Всё смешалось в Малфой-мэноре, или Необыкновенный диван (гет)

Человек, отчаявшийся изменить свою запущенную жизнь, перед посторонними нередко пытается создать иллюзию контроля. Поэтому когда к Драко вломились две девочки, он невозмутимо сел и, скрестив руки, спросил:

— Чем обязан? Что-то случилось?

— Ну как бы тебе сказать. Когда человек три дня не выходит из комнаты, это несколько настораживает, — с упором сказала Астория.

— Я просто… кхм. Это моё дело, — отрезал он и попытался незаметно пригладить растрёпанные волосы.

— Твоя мать волнуется. Всё спрашивает, почему ты не приходишь обедать.

— С чего бы это… Я, в конце концов, имею право побыть один.

— И довести себя до полного истощения? Человеку, чтобы существовать — и не важно, одному или в обществе — нужны калории, строительный материал, витамины, — делилась Астория познаниями из области биологии. — И кислород. А у тебя даже форточка не открыта. И поскольку ты не в состоянии взять себя в руки…

— Да, я действительно не в состоянии взять себя в руки, — сдался Драко, поняв, что его раскусили. И в подтверждение своих слов снова лёг на бок, подложив ладони под голову. Часы неприятно затикали возле самого уха. — Я… я не понимаю, почему так. Я последние два года день и ночь работал на Тёмного лорда — сначала разрабатывал план покушения на директора, потом выступал в школе его представителем — и при этом ещё каким-то образом умудрялся учиться! А теперь вот не могу элементарно подняться с кровати. Не могу, понимаешь, лень пересилить.

Он вжался подбородком в грудь, будто прячась от свидетелей своей деградации. Он ничего не мог делать, и ему было невыносимо это осознавать. А Грейнджер за эти три дня наверняка успела протолкнуть пять новых реформ, отстроить половину Хогвартса, проштудировать всю целительскую литературу и вдобавок пару гобеленов вышить крестиком!

— Ты не лентяй. Просто у тебя выгорание, — подала вдруг голос девочка с русыми косичками.

— У меня… что? — он приподнялся и прислушался, а ещё впервые задался вопросом, кто же всё-таки такая эта явившаяся с Асторией незнакомка.

— Выгорание? Ты хотела сказать — «истощение»? — уточнила Астория.

— Нет… то есть, выгорание — это как истощение, только отнюдь не в физическом смысле… вообще я не очень в этом разбираюсь. Просто у одного из Александров с нашей фермы такое было: его взяли на работу в одну шикарную компанию — состоятельные клиенты, офис с компьютерами, все дела. И способности, как оказалось, у него незаурядные, и энтузиазма хоть отбавляй. Ну, вот он так пару лет работал, шагал по карьерной лестнице, а потом вдруг — бац! — и выгорание. И вот он и на работу ходит через раз, еле ноги волочит, от компьютера выть готов, клиенты разбегаются…

— С ума сойти… да ведь у меня то же самое! — воскликнул Драко с округлившимися глазами. Оказалось, что одолевшая его напасть преследовала и других — у неё было название! — Ну, а потом что было с этим Александром?

— А, ничего. С шикарной работы уволился, в деревню переехал, на ферму устроился — на тракторе ездить да коровник чистить. Теперь ходит счастливый… хотя так не у всех. У кого-то это выгорание само по себе проходит, без смены вида деятельности. Александр говорил, что главное — это давать себе отдыхать.

— Не-ве-ро-ятно, — проронил Драко. — Я тут себя за лень ругаю. А мне, как выясняется, отдыхать положено! Слушай, а ты точно не врёшь? — засомневался он вдруг.

— Не вру. Слово Малфоя, — весело поклялась девочка и спохватилась, заметив его удивление: — Ой, забыла представиться. Александра Люциановна Малфой, внебрачная дочь твоего отца и твоя единокровная сестра.

—- Да-а? Ну ничего ж себе… И когда ты успела в мэноре объявиться?

— Будешь затворником — ещё и не такое пропустишь, — сказала ему Астория, не сбавляя сердитого тона. — А если ты сейчас же не отправишься на кухню и не съешь свою долю овсянки, то я тебя туда левитирую и «Империусом» заставлю. Причём закон доброго самаритянина будет на моей стороне.

— Какого-то… не слишком доброго самаритянина, — промямлила Сандра, никак не ожидавшая, что ласковая Астория Гринграсс способна на подобные угрозы.

Затворник тем временем снял с запястья часы и положил на тумбочку.

* * *

— Вау, — отметил Драко, уплетая одновременно овсянку, омлет и бутерброд, — у меня даже как будто на что-то появились силы.

— Чудеса энергетического ресурса, — определила Астория, наблюдая за подопытным из-за принесённого на кухню пособия по подготовке к ЭЦС.

Сил, правда, хватило Драко лишь на то, чтобы к обеду привести себя в порядок. Справедливости ради, в аристократическом доме «привести себя в порядок к обеду» — многошаговая операция, занимающая немало времени и в обычных условиях, а уж если делать всё без помощи эльфов и к тому же не знать, где находится чистая мантия и куда делся гель для волос… По собственной оценке, Драко справился с задачей блестяще.

— Наконец-то изволили явиться, мистер Малфой, — шепнула ему Дафна в столовой, обращаясь к нему на «вы»⁽¹⁾ и тем не менее давая понять, что он у неё отнюдь не в милости. — Вы доставили леди Малфой немало огорчения своим отсутствием. Но теперь, я надеюсь, в вашей семье всё вновь пойдёт своим чередом.

