Пять „удачных“ свиданий Гермионы Грейнджер (гет)

Глава 6. Летающий котёл, или Пять свиданий спустя

Суббота, 18:00. Косой переулок, паб «Летающий котёл».

Гермиона вошла в паб и огляделась.

Внутри пахло жареным мясом, сливочным пивом и дымом камина. Но сегодня посетителей почти не было — только свои.

За дальним столиком сидели Джинни с Забини. Джинни грела руки о кружку, Забини смотрел на неё с усталой нежностью. За соседним столиком устроились Рон с Лавандой. Лаванда что-то оживлённо рассказывала, Рон кивал, набив рот картошкой.

У стойки болтали Фред и Джордж. У каждого в руке было по кружке сливочного пива. Они переглядывались, подмигивали и вообще вели себя так, будто знали что-то, чего не знали остальные.

В углу, у самого окна, тихо переговаривались Драко и Луна. Луна покачивала ногой — в ухе болталась длинная редиска. Драко смотрел на неё с выражением, которое раньше было невозможно представить на его лице: тёплым, спокойным, почти нежным.

Пятого кандидата не было.

Гермиона подошла к столику, где сидела Джинни, и нахмурилась. Брови сошлись к переносице, пальцы сжали ремешок сумки.

— Что за фигня? — спросила она. — Где посетители?

— Это мы, — Джинни обвела рукой зал, улыбнувшись. — Все свои.

— А где моя пара? — Гермиона прищурилась.

— Жди, — Джинни подмигнула и отхлебнула пиво.

Гермиона не успела спросить — дверь открылась.

Вошел Гарри.

Один. В джинсах и свитере. Щёки красные от мороза, дыхание частое — он явно гнал себя всю дорогу, и теперь стоял на пороге, пытаясь отдышаться.

Он оглядел зал — и замер. Взгляд скользнул по лицам: Джинни, Забини, Рон, Лаванда, близнецы, Драко, Луна. И наконец остановился на Гермионе.

Он сглотнул. Пальцы сжались в кулаки.

Гарри чувствовал, как под рёбрами разрастается глухая, тяжёлая боль. Не от страха — от напряжения. От того, что сейчас должно случиться то, чего он боялся пять лет.

Фред и Джордж переглянулись. В их глазах зажглись озорные огоньки. Фред кивнул Джорджу, и они одновременно подняли кружки.

— Давай, Поттер! — крикнул Фред, стукнув кружкой о стойку.

— Не подведи! — добавил Джордж, подмигнув.

— Поттер, ты справишься! — крикнул Рон, привстав со стула и подняв кружку так, что пиво расплескалось.

— Заткнитесь! — рявкнул Гарри, но его голос потонул в общем гомоне.

Фред наклонился и достал из-под стойки большую картонную табличку. На ней было написано: «ПОТТЕР, ВПЕРЁД!»

Джордж вытащил вторую: «МЫ С ТОБОЙ!»

Фред — третью: «НЕ ПОДВЕДИ!»

Джордж — четвёртую: «ТЁМНЫЙ ЛОРД СГИНУЛ, А ТЫ ТУТ, ПОТТЕР! ПОЛЬЗУЙСЯ!»

Они подняли таблички над головой, как фанаты на квиддичном матче. Картонка с «ПОЛЬЗУЙСЯ!» слегка дрожала — Джордж не мог удержать её ровно, потому что сам трясся от сдерживаемого смеха.

Гарри посмотрел на таблички. Потом перевел взгляд на близнецов. Потом на дверь — бежать захотелось невыносимо. Потом снова на близнецов.

— Уберите, — сказал он. Голос сел.

— Не уберём, — ответили они хором, даже не думая опускать таблички.

— Пожалуйста, — добавил Гарри, и в голосе проскользнуло что-то жалкое.

— Даже ради тебя, — сказал Фред, качая головой.

— Ты сам выбрал этот путь, — добавил Джордж, усмехнувшись.

В пабе воцарилась тишина. Даже Рон перестал жевать.

Гарри вздохнул, глубоко и тяжело, как перед прыжком в ледяную воду. Вытащил палочку и наложил на столик, за которым сидела Гермиона, заглушающие чары. Лёгкое мерцание окутало их — теперь никто снаружи не слышал, что они говорят.

Он подошёл к её столику. Сел напротив.

