Испытательный срок стража Хэзевей (гет)

Пробежки с самого утра — это прекрасно. Особенно, когда бегаешь не ты, а кто-то другой.

Класс выпускников со скрипом поддавался дрессировке, вяло принимался за задания, а кое-кто из учеников постоянно норовил подорвать мой авторитет. Так продолжалось ровно до того момента, как я взялась за дело со всей строгостью. Вооружившись блокнотом, связкой ключей и секундомером, я обошла с выпускниками практически все тренировочные площадки Академии Святого Владимира. Всё ради двух целей. Для начала мне хотелось лично увидеть, какой потенциал скрывается в каждом из них.

К концу сентября они практически отмучились. Им оставалось сдать последний тест, который требовал львиной доли выносливости и физической подготовки. Забег на пятнадцать километров — это финальное испытание, после которого начнётся настоящая подготовка к выпуску.

Мимо меня резво пронеслись двое лидеров, и я перещёлкнула кнопку секундомера. Класс вышел на финальный круг. Я подошла ближе к беговой дорожке и стала выжидать, когда ребята начнут закрывать дистанцию. Пока они были заняты всеми этими испытаниями, мне действительно удалось познакомиться с ними ближе.

Что я могла припомнить сходу? Да, кто-то сдавал позиции в ближнем бою, зато хорошо показывал себя в стрельбе. Все они сносно отжимались и подтягивались. Природа наградила их силой. Теорию защиты мороев новички тоже освоили. Однако для того, чтобы быть достойным стражем, нужно кое-что ещё. Этому обычно не учат на занятиях: проворство, хитрость, стойкость, смелость, продуманность. Воля к жизни тоже важна. Эти качества помогают выбраться из тех передряг, которые не разрешить умом. Видела ли я всё это в глазах учеников? Увы, нет.

Сейчас этот класс даже не бросал мне вызовы. Потерпев поражение в борьбе за авторитет, они как страусы спрятали головы в песок. Я испытала разочарование, а не радость, которую предвкушала с начала сентября.

Большинство учеников стало прислушиваться ко мне. Треть молча выполняла задания. Была ещё маленькая группа, которую возглавлял Брайан Росс. Эта компания точно создаст куклу Вуду с моим лицом и сожжёт её в ночь на Хэллоуин.

Я пыталась отыскать во всей этой ситуации плюсы. Например, пока они строят из себя страусов, можно окунуть их с головой в суровую реальность. Да, я уже представляла, как на плацдарме строится полоса препятствий с полыхающими огненными кольцами, по бокам стоят клетки с тиграми и на десерт — приручённые стригои сражались бы с выпускниками не на жизнь, а на смерть. Да здравствуют тренинги личностного роста от Розмари Хэзевей! Мне хотелось расхохотаться вслух в духе шаблонных злодеев из Голливуда. Однако амбиции лучшего тренера в мире пришлось приструнить.

Наконец-то финишную черту пересекли. Лучшее время показал Саймон Смит, второе место за Джеймсом Тарусом. Кажется, эти двое — вечные соперники.

— Не останавливайтесь, пройдите один круг пешком, — крикнула я им вслед, хотя они и без меня перешли на бодрый шаг.

Лучший результат класса — сорок шесть минут и тридцать пять секунд. Дальше я только и успевала, что фиксировать новые результаты. Секундомер потеплел в моих руках от частых перещёлкиваний, а в блокноте наконец-то заполнился последний столбец. Напротив каждой фамилии теперь хранились ценные сведения, которые послужат мне в будущем.

— Разомните мышцы прежде чем пойти в раздевалку, — отдала я распоряжение новичкам, которые закончили на беговой дорожке.

— Да, страж Хэзевей, — вяло отозвался Смит, образец общительности в классе.

Остальные промолчали. Я пожала плечами и привалилась к дереву, скрестив руки на груди.

