Плач Снега и Магии (гет)

Понедельник, 31 мая 1993 г.

Шелудивое двуногое существо недовольно оскалило зубы, глядя на письмо, отчего пришлось бросить на него недовольный взгляд и ухнуть с предупреждением. Угощения так и не поступило, и пять минут спустя неблагодарный остроухий коротышка привязал к лапке свиток пергамента.

  Верёвочка была завязана слишком туго, поэтому обидчик получил за это крылом, а сам он подпрыгнул в воздух, прежде чем двуногий успел нанести ответный удар. Спустя несколько мгновений он покинул каменное жилище и теперь рассекал приятный ночной воздух над каменным лесом.

  П*С*И*М

Гарри проснулся в четыре утра по своему новому тренировочному режиму, от заклинания будильника, которому Гермиона научила его прошлой ночью. Заклинание было достаточно простым: наложи единожды на свою подушку, и оно начнёт вибрировать через час, наложишь несколько раз, и оно начнет вибрировать через столько часов, сколько раз ты его наложил. В кои-то веки он не чувствовал голода, благодаря настоящему пиршеству из мяса василиска, которое отведал вчера вечером. Более того, он чувствовал себя отдохнувшим и полным энергии.

Рассвет в Шотландии наступал довольно рано, напоминая ему о Севере. После просмотра ритуала Охотника, который поглотил Призрак, и который, в чём Гарри теперь уверен, являлся частью магии Риддла, его короткий сеанс сновидений в целом был посвящён полётам с Хедвигой. Поначалу чувство выходило странное, но не неприятное. Варговство (в ориг. skinchanging, и я не знаю, как это перевели в книгах, так что можете тут подсобить.) уж точно было из тех разновидностей магии, что вышли из Вестероса, а не из Британии. Он искренне сожалел, что так и не исследовал эту связь с Призраком, когда был Джоном, но что уж тут поделаешь? Он барахтался в потёмках и занимался куда более серьёзными проблемами. Его опыт с магией в целом на Стене и за её пределами выходил не самым лучшим, поэтому он даже углубляться в подобные вещи не желал.

Гарри покачал головой: чего уж плакать над пролитым зельем? Он встал с кровати, надел кроссовки и слаксы, взял из чемодана мантию с палочкой и спустился в Комнату.

Обнаружение потайных входов и выходов из Комнаты стало для него приятным сюрпризом. Помимо одного, ведущего в Запретный лес, и другого, ведущего к озеру, — которые, как он предположил, использовались василиском для охоты, когда тот был намного меньше, — в дополнение к туалету Миртл обнаружилось ещё два потайных хода. Один вёл во внутренний двор часовой башни неподалёку. Другой — в подземелья рядом с заброшенными классными комнатами напротив лестницы. К счастью, особо часто никто эту часть подземелий не посещал.

Чтобы открыть оба секретных хода, требовалось владеть парселтангом, и Гарри полагал, что всё, что связано со Слизерином, также требует знания языка змей. Как удобно.

Гарри пробрался в Комнату через внутренний двор Часовой башни, скрытый под мантией. Он даже половины лабиринта туннелей и комнат внизу не исследовал, и вполне возможно, что там имелись и другие проходы, которые ещё предстояло обнаружить, но это дело на потом.

Придя в Комнату, он обнаружил, что Добби всё ещё возится с василиском. Гарри с удивлением уставился на отважного эльфа — казалось, будто тот вообще не уставал.

— Добби, а тебе отдыхать не нужно?

— О нет, сэр. Добби проспал целых полчаса! Добби никогда не чувствовал себя таким отдохнувшим! Великий Хозяин Гарри Поттер силён, а теперь и Добби тоже!

Странный ответ, но по части домовиков почти всё казалось странным, так что Гарри воспринял это спокойно. Он был уверен, что Гермиона попыталась бы выудить из бедного эльфа информацию, будь она на его месте, но Гарри предпочёл эту тему не затрагивать, пока у Добби с этим не возникало проблем.

— Старайся хорошенько отдыхать, — сказал Гарри со смешком. — И, если тебе что-нибудь понадобится или возникнут проблемы, обращайся ко мне.

Если уж на то пошло, то Гарри уж точно не хотел, чтобы у Добби появились какие-либо мысли о том, чтобы справляться с «проблемами» самостоятельно. Он содрогнулся при одном лишь воспоминании об убийственных попытках бедняги «спасти его».

