Дневник попаданки (джен)

Почти на целый месяц всех поглотила рутина. Профессора были на взводе. Нервничали, назначали больше отработок, чаще снимали баллы, и в целом словно посходили с ума. Они просто заваливали нас домашними заданиями. За день приходилось писать по несколько эссе. Что-то явно было не так. Даже обидно — история вершится прямо у нас под носом, а мы не можем никак поучаствовать. Тайна происходящего еще долго оставалась бы нераскрытой, если бы не Драко и его длинный язык. Однажды во время обеда Малфой так громко хвастался перед своими друзьями, что слышно было даже за нашим столом.

— Представляете после того, как мой отец напустил на Дамблдора проверку, его чуть было не отстранили. С нового полугодия всех преподавателей будет утверждать Совет Попечителей!

Проверка… Теперь понятно, зачем нас заваливали учебой- хотели скрыть следствие. Только вот неужели это так просто? Разве не должны были в школу нагрянуть авроры? Очень странно… Очередное неизвестное добавилось к уже накопившейся куче. А ведь я только успела привыкнуть к Альбусу и его стилю преподавания.

Между прочим, директор оказался превосходным учителем. Ну или Квиррел просто задал слишком низкую планку. Если серьезно, то методика, которую применял Дамблдор разительно отличалась от всех остальных и приносила удивительные результаты. На своих уроках он почти не давал нам теорию, ограничиваясь основополагающими постулатами. Сначала я сочла такой подход проявлением несерьёзного отношения к занятиям. Однако оказалось, что он, напротив, очень эффективен. Буквально за первые недели занятий с директором я освоила больше заклинаний, чем за все время самостоятельных тренировок.

Все это заставило меня сомневаться в своих выводах относительно происходящего. Если сначала все указывало на низкий уровень обучения и плетущийся за нашими спинами ужасный план, то теперь ситуация выглядела слишком неоднозначно. Явное стремление Дамблдора научить нас защищаться от темных магов не вписывалось в мой взгляд на его цели. Непонятно только, почему он позволил Квиррелу уйти. Почему вообще так долго держал в школе человека, захваченного Волдемортом? Неужели действительно просто не знал?

Хотелось как можно быстрее во всем разобраться, чтобы не наделать непоправимых ошибок. Приближающиеся каникулы давали возможность проверить слова Квиррела о моих взрослых. Сложно в такое поверить, но, что, если он сказал правду? Тогда мое появление в их доме совсем не случайно, и кто-то очень хотел, чтобы оно прошло гладко. Только откуда же у меня магия, если это мое настоящее тело? Я по-прежнему не оставляла попыток проникнуть в тайну происхождения волшебства. Только искать явно следовало не в школьной библиотеке. Когда я попыталась расспросить Рона о сущности магии, он не смог рассказать почти ничего. Похоже, добраться до разгадки будет непросто. С другой стороны, наверняка в этом мире остались места, хранящие древние тайны. В одном из них я даже побывала. Оставалось придумать, как снова попасть в Тайную Комнату.

В предпоследний день первого полугодия я пригласила друзей в гости. Гарри почему-то очень смутился, но все-таки решил поехать. Хорошо, что мои взрослые были не против. Так что мы все вместе собирались навестить мир маглов. Представляю, как сложно будет совместить общение с друзьями и поиски правды о своей здешней семье. Было немного жаль покидать магический мир, оставляя за спиной столько загадок. Даже удивительно: еще полгода назад я и подумать не могла, что когда-нибудь смогу влиться в него. Как быстро все изменилось....

Начинались каникулы. Мы расставались с Хогвартсом на целых две недели. Дорога до поезда на этот раз прошла незаметно. Уже знакомый, он горел ярко-красным и звал учеников в новое путешествие. Мы с друзьями сели в первый попавшийся пустой вагон. Рон о чем-то оживленно беседовал с Гарри, а я все никак не могла найти себе места. Возвращение пугало: что, если открывшаяся правда все изменит? Конечно, эти люди никогда не были моими родными родителями, но все-таки мы привязались друг к другу. Я боялась узнать, что им просто изменили память, заставив принять меня в семью… Тем более, в таком случае можно быть уверенной: я часть чьего-то плана. Похоже, меня утянуло в сон, потому что в следующее мгновение перед глазами уже открывался вид на платформу. Она была все такой же людной, как в первый раз. Рон и Гарри поспешили на выход, потащив меня следом.