Все мысли в последнее время занимала работа, так что у меня не хватало внимания, чтобы реагировать на сквозящую прохладу в нашем общении. Что важнее — так это планы будущих занятий. Речь не про те скучные бумажки, которые приносят другие стражу Петровой на подпись, а про программу, которая сделает из этих чурбанов лучших стражей. Наши занятия прямо влияют на их будущее. От такого осознания до сих пор в груди поднималось какое-то странное и неприятное чувство. Я тряхнула головой, отгоняя непрошеные эмоции.

Глубоко вздохнув, я перевела взгляд на разминающихся новичков. За эту насыщенную неделю больше всего моё внимание привлекли трое новичков. Джеймс Тарус и Саймон Смит отлично показывали себя в любой дисциплине. Оба жили на территории Академии круглогодично и практически каждый инструктор в Святом Владимире успел поднатаскать ребят. Они не первый год боролись в классе за звание лучшего дампира. Я до сих пор не смогла разгадать, что ими движет в гонке за первым местом.

Ещё один новичок привлекал моё внимание, но по иным причинам. Макс Шин, староста класса, стабильно проваливал все силовые нормативы. Он был сообразительным, поразительно умным, однако проблемы с физической подготовкой отбрасывали его в конец списка на практических занятиях. Это не давало мне покоя. Его будущее оставалось крайне туманным.

Пока я рассматривала их, ребята начали собираться. Несколько человек сухо попрощались до следующего занятия, а большинство принялись живо общаться друг с другом, будто они вышли с похорон и очутились на оживлённой вечеринке в Майами. Занятие закончилось, и площадка моментально опустела.

— Как же бесит, — бросила я им в след, не совсем понимая, на что именно разозлилась.

До начала следующего урока ещё было время, так что я заняла скамейку рядом с тренировочными плацами и раскрыла свои записи. Я водила ручкой по графам, обводя самые сильные и самые слабые показатели. На полях были разбросаны заметки. Стоило взглянуть на всю эту кипу данных, как мой мозг кипел.

Иногда казалось, что руководить королевской стражей было проще, чем отрабатывать жалование инструктора. Пока я вырисовывала круги, рядом уселись несколько человек. Спустя время людей прибавилось.

— Страж Хэзевей, а чем вы занимаетесь?

Я подняла взгляд и увидела, что вокруг уже образовался круг любопытствующих. Новички из средней школы, которым было от тринадцати до пятнадцати, во все глаза следили за каждым моим действием. Сердце будто оттаяло при виде любимого класса. Злость бесследно исчезла.

Судя по часам, ещё десять минут до начала занятий.

— Видели тех старшеклассников? — я кивнула в сторону раздевалок. — Мне надо придумать, как сделать из них стражей.

— Чтобы они стёрли всех стригоев в порошок? — с восхищением спросила Диана, одна из немногих девочек.

— По-хорошему, да. Мои ученики должны быть лучшими из лучших. На вас я тоже возлагаю большие надежды, — искренне поделилась я. — Все собрались? Пойдём, сегодня вас ждёт нечто особенное.

Я улыбнулась детям и сложила записи в рюкзак. Затянув высокий хвост покрепче, я повела детей на площадку с препятствиями. Не такую, какую рисовала в воображении, но тоже ничего. Сойдёт. Когда мы отошли достаточно далеко от света прожекторов, один из учеников не сдержался и спросил:

— Страж Хэзевей, а нам точно можно отходить так далеко от гимнастических площадок? — он с азартом всматривался в гущу деревьев, к которой мы приближались.

— Нам можно. Вам одним — нет.

Путь получился недолгим, ведь леса Монтаны всё время пытались поглотить здания Академии своими зарослями. Любому ученику было рукой подать до окраин леса — и это даже не возбранялось. Но средней школе ещё рано знать, что здесь можно коротать своё время в тайне от учителей.

Мы зашли чуть глубже. Деревья поглотили весь посторонний шум, когда мы пришли на место.

— Так, построились! — команды в этом классе всегда звучали лишь один раз. Семнадцать человек выстроились в шеренгу. — Сегодняшнее занятие — это ваша возможность пробудить в себе древние инстинкты, которые заложены в каждом дампире.

По классу пробежала волна возбуждения. Чувствовалось, что им хотелось прямо сейчас броситься за дело и неважно, в чём именно заключалась задача.