Эльф взволнованно кивнул, а Гарри начал разминаться. Бегать можно в Комнате, но он бы здесь предпочёл тренироваться. Когда наступит шесть утра и закончится комендантский час, он сможет побегать по территории школы, если только не пойдёт дождь. Методы тренировок в этом мире несколько отличались от тех, что он использовал в Винтерфелле, но, с другой стороны, здесь и оружием владеть не учили. Жаль, что у него нет манекенов, чтобы отрабатывать удары. Для этой цели ему также придётся научиться трансфигурировать что-нибудь подходящее.

Вчера Гарри обнаружил, что обладает отличной выносливостью. После нескольких часов работы с тушей он почти не чувствовал усталости. Пусть это и могло быть связано с количеством съеденного мяса, но упоминание о ритуале в дневнике навело его на мысль, что, возможно, он неосознанно этот ритуал активировал. Мадам Помфри понятия не имела, что вызвало эти изменения, но оставалась уверена, что они доброкачественные.

А пока он надеялся, наконец, утомить себя сегодняшней экстремальной тренировкой и отыскать пределы своих возможностей.

  П*С*И*М

Гермиона зевнула, выходя из своей комнаты в общежитии. Засиделась вчера допоздна с лёгким чтивом в постели. Соседки по комнате оставили её в покое, не желая тревожить в горе. По крайней мере, так она предполагала. Вчера она так и не встретилась с Гарри, но он доставил ей сообщение о встрече в Большом зале за завтраком ранним утром.

Ещё и восьми утра не пробило, поэтому неудивительно, что гостиная почти пустая, особенно из-за отсутствия занятий. Она заметила лишь нескольких старшеклассников, которые вместе тихо готовились либо к СОВ, либо к ЖАБА.

Вход в гостиную открылся прежде, чем Гермиона успела к нему подойти, и насквозь промокший Гарри Поттер, ковыляя, протиснулся внутрь, привлекая её внимание.

— Гарри! Вот ты где. Что ты делал снаружи? Почему ты такой мокрый? Ты в порядке? Ты дышишь тяжелее, чем обычно.

Гарри усмехнулся, услышав шквал вопросов.

— Ну, по порядку: я устроил пробежку, потом решил искупаться в озере, я в порядке, но немного устал, потому что мне пришлось побороться с гигантским кальмаром. Проиграл в пух и прах, но обязательно снова к нему вернусь.

Гермиона уставилась на дерзкую улыбку своего друга, потеряв дар речи. Прежде чем она смогла собраться с мыслями, чтобы ответить, Гарри рассмеялся и направился в свою спальню.

— Дай мне несколько минут, чтобы переодеться и принять душ, а потом пойдём завтракать.

  П*С*И*М

Они направились в Большой зал под гнётом множества взглядов и зевак. Многие студенты пытались с ними заговорить, но Гарри был не в настроении развлекать этих непостоянных людей, показавших себя ненадёжными друзьями.

До Гарри наконец-то дошло, чего он на самом деле стоит как мальчик-который-выжил. Та встреча с Министром Магии стала поистине поучительной.

Приближаясь к Большому залу, они услышали болтовню и шум, а когда вошли внутрь, уровень шума значительно снизился, пока Гарри обводил их всех взглядом.

Он посмотрел на сидящих учеников, начиная справа от себя, за столом слизеринцев, где Малфой бросал на него полный едва сдерживаемой ненависти взгляд. Он не чувствовал ни сожаления, ни жалости со стороны этого мерзавца, пусть Гарри они и не нужны. Он не забудет, каким бессердечным был этот мальчишка в прошлое Рождество, когда надеялся на смерть Гермионы. Не обращая на него внимания, он перевёл взгляд на остальных слизеринцев, чувствуя странную смесь жалости, страха, благоговения и раздражения, исходящую от них.

Глаза переместились к столу Рейвенкло. «Факультет книголюбов», как называли его некоторые из сокурсников Гарри, выглядел не слишком уж обеспокоенным катастрофой, с которой столкнулся Хогвартс. Судя по всё ещё не утихшим перешёптываниям, они были в основном обеспокоены отменой экзаменов. Несомненно, с нетерпением ждали возможности на тех по праву отличиться, похвастаться и утереть нос всем другим факультетам. Такие… детские мотивы должны быть ниже их достоинства.

Хаффлпаффцы, наоборот, оказались какими-то подавленными. Нюх подсказал ему, что все они почувствовали страх и сожаление, когда встречались с ним глазами. Его взгляд наткнулся на одного светловолосого мальчика с его курса, главного распространителя слухов, ходивших вокруг Гарри. Макмиллан даже на него не глянул, заставив Гарри фыркнуть. Да, мальчишка извинился после того, как Гермиона оцепенела, но теперь уже вполне понятно, что это была всего лишь обычная публичная банальность, едва ли символическая попытка загладить свою вину, за которой не скрывалось искренности.

Всё это заняло у Гарри не более двух-трёх секунд, прежде чем он подвёл Гермиону к гриффиндорскому столу. Многие ученики выразили ему и Гермионе соболезнования, а другие даже предложили ему присесть рядом. Факультет Храбрецов не острацировал его за то, что он змееуст, как вся остальная школа, но и помогать не стал. Большинство из них предпочли не обращать внимания на его бедственное положение, но друзья на факультете у него всё равно остались.

Гарри поприветствовал нескольких отдельных в ответ и направился к своим однокурсникам. Дин и Симус сидели напротив Невилла, направленного спиной к стене. Гарри подсел на свободное место рядом с Невиллом.

— Доброго, Гарри,

— Утречка.

— Доброе утро. Всё в порядке, Невилл? Дин? — затем Гарри повернулся к Симусу, который кивнул в знак приветствия.

— В порядке. Не хотел тебя вчера будить, выглядел ты измотанным. О, и доброе утро, Гермиона. Рад, что ты вернулась!

Гермиона села справа от него, прежде чем ответить на приветствие.

Гарри не очень-то хотелось разговаривать на пустой желудок, поэтому он занялся завтраком, пропуская разговоры мимо ушей. Несколько минут спустя Лаванда, Фэй и Парвати присоединились к ним за столом, тем самым завершив общее собрание одноклассников. Гарри с грустью отметил, что после смерти Рона соотношение между мальчиками и девочками в Гриффиндоре уравнялось. Он побалтывал со своими друзьями, поглядывая на окна. Гермиона, беседовавшая с Лавандой, похоже, обратила на это внимание.

— Ждёшь сову, Гарри?

— Хедвига вот-вот должна прилететь, — Гарри перевёл взгляд на свою пустую тарелку и снова наполнил её. Он почувствовал на себе пристальный взгляд со стола напротив и заметил, как на него смотрит светловолосая хаффлпаффка его возраста. Он узнал в ней Ханну Эббот, но она тут же отвела взгляд, когда всё заметила, и завела разговор с рыжеволосой девушкой, сидевшей рядом. С рыжими волосами любопытного оттенка, которые Джон видел всего однажды. Ручейки крови точь-в-точь как у…

— Привет, Гарри! — раздался сзади писклявый голос, и Гарри подавил стон.

— Привет, Колин. Рад снова видеть тебя на ногах.

— Спасибо, Гарри. Я сожалею о том, что случилось с Роном, и хотел передать тебе это, — Криви вручил Гарри пачку фотографий, и, к его приятному удивлению, в основном там оказались фотографии его самого и Рона, с Гермионой на некоторых. Он держал их с благоговением, никак такого не ожидая. Переполненный радостью, он даже не стал расспрашивать, как Колину удалось их сделать.

— Спасибо, Колин. Я ценю это, правда, ценю, — Гарри меланхолично просматривал фотографии. Когда он увидел, как Рон машет ему с фото, его глаза чуть не затуманились. Гермиона наклонилась поближе, чтобы получше всё рассмотреть. Гарри нехотя почувствовал её дыхание на своей щеке, когда она практически его обняла.

Он не мог не почувствовать неловкости. Пусть она и его подруга, но ещё и девушка, и слишком близко к нему. Благодаря воспоминаниям Джона, он прекрасно понимал, что что тут и к чему.

Гарри мысленно покачал головой: проклятый пубертат! Он понял, почему его взгляд блуждал по нескольким из девушек в округе. Вздохнув, он вернулся к фотографиям и отдал их Гермионе на хранение в сумке.

— Мистер Поттер.

Прежде чем Гарри смог продолжить трапезу, сзади послышался ещё один голос, и, обернувшись, он увидел, как к нему приближается невозмутимая заместитель директора. В её обычно чёрных волосах проглядывалось несколько седых прядей, а на лице за ночь прочертилось несколько редких морщинок. Судя по всему, смерть Рона затронула куда больше людей, чем он предполагал.

— Да, профессор?

— Я хотела бы переговорить с вами и мисс Грейнджер, пожалуйста. Мистер Криви, у вас есть двадцать минут, чтобы закончить завтрак и встретиться со мной в моём кабинете для коррекционных занятий. Вы пропустили почти весь учебный год, и нам нужно с вами прямо сейчас всё наверстать. Мистер Поттер, мисс Грейнджер, следуйте за мной. Это займёт всего нескольких минут.

Гарри посмотрел на свой недоеденный завтрак, вздохнул и встал. Гермиона последовала его примеру.

— Не переживай, Гарри. Мы застолбим твоё место, — торжественно пообещал Финниган.

— Спасибо, Симус, — Гарри благодарно кивнул своему соседу по комнате, прежде чем повернуться к Макгонагалл. — Ведите, профессор.

Они направились в зал трофеев, прежде чем Макгонагалл повернулась к ним.

— Я получила весточку от Уизли, — просто начала она, и Гарри услышал, как Гермиона резко вздохнула. — Похороны юного Рональда состоятся завтра в полдень. Естественно, вы оба приглашены. Если вы согласитесь, я сопровожу вас на кладбище в Оттери-Сент-Кэтчпоул для похорон, а затем в Нору на поминки.

Гарри внезапно осознал, что он никогда раньше не был на похоронах. Да, Дозорные умирали в большом количестве, но он не чувствовал с ними близости, особенно после предательства. Все Старки умерли, пока он стоял на Стене. Рона не стало, и теперь у него есть шанс с ним попрощаться. Его глаза затуманились, и ему пришлось сглотнуть, чтобы справиться с болью в горле. Гермионе пришлось ничуть не легче.

— Конечно, я пойду, профессор, — удалось ему обрести дар речи. — Я не знаком с магическими похоронами, поэтому буду признателен за инструкции, если мне что-то понадобится сделать.

Макгонагал кивнула и повернулась к Гермионе.

— Я тоже пойду. Рон был моим другом, и я хотела бы быть там вместе с остальными Уизли.

— Тогда, пожалуйста, будьте готовы завтра к двум часам дня. Можете надеть свою школьную мантию, и, если вам понадобится помощь или возникнут какие-либо вопросы, моя дверь всегда открыта.

Гарри пришлось подавить смешок, пока Гермиона задавала Макгонагалл дополнительные вопросы.

«Дверь всегда открыта? Тогда почему всякий раз, когда больше всего в этом нуждаешься, ты оказываешься такой бесполезной?»

Что его по-настоящему расстроило, так это то, что он чувствовал со стороны Макгонагалл искреннее сожаление и сочувствие. Похоже, она понимала, что отчасти виновата в смерти Рона. Именно она побудила Локхарта отправиться в Комнату.

«Забудь. Сейчас не стоит гневаться».

И с огромным усилием, но ему всё же удалось успокоиться и уловить суть разговора. Дамблдор на похоронах присутствовать будет, но не на поминках. Они с Гермионой были единственными учениками, не считая подруги Джинни, которые туда явятся. Приедут все Уизли, даже старшие братья Рона, а также другие родственники. Гарри почувствовал некоторое беспокойство от присутствия такого количества незнакомых людей, но взял себя в руки. Рон заслужил хорошего последнего прощания.

Как только Гермиона закончила свой разговор с заместителем директора, они вернулись в Большой зал и продолжили завтракать. Гарри поговорил со своими соседями по комнате и не мог не заметить, что на самом деле мало чего о них знает, кроме самых простых вещей. Симус был ирландцем-полукровкой с отцом-маглом, Невилл — чистокровным и жил со своей бабушкой, а о Дине почти ничего и не известно, кроме того, что он маглорождённый и футбольный болельщик Вестхэма.

Внезапно Гарри уставился в окно и заметил влетевшую Хедвигу. Он быстро очистил стол, оставив на нём тарелку с беконом и другие угощения, которые он приберегал для птицы.

Вскоре она влетела в зал, сопровождаемая целой стаей сов.

— Привет, девочка. Надеюсь, полёт тебе понравился, — Хедвига вытянулась, когда он гладил её шелковистые белоснежные пёрышки, прежде чем поднять лапку, чтобы он забрал письмо. Освободившись от своей ноши, она быстро запрыгнула на тарелку и принялась есть.

— Гарри, а сова у тебя хорошо обучена, — в восхищении заметил Невилл. — Можно её погладить?

Гарри уже открывал письмо из Гринготтса, когда вдруг остановился и почувствовал эмоции Хедвиги от этой идеи.

