого продолжать разговор.

— Хорошо. С этим разобрались. Теперь второй вопрос. А Снэйп-то как, точно сдох? А то ведь он у нас старый шпиён. Мог чего-нибудь и придумать, чтобы всех обмануть.

— Точно, — ответил ему Нафанаил. — Был тут у меня незадолго перед тобой. На этом же самом стуле сидел. Впрочем, если ты вернёшся, то он всё равно ещё жив будет. Так что, какая тебе разница?

— А такая, что мне это услышать сейчас приятно будет. И, я надеюсь, что его-то ты куда положено отправил? В Чистилище, или как там это место у вас называется?

— А то, — от такого вопроса Нафанаил даже обиделся. — Конечно в Чистилище. Правда, всего на тысячу лет, но в Чистилище.

— Жаль, конечно, что всего на тысячу, но и на том спасибо, — поблагодарил его Гарри а потом ещё спросил. — Да, вот ещё какой вопрос. В какое время ты отправить меня сможешь? А то есть тут у меня мысли кое-какие. Насчёт Рончика, Джинни и Молли в первую очередь.

Нафанаил смерил Поттера взглядом, почесал затылок и ответил:

— Почти в любое в какое ты захочешь. Но, только в то, когда ты уже себя осознавать начал. Так что, если ты задумал вернуться и своих родителей спасти, то тут я тебе помочь ничем не смогу. Тогда вся история... нахрен. А на такое я не пойду. Да, и вот что ещё.

Тут он поднялся, подошёл к шкафу в углу комнаты и достал оттуда свиток.

— У меня в руках договор, который ты подпишешь, прежде чем я тебя отправлю. Здесь написано, что ты полностью осознаёшь, что это действительно твой последний шанс. Поэтому тебе позволено будет сохранить воспоминания. И, разумеется, всё что ты увидел и услышал здесь, ты будешь обязан хранить в секрете. А единственная, кому можешь рассказать, это — половинка твоей души.

— Тогда нужна защита от легилименции, — выдвинул условие Гарри.

— Будет, — пообещал Жнец.

Гарри подумал над его словами и согласился, что это разумное требование.

— Ну, хорошо, — принял он решение. — А как насчёт советов на дорожку. Есть что порекомендовать-то?

— Разумеется, — ответил Жнец. — Итак, совет первый. Не используй против тёмного выродка Экспеллиармус. Это твоё коронное заклинание — полный идиотизм. Ты же про Копьё праха уже знаешь и применять его умеешь. Вот его и применяй. Оно, кстати, и хоркруксы очень даже спокойно уничтожает. И с Адским пламенем корячиться не надо. И, второй совет. Регулярно проверяй себя на зелья, чары и проклятья. Ну, и не только себя, но и еду и питьё, которое тебе подсовывают. Нанеси на одежду и бельё вышивку рунную, для защиты от всяких сглазов, безоар всегда в кармане носи. Ну, и против ментального вторжения в твой разум соответствующие артефакты приобрети. Есть такие у гоблинов.

Нафанаил прервался давая Поттеру осознать и запомнить всё что он только что сказал. И добавил, после паузы.

— И, наконец, самое главное. Не вздумай облажаться. И твёрдо заруби себе на носу: снова не справишься — тебя убьют окончательно. А после этого всё, там у вас, будет совсем плохо и будут задействованы совсем другие силы. До чего лучше не доводить, поверь мне на слово.

Дальше, взяв свиток, Гарри начал читать договор. В принципе, ничего нового там написано не было, ему уже это всё и рассказали. Прочитав, Гарри опустил свиток на стол и огляделся в поисках ручки. И увидел, что Нафанаил её уже протягивает. Он расписался и его подпись на контракте вспыхнула огнём. «Вот и отлично, — сказал Нафанаил. — Теперь остаётся самое сложное. Пробраться в пультовую, чтобы нас не засекли. Ну, пожелай нам удачи и следуй за мной. Она нам понадобится».

Дальше, крадучись, они с Нафанаилом добрались до пультовой. Приходилось ещё по дороге останавливаться и прислушиваться. Но, в конце концов, они достигли нужной им двери и проскользнули внутрь.