На другой стороне барьера нас уже ждали. Взрослые улыбались и махали руками.

- Лили, с возвращением!

Кэтрин стиснула меня в объятиях. Я почти задыхалась, когда они закончились. Тем временем, Чарльз обратился к мальчишкам.

- Вы, должно быть, Гарри и Рон?

- Да, сэр, я Гарри, это Рон. — отозвался Гарри. Большое спасибо, что позволили нам у вас погостить.

- Нет проблем, парни, рады с вами, наконец-то познакомиться, — улыбнулся мужчина уже моим друзьям, — идем быстрее, машина простаивает.

Пришлось отойти довольно далеко от вокзала, прежде чем на горизонте показалась наша машина. Хорошо, что у нее такой заметный тёмно-синий цвет. С большим трудом мы втиснули в багажник свои чемоданы, а сами разместились на заднем сидении. Всё-таки этот автомобиль явно не был на такое рассчитан. По дороге всех сильно трясло. Я уже и забыла, как это было в первый раз. Когда все вышли, Чарльз помог нам затащить в дом чемоданы. Мы зашли внутрь. Знакомая лаконичная обстановка радовала глаза. Скрывалась ли за этой сдержанность какая-то тайна?

Мальчишкам понадобилась небольшая экскурсия, но они быстро освоились на новом месте. Стоило нам разложить чемоданы, как настало время чая. Сладкое в доме любили все. Рон трещал, не умолкая. Это было забавно. Между прочим, его рассказы о мире магов всегда интересно слушать. Вот и сейчас Чарльз и Кэтрин сидели, как зачарованные. Чужие традиции очень их удивляли. На самом деле, меня тоже. До сих пор не могу привыкнуть кое к каким вещам. Это мы еще с Темной Магией ни разу не сталкивались.

В общем, Рон сразил взрослых своим обаянием. Гарри же все это время скромно сидел, не привлекая внимание. Он вообще слишком много молчал с тех пор, как мы вышли из поезда. Надеюсь, со временем, это пройдет.

Закончив пить чай, все разошлись по своим делам. Мы с мальчишками решили поиграть в шахматы. Рон как раз недавно разучил какой-то Будапештский Гамбит. Как бы я не любила наши партии, недостаток профессионализма был виден невооружённым взглядом. С моей стороны. Когда мы устали играть, Рон вдруг осознал, что попал в мир маглов и стал упрашивать меня принести что-нибудь из моих здешних вещей. После этой просьбы я впала в ступор. Показывать другу было нечего. В доме даже не было ни одной моей фотографии. На самом деле, человек со стороны никогда бы и не подумал, что здесь живет ребенок.

Незаметно начало темнеть. Солнце уже скрылось за горизонтом, когда Чарльз позвал нас в сад. Там как раз стояла еда. Похоже, планировался поздний пикник, очень поздний. Причем, не смотря на время, погода стояла замечательная: ещё не успело похолодать, но уже дул освежающий вечерний ветер. Все это создавало какую-то особенную таинственную атмосферу.

- Лили, ты что-то странно себя ведёшь. Неужели уже скучаешь по школе? — Спросил Чарльз.

- Нет, просто наслаждаюсь моментом, — я улыбнулась, — все хорошо!

- Ну как знаешь…

- Расскажите нам, что вам больше всего понравилось в школе, — предложила Кэтрин.

- Пожалуй, уроки с Защиты от Темных искусств с директором Дамблдором, — я сама не могла поверить в то, что говорила. Хотя это была чистая правда

- Да, согласен, ЗОТИ — это увлекательно. Особенно когда не грузят тоннами бесполезной теории, — поддержал меня Гарри

- Ну а я пиры больше всего люблю. Знаете, сколько на них вкусной еды?