— Можешь попробовать. Если Хедвиге понравится, она тебе разрешит. Если же нет… что ж, я могу лично поручиться за мастерство мадам Помфри в целительстве.

Он улыбнулся мальчику, затем углубился в чтение письма, прежде чем с отвращением скривить лицо. Гермиона нерешительно наклонилась через плечо Гарри, чтобы прочитать написанное, а Гарри повернул пергаментный свиток, чтобы ей стало лучше видно, и она от содержимого нахмурилась.

Невилл тем временем отшатнулся от совы и вместо этого обратил внимание на выражение их лиц и печать на выброшенном конверте.

— Проблемы с гоблинами?

Гарри сдержался, чтобы в негодовании не разорвать письмо, и вместо этого сложил его.

— Чёртовы ошалелые гремлины содрали с меня целый галлеон за банковскую выписку! Затем ещё один за «расходы на доставку», не принимая во внимание, что я не пользовался ни одной из их сов, и ещё один галлеон за «напрасную трату их времени». Почему мы вообще оставляем с ними наше золото?

Невилл неловко улыбнулся:

— Я тебя понимаю, Гарри. Бабушке они тоже не нравятся. Честно говоря, я сомневаюсь, что они вообще нравятся кому-либо. И всё же, нельзя отрицать, что они обеспечивают лучшую для нашего золота и ценностей защиту в Британии. Понятно, что золото можно хранить и у себя дома или в других местах, но если тебя ограбят, то вина будет полностью на тебе.

Гермиона выглядела ошарашенной:

— Что? Но я думала, что предотвращение преступлений — это работа авроров, а кража — это ведь преступление, верно?

Лаванда, сидевшая справа от Гермионы, выбрала именно этот момент, чтобы вмешаться в разговор:

— О, дорогуша, кража, безусловно, считается преступлением, но ни один волшебник или ведьма с палочкой никогда не признается, что они не смогли установить в своём доме необходимые меры защиты, чтобы обезопасить свои ценности, — она хихикнула, и её глаза цвета мёда наполнились весельем. — Папуля рассказывал мне, что авроры обычно занимаются пресечением тяжких преступлений или следят за соблюдением правил. Если ты не спонсируемое министерством предприятие или не являешься членом Визенгамота, то в случае сообщения о краже они лишь натрещат тебе с три короба. А за дело возьмутся только в том случае, если преступление совершат прямо у них под носом… или если у тебя есть связи в ОМП, если понимаешь, о чём я.

Гарри сжал кулаки, размышляя над словами Невилла и Лаванды, в то время как Гермиона расспрашивала одноклассников о том, как устроено магическое общество. Сам Гарри чувствовал бы то же самое, что и Гермиона, а вот Джон считал, что слишком уж сильно это походило на Вестерос. В Винтерфелле и Уинтертауне преступлений совершалось очень мало, поэтому сравнить с ними не получится. Но вот от других Чёрных Братьев он слышал, как обстояли дела в иных городах, особенно в Королевских землях. Многие были вынуждены принять Чёрное, потому что ограбили не того человека. Если ограбишь торговца без связей, то городская стража этим озадачиваться не станет. Однако, если ограбишь кого из знати, то отправка на Стену обернётся милосердием.

Он отвлёкся от своих мыслей, когда Гермиона закончила завтрак и свой разговор с Лавандой, прежде чем, извинившись, удалилась в библиотеку. Гарри пообещал заглянуть к ней через несколько часов, прежде чем заговорил с Дином. Обычно это Рон заводил разговоры с другими, но теперь, когда его не стало, Гарри предстояло выбраться из своей ракушки. Он больше не тот испуганный маленький мальчик, запертый в чулане под лестницей.

— Мы пытаемся насобирать людей, чтобы поиграть в футбол. Мяч у меня есть, и мне удалось убедить старшеклассника трансфигурировать два столба для ворот. Что думаешь, Гарри?

Гарри пришёл в восторг от перспективы поиграть в футбол: в школе у него никогда не было такой возможности из-за Дадли и его весёлой компании отбросов. Делать ему нечего, и он всё ещё чувствовал прилив сил, несмотря на тренировки. Альтернативой оставались тяжкие думы, а практической пользы они не принесут.

— Конечно, почему бы и нет?

П*С*И*М

Примечания:

Тему магических похорон в фиках нечасто встретишь...

Арты и доп материалы есть на Бусти. Там же можно и замотивировать переводчика :) Ссылочка в профиле.