Монеты судьбы. Спин-офф. (гет)

Нельзя сказать, чтобы Макс был сильно рад, что его назначили главным в бригаде.

— Зато теперь ты сможешь официально ругаться на молодёжь, — пошутил Кайл, дружески хлопнув его по плечу. А потом вручил ему нечто размером с большую книгу, плотно завернутое в грубую зионскую ткань. — Электронный планшет. Такой же, как мой, с выходом во внутреннюю сеть техэтажа. Учет деталей, ремонта, сообщения между службами города. Разберешься.

Макс сперва слегка опешил. В его мире компьютеров не было. Игровые автоматы, в которые они рубились в старом универмаге, вряд ли могли конкурировать с этим чудом техники. А дальше не стало и их. Но с помощью юного Рио, который изо всех сил изображал из себя гуру цифровых технологий, Макс постепенно освоился и уже через пару дней вполне сносно разбирался в каталогах и папках. Хотя, поначалу он часто путался и спешно исправлял ошибки, ворча себе под нос какие-то ругательства на своем австралийском диалекте. А потом зашедший на огонёк Нео показал несколько хитростей и пообещал в ближайшее время устроить другу компьютерный ликбез. Работа постепенно встала в колею.

— Ты читал роман «На дороге»? — спросила его как-то грубоватая и смешливая радистка Рэй, лучшая подруга Мины, когда они большой компанией обедали в столовой техэтажа. — Как раз про грузовик…

— Уже не помню, — вздохнул Макс. — Может, в молодости. В нашем мире книги быстро превратились в пыль. Как и кино, музыка, газеты… С тех пор я уже и не помню, читал ли что-нибудь кроме записок и редких инструкций. Хотя, когда-то нравилось.

— А сейчас? — Рэй посмотрела на него с некоторым удивлением. — Во внутренней сети валяется куча всего из старых архивов. Книги, журналы, фильмы, музыка… Наши хакеры иногда такое достают. Я вот вчера…

У Макса зашумело в ушах. Пятнадцать лет он бродяжничал по Австралии, где редкие поселения едва выживали, не то чтобы помышлять о какой-то культуре. А ведь когда-то он любил читать. Джесси часто смеялась, когда он засыпал в кресле с книгой или журналом про автомобили. Зато в кино они ходили почти каждые выходные. Это было их маленькой традицией. «Видео… Радио…» — он едва не произнёс вслух то, что когда-то рассказывал дикарям в Оазисе.

— Покажи! — попросил он, протягивая планшет ошарашенной радистке.

Следующие несколько вечеров Макс посвятил изучению архива. Перед ним высвечивались сотни заголовков, и он с жадность открывал одно за другим. Книги, фильмы, карты, схемы…

— Вот здесь я учился, — Макс увлечённо водил пальцем по экрану, где была открыта карта Австралии, — Мельбурн. Полицейская академия.

— А жил где? — Мина склонилась над столом, изучая какой-то другой, почти параллельный для нее мир. Конец светлой косы упал на планшет, заслоняя часть побережья.

— Вот здесь. Город назывался Сан-сити. Я жил в пригороде, а полицейское управление находилось ближе к центру. Городок был маленький. Но у нас даже был свой кинотеатр. Я очень любил кино.

— Так здесь полно фильмов! — Мина закрыла карту и ткнула пальцем в каталог.

— Я знаю. Только здесь звука нет. Кстати, Нео с Тринити вернулись, как раз предлагали завтра что-то вместе посмотреть. У них есть колонки. Сказали мне выбрать фильм. Но если хочешь, выбери ты.

Мина подняла бровь.

— Ладно, — она с хирургической точностью попала в маленькую папку на экране, — сейчас… О! «Храброе сердце». Хорошее название. Про тебя.

Макс только слегка улыбнулся.

Комната Нео и Тринити на одном из верхних ярусов выглядела настоящим оазисом тепла и уюта в Зионе — мягкий тёплый свет, бордовое одеяло на кровати, свечи, занавески между отсеками. На полках в каменных нишах — какие-то самодельные безделушки, немного личных вещей. Да и сами обитатели комнаты в этой обстановке смотрелись какими-то домашними и удивительно «своими», как будто все эти вылеты, рейсы, черные плащи и супергеройские прыжки остались где-то в другой реальности. Тринити была в длинном бежевом платье на тонких лямках, Нео — в мягкой футболке, которая очень красиво подчеркивала его стройную мускулистую фигуру.

— Мы сварили какао. На всех, — сказал он, открывая дверь. — Макс, твой рецепт — это настоящее открытие.