— Мы с вами в дебрях Монтаны, — я начала вышагивать перед классом. — Вы наверно уже догадались, что в реальных сражениях вас не будут окружать мягкие маты, заботливые инструкторы и игрушечные колья? Да, в реальном сражении всё по-настоящему.

Я постучала по стволу дерева и посмотрела на учеников. Они во все глаза следили за мной, боясь упустить из вида любую деталь.

— Как вы думаете, с чем сложнее всего справиться во время сражения?

Я остановилась и повернулась лицом к классу. Несколько человек подняли руки. Получив разрешение ответить, они принялись накидывать варианты:

— Как защитить мороя.

— Избежать ранений!

— Да нет же, заколоть стригоя!

— Не испугаться…

— Кому там страшно?

Я подняла руку, останавливая поток лишней болтовни.

— Вы правы, однако во время настоящей битвы сложно всё это удержать в голове. Представьте, вы в пылу сражения. Вы не знаете, что случится в следующую секунду. Вас могут загрызть. Вашего подопечного могут обратить в монстра прямо у вас на глазах. Вы сами можете стать ходячим трупом или умереть. Ваше сердце колотится как бешеное, глаза бегают по сторонам, руки потеют от напряжения. Вам нельзя ошибиться, ведь цена ошибки — жизнь.

Дети заметно поёжились.

— Пугаться — это нормально, — успокоила я их. — Однако вы должны уметь отбрасывать страх перед неизвестностью и концентрироваться на своей цели. Защита, нападение, побег — неважно, что именно. Вы должны уметь ориентироваться в неизвестной обстановке и быстро реагировать. Я подготовила для вас кое-что.

Достав из рюкзака комплект полосок из плотной чёрной ткани и масок для сна, я раздала их ученикам.

— Прежде чем надеть маски, внимательно осмотритесь и запомните, что наш периметр — это ближайшие пятьдесят метров. Выйдете за них — выбываете. Кто-то ловит вас и называет ваше имя — выбываете. Полностью потерялись и чувствуете, что не можете продолжать — снимаете маску и подходите ко мне. У вас одна задача — остаться последним человеком в кругу.

Новички начали озираться по сторонам, старательно пытаясь запомнить местность и друг друга. Деревья здесь стояли на расстоянии одного-двух метров друг от друга, торчащих кореньев было мало. Я постаралась выбрать чистый участок леса, чтобы дети не сильно пострадали, однако самая большая сложность для них заключалась совсем не в слепоте и не в деревьях.

— Мы готовы, страж Хэзевей! — отчитался староста, когда все надели маски.

— Хорошо. У вас есть десять секунд, чтобы занять позиции. Время пошло! Десть, девять…

Продолжая отсчитывать секунды, я внимательно следила, чтобы все соблюдали правила нашей игры. Пара мальчишек были очень близко к границам воображаемого круга, кто-то устроился в самом центре, а один даже решился залезть на дерево. Остальные распределились более-менее предсказуемо. Прятались за деревьями, припали к земле, затаились между зарослями. Когда отсчёт закончился, в лесу воцарилась тишина.

Я беззвучно ходила по свободным участкам, однако не все ученики могли так же тихо усидеть на своих местах. Их хватило на пять минут. Именно тогда двое приблизились непозволительно близко друг к другу. Они столкнулись, когда прощупывали землю руками и в ту же секунду сцепились, как два дворовых кота. Попытки угадать соперников оборвались неожиданно для обоих. К ним приблизился другой ученик, который схватил сначала одного, потом другого одноклассника:

— Том. Эндрю.

Дейман Лойс выбил обоих одноклассников из игры, и крадучись ушёл от места драки. Ко мне приблизились двое выбывших, и я отвела их в сторону.

— Теперь вы должны наблюдать. Потом поделитесь, какие ошибки заметите у одноклассников.

Оба кивнули и принялись вглядываться в воображаемую арену, ища затаившихся одноклассников. Пока я отходила, ситуация практически не изменилась. Кто-то отдалялся от места драки, а пара новичков наоборот решили рискнуть и порыскать по сторонам в поисках одноклассников. Прошла пара минут затишья, прежде чем ко мне приблизилась Диана, на её лице была такая явна обида, что её стало даже жаль. Диану поймали практически бесшумно. Я указала в сторону двух одноклассников.

