В Тэджоне (джен)

— И как мне напроситься в гости к Чонгуку? — недоумевал Тэхен.

Намджун, Хоби и Ви сидели в гостиной Юнги с ним во главе стола. В связи с открывшимися обстоятельствами Чимина и Чонгука они не стали приглашать. Чонгука — потому что он сын главы полиции, в сны которого Тэ должен был проникнуть. А Чимина из-за его эмоционального и верного нрава. Он не умел хранить секреты от родных людей, а Чонгук был ему очень дорог и близок. Намджун рассказал им только половину из того, что они с Тэ и Хёнджином увидели в прошлом. Только до того момента, как появились полицейские. Чонгук решил, что ничего нового они не увидели: полиция и сама предполагала о маге, призывающем нечисть. Это была одна из версий.

— Если не получится честно, придется проникнуть в его дом с помощью магии, — предложил Намджун.

Юнги покачал головой:

— Уверен, их дом защищён от магического проникновения. И не только магического.

— Мне необязательно находиться в их доме, — успокоил заговорщиков Тэхен. — Но лучше всего оказаться как можно ближе.

Юнги отыскал в интернете фотографии дома семьи Чонгука и района, в котором он находился. Дом Чонгука стоял на пригорке, а ближайшие соседи жили примерно в тридцати метрах от него. В доме справа жила старая маразматичная леди Ян Юби — бывшая актриса. Поговаривали, что она уже года полтора никуда не выходит и не принимает гостей. И, в отличие от соседей Чонгука слева, не владеет магией, что было на руку Тэхену и компании. Тэхен решил, что уж со старой леди он справится сам, сможет её очаровать, как очаровывает всех представительниц женского пола.

— С Тэхеном — выяснили. А что насчёт призыва мёртвых? — Хоби с азартом глянул на Юнги и Намджуна. — Это самый простой способ узнать правду.

— Думаешь, полиция не использовала этот шанс раньше? — хмыкнул Намджун. — Это же стопроцентный результат для расследования, как ты и сказал.

— Поверь, мёртвых разговорить очень нелегко, — Хоби невидящим взглядом уставился в пустоту. — Это же не живой человек. Ты призываешь душу в мертвое тело, запускаешь на время умерший мозг и пытаешься разговорить вот это убогое нечто. Поднятые мертвецы соображают туго и очень невнятно разговаривают. Чтобы быть магом смерти, нужно иметь бесконечное терпение.

— А просто призвать душу недостаточно? — спросил Тэхен, удобно развалившись на диване.

— И как ты это себе представляешь? — усмехнулся Хосок. — Ну, призову я душу. Как я с ней буду говорить? У души же нет мозгов, только отголоски эмоций и чувств.

— Значит, то, что мы видели на месте преступления — не дух?

— Исключено, — категорично заявил Хоби. — Или это очень странный дух. Я, честно скажу, не знаю, что это. Никогда такого не встречал.

— Экспериментальная магия? — предположил Намджун.

— Скорее всего.

— Это не вайнахи? — спросил Юнги, кинув быстрый взгляд на Намджуна. — Громкое, может вселяться в людей.

— Я бы согласился, если бы не невидимость.

— Хоби, а как они выглядели? — Тэ приподнялся на локтях, чтобы лучше видеть мага.

— Они похожи на высоких костлявых людей с очень длинными корявыми пальцами.

— Лица словно истлевшие, — добавил Юнги. — Они очень громкие, насколько я помню из книг.

— И ещё у них есть длинные когти... Есть предположение, — Хоби вышел из-за стола и с удовольствием опустился в большое, мягкое кресло, — что их создали маги, призывая несколько душ одновременно. Грубо говоря, вайнахи — это мятежный дух, созданный из нескольких насильно призванных душ. Поэтому они страдают, не могут уйти за грань.

