Рождественский подарок (гет)

До Нового года оставалась неделя. Мэйлин вошла в спальню госпожи с большой коробкой в руках. В спальне никого не было, но горничная всё равно старалась не шуметь. Господин Сатклифф предупредил, что мадам будет полгода на лечении, а всё необходимое велел оставить в комнате госпожи. Аккуратно поставив коробку на стол, горничная уже хотела уходить, как вдруг заметила, как что-то выпало из коробки.

Точнее, она заметила только тогда, когда наступила на этот предмет. Раздался глухой треск.

Предметом оказалась детская погремушка. Сейчас она треснула, и сквозь трещину проглядывало то, чем она была наполнена. Горничная расширила пальцем трещину, и из погремушки на пол посыпались…чьи-то зубы!

Девушка в недоумении начала разглядывать их. Всего — двадцать семь, на двух — ртутные пломбы…

Это же зубы господина Спирса!

Мэйлин закричала от ужаса и выбежала из комнаты.

* * *

Грелль аккуратно поставил две глубокие миски со свекольным супом на стол. Обычно служащие ели и проводили свободное время в подсобном помещении около кухни. Но сегодня он обедал с Анджелиной. Медовый месяц заканчивался, но для них он не закончится никогда. Это была игра — игра в тайну, и она теперь должна длиться всю оставшуюся жизнь. Он не хотел отходить от Анджелины ни на шаг. А, может быть, это Анджелина не хотела его отпускать.

Они сидели друг напротив друга выпрямившись и не кладя локти на стол. Рождество прошло, но всё было так празднично: бархатные шторы, красная скатерть, новая посуда и до блеска начищенное столовое серебро. Грелль зачерпнул ложкой суп и попробовал. Нет, уже не горячий, значит, можно есть. Анджелина последовала его примеру. Они ели молча и не смотря друг на друга. Как будто метель отрезала их от остального мира, и они остались вдвоём. Как будто они сейчас были в кафе и случайно встретились, сев за единственный свободный столик. Как будто они были посторонние, и им нужно было привыкнуть друг к другу.

Впрочем, это была хорошая привычка — на случай, если их застанут врасплох родители или прислуга. Или неожиданно появятся Уилл и Алан. Кстати, куда они могли пойти после школы? Анджелина уже давно мучилась этим вопросом, хотя тайная свадьба немного развеселила её. Особенно этот маскарад, устроенный для её родителей. Теперь она больше не одинока в этом большом доме из красного кирпича. Теперь она замужем, и путь ей освещает «рыжее солнышко», как она мысленно называла его. Анджелина всё съела и теперь задумчиво улыбалась.

Из раздумий её вывел Грелль. Потёршись кончиком носа об её горячую щёку, он спросил:

"Добавки?"

Металлическая цепочка очков едва коснулась её раскалённой кожи. Она вздрогнула, как от удара током. Как будто это было прикосновение не мужа, а кого-то чужого. Прислуги? Советника? Или заступника? А, может быть, бога-в-душе?

А, может быть, они просто заигрались в тайну? Но и кричать всему миру о своём счастье они тоже не могли.

Когда Грелль отправился проверить готов ли пудинг на десерт, Анджелина почему-то решила рассмотреть тарелки. Они были не из сервиза — это точно. Она взвесила их на руке. Молочно-белые и лёгкие с едва заметными странными трещинками. Что они ей напоминали? Костяной фарфор?

Вдруг она догадалась, что это — никакие не суповые тарелки, а аккуратно срезанные бензопилой половинки юношеских черепов.