Тень Узуи Тенгена (джен)

Утренний воздух в поместье Убуяшики был прозрачен и звонок, словно хрустальный колокольчик. Он вибрировал от редкого события — сегодня ряды Хашира официально пополнялись.

В центре этого всеобщего внимания, словно драгоценный камень в изысканной оправе, сиял Узуи Тенген.

К слову, он был ослепителен в этот день. Верх его формы хитроумно отличался от стандартной: по его личному приказу Хинацуру искусно отрезала рукава рубашки, обнажив мощные предплечья, украшенные подарком Тени. Браслеты сверкали на солнце и отбрасывали зайчики, которым мог позавидовать сам Хашира Пламени. Голову венчала фамильная повязка с драгоценными камнями, чей холодный блеск бросал вызов солнечному свету.

У Тенгена был вид кота, который нашел самую лучшую подушку, сотканную из лучей собственного величия.

— Господин Убуяшики, я готов! — тихо и торжественно прошептал он. — Можете начинать церемонию. Я выдержу поток похвалы. Я сильный.

— В этом я не сомневаюсь, Узуи, — в ответ прошептал ему Кагая.

Убуяшики поприветствовал столпов и начал собрание с тихих, мудрых и добрых слов в адрес всех Хашира. Он говорил о долге, о чести, о тех, кто пал в бою когда-то, и о тех, кто продолжает сражаться.

— Силы нашего Корпуса крепнут, — с гордостью произнес глава. — Сегодня мы обретаем нового Столпа, чье Дыхание Звука оглушило множество демонов и чей блеск, — он сделал едва заметную паузу, — освещает путь даже в самой кромешной тьме.

Тенген чуть не замурлыкал от его слов.

— Приветствуйте, Хашира Звука — Узуи Тенгена!

Тенген встал рядом с Кагая. И казалось, сама атмосфера сдвинулась, чтобы уступить ему больше места. Его поклон был исполнен такого достоинства, что мог бы служить учебным пособием для остальных.

— Благодарю! — прогремел его голос, и птицы разом взлетели с веток. — Рекомендую всем прищуриться! Отражение моего блеска сегодня особенно интенсивно! Ожидаю, что ваши похвалы будут столь же громкими и весомыми, как и мои заслуги!

Все дружно зааплодировали.

Санеми Шинадзугава даже свистнул, прокомментировав с кривой усмешкой:

—Браво, Узуи! Наконец-то тебя официально признали самым шумным из нас!

— Это называется харизма, Шинадзугава! — отозвался Тенген. — Запомни это слово, оно пригодится тебе, когда ты решишь вырастить свой собственный блеск.

— Я пас, — фыркнул Санеми.

Гемэй Химиджима, тихо сглотнув, прошептал в пространство:

—Как трогательно... Такой блеск... Такой громкий голос... Узуи-сан, ты — воплощение эмоций... Я чувствую... Твоя аура разрывает ткань реальности...

Тенген великодушно кивнул ему.

—Благодарю, Химиджима! Ты тоже ничего, хотя и слишком тихий!

Митцури Канроджи, сияя ярче самого Тенгена, хлопала в ладоши:

—Узуи-сан, твой блеск, твоя уверенность, твоя энергия — это так прекрасно! Ты как восходящее солнце!

— Именно! — Тенген указал на нее пальцем. — Эта девушка отлично понимает!

Кагая улыбался и терпеливо ждал, когда утихнет буря восторгов. Тенген, сияя как новогодняя елка, которую только что зажгли, занял свое место в ряду Хашира. Глава поднял руку, и вновь воцарилась тишина.

— Однако, — продолжил он, — рост угроз требует от нас не только силы, но и возрождения забытых искусств.

Тенген машинально кивнул и подумал про себя:

"Забытые искусства, да, конечно, очень важно. Но надо будет потом спросить у Ренгоку, не хочет ли он отметить мое повышение банкетом. Кеджиро точно знает место, где подают отличный мисо-суп."

— Позвольте представить вам того, — продолжил Кагая, — кто смог возродить древнее и почти утерянное Дыхание. — Он сделал паузу, давая словам просочиться в сознание собравшихся. — Нашу десятую опору — Хашира Тени. Ту, что уже знакома некоторым из вас по совместным заданиям.

Тенген, все еще витая в своих мыслях о банкете, зааплодировал. Потому что он вежливый. Потому что он Хашира. Потому что он не слушал.

— Да-да, приветствуем, очень рады, еще один Хашира, замечательно, — бормотал он, хлопая и улыбаясь. — Теперь нас десять, какая мощь! Какой прогресс! Определенно стоит отметить это банкетом. Я лично проконтролирую меню. Рыба должна быть только самой свежей, а рис...

Он обернулся, чтобы мельком взглянуть на новенькую.

Рука, занесенная для очередного хлопка, застыла в воздухе, словно подбитая птица. Улыбка медленно сползла с его лица.

— ...Что?!

Из-за ствола старой сакуры вышла девушка. Она благодарственно поклонилась главе Корпуса, встала с ним рядом и поклонилась остальным Хашира. Затем бесшумно прошла к Тенгену и встала рядом с ним.

Воздух на миг застыл, вытянутый вакуумом всеобщего изумления.

