| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
В пятом классе на парте у Кирилла было нарисовано сердце, пронзенное стрелой. Кто уж из прежних школьников постарался. Не дурацкое валентиночное сердечко, как в анекдоте про кардиолога и красную плюшевую задницу, а анатомически правильное человеческое сердце, пронзенное исторически правильно нарисованной оперенной стрелой.
Первый раз сердце Кирилла пронзило болью. Когда отец ему крикнул, что мамы нет. Совсем нет. И уже давно.
Второй раз пронзило — он сам толком не мог вспомнить, чем именно. Что это была за дрянь, и на черта он ее глотал. Но от нее Кирилл тогда чуть было не окочурился. Сердце отказало, едва завели.
И только в третий, как подобает — любовью. Любовью, так внезапно родившейся, когда он взял на руки своего новорожденного сына. У кого там то ли в книжке, то ли в кино был такой меч, который когда рубил — исцелял. Вот именно так оно действительно и бывает.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |