А это точно курорт (джен)

Лучи бразильского солнца, казалось, не просто светили, а лились на Натал густым, тёплым мёдом, отражаясь от белоснежного фасада нашего отеля категории «пять звёзд». Всего пятнадцать минут неспешной прогулки по променаду, усыпанному яркими цветами, — и мы уже чувствовали под босыми ногами горячий, мелкий песок главного пляжа Прайя-ду-Форте. Океан простирался до горизонта, переливаясь всеми оттенками бирюзы и кобальта, а его мощный, ритмичный гул обещал прохладу и забвение.

Первым нарушил идиллию Дерву. Он лениво потянулся и, щурясь от яркого света, бросил в пространство:

— Ну не знаю... Мне вообще делать нечего. Поэтому я — не в море.

С этими словами он безразлично подошёл к ближайшему свободному лежаку, плюхнулся на него и погрузился в экран своего смартфона. Тень от широкой соломенной шляпы скрыла его выражение лица.

— Я тоже как-то не горю желанием, — поддержал его Тхаг, расстилая полотенце. — Посижу тут, позагараю. Идеальный план.

Он нанёс солнцезащитный крем, закрыл глаза, подставив лицо солнцу, но полного расслабления не получилось. Остальные — Алм, Ден, Фат, Хок и Саинс — с шумом и смехом, намазавшись кремом, ринулись в накатывающие волны. Вскоре доносились их возгласы: они плескались, ныряли с разбега и даже отваживались прыгать с невысоких деревянных мостков, которые вели к рыбацким лодкам.

— Эх, ладно, — прошептал себе под нос Тхаг, пытаясь найти удобную позу. — Тут я от солнца отделался только кремом... А кстати. Дерву, че ты там делаешь? Нафиг поехал, в телефоне копаешься?

Дерву лишь мотнул головой, не отрываясь от экрана, что явно означало «отстань». Тишина, нарушаемая только криками чаек и далёким смехом друзей, начала тяготить Тхага. Он встал и решил прогуляться вдоль кромки прибоя, размышляя, чем бы себя занять.

Проходя мимо открытого кафе, где по телевизору крутили новости, он замер на мгновение. На экране мелькали тревожные кадры. Ведущий со строгим лицом говорил на португальском, но бегущая строка на английском дублировала шокирующую информацию:

«СРОЧНЫЕ НОВОСТИ. Штамм ГРИП-7 достигает Франции: уже 3 миллиона заражённых. В США число случаев возросло до 28 миллионов. Карантин введён во Франции и по всей Северной Америке. Внимание: вирус поражает ЦНС, вызывая крайнюю агрессию. Передаётся через укус или биологические жидкости. Одновременно ураган «Лефиофан», сменивший траекторию, приближается к побережью Бразилии и, по прогнозам, вновь вернётся к США. Ожидается прохождение шторма вблизи курортного региона Натал...»

Соседний столик огласился вздохом. Сидевший там мужчина в панаме отхлебнул мохито и бросил вполголоса, скорее себе, чем кому-то:

— Эх, дела... Жаль, конечно, этих людей. Но мне повезло — завтра улетаю. И хорошо, что этот ураган, похоже, нас только краем зацепит.

Он допил напиток и направился в сторону отелей.

Новости оставили неприятный осадок, но мысли о вирусе где-то за океаном быстро растворились в здешней реальности. Тхаг почувствовал жажду. Он заметил небольшую, ярко раскрашенную лавку со снеками и напитками.

— Здравствуйте, можно у вас что-нибудь купить? — спросил он, подходя к стойке.

— Boa tarde! Конечно, — улыбнулась жизнерадостная бразильянка. — У нас много закусок и напитков. Вот меню.

Тхаг скользнул взглядом по списку. «Арбузные лепешки... интересно. Но, пожалуй, возьму вот это печенье с шоколадной крошкой и... бананово-манговое смузи. Да, звучит здорово».

— Дайте, пожалуйста, мангово-банановое смузи и это печенье. Сколько с меня? — он уже достал кошелёк.