У новенькой Хашира были те же, как свежевыпавший снег, белые волосы, что и у Тенгена. Темная безрукавка, точь-в-точь как у Узуи, подчеркивала стройную фигуру и плавно переходила в короткую юбку-хакама. На голове — повязка с разноцветными драгоценными камнями.

Тенген пристально смотрел на новенькую. Потом его взгляд медленно, очень медленно, опустился на свою собственную грудь. Потом снова на нее. Узуи потрогал руками свою повязку. Его глаза устремились на повязку девушки.

— Отлично следила за мной, Тень! — выдавил он.

— Великолепно! — голос Ренгоку первым нарушил повисшую вокруг тишину. — Вот это да! Пламя одного сердца не просто осветило путь — оно зажгло другое! Звук и его безмолвное эхо! И кто знает, может быть, это эхо когда-нибудь заговорит в полный голос!

— Я не хочу такой похвалы! — Тенген подпрыгнул на месте. — Я уникальный! И единственный в своем роде!

— Но ты и есть единственный в своем роде, Узуи-сан, — тихо произнесла новенькая Хашира.

В ее голосе Тенгену снова показалось что-то до боли знакомое, отчего на секунду кольнуло под ложечкой.

— Это комплимент или ты надо мной издеваешься?

Митцури Канроджи завизжала от умиления и восторга.

— Какая милая красота! Какая преданная эстетика! Это так романтично! Тенген-сан, она не просто твоя тень, она — стилистический наследник и живой признак твоей харизмы! Вы должны немедленно объявить помолвку! Представьте, какие у вас будут двойные свадебные наряды! Из вас получится блистательная пара! Я уже представляю торт с золотыми блестками и маленькими фигурками вас двоих наверху!

— Свадебный наряд? — Тенген поперхнулся воздухом. — Канроджи, ты с ума сошла? Это не про стиль! Это... это плагиат! Она скопировала мой образ. Явно своей фантазии нет.

— Скопировала? — Санеми

Шинадзугава лениво приподнял бровь. — Узуи, ты хочешь сказать, что девушка прошла отбор, получила признание главы и стала Хашира только ради того, чтобы носить такую же безрукавку, как у тебя?

— Да!

— Ты себя слышишь?

— Я себя прекрасно слышу! У меня идеальный слух! Я Хашира Звука!

— Слух у тебя, может, и идеальный, — Санеми скрестил руки на груди, — а вот здравый смысл, судя по всему, остался сегодня дома.

Токито Муичиро, оторвав взгляд от облака, которое напоминало ему мордочку котенка, тихо произнес:

—Ммм... Два набора белых волос и блестящих камней. Один громкий, другой тихий. Математика проста: шумность обратно пропорциональна длине юбки. Интересное уравнение.

— Что за уравнение? — Узуи развернулся к нему. — Какая длина юбки? Мы демонов рубим, а не длину юбки измеряем!

— Но это тоже важно, — серьезно ответил Муичиро. — Короткая юбка дает больше свободы движений. Удобно для боя.

Тенген открыл рот.

— Ты вообще на чьей стороне?

— Я на стороне математики, — Токито снова уставился на облако. — Она не обманывает.

Кочо Шинобу прикрыла рот рукой, а в глазах заплясали веселые чертики.

— Узуи-сан, а ты не думал, что твое... эмм... как бы это сказать... "громкое самоутверждение" могло создать резонанс в пространстве? И оно, вняв твоим призывам к блеску, материализовало твою эстетическую копию?

Тенген с ужасом смотрел на нее.

— Шинобу, ты серьезно?

— О, совершенно серьезно, — улыбнулась Шинобу. — Узуи-сан, ты так забавно реагируешь.

Кагая Убуяшики, хранивший молчание до этого момента, мягко произнес:

— Прошу вас всех оказать Хашира Тени должное уважение. Ее искусство, рожденное в безмолвии, — грозный и мощный клинок в нашем арсенале. А это визуальное... сходство с Хашира Звука, — он сделал небольшую паузу, — лишний раз доказывает, что порой самая верная тень отбрасывается ярким светом. Тень, которая изучила каждый луч этого света, чтобы лучше защищать то, что он освещает.

Слова Убуяшики повисли в воздухе, как капли росы на паутинке. Новенькая Хашира опустила голову и сжала пальцы в кулаки.

Тенген смотрел на нее, ощущая странный зуд в области груди — словно там застрял вопрос, который никак не мог сформулироваться в слова. Он не понимал, откуда это чувство. И — что бесило больше всего — не мог его озвучить. Потому что озвучивать нечего. Просто... какая-то глупая, ничем не обоснованная тяжесть, от которой хотелось отмахнуться, как от комара.

Он и отмахнулся.

— Кхм, — кашлянул он, отворачиваясь. — В общем... добро пожаловать. Только имей в виду: я все равно уникальный.

Тенген не увидел, как дрогнули губы новенькой Хашира в едва заметной улыбке.

— Я знаю, Узуи-сан, — прошептала она. — Ты всегда был единственным.

Подувший ветер подхватил ее шепот, смешал с шелестом листьев и унес высоко в небо, где тот растворился без следа.