Вместе они перетащили в спальню небольшой, но увесистый монитор и поставили его в нишу напротив кровати.

— Ну, что смотрим? — Нео достал из ящика на полке кабель и ловко подключил планшет Макса к монитору.

— Фильм «Храброе сердце». В папке с фильмами номер был, вроде бы, 324.

— Боевик? Про погони или машины? — спросила Тринити, появляясь из кухонного уголка с кружками горячего напитка.

— Не знаю, — Мина пожала плечами, — мне название понравилось.

Она уже устроилась на кровати рядом с Максом, который полулежал, прислонившись к стене. Тринити сидела на другой стороне, Нео — рядом на кресле.

Фильм начался с видов средневековой Шотландии. Зеленые поля, луга, горы. Мальчишки в маленьком поселении ждут своих отцов после сражения.

— Это про войну? — уточнил Нео.

— Про свободу, — ответил Макс.

Главный герой появился на экране не сразу. Когда он вышел из толпы, первой напряглась Мина. В его лице, ярких голубых глазах и милых морщинках на лбу было что-то очень знакомое.

— Макс?

— М? — откликнулся он, привычно обнимая ее за талию и прижимая сильнее.

— Этот герой… он…

— Он похож на тебя, — закончил за неё Нео, внимательно вглядываясь в экран.

— Да нет! — отмахнулся Макс, — Я не такой рыжий!

В этот момент в комнату вошёл Линк. Белоснежная улыбка, как всегда, не сходила с его темнокожего, почти чёрного лица.

— Я, кажется, опоздал… Ой! — он посмотрел на экран и повернулся к друзьям. — Да это же Макс! Только с длинными волосами, в килте и с мечом.

— Нет! — Макс и наконец стал серьёзнее. — Просто этот актёр немного напоминает меня. Вот и всё.

— Актёр… — Линк закатил глаза. — Помнится, Спаркс говорил, что ты похож на кого-то из старого кино. Фамилия, кажется, Гибсон…

— Я уже говорил, что не знаю такого, — отрезал Макс. Но Линка этот ответ не удовлетворил.

— Все же давайте посмотрим… — он уже подключал клавиатуру к планшету Макса. — Я же оператор. Считай, профессиональный интерес.

Пальцы Линка бегали по клавишам так, словно он загружал навыки сразу пятерым бойцам в Матрице и одновременно искал в сети рецепт пирога. Все дружно уставились в экран.

— Так… посмотрим. Гибсон. Мэл Гибсон. О! Он тоже из Австралии!

— Да? — Мина повернулась к Максу, но тот был слишком сосредоточен.

— Родился в… так, ладно, это не интересно. А вот, портрет.

С экрана на них смотрел мужчина средних лет, удивительно похожий на Макса. Те же большие выразительные глаза, легкие морщинки на лбу, чуть волнистые волосы. Такие же тёмные и густые, только без седины на висках. И выражение лица… Оно тоже что-то напоминало.

— Не может быть! — тихо произнес Макс. То ли себе, то ли всем окружающим.

Линк тем временем продолжал:

— Так… фильмография… «Храброе сердце», «Смертельное оружие», «Чего хотят женщины?»… Кстати, интересно, этот парень действительно знает? Я вот не всегда. Ой! Вот это уже… Это…

Оператор растерянно повернулся к друзьям. На экране высветилась надпись «Безумный Макс», и следом еще два названия «Безумный Макс. Воин дороги» и «Безумный Макс. Под куполом грома».

Все переглянулись. Линк поставил фильмы на скачку. Макс молча уставился в экран. С постера первого фильма на него смотрел он сам. Молодой, еще без седины на висках, в полицейской форме, рядом с любимым «Перехватчиком». Второй постер изображал мужчину чуть старше. Но все с тем же лицом. Его лицом.

Постер третьего фильма был похож больше всего. Разве что стрижка сейчас была аккуратнее. Мина постаралась. Но в остальном сомнений не было. Все просто ждали окончания загрузки.

Они не стали смотреть все фильмы полностью. Пару эпизодов из первого. Макс так и не смог заставить себя взглянуть на экран, где, словно в архивной записи, были живы те, кого он любил. Второй тоже пролистали частями. События третьей части происходили совсем недавно, да и, в общем, не казались Максу настолько страшными.

— Какие они забавные! — улыбалась Мина, глядя на толпу детей-дикарей, обступивших Макса со всех сторон. — Это про них ты рассказывал, да? Тогда, в подсобке после того, как вытащил Арни? Ты бы мог и правда стать для них Капитаном Уокером.

