Канарина - цыганка нагадает себе сама! (джен)

С раннего утра на улицах города слышалась легкая музыка и пахло цветами. Звук струн разносился далеко за пределы порта и дарил короткие улыбки услышавшим его поутру жителям. В эти семь дней огромным грехом считалось проявление отрицательных эмоций, осуждались ссоры и драки, а слышать в тишине плачь ребенка считалось дурной приметой. Поэтому с самого утра и до позднего вечера по городу бродили барды, а на площадях и в порту играли и пели музыканты:

Я пел о богах и пел о героях,

О звоне клинков и кровавых битвах;

Покуда сокол мой был со мною,

Мне клекот его заменял молитвы.

Севенцы не боялись трудностей, а считали их такими же неотъемлемыми частями жизни. Поэтому на грусть у них было принято отвечать улыбкой, подбадриванием и помощью. Каждый проходящий мимо желал встречному хорошего дня и обильных даров. Все настолько пропитано волей жителей, что, невольно, даже приезжие, не знающие традиций, начинали им следовать.

… Стань моей душою, птица,

Дай на время ветер в крылья,

Каждую ночь полет мне снится —

Холодные фьорды, миля за милей..…

Еще одной интересной чертой Севена был его специфический фольклор. Севен всегда отличался от остальных стран своей непомерной верой во все живое. Будь то вещь или земля, ветер или трава, животные или люди, все их пути и приключения воспевалось бардами страны. Вообще отношения с природой здесь настолько тесное, что многие люди, имея лишь зачатки магического ядра, могут видеть духов и взаимодействовать с ними.

… Ты платишь за песню полной луною,

Как иные платят звонкой монетой.

В дальней стране, укрытой зимою, ты краше весны.

Ты краше весны, ты краше весны и пьянее лета.…

Треть населения Севена -волшебники, но несмотря на такое огромное их количество лишь крохотная часть из них может считаться сильными. Зачастую они являются узкоспециализированными людьми, развивавшими лишь какие-то конкретные аспекты своих направлений.

… Просыпайся, королевна,

Надевай-ка оперенье,

Полетим с тобой в ненастье —

Тонок лед твоих запястий.…

Не удивительно на улицах города встретить «полулюдей» — магов, чьи силы завязывались на какие-либо стихии (элементные), звериные качества (оборотни), природные компоненты (друиды) и т.д. Это считалось показателем высокой степени мастерства, так как давало определенную подпитку от связи со своим аспектом.

… Шелком — твои рукава, королевна,

Ясным месяцем — вышито небо,

Унеси и меня, ветер северный,

В те края, где боль и небыль. *

— Какая красота!

По украшенному цветами пирсу шли двое — молодой зеленоглазый брюнет, одетый в черный костюм с железными вставками и молодая девушка в очках со светло-русыми локонами, достающими до самой поясницы, скрывающими голую спину ее салатового платья.

— Ты имеешь в виду эти кучки водорослей, которые тухнут тут с самого утра? — Парень прищурившись посмотрел на девушку.

— Фу, Кло! — она поморщилась и возмущенно толкнула его в бок. — Я про город между прочем! Взгляни на эту архитектуру. — она указала небольшим сложенным веером в ближайший Храм Семи. — Посмотри на эти закручивающиеся колонны и пилястры.

— Ага… — неопределенно ответил он.

— Жабы слишком усердствовали в твоей дрессировке, раз выбил тебе последние мозги. — она прикрыла глаза под тенью раскрывшегося веера.

— Эв, — парень вздохнул, — ты же знаешь, что я не знаток архитектуры.

— Судя по виду тесания колонн, сложности рисунка и лежащих на всем этом чар — их вере не меньше трехсот лет.

— И?

— Я читала, что под такими древностями всегда находятся пещеры и катакомбы. — начала возбужденно рассказывать девушка, часто обмахиваясь веером, — Там же можно найти столько всего …

— Ты слишком много читаешь. — весело усмехнувшись он взъерошил ее прическу.

— Эй! — сложенный веер полетел в обидчика, а девушка раздраженно начала приводить в порядок волосы. — Я же пол утра на нее убила.