— Ну, да, конечно, — с сомнением ответил Драко, подмечая, как поджимается рот матери каждый раз, когда в её поле зрения оказывается Сандра.

Не теряя надежды примирить наконец лорда и леди Малфой, после чая Дафна попыталась создать видимость идеальной аристократической семьи. Зная, что этот вечер лорд Малфой собирается провести дома, она как бы невзначай спросила его, не придёт ли он со своими бумагами в главную гостиную — чтобы работать там, пока его жена вышивает. «Вы, конечно, тоже можете составить нам компанию», сказала она Драко, и было слышно, что это не предложение, а наставление.

Астория тоже спустилась было в гостиную с пособием для подготовки к ЭЦС и с конспектами, но леди Малфой посчитала, что ей лучше пойти обратно в западное крыло, чтобы не отвлекаться. А вот Сандру, как главный источник раздражения леди Малфой, Дафна выставила самостоятельно — и тоже в «вежливой» форме:

— Сандра, я, верно, не ошибаюсь в предположении, что ты можешь занять вечер чем-нибудь таким, что не требует твоего пребывания в гостиной?

— Почему бы и нет, — добродушно пожала плечами Сандра, не поняв, что её выгоняют; её ответ был на несколько тонов громче шёпота Дафны. — Пойду пока… о, точно! Спилю оставшиеся ветки у садовых яблонь.

— Что-что? — леди Малфой подпрыгнула в кресле, едва не выронив пяльца. — Ты, девчонка, хочешь спилить наши яблони, наши прекрасные сортовые яблони?

— Нет, что вы, леди Малфой, — улыбнулась Сандра, — я говорю не про яблони, а про засохшие ветки. Их надо спилить, чтобы яблоням было легче расти. Я утром спилила одну из них на дрова…

Дафна буквально вытолкнула Сандру в коридор и захлопнула за ней дверь, но было уже поздно: ссора супругов обещала вспыхнуть в очередной раз.

Нарцисса собиралась было по привычке наброситься на мужа, но поняв вдруг, что рядом есть сын, переменила тактику.

— Как тебе это нравится, Драко? Твой отец привёл девчонку-полукровку, которая уродует наш сад и собирается спалить дом.

— Драко, — вздохнул Люциус, отрываясь от бумаг, — скажи матери, чтобы не делала бурю в стакане воды.

— Э-э-э… — нерешительно начал Драко. — Мам, по-моему, Сандра вполне…

— Так ты с ним вместе? — подняла брови Нарцисса. — Хорошо же вы спелись. Если вас из-за меня оправдали, так можно теперь об меня ноги вытирать? Для тебя, значит, тоже в порядке вещей, что за спиной у жены муж где-то гуляет?

— Ну-у, наверное, нет. Если люди не договаривались о свободных отношениях…

— Ты где таких слов нахватался?

— То есть, я хотел сказать, что папа всё-таки не прав…

— Сынок, — во вздохах Люциуса нарастало усталое раздражение, — неужели ты действительно осуждаешь отца за проступки двенадцатилетней давности? И как, по-твоему, разве справедливо продолжать обсуждение этой темы, когда мама сама уже решила вчера взять Сандру на воспитание?

— Ой! А вы посмотрите в окно, два павлина забрались на бортик фонтана и по очереди пьют воду! — попыталась разбавить обстановку Дафна, но Нарцисса только попросила сына:

— Драко, скажи папе, что даже наши павлины обладают некоторой тактичностью: они уступают друг другу фонтан, и никто из них не считает себя одного полноценным хозяином, никто не плюёт на чувства и потребности другого…

«А о моих чувствах, о моих потребностях хоть кто-нибудь здесь будет думать? — возмутился Драко. — У меня выгорание, мне отдыхать положено, а не стоять посредником меж двух огней!» Ему захотелось куда-нибудь уйти, но Дафна специально так положила конец своего самовяжущегося покрывала, что ему пришлось бы через него переступать, да и дверь была закрыта — улизнуть незаметно не было никакой возможности.

По крайней мере, сейчас.

* * *

— Вы, двое, — голос Дафны сотрясал стены западного крыла мэнора. — Вы что натворили с Драко, а?

Астория спряталась за пособием, и Сандра ответила за обеих:

— Ну-у, мы оказали ему психологическую поддержку.

— Ах, вот оно что. Ты сначала эльфов, а теперь и благородного наследника на бунт подбила. Так вот к твоему сведению к концу семейного вечера в гостиной он мне шепнул, что собирается завтра бежать.

— Ой, правда? — радостно воскликнула Сандра.

— Да! И раз ты в этом виновата, то ты должна его отговори…

— Я… я с ним пойду. Всегда мечтала убежать как-нибудь из дома! А в компании с братом это будет гораздо веселее!..

— Астория! Ты видишь, что творится? Да прими ты наконец мою сторону: тебя эта девчонка хоть иногда слушает!.. Астория, ау! Эх, тебе бы только к экзамену готовиться…

Перед тем, как ложиться спать, Дафна строго-настрого запретила Сандре осуществлять свой план и приказала любыми способами повлиять на Драко. Объяснила, что побег сына окончательно разобьёт сердце и без того несчастной леди Малфой. А поскольку Дафна отнюдь не была уверена, что Сандра внемлет её словам, то решила завтра весь день не спускать глаз с обоих юных Малфоев.

Однако когда она назавтра проснулась, диван, на котором ночевала Сандра, был пуст; опустела и комната Драко.

Они сбежали перед самым рассветом.

1) Да, в английском языке местоимения "ты" и "вы" заменены общим "you". И тем не менее даже в Англии можно быть с человеком на "ты" или на "вы".

Вернуться к тексту