— Хорошо. А теперь встань там, — Нафанаил указал на нарисованный на полу круг метрового диаметра, окружённый начертанным кольцом из рун, а сам подошёл к пульту управления. — Так, готово. — Сказал он через некоторое время. — Ну и в какое время тебя отправлять?

— А сразу после первого задания Турнира трёх волшебников. Как раз когда я в медицинскую палатку вошёл, — принял решение Гарри. — Нельзя же будет себя сразу умником-то выставлять. А постепенно их всех к этой мысли подвести нужно будет. Так что, пусть меня немного ещё дурачком посчитают. А я тем временем... Впрочем, не буду загадывать. Я готов. Отправляй меня.

Нафанаил выполнил на пульте ещё какие-то действия, видимо набирая дату и время, и пожелал, напоследок: «Удачи. И... не вздумай облажаться».

Потом сделал жест рукой, как будто бы нажимая на кнопку, и кольцо рун, начертанных около круга в котором стоял Гарри засветилось синим и оторвалось от пола. А затем начало вращаться, ослепляя Гарри своим сиянием. Его окружила магия, и создалось впечатление, что его подхватило и куда-то несёт. Какая-то сила. Только перед этим разобрало на мельчайшие составляющие и подвесило в виде облака. А потом уже это облако понесло... куда-то, направляемое ветром. Или не ветром. Но, что-то его направляло, с огромной скоростью.

Длилось это, к счастью, недолго. Сначала скорость стала замедляться, а затем его части, на которые он был разобран, стали сцепляться между собой. Гарри ощутил, как у него сначала появились внутренности и кости, потом — мышцы, потом всё это обтянулось кожей и выросли волосы. Затем, на то что получилось, наделась одежда, в которой он выступал на Турнире. И, наконец, он услышал очень знакомый голос. Говорила, разумеется, мадам Помфри.

«Драконы!» — возмущалась она, затаскивая Гарри внутрь. Палатку, кстати, разделили на два отсека занавесками. Сквозь которые проглядывала тень Седрика. А мадам Помфри осматривала у Гарри плечо, всё время возмущаясь: «В прошлом году дементоры, в этом драконы! А на будущий год кого ещё приведут?! Кого, я вас спрашиваю?! Тебе очень повезло, рана неглубокая. Сейчас я её обработаю и буду лечить».

Затем, как и в прошлый раз, она промыла рану ваткой, смоченной в красной жидкости. Тампон дымил и обжигал. Но мадам Помфри направила палочку на плечо, и боль как рукой сняло.

«Ну вот, минуту посиди спокойно, и можешь пойти узнать результат», — сказала она как закончила.

Впрочем, Гарри и не собирался вставать. Пока, во всяком случае. Прямо сейчас в палатку должны ворваться Гермиона и... Рончик. И, точно. Они и ворвались.

— Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Гермионы. Видно, она очень нервничала, на её щеках виднелись следы от ногтей. — Потрясающе, Гарри! Честное слово!

А Гарри смотрел на Гермиону и глаз не мог оторвать. После того как Нафанаил сказал ему, что она его вторая половинка, он стал смотреть на неё по другому. Но, надо было действовать. Он встал и сам обнял Гермиону.

— Спасибо, — поблагодарил он. — Но, ты же занешь, что половина этой победы точно принадлежит тебе. Без тебя я бы не справился.

А потом, наконец посмотрел на Рона, который был очень бледен и таращился на Гарри, как на призрака.

— Гарри, — на редкость серьёзно сказал он, — кто бы ни положил твоё имя в Кубок, я понял: он хочет тебя убить!

— Долго до тебя доходило, — заметил Гарри. — И что ты нам с Гермионой теперь скажешь? А то ты с ней вроде и не ссорился, но крови ты к неё за это время изрядно выпил.

Именно с этой фразы Гарри решил начать реализацию своего последнего шанса. И если Рончик не извиниться, а он скорее всего не извинится, то и пусть от своих родственничков огребёт. Потому что, так просто Гарри его прощать не собирался. А дальше будущее покажет. Да и вообще, планов, на это самое будущее у него много. Но, самое главное, была у него уверенность, что с Гермионой вдвоём они справятся. И, он точно выполнит наказ Нафанаила. Не облажаться!