Вообще поймать девочек оказалось лёгкой задачей. Их было мало, и угадать их по собранным волосам было проще простого. Постепенно они все выбыли из игры. Мальчики же поначалу проигрывали из-за своих неуклюжих попыток угадать имя. Стоило им произнести вслух догадку, как их жертвы становились охотниками и моментально отгадывали соперников. Ряды игроков быстро редели.

Самая жара началась, когда на поле осталось всего трое человек. Они вслушивались в звуки, которые скрывал лес. Трое лидеров вели себя чрезвычайно осторожно, они едва дышали и двигались крайне медленно. Дейман, который агрессивно охотился за одноклассниками, был в самой рискованной позиции. Его голос неоднократно звучал, когда он вышибал из игры других.

Один из участников воспользовался слабостью соперника. Чарли Браун подобрал длинную палку и провёл ею по листве в стороне от себя. По звуку сложилось впечатление, будто кто-то случайно шаркнул ногой.

Дейман рванул вперёд, ловко огибая деревья. Победа могла бы быть его, однако на месте никого не было. Наделав шума, он попал в собственную ловушку. Его схватили за запястье и назвали имя. На лице у Чарли, одного из самых смышлёных новичков в классе, расплывалась улыбка. Он сорвался на крик от радости:

— Ха, я победил!

Ответом ему послужили не аплодисменты, а глухая тишина. Чарли уже хотел снять маску, как позади него кое-кто спрыгнул с дерева. Моментально среагировав, Чарли обернулся и схватил последнего соперника за край воротника. Он выпалил имя наугад:

— Ника?

Попытка провалилась. Последний игрок взял одноклассника за запястье:

— Чарли, ты проиграл.

Кевин, ставший победителем, держался спокойно и уверено. Он стянул с себя маску и потёр уставшие глаза. Вся его одежда была в коре, иголках и мелких ветках. Он сразил только одного игрока, однако это стало победной стратегией. Для него прозвучали оглушительные аплодисменты, разрывающие покров тишины на занятии.

— Поздравляю с победой, — я пожала ему руку и потрепала растерянного Чарли по голове. — А тебе стоит подтянуть математику и потренировать память.

Остальные подбежали к нам, их разрывало от эмоций. Одни поздравляли Кевина, другие подтрунивали над Чарли, а третьи сочувствовали Дейману. Ребята болели за него. Клянусь, кто-то даже успел заключить пари. Я громко похлопала, привлекая внимание учеников:

— Так-так, занятие ещё не окончено, так что отставить галдёж. У выбывших было задание, — класс окончательно смолк, и теперь я могла говорить обычным голосом, не пытаясь перекричать семнадцать человек. — Какие ошибки вы заметили?

Первой руку подняла Диана:

— Когда я немного отвлеклась на какой-то шум вдалеке, я совсем пропустила то, что ко мне успели подкрасться, — в голосе ученицы звучала досада. — То есть, когда я отвлеклась на что-то постороннее, тогда я проиграла. Пока смотрела со стороны, увидела, что некоторые тоже попались из-за невнимательности и растерянности.

Я кивнула ей в ответ:

— Хорошее наблюдение. Были ли другие ошибки?

Том, которого выбили одним из первых, неуверенно поднял руку:

— Самая большая тупость, когда одноклассники выкрикивали неверные имена. Они ж сами палили свои голоса при этом. Чарли так же ступил.

Резкие слова вызвали волну возмущений в классе.

— Давай я перефразирую, — вклинилась я. Конфликты в классе мне ни к чему, поэтому стоило смягчить резкость и вернуть класс к обсуждению. — Попытки “угадать” имя стоили вам жизни в игре. Прежде, чем действовать, раскрываться и рисковать, получите максимум информации. Есть ли другие наблюдения?

На этот раз желающих высказаться практически не осталось. Спустя минуту вверх поднялась одна рука.