Они молчали. Вокруг было тихо — только шипение камина. Гермиона смотрела на него, не отрываясь, и Гарри чувствовал, как у него внутри всё переворачивается. Сердце колотилось где-то в горле.

— Ты пришёл, — сказала Гермиона. Голос у неё был ровный, но пальцы, лежавшие на столе, слегка дрожали.

— Пришёл, — ответил Гарри, не отводя взгляда.

— Зачем?

Он замолчал. Сжал руками край стола, чтобы унять дрожь.

— Я боялся, — продолжал Гарри. Голос его звучал глухо, он смотрел не на неё, а на свои руки, которые сжимали край стола. — Я молчал. Я был идиотом. Я портил твои свидания, потому что не мог смотреть, как ты с кем-то другим. Я ревновал. Я злился. Я не знал, как это сказать.Я...Я люблю тебя !

Он поднял глаза.

— Прости.

Гермиона не отвела взгляд. Пальцы её дрожали, она спрятала руки под стол — там, где Гарри не мог их видеть. Но он заметил. Он всегда замечал, когда она нервничала.

— Я тоже тебя люблю, — сказала она тихо. В голосе звучала усталость, но не та, от которой хочется спать, а та, от которой хочется всё бросить и начать сначала. — Давно. Ждала, пока ты скажешь. Устала. Хотела забыть. Не получилось.

Она протянула руку через стол и взяла его за руку — холодную, с красными костяшками, ещё не отогревшуюся после улицы. Сжала.

— Не молчи больше.

— Не буду, — сказал Гарри, и в голосе у него наконец появилась твёрдость.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она смотрела на него секунду, другую. Потом наклонилась через стол и поцеловала его. Не коротко. Не стесняясь. Не так, как целуют «на удачу» или «спасибо». А так, как целуют, когда боялись потерять.

Гермиона взмахнула палочкой — заглушающие чары упали.

И тут же паб взорвался.

— Ну наконец-то! — заорали близнецы. Фред подбросил табличку вверх, Джордж едва успел её поймать. Они хлопали друг друга по ладоням, как квиддичные фанаты после победного гола.

— Мы всё видели! — крикнул Рон, стукнув кружкой о стол так, что пиво выплеснулось на скатерть. Лаванда засмеялась и промокнула лужу салфеткой, даже не думая его ругать.

— Но не слышали! — добавила она с улыбкой.

— Я и не сомневался, — сказал Драко из своего угла. Он поднял кружку, глядя на Гарри, и в его взгляде не было ни насмешки, ни злорадства. Только спокойное уважение.

Луна склонила голову набок, разглядывая Гарри с тем выражением, которое могло означать всё что угодно — от глубокого анализа до лёгкого любопытства.

— У него аура стала персиковой, — задумчиво сказала она. — Это цвет любви.

Она помолчала, прищурилась.

— И смущения, — добавила она, глядя на красные уши Гарри. Те горели так ярко, что, казалось, могли светиться в темноте.

Гарри дёрнул плечом, пытаясь спрятать уши, но куда там.

Джинни подняла кружку.

— За Поттера, который наконец-то обрёл речь! И за Грейнджер, которая всё это терпела!

— За нас, — тихо сказал Гарри, не отрывая взгляда от Гермионы.

— За нас, — ответила она.

Они чокнулись.

Фред и Джордж перебрались за их столик. Они отодвинули свободные стулья с таким шумом, что Забини поморщился.

— Подвиньтесь, — сказал Фред, уже усаживаясь.

— Мы теперь с вами, — добавил Джордж, хлопнув Гарри по плечу. Тот чуть не поперхнулся воздухом.

Рон с Лавандой — следом. Рон отодвинул Забини локтем, уселся напротив Гарри, взял свою кружку и сделал большой глоток.

— Ты мог бы не торопиться, — заметила Лаванда, но без злости, скорее с усталым весельем.

— Я праздную, — ответил Рон, вытирая губы.

— Празднуй, но не напивайся, — сказала Лаванда, поправив ему воротник. Рон послушно замер.

Джинни и Забини потеснились, подвинувшись к стене, чтобы всем хватило места. Забини оказался прижатым к стене плечом к плечу с Джорджем, и выглядел так, будто мысленно прощался с жизнью.