— Tudo bem! Сейчас приготовлю. С вас 20 реалов (это около 4 евро), — ответила продавщица и принялась за блендер.

Именно в этот момент его внимание привлекла странная сцена чуть поодаль, у парковки. К маленькому мальчику, построившему песочный замок, подошёл мужчина в просторной рубашке.

— Эй, мальчик, хочешь конфетку? — прозвучало неестественно сладким тоном.

— О, давай! — радостно откликнулся ребёнок.

— Держи. А знаешь, у меня дома — целая коробка таких. Пойдём, я тебе дам. Вон с тем дядей, — мужчина указал на микроавтобус с тонированными стёклами, где у passenger seat виднелась вторая фигура. Его рука легла на плечо мальчика, мягко, но неотвратимо направляя его к машине.

Ледяная волна прокатилась по спине Тхага. Он отставил неподошедший ещё заказ и сделал несколько быстрых шагов вперёд.

— Эй! Что вы делаете с ребёнком? — его голос прозвучал резко и громко, привлекая внимание нескольких прохожих.

Мужчина в рубашке резко обернулся. Его приветливая маска сменилась злой гримасой.

— А тебе-то что? Схватки хочешь, курортный герой?

Он размашисто двинулся на Тхага, но тот, обладая отработанными годами тренировок рефлексами, не стал уворачиваться. Вместо этого он встретил атаку точным, жёстким апперкотом в солнечное сплетение. Воздух с шумом вышел из лёгких нападавшего, он сложился пополам, и тут же последовал контрольный боковой удар в челюсть. Мужчина рухнул на песок, изо рта потекла струйка крови.

В этот момент из микроавтобуса выскочил второй, более коренастый. Он налетел с криком, но Тхаг, используя инерцию противника, ловко провёл бросок через бедро. Тот тяжело приземлился, но сразу попытался вскочить. Первый, откашлявшись, с яростью в глазах подобрал валявшуюся металлическую ножку от лежака и со всей силы опустил её на выставленную для защиты руку Тхага. Тот почувствовал острую боль и увидел, как рукав футболки моментально пропитался алым.

Адреналин заглушил боль. Пропустив шок от удара, Тхаг рванулся вперёд, захватил голову нападавшего с «ножкой» в железный захват и, сделав резкий рывок, бросил его на землю. Два-три жёстких, акцентированных удара — и тот затих. Второй, воспользовавшись моментом, ударил Тхага ногой в спину, отправив того на колени, и навалился сверху, пытаясь добить. Но Тхаг, собрав волю в кулак, сделал резкий мостик, перевернул противника, молниеносно захватил его руку и вывернул кисть в неестественное положение. Раздался неприятный хруст, сопровождаемый воплем, который тут же стих — человек потерял сознание от болевого шока.

Вокруг начала собираться толпа. Послышались крики, кто-то звонил в полицию. Задыхаясь, Тхаг поднялся, прижимая окровавленную руку. Мальчик, бледный и испуганный, смотрел на него широко раскрытыми глазами.

— В-всё... ваш заказ готов, — донесся до него нервный, дрожащий голос. Продавщица из лавки стояла с пластиковым стаканом и бумажным пакетиком, глядя на происшедшее с ужасом.

— О... спасибо, — Тхаг сделал шаг, заплатил, взял смузи и печенье. Затем он подошёл к ребёнку, открыл дверцу микроавтобуса — внутри никого не было — и мягко сказал: — Иди быстрее к родителям, хорошо? Тот, кивнув, пулей помчался в сторону отелей.

Тхаг вернулся к лежакам. Друзья, услышав шум, уже вышли из воды и с изумлением смотрели на него, на его окровавленную руку и на двух недвижимых тел неподалёку, к которым уже сбегались люди в форме.

— Тхаг! Что случилось?! — первым спросил Алм.

— Ничего... Разобрались, — отмахнулся Тхаг, быстро допивая смузи и заедая печеньем. Боль начинала настойчиво напоминать о себе. — Давайте отсюда. Полиция разберётся.

— А мы куда? — спросил Фат, всё ещё не оправившись от зрелища.

