Хогвартские рассказы (джен)

Аннотация: А вы помните старый фордик «Англия»? Одичавшее авто в Запретном лесу. Бог из машины, спасший бедовый дуэт от акромантулов. И что же с автомобилем было дальше? Устроился ли он в лесной чаще? И чем теперь занимается?

Запретный лес не слишком гостеприимен и при свете дня. В ночи же это место по-настоящему страшное. Вокруг тебя небольшое пятно света. Оно защищает, отпугивает часть обитателей леса. Но другую часть наоборот привлекает. Впрочем, тому, кто не видит во тьме, приходится мириться с этим риском. За пределами пятна света — темнота. Кто в ней таится, остаётся лишь гадать по долетающим звукам. А на стыке света и тьмы — сумрак, в котором постоянно шевелятся какие-то неясные силуэты. Ветер ли то колышет ветви, или чудища подбираются к добыче — понять трудно.

Честно говоря, сейчас Сэмюэл Джонсон менее всего был настроен размышлять обо всём этом. Он просто ощущал ужас. Руки тряслись, ноги еле держали, шум в ушах едва не заглушал звуки леса, а в голову всё чаще приходила мысль вернуться. Увы, Сэмюэл не мог этого сделать. Не после всего сказанного. Если он отступит сейчас, то дальше учиться на Гриффиндоре для него станет просто невозможно.

Сэмюэл никогда не считал себя особо храбрым. Конечно, он не был трусом, но и бесшабашной отваги тоже не чувствовал. Для мальчишки не смертельно. Для мальчишки на Гриффиндоре — почти приговор.

Нет, Сэмюэла не травили. Насколько он понимал. Взрослым гриффиндорцам просто не было дела до мелочи. Девочек-ровесниц больше интересовала их собственная компания. А мальчики-гриффиндорцы не горели желанием общаться с робким Джонсоном. Конечно, можно было бы познакомиться с ребятами с других факультетов, но Сэмюэл всегда очень стеснялся даже просто заговорить с незнакомцем. Мальчик ненавидел эту свою черту, но поделать ничего не мог.

Так и вышло, что даже через месяц после начала обучения Сэмюэл чувствовал себя в Хогвартсе чужим. Вот почему мальчик и ухватился за эту возможность.

Очередной звук из окружающей тьмы заставил Сэмюэла вздрогнуть. Кто бы знал, до чего ему плохо. Но возвращаться без камней было никак нельзя. Это, вероятно, его последний шанс. Сэмюэл шёл, несмотря ни на что. Всё-таки он должен…

Очередной громкий звук заставил Сэмюэла подскочить. Прямо перед ним в круг света ворвалось нечто огромное. Мальчик попытался бежать, но что-то длинное и гибкое обвило его и потянуло к чудищу.

Сэмюэл бился отчаянно, пытаясь вырваться из щупальца монстра, схватившего его. Мальчик даже попытался укусить эту штуку. Ноги упирались в землю, руки пытались сбросить путы. Сэмюэл не знал, сколько это продлилось. По его ощущениям, не меньше нескольких часов. Но вот, всё закончилось — раздалось щёлканье жвал, показавшееся мальчику почему-то разочарованным, и чудище проглотило жертву.

Впрочем, конечно, ничего ещё не закончилось. Сэмюэл понимал, что для него всё только начинается. Всё-таки звери мальчику были достаточно интересны, чтобы он понимал, что ждёт проглоченную добычу. Только думать об этом совсем не хотелось.

Сэмюэл лежал, зажмурившись, и пытался не думать о том, как его сейчас начнёт разъедать. Но время шло, мальчика трясло, перекатывало по чему-то сравнительно мягкому. Доносились звуки относительно размеренного рычания, но Сэмюэл не ощущал ничего, что стоило бы ожидать от желудка чудовища. Наконец, мальчик открыл глаза. Честно говоря, это больше всего походило на внутренность какой-то машины.

Сэмюэл зажмурился, а затем снова открыл глаза. Ничего не изменилось. Что ж, если напоследок ему стало мерещиться всякое, это явно был не худший вариант из возможных. Раздался особо громкий взрык. Сэмюэл как-то сразу понял, что это обращение к нему. После всех открытий страх куда-то делся. В конце концов, если всё уже случилось, то какой смысл переживать и дальше?

Мальчик подобрался к тому, что выглядело как окно, и посмотрел “наружу”. Что ж, похоже, в этой галлюцинации он ехал куда-то по лесу. Скорее всего, Запретному. Мираж мигнул “фарами”, и раздался новый взрык. Как Сэмюэл понял, его спрашивали, с какой стати он попёрся в эту чащобу, да ещё и ночью.

Мальчик помедлил. Вопрос был неприятный. Он заставлял вспоминать презрительные взгляды и насмешливые слова. Впрочем, иногда Сэму действительно хотелось выговориться. Но говорить с самим собой было слишком даже на его взгляд. Общаться о таком с родителями… Нет уж. Мальчику и без того хватало поучений от отца с матерью. А друзей у Сэма не имелось. Теперь же у него был слушатель, хотя бы и воображаемый. Едва ли чудищу действительно интересно, но, в конце концов, какая теперь-то разница…

Так и начался самый странный диалог в жизни Сэма.

— Я искал лунный сахар.

— Тррр?

— Ну, Джек сказал, что его собирают лукотрусы только при полной луне в самой чаще Леса.

— Трр.

— Он сказал, это такие камни. В них полно магии, и они страшно ценные.

— Тррррр?

— Ну, я просто, это… Я хотел их принести и показать ребятам.

— Тр?

— Я… Мне… Меня просто не принимают. Я хотел показать им, чтобы… Чтобы стать своим.

— Тр…

— Ну, мне это показалось хорошей идеей. Правда, я даже не знаю, где эта самая чаща и как до неё вообще добраться…

— Трррр. Тр-тррр-тр…

— Я, я просто…

Сэм сам не заметил, как заплакал. Он долго ревел под успокаивающие (наверное) взрыки. Наконец, затихнув, мальчик шмыгнул носом и сказал:

— Спасибо. Мне гораздо легче. Хоть это всего лишь мираж — всё равно, спасибо. Хотел бы я иметь такого друга.

— Тррр.

— Хорошо, — Сэм тихо хихикнул. — Хотя бы в галлюцинации, хотя бы под конец, я нашёл друга.

Затем мальчишка, совсем вымотанный приключениями, засопел, поудобнее устроившись на “сиденье”.

Старый страшно потрёпанный фордик «Англия» стоял на одной из опушек Запретного Леса и ждал Хагрида. У них с полувеликаном давно уже было уговорено, что автомобиль бережёт детей от Леса, а лесник поставляет агрегату масло и прочие нужные вещи. В общем-то, Фордику было не привыкать работать нянькой. Часто при этом приходилось ещё и психологом подрабатывать: мало кто лез в эту чащу от хорошей жизни. Впрочем, этот труд старый автомобиль взял на себя, так сказать, на добровольных началах. Всё равно, в самой Школе такие вопросы никого не волновали. Сейчас же, чтобы скоротать время, Фордик прикидывал, как будет говорить с Джонсоном в следующий раз.