— Мог бы… Отчасти, я им стал… — он улыбнулся едва заметно. — После ракетного топлива Джина можно вообразить себя кем угодно.

Фильм заканчивался. Макс увидел себя, бредущим по пустыне среди брошенных машин после того, как Тётушка ушла восвояси.

— Она не стала тебя убивать, — заметил Нео. — Наверное, уважала.

— Возможно, — кивнул Макс. Он еще был немного ошарашен тем фактом, что столкнулся с кинохроникой собственной жизни. Но за последние полгода произошло столько всего, что он уже не считал этот момент настолько невероятным. — А потом я провалился в портал. Достал какую-то мелочь, кажется, вот из той машины. А дальше море, вы, Джек Воробей и все вот это…

На экране пошли титры.

— Джек Воробей, — задумчиво произнес Нео.

— Капитан Джек Воробей! — поправила Тринити, передразнивая его манеру. — Кстати, интересно, а про него фильмы есть?

— С чего бы? — обернулся Линк.

— Ну как? — Тринити посмотрела на Нео, потом на Макса, — Если мы были в пустоши, и про неё существует фильм. Значит, если представить себе, что мы перемещались между реальностями, а одна из них существует в виде фильма, то, чисто теоретически…

— Понял! — воскликнул Линк, и пальцы снова забегали по клавишам. — О, да про этого вашего Воробья целая серия фильмов! Знатная биография!

— Скачай вот этот! Самый первый! — с энтузиазмом предложила Тринити. Макс молчал, уставившись в экран с таким выражением лица, как будто он где-то не здесь. Мина крепко сжала его руку.

— Это он! — Нео подсел поближе к монитору.

— Да, — согласился Макс, — узнаю его походку. Как будто он вообще не трезвеет.

— Смешной тип, — согласился Линк. — А что про этого мужика с жабрами?

— Моряк. 2500-какой то год. — Тринити потеснила Линка и принялась искать сама, бормоча себе под нос. — Энола… Курильщики… Хэлен… О! Нашла! Качаем!

Первые же кадры фильма перенесли героев в мир тепла, солнца и моря.

— Красота! — мечтательно потянулся Линк. — Я бы остался там жить.

— Не всё так просто, — Макс подвинулся ближе и положил руку ему на плечо. — Вода там везде. Соленая, тяжёлая, коварная. И суши нет. Нигде. Как и пресной воды.

— Да я так просто… — пожал плечами Линк. — Я даже плавать не умею. Но красиво же!

— Это да! — согласилась Тринити. — А вот и лодка! Со стороны она почему-то кажется меньше.

«Хищные города» тоже нашлись без труда. Как и «та девица, которая попыталась меня убить ржавым ножом, и ее парень-рохля», про которых Макс почему-то вспоминал со странной теплотой. Вечер становился все более интересным.

— Послушайте! — вдруг неожиданно вмешалась Мина, которая до этого в основном наблюдала. — Если все так, как вы говорите, и все эти порталы открывались в разные миры один за другим, то, значит, в этот мир вы тоже попали через портал.

— Логично, — кивнул Нео, — сначала выпали. Потом попали обратно, прихватив с собой воду, сетку, песок и Макса.

— Хороший набор! — хмыкнул тот.

— Да нет! — Мина замахала руками, словно пыталась успокоить толпу детей в оазисе. — Если вы переместились СЮДА, значит этот мир — один из тех, в который можно переместиться. А значит, про него тоже может быть… фильм, книга… Что-нибудь, как про все те миры, в которых вы побывали. Это же тоже реальность! Одна из!

Все дружно затихли. Видимо, никому из них такого в голову не пришло.

— А ведь правда… — задумчиво протянул Нео. — Зион — тоже одна из реальностей.

— Что будем искать? — Линк выжидающе пошевелил пальцами в воздухе.

Все переглянулись. Слово «Матрица», как и все остальное, связанное с этим, слишком много раз упоминалось в сети. Даже в местном развлекательном разделе. Поэтому решили искать по именам.

— Нео. Тринити. Морфеус. Смит. О! Нашёл! Фильм так и называется «Матрица».

— Какой год? — Макс подсел ближе и прищурился.

— 1999. В главной роли американский актёр Киану Ривз.

— Симпатичный! — улыбнулась Мина, глядя на черно-белый портрет на экране, а потом на Нео. — Почти как ты. Только моложе.

Нео почесал в затылке, взъерошив иссиня-чёрные волосы.

— Это какая-то другая модальность… — произнес он задумчиво. Потом протянул руку и поставил фильм на скачивание.