Все засмеялись. Рон в своем репертуаре. Было в этих посиделках что-то теплое, уютное, с чем не хотелось расставаться. Повторится ли это когда-нибудь? Наверное, кому-то такие страхи покажутся глупыми, но для меня во всем этом были важны ощущения. Вернутся ли они еще хоть раз, если рассказ Квиррела — правда? Нужно выяснить все прямо сегодня, дальше тянуть уже некуда.

Мы разошлись, когда уже совсем стемнело. Я пожелала всем доброй ночи и стала ждать. Действовать требовалось наверняка, все поиски должны пройти незамеченными. Мое расследование началось ближе к середине ночи, когда все уже точно спали. Беззвучно выйдя из спальни и осторожно пройдя по коридору, я добралась до кабинета, в котором Чарльз хранил все документы. Это была самая ответственная часть всего предприятия — аккуратно вынести нужную папку, не наделав шума. Кабинет был совсем рядом со спальней взрослых, если что-то случится, они точно проснутся. Злополучная дверь открылась со скрипом. Вот почему именно сегодня!? К счастью, он был совсем тихим и не дошел до соседней комнаты. Закрылась дверь легко. Я подошла к деревянному шкафу, в котором хранились все бумаги. Настал час истины. Одна из папок сразу привлекала внимание — потертая, облезшая, она явно была старше всех остальных или очень хотела так выглядеть. Выбор пал на нее и оказался верным. Стоило лишь немного приоткрыть папку, как из нее мгновенно посыпались листы. Совсем непохоже на аккуратного Чарльза. Один из выпавших листов был свидетельством о рождении. Тревога почти отступила, осталось только проверить это свидетельство и убедиться в его подлинности.

Быстро пролистав все остальные папки и удостоверившись, что в них ничего про меня нет, я расставила их по местам, оставив лишь первую. Именно ее и стоило изучить. Желательно подальше от кабинета. Уничтожив все следы своего копания в документах, я поднялась наверх. Лестница не издала ни звука. Моя комната идеально подходила для расследования. Там, под светом лампы, можно было спокойно не спать хоть всю ночь, занимаясь своими делами, и не бояться, что кто-то застигнет в врасплох. Перепроверить бумаги было несложно. В глаза почти что сразу бросилась печать. Она была одна. Везде. Даже если документы были выданы в разных организациях с разницей в десять лет, печать оставалась неизменной. Такого быть не должно. Получается, что эти документы — просто чья-то подделка. Теперь стало понятно почему в доме совсем нет детских вещей. Просто дочери у этих людей тоже никогда не было.

Зато было свидетельство, над которым явно кто-то поработал. Только кто? Этот человек, кем бы он ни был, явно считал меня ценной фигурой, иначе не тратил бы время. Квиррел ведь рассказывал о каком-то выбросе магии и уловивших его артефактах. Наверняка дело в этом. Уж очень тогда все логично: выброс энергии наверняка привлек внимание директора. Следом он нашел в Книге Хогвартса новую запись с именем и отправляется на место происшествия. Там увидел меня. Рисковать Дамблдор не любит, поэтому и решил за мной понаблюдать и убедиться, что я не представляю опасности. До школы еще много времени, поэтому ему пришлось меня куда-то пристроить. Причем так, чтобы изолировать от чистокровных с их убеждениями. Семья обычных людей подошла замечательно. В магическом мире всех маглорожденных опекает школа, а в обычном навязывать мне предрассудки просто некому. Оставался в этом продуманном плане последний штрих — найти двух людей на роли моих родителей.

В пользу такой догадки просто кричало появление Макгонагалл, случившееся сразу после моего собственного в этом мире. К тому же, она постоянно за мной наблюдала, еще с самого момента знакомства. Словно я проходила какое-то испытание. Вполне возможно, так оно и было. Все-таки, нельзя позволять кому попало дружить с Мальчиком, Который Выжил. Интересно, что бы случилось, возникни у нее сомнения в моей неприязни к идеям Волдеморта? Теперь стало ясно — план существует, а я — его часть. Жаль, пока не было непонятно, что делать с этой «замечательной» новостью.