— Это очень похоже на то, что я чувствовал: боль и отчаяние. И злость одновременно, — Тэхен сел очень прямо. — И, как бы выразиться, я слышал их голоса только у себя в голове, а не живой звук. Несколько голосов предупреждали меня об опасности. Они как будто не хотели меня убивать, но не могли превозмочь свою злость.

— Или навязанную им волю, — обронил Намджун.

Парни пришли к выводу, что эта сущность похожа на вайнахи, только невидимая.

— Значит, нам нужно найти старого мага. Понятно почему его не могут найти, не могут почувствовать такую же ауру, как у убийцы. Потому что аура мага наслаивается на ауру вайнахи.

— Намджуни, ты сам будешь их искать? — насмешливо поинтересовался Хосок. — Почувствовать чужую ауру могут только примерно пять процентов магов во всём мире. Покажи мне хоть одного.

Намджун исполнил его просьбу сию же секунду. Он присел на диван рядом с Ви и со значением посмотрел на друга. Хосок даже привстал от удивления.

— А, понятно. Хм, тогда вы вполне можете найти убийцу. Старых магов в этом городе не так много. Я, как и любой зарегистрированный маг, наверное, смогу найти список магов этого города и округа.

— Именно, Хоби, "зарегистрированный". А если он, такой же как я, — не зарегистрированный?

Хоби неприятно удивился этому факту. Он не знал, что магия Ви не узаконена.

— Ладно, это твое дело, хотя я это не приветствую, — Чон хмуро поглядел на Тэ.

— Этот маг сумел подчинить себе полноценного вайнахи, сделать его невидимкой и заставить убивать, — обратился Намджун к другу. — Плюс он владеет атакующей магией. Какие у него должны быть способности, Хоба?

Хосок начал что-то записывать в блокнот, попутно объясняя:

— Маг смерти — это первая и самая важная зацепка. Защитная и атакующая магия. Это второе. Кстати говоря, смешение магии разного порядка — редкое явление. Маги смерти крайне редко владеют другими видами магии. Поэтому наш убийца — самородок просто.

— Как думаете, почему полиция так странно вела себя в том треклятом переулке? — Юнги развалился на маленьком диванчике возле двери.

В комнате повисла тишина, разбавляемая только тиканьем старинных часов. Намджун в десятый раз просмотрел запись Тэхена и хмыкнул. Его взгляд устремился куда-то вдаль. Рэпер представил себя на месте полицейских и подумал, что знает ответ.

— Мы слушаем тебя, — Тэхен залез на диван с ногами и всем корпусом повернулся к Намджуну.

Тэхен, пожалуй, был одним из немногих людей в жизни Намджуна, с кем его взгляды на жизнь, на музыку, искусство и другие вещи совпадали. Они легко и непринужденно нашли общий язык, но Намджун чувствовал некую, трудно различимую натянутость со стороны Тэхена. Чем это было обусловлено, он понять не мог. Но в то же время Ви каждый раз обращался к нему с подчёркнутым уважением и теплотой, что тоже удивляло, потому что они познакомились только три дня назад.

Намджун закрыл глаза и попытался вспомнить, о чём он думал перед тем, как его мысли перескочили на Ви.

— Ах да, — сказал он. — Думаю, Хёнджин прав. Полицейские маги почувствовали след от портала и попытались пройти тем же путём, поэтому и открывали и закрывали порталы раз десять. Но у них явно ничего не получилось. Они здорово злились.

— А что они искали тогда по кустам и даже на ветках деревьев? — Тэхени отпил лимонад из банки в его руке и опять повалился на диван. — Искали что-то очень маленькое, судя по их действиям. Они буквально перерыли все в этом переулке, даже снег растопили, а потом создали его.

— Искали подсказки? — предположил Юнги.

— Я тоже так решил, — согласился Намджун. — И они нашли что-то внутри ветки, когда разворотили одну из ёлок.

Хоби удивлённо поднял брови, а Намджун пояснил:

— Это значит, что этот маг подготовил сцену убийства. Он вложил в ветку послание для полиции, а только потом убил. И сообщил о месте полиции. Вот почему они так быстро там появились. А эта подсказка в ёлке относится к следующему убийству. Я так считаю. Вот почему полиция искала записку: хотят предотвратить новое преступление. Этот маг просто играет с ними.