— У тебя лицо серьезнее, — Линк посмотрел на Нео, а потом на фотографию актёра, — А вот Тринити. Актрису зовут Кэрри-Энн Мосс. Смотри, и правда, такая же, как ты. Только почище.

Тринити слегка улыбнулась и дёрнула Линка за тяжёлый пучок косичек.

— Из какого фильма эта фотография? — спросила она.

— «Шоколад». Тут еще есть «Красная планета», «Помни», сериалы какие-то. А у этого Ривза фильмов еще больше…

— Так! Все! Скачался, — Макс потер руки от нетерпения. — Открывай уже.

На экране появилась спина девушки в кожаной куртке…

— Мда… — когда они наконец посмотрели несколько фрагментов картины, Линк закрыл файл и озадаченно посмотрел на Нео. — Впервые не знаю, что сказать.

— Я тоже… — Макс устало откинулся на стену. — После такого я уже удивляться разучился. Но объяснить это я тоже не могу.

— Я думаю… — неуверенно начал Нео, — есть только один человек, который может это объяснить. Или хотя бы попытаться…

— Оракул? — Тринити подняла бровь.

— Морфеус, — ответил Нео. — Оракул — программа. А капитан, возможно, сталкивался с чем-то подобным. Завтра утром у нас собрание экипажей. После попрошу его зайти к нам, покажу все эти фильмы. Посмотрим, что он скажет.

— Только не днем! — запротестовал Макс. — Мне с утра надо быть на работе, на техэтаже. Может быть, вечером.

— Хорошо, — кивнула Тринити, — надеюсь, получится.

История с фильмами не выходила у Макса из головы. Когда, передав смену по сектору ночному дежурному, он собрался идти к Нео, Мина поймала его в коридоре.

— Я не успеваю, — вздохнула она, — работы полно. С верхних уровней принесли нескольких тяжелых. Иди без меня…

— Ладно, — Макс внимательно посмотрел на неё. — Или, может, помощь нужна?

— Иди, — она толкнула его в плечо, — Кто-то же должен докопаться до истины.

Когда Макс поднялся на нужный этаж и постучал знакомую красную дверь, Морфеус давно был уже там. Они с Линком как раз просматривали эпизод, где он учил Нео боевым искусствам в симуляции. Вид у него был тоже немного ошарашенный.

— Ну? — спросил Макс вместо приветствия, одновременно протягивая руку, — Что скажешь, капитан?

Морфеус не ответил. Он внимательно досмотрел эпизод. Потом вернулся к моменту, где Нео освобождается из Матрицы, промотал еще пару эпизодов, словно это было не кино, а давно знакомая ему архивная запись.

— Можно? — спросил он, оглядываясь. На экране появился постер фильма «Под куполом грома».

— Пожалуйста, — махнул рукой Макс. — Хочешь убедиться, действительно ли это я?

— Да, именно так.

— Ладно.

Они посмотрели пару эпизодов — разговор с тётушкой по прибытии в Бартертаун и что-то из оазиса.

— Голос тоже его, — Линк повернулся к Морфеусу, — Заметили, капитан? Даже манера речи совпадает.

Морфеус посмотрел на экран, потом снова на Макса, который устроился в углу.

— Поразительное сходство, — произнес он наконец. — Как и у меня, Нео и всей нашей команды. Я не видел живьем тех людей, которых вы встретили в других мирах, но предполагаю, что они все…

— Да… — голос Нео звучал растерянным, — Особенно…

— Джек Воробей! — закончил за него Макс, — Я его голос до сих пор иногда слышу.

— Значит, — Морфеус встал, и его массивная фигура в небольшой комнате стала казаться еще более внушительной. — Вероятно, мы имеем дело с множественностью реальностей.

— Как в Матрице? — переспросил Нео.

— Не совсем. Есть несколько теорий на эту тему. Однако, с некоторыми из них я не согласен.

— А с остальными? — Тринити вопросительно подняла бровь.

— Скажем так, я их допускаю. Например, существует теория голографического принципа.

Некоторые ученые считают, что вся наша реальность — это проекция информации, записанной на границе нашей вселенной. Подобно тому, как 3D-образ создается на 2D-поверхности. Если это так, то таких границ и проекций может быть бесконечно много.

— То есть, мы тоже одна из проекций? — не понял Макс.

— Да. В каком-то смысле. А в другой проекции наша реальность — всего лишь кино, которое создали какие-то другие люди.

— Допустим… — кивнул Нео.