— На аттракционы, забыл что ли? План же был, — напомнил Алм, пытаясь вернуть всё в нормальное русло. В его голосе звучала тревога, но он старался её скрыть.

— А, точно, — машинально откликнулся Тхаг.

Через несколько минут, наскоро перевязав руку купленным в ближайшей аптеке бинтом, они уже подходили к входу в большой прибрежный парк развлечений. Картина была сюрреалистичной: яркие краски, весёлая музыка и крики с американских горок контрастировали с только что пережитым кошмаром.

У входа их встретил улыбчивый охранник.

— Bem-vindos! Проход абсолютно бесплатный, как и все развлечения сегодня! Акция!

— О, это круто! — оживился Ден. — Тогда пошлите на вон те американские горки, самые высокие!

Они уселись в вагонетки, защелкнули ремни. Запуск задерживался.

— А почему мы не едем? — начал недоумевать Саинс. — Интересно, он что, сл...

Его слова превратились в протяжный вопль, когда состав с диким рывком сорвался с места и ринулся вниз по почти вертикальному спуску. Ветер свистел в ушах, мир вокруг превратился в мелькание цветных пятен.

— А-А-А-А! Хотя... не так страшно! — пытался кричать Тхаг, но его голос срывался на виражах. — О, кажется, замедляемся... А, НЕЕЕЕЕТ!

Вагонетки вновь рванули вперёд, входя в мертвящую петлю. В самые странные моменты экстремального стресса сознание начинает играть злые шутки. Тхагу почудилось, что он слышит голос Дена, но не здесь и сейчас, а будто из какого-то забытого сна:

«...Алм, ты идёшь добывать камень... И ты, Фат, идёшь за мясом... Дальше... ты, Тхаг...»

— Погоди, ты о чё... А-А-А-А-А! — это кричал уже Фат, в ужасе вжавшись в сиденье. Позже он объяснил, что ему на секунду померещилось, будто он падает не с горки, а в яму, кишащую пауками.

— Бро, ты серьёзно? Что тут страшного? Только круто! У-у-у-х! — подбадривал его Хок, но его вопль слился с общим, когда горки сделали ещё один сумасшедший вираж.

— А-а-а... Да я не из-за горок! Просто... снова сон приснился, хотя я даже не засыпал! — выкрикнул Фат в оправдание.

— Понял... почему! — еле выдохнул в ответ Хок.

Наконец, состав, шипя тормозами, остановился на станции. Все вышли на шатких ногах, смеясь через силу, пытаясь сбросить нервное напряжение.

— Так, дальше — на ту штуку! — Ден указал на башню свободного падения. — Погна!

Ещё несколько минут адреналиновой терапии, и мир снова закружился перед глазами. На вершине падающей платформы, в секунду невесомости перед рывком вниз, Тхагу снова мелькнуло видение: в толпе внизу он на миг увидел высокого мужчину в лабораторном халате, который смотрел прямо на него с холодной, изучающей ухмылкой. Мгновение — и его не стало, будто и не было.

Чтобы прийти в себя, компания выбрала неспешное колесо обозрения. Поднимаясь в стеклянной кабине над вечереющим Наталом, они молчали, наблюдая, как загораются огни на улицах и яхтах в марине.

— Знаете что, —打破л тишину Алм. — Завтра надо что-то спокойное. Давайте арендуем яхту. Небольшую. И выйдем в океан часов на десять. Отдохнём от всей этой... суеты.

Идея была встречена единодушным, уставшим одобрением. Договорились встретиться у причала ровно в 10:00.

Поужинали они уже почти в тишине, каждый переваривая события дня: и солнечную безмятежность утра, и тень глобальной угрозы из новостей, и вспышку насилия на песке, и калейдоскоп ужасов и восторгов на аттракционах. Разойдясь по своим номерам в роскошном пятизвёздочном отеле, который вдруг показался не такой уж и надёжной крепостью, они понимали: отпуск принял неожиданный оборот. А завтрашний день, с его безбрежным океаном, таил в себе неизвестность, которая уже не казалась столь безмятежной. Следующий день действительно обещал быть сложным, но по причинам, которые они пока даже не могли представить.