— Ты на нее столько «убила» чтобы пойти на праздник, а не шататься по сырым тунелям. — Снаряд был пойман и аккуратно раскрыт большими руками парня. Он по-девечьи захлопал ресницами и писклявым голосом спародировал: «Ах, Кло! Ты не понимаешь, я должна блистать, словно фея среди леприконов на этом празднике!»

— КЛО!

— Молчу-молчу!

Он примирительно поднял руки и сделал несколько шагов от разъяренной девушки. Веер был жестоко отобран и сейчас опасно поблескивал в ладони хозяйки.

Закат раскинулся крестом поверх долин вершины грез;

Ты травы завязал узлом и вплел в них прядь моих волос.

— Пойдем лучше туда, — палец в перчатке указал в сторону столпившихся у сцены людей, — Посмотрим выступления, довольно интересные песни здесь поют.

… Ты слал в чужие сны то сумасшедшее видение страны,

Где дни светлы от света звезд.…

Девушка медленно перевела взгляд в указанную сторону и прислушалась к словам, прикрыв глаза. Менестрель ловко перебирала струны, умело вплетая своим голосом текучие строки рифм о грустной истории любви девушки, что не смогла быть с любимым. Песня словно зачаровала девушку, которая так и не открыв глаз начала покачиваться в такт музыке.

— Понятно… — парень взял свою спутницу за руки и повел к ближайшим к сцене свободным столикам.

…Я хотела остаться с тобой,

Я уже успела посметь.

Пахнет снегом, прозрачная боль —

То ли даль, то ли высь, то ли смерть…

На последних строчках брюнет поежился и посмотрел на вздрогнувшую так же девушку. Подозвать стоявшего недалеко официанта не составило проблем.

— Два горячих чая, пожалуйста.

Он сжал руку девушки и улыбнулся своей любимой полу-безумной улыбкой. Она бледно улыбнулась.

Седьмой месяц прошел с тех пор как они смогли сбежать из УМР*. Десять долгих, полных страха и боли лет они провели в стенах данной организации, являясь подопытным материалом для различных жестоких экспериментов. Спрятанный высоко в горах бункер был прибежищем безумцев, которых не заботил быт их «мышек», не трогал пронизывающий до самых костей холод или мелкие твари, поселившиеся в неиспользуемых помещениях и вентиляции. Из года в год их жизнь становилась все ужасней, пока однажды, из почти двухсот подопытных не осталась жалкая десятка. «20% удачных мутаций — это же замечательно! Уже скоро мы создадим из этих «компонентов» лучший сосуд!». Они всей своей душой желали бы позабыть все, что тогда им пришлось пережить и какими трудами им досталась свобода.

…Пусть укроет цепи следов моих иней,

Чтоб никто найти их не мог.

Кто теперь прочтет подо льдом твое имя,

Господина Горных Дорог?..

Тогда они похоронили все в том бункере. Неверяще смотрели, как снег накрывает то место, где когда-то был спуск, и бездумно наблюдали свой первый восход…

Больше полу года прошло, но они до сих пор готовы подорваться с места при любом напоминании о том ледяном аду. У них не было защитников там, поэтому они решили стать сильными тут настолько, что перестали бы бояться своих страхов. Она перестала быть похожей на скелета, отрастила волосы и научилась манерам. Он — нарастил мышцы постоянными тренировками и начал носить скрытый доспех. Это не сделает их магию сильнее, но поможет укрепить дух. Пусть она ведет себя как разбалованная принцесса, а он как верный шут будет поигрывать ее игре. Пусть, ведь им так проще.

Севен был очень теплой и яркой местом. Тут они пробудут еще пару недель, пока не прибудет их корабль. Праздник жизни и благодарения Духа-защитника был полон прекрасных цветов и завлекательных выступлений — то, что нужно двум замершим «мышкам» дабы окончательно прийти в себя и поверить… В хорошее?

Примечание к части

* Отрывки из песен Королевна, Господин Горных Дорог (группа Мельница).

УМР Управление Магическгоо Развития (в похожем месте была Уртир(Слезула) в детстве)

Угадайте, о ком эта глава?)

Выражаю огромную благодарность одному человеку за идею(ты сама знаешь, о ком я!)