— Или, скажем, теория о «Субстанции» — море энергетический импульсов, которые испускаются при любом действии или эмоциональном выплеске. Иными словами, все наши идеи, мысли, эмоции и решения попадают в единое течение, находящееся в параллельной вселенной. А потом снова попадают в нашу вселенную позже, проявляясь в следующих поколениях людей. То, что кто-то запустил туда сто лет назад, может проявиться в человеке новой эпохи. Будь то творчество, идея или любые другие проявления.

— Тогда это не логично, — Макс поднялся с места и подошёл к Морфеусу, — Допустим, что эти фильмы про нас — результат того, что авторы вдохновились нашими историями через это самое море энергии. Но ведь даты создания фильмов говорят о том, что они были сняты два века назад. А мы сейчас в… В каком-то сильно далеком будущем. Мы должны были существовать раньше, а не позже.

— Согласна, — кивнула Тринити, — Морфеус, что еще?

— Многомировая интерпретация квантовой механики… — произнес капитан, одновременно выводя что-то на экран, — Вот, читайте. Это самая популярная научная теория. Она гласит, что каждое квантовое событие — например, выбор направления движения частицы — расщепляет вселенную. В одном мире частица летит влево, в другом — вправо. Так создается бесконечное количество параллельных миров, существующих одновременно, где реализуются все возможные варианты событий.

— Ясно. Все зависит от того, куда решит полететь какая-то там мелочь, — Рокатански мрачно прищурился, глядя на экран, — Всегда знал, что моя жизнь зависит от выбора микроскопической частицы!

— Все в нашем мире — результат выбора, Макс. Твоего, Нео или кого-то еще. — Морфеус немного помолчал и продолжил, — Кстати, вот еще одна теория. Есть версия, что наша вселенная — многовариантна. И все эти варианты существуют одновременно в параллельных измерениях. И каждая из них появляется с точки выбора.

— То есть…? — переспросил Нео.

— Каждую минуту мы принимаем решения. И, в зависимости от этого, жизнь идет дальше. А в параллельной вселенной события развиваются чуть по-другому, как если бы ты поступил иначе. И все это — одновременно.

— Аааааа… — Макс на секунду задумался. — Я повернул налево и попал в Бартертаун, а где-то в параллельной вселенной я повернул направо…

— И туда не попал! — продолжил за него Линк. — И все это — одновременно. Другой Макс в этот момент пошел направо и мог бы погибнуть в пустыне, наткнуться на оазис с дикарями, украсть машину, встретить кого-то….

— И все это происходит в разных измерениях, которые не соприкасаются, — закончил Нео.

— Ага, — вздохнул Макс, — а где-то меня вообще не было и в помине. Зато был кто-то, кто написал про меня сценарий. И этот самый… Гибсон, который меня сыграл.

— Вот именно! — Линк расплылся в улыбке, — Только у него седины нет. Мы правильно поняли, капитан?

— Да, оператор, — Морфеус кивнул. — В другом измерении мы все — плод чьей-то фантазии. И, возможно, даже не такой уж плохой.

— Надеюсь, эти фильмы понравились зрителям… — задумчиво произнес Нео.

— Кстати, — Линк посмотрел на него снизу вверх, — Я нашел в сети еще три фильма про Матрицу. Называются «Перезагрузка», «Революция» и «Воскрешение». Хотел посмотреть, но файлы оказались битыми. Но если попробовать восстановить…

— Не надо! — Нео поднял руки, словно останавливая Линка. Потом сел рядом за компьютер, быстро нашел нужные файлы и удалил их из сети.

— Зачем? — ахнула Тринити, — Мы же могли узнать, что будет…

— Я не хочу, — решительно произнес Нео. — Пророчества Пифии и так говорят слишком много и часто заставляют нас делать что-то, даже не задумываясь о том, наши ли это решения. Я просто не хочу снова стать пленником чужой воли.

— Что ж, это твой выбор, — кивнул Морфеус.

Когда Макс вернулся в свою комнату, Мина уже ждала его. Дремала на койке, прислонившись к стене.

— Знаешь, — произнес он задумчиво, когда наконец закончил свой длинный и немного сбивчивый рассказ, — Пока я шёл сюда, мне почему-то представилось, что где-то есть фильм… или, может быть, книга, в которой сейчас происходит все вот это.

— Что? — Мина повернулась и посмотрела на него в упор.

— То, что мы сидим в подземном городе и смотрим фильм про тех, кто живет в подземном городе. И это тоже одна из реальностей.

— Не такая уж плохая реальность, — Мина откинула край одеяла, приглашая Макса лечь рядом. — Во всяком случае, здесь тепло, и есть время поспать.