Драко и Луна остались у окна. Они не пересаживались. Драко сидел, откинувшись на спинку стула, Луна положила голову ему на плечо. Они тихо переговаривались, поглядывая на компанию, но не лезли. Им было хорошо и так.

Рон повернулся к Лаванде, взял её за руку. Лаванда удивлённо подняла бровь, но руку не убрала.

— Я, кстати, думаю сделать предложение, — сказал Рон. Голос у него чуть дрогнул — он явно волновался, хотя старался этого не показывать.

Лаванда округлила глаза. Щёки её порозовели.

— Ты серьёзно?

— Серьёзно. Но не сейчас, — он улыбнулся. — Сейчас пей.

Лаванда не стала спорить. Взяла свою кружку, сделала глоток, поставила и вытерла губы.

— Я подожду, — сказала она тихо. Рон сжал её пальцы в ответ.

Фред и Джордж переглянулись.

— Они ещё не женаты, а уже ведут себя как старики, — сказал Фред, подперев голову рукой.

— Это любовь, — ответил Джордж, копируя его позу.

— Это безнадёжность.

— Одно и то же, — сказали они хором.

Гермиона сидела, прижавшись плечом к плечу Гарри. Он гладил её по руке — не стесняясь, не пряча взгляд. Больше нечего было прятать.

— Мы задержимся? — спросил он, повернувшись к ней.

— Все задержатся, — ответила Гермиона. — Праздновать будем.

Она улыбнулась. Улыбка была тёплой, счастливой, но в глазах уже заплясали чёртики.

И достала палочку.

— Грейнджер, — вздохнул Драко. — Не надо.

— А я так не думаю, — ответила Гермиона и взмахнула палочкой.

Драко и Луна остались сидеть как ни в чём не бывало — Гермиона их не тронула.

Остальные приклеились к стульям — никто не мог привстать или отодвинуться. Потом их головы плавно наклонились вперёд, пока лбы не коснулись столешницы. Теперь они сидели, уткнувшись лицами в стол.

Гарри тоже приклеился. Он попытался поднять голову — не получилось.

— И последнее, — сказала Гермиона. — Каждое второе слово у вас будет превращаться в «ква».

— Что ква значит? — спросил Джордж, не поднимая головы.

— Ква значит «ква», — ответила Гермиона. — Это просто вставка. Теперь вы будете вставлять «ква» через каждое слово.

— Это ква бессмысленно, — сказал Фред.

— Это ква весело, — ответила Гермиона.

Она убрала палочку.

— Через час пройдёт. Все чары — сами.

Она наклонилась и поцеловала Гарри в щёку.

— Ты говорил правду, — шепнула она. — Поэтому я тебя поцеловала.

Она выпрямилась, поправила сумку и посмотрела на компанию.

— Вы испортили мне четыре свидания, — сказала она. — Подглядывали, шумели, кидались петардами. А я — заместитель министра магии. Шутить со мной — не самая умная идея.

Она помолчала.

— Скажите спасибо, что я не принесла арбалет.

Фред приподнял голову (насколько это было возможно с приклеенным лбом) и спросил:

— Она ква серьёзно?

Гарри и Рон переглянулись.

— Ква серьёзно, — ответил Гарри. — У ква неё ква под ква столом ква в ква кабинете.

— Я ква сам ква видел, — добавил Рон и вздохнул.

Фред опустил голову обратно на стол.

— Тогда ква я ква молчу, — сказал он.

Лаванда тихо охнула. Джинни замерла с открытым ртом.

Забини, не открывая глаз, произнёс:

— Я ква никогда ква не ква буду ква пить ква с ква ней ква в ква одном ква пабе.

— Это ква мудрое ква решение, — заметила Джинни.

Она развернулась и пошла к выходу. Драко и Луна поднялись следом, взялись за руки и направились к двери.

— Грейнджер! — крикнул Рон в стол. — А ква мы?

— Вы побудете, — ответила Гермиона, не оборачиваясь. — Вам полезно.

Она вышла. Драко и Луна — за ней. Дверь закрылась.

На улице Гермиона остановилась на крыльце, вдохнула холодный воздух.

— Шалость удалась, — сказала она, радостно.

— Ещё какая, — ответил Драко.

Луна ничего не сказала. Просто улыбнулась.

-

В пабе воцарилась тишина.

Потом Фред сказал:

— Это ква из-за ква тебя ква, Поттер.

— Я ква знаю, — ответил Гарри