— Я не видел, что происходило на поле, но хочу сказать, — взял слово Кевин. — Думаю, большинство из класса рисковали зря. Перед нами стояла задача остаться последним человеком в кругу. Кто-то, кажется, устроил собственное соревнование “выбить как можно больше одноклассников из игры”. Это было ошибкой. Страж Хэзевей нам сказала об этом с самого начала. Важно внимательно следить за главной целью.

— Верно, Кевин.

Остаток урока мы провели примерно так же. Дети высказывались, а я дополняла их ответы лишь по необходимости. Мне нравилось, как живо они включались в обсуждения. Наверно от этого было жаль расставаться с ними после каждого занятия. У нас не было сверхсложной программы, однако я давала им всё, что могла, а они это принимали. Время со средней школой пролетало каждый раз незаметно.

Как бы мне хотелось, чтобы старшая школа вела себя хотя бы вполовину так же.

Об этом я думала позже тем же днём, пока отдыхала в перерыве между занятиями. На столе лежал исписанный блокнот, который я еле раздобыла в стенах Академии и теперь часто брала с собой на занятия. Стационарный компьютер уже час как перешёл в спящий режим, и мне очень хотелось присоединиться к нему. Полноценный сон был роскошью.

Кабинеты стражей рядом с гимнастическими залами пустовали во время занятий, так что я урвала редкую возможность побыть наедине с собственными мыслями во время перерыва. Я отодвинула чашку с кофе подальше от себя и посмотрела на мутное отражение в чёрном мониторе.

В последние дни мне не хотелось смотреться в зеркало. Тёмные круги не сходили с моего лица, я чувствовала себя обессиленной. Поначалу я сомневалась и списывала недовольство на период адаптации, новый график и прочую ерунду, но недавно для меня стало очевидным кое-что неприятное: страж Петрова завалила меня работой. Пока я отрабатывала сутки к ряду, другие стражи сменяли друг друга каждые двенадцать часов. Пока у других преподавателей и стражей была возможность на выходные уезжать из Академии в ближайший город за какими-то покупками или кофе из Старбакса, я выходила на очередное дежурство или занятие. Прошло уже больше месяца, как я отбывала свой срок в школе, но за это время мне не выдали ни одного выходного дня.

В кабинете пискнули часы, оповещая о новом часе. Пока я сидела за столом в полусне-полураздумье, началось новое занятие. Апатию как рукой сняло. Я допила остывший кофе, накинула куртку и привела себя в порядок.

— Взбодрись, Хэзевей, — приободрила я себя, поправив форму и затянув высокий хвост потуже. — Никто не должен видеть тебя такой расклеенной. Тем более стадо голодных гиен.

Коридор уже опустел. На тренировочных площадках за окном я видела инструкторов и занимающихся новичков, прожекторы заливали светом весь дампирский плац.

Пока была осень, в Академии пользовались возможностью и занимались на улице. Однако у меня было своё мнение на этот счёт.

Из-за дверей гимнастического зала раздавался привычный шум голосов. Но когда я зашла, он не прекратился. Обычно происходило наоборот. Я закрыла дверь и с удивлением обнаружила, что класс вообще не подготовился к занятию. Манекены стояли у стены, а все ученики собрались в кучу и увлечённо продолжали общаться.

Никто не обратил внимание на своего любимого инструктора. Новички столпились вокруг неизвестного мужчины и полностью игнорировали меня и давно начавшийся урок.

Самоконтроль дал трещину. Злость, которую я подавляла большую часть времени, дала о себе знать. Внутри всё вскипело от гнева.

Когда я подошла к ним ближе, до меня донеслась часть разговора:

— …её не зря так прозвали… — сплетничали они.

— Удачи тебе!

Ясно. Ещё один из тех придурков, которые хотели “испытать свои силы”. Эти дурацкие дуэли и вызовы порядком достали. Выдернув высокого дампира из толпы, я бросила ему в лицо:

— Посторонние должны покинуть помещение!

— Извините? — он посмотрел на других странным взглядом, но это уже было неважно.

Я занесла руку для удара. Хотелось покончить с этим побыстрее. Однако мой удар блокировали.