Юнги заявил, что Тэхен должен в лепёшку расшибиться, но выудить из головы отца Чонгука всё что только можно об этих убийствах. Сноходец задумчиво кивнул.

* * *

Напроситься в гости к леди Юби не вышло. И Тэхен избрал путь более тернистый, но более желанный. Вообще, Тэхена немного пугало, что он так запросто нарушает законы в последнее время. Но это доставляло ему удовольствие. Давно он так часто не использовал магию. А это — ни с чем не сравнимое чувство свободы, силы и всплеск адреналина.

Юнги привез Тэхена к дому актрисы, а сам направился на кладбище, где его ждали Хоби и берсерк Намджуни — так про себя он называл своего нового знакомого. Пока Юнги добирался до места призыва, ему всё время мерещилось, что за ним кто-то следит. Неприятное ощущение от чужого взгляда жгло спину.

Намджун здорово переживал. Он ещё ни разу не участвовал в поднятии мёртвых, и боялся, что случится что-нибудь непредвиденное. Например, жмурик не захочет говорить или их кто-нибудь застукает. Вряд ли, конечно, ночью на кладбище можно встретить нормального гражданина, но ведь и ненормальных полно.

— Кстати, сколько дают за незаконный призыв мёртвых? — этот аспект очень интересовал Намджуна.

— Немного, если ты призываешь мёртвых только ради болтовни. Много дают только за опасных мертвецов, например, за некрофага.

— Что это за скотина?

— Вышшая магия шмерти, — прошамкал Хосок, жуя пирожок. — Можно слепить так что мало кто догадается, что это не человек.

— Ты шутишь, — Намджун подумал, что Хоби в своем репертуаре, но заметил серьезный взгляд друга и поежился. — Не хотелось бы встретиться с ним.

— И зря, было бы познавательно, — мечтательно улыбнулся маг. — Это что-то вроде живого мертвеца. У него и сердце бьётся, и мозги работают. Ты и не поймёшь, что рядом с тобой некротическое существо. Можешь даже с ним дружить несколько лет.

— Но для каких целей их создают?

— Ну, для разных. Кто-то чтобы усовершенствовать свои навыки, кто-то для убийства или шпионажа. Они не чувствуют боли, их невозможно расколоть. Зависит от установок, которые вложил в них маг.

Когда Юнги прибыл на место, поведал Хоби о своих ощущениях. Мастер Чон внимательно огляделся вокруг и отрицательно покачал головой:

— Из живых здесь только мы трое. За нами вообще никто не следит.

Намджун был с этим не согласен, но отвлекать парней своими страхами и подозрениями не стал. Он с замиранием сердца наблюдал, как Юнги снимает с себя ограничители в виде браслетов на руках. Юнги пояснил, что без них его магия вырывается спонтанно.

— Например, еда может скиснуть. Или у тебя на жопе появятся гнойники. Это же магия смерти, грязная магия.

— Красота, — Намджун в притворном восторге закатил глаза и по примеру магов надел маску, чтобы запах гниения ощущался не так отчётливо. Он осмотрел ребят и не смог сдержать смех. — Мы похожи на кретинов: ночью на погосте стоим в масках...

Хоби тоже прыснул. Он никогда не умел сдерживать смех, особенно если был хоть малейший повод для этого. Только он успокоился, посмотрел на Юнги и вновь прыснул в кулак.

— Давайте не ржать, парни, — попросил Юнги, — я не могу сосредоточиться.

Хоби с помощью магии скрыл их от посторонних глаз. Изобразил руками замысловатые пассы над могилой, и земля на ней исчезла, открывая не самое приятное нутро. Парни в полнейшей тишине таращились на того, кто лежал в гробу. Первым очнулся Юнги и долго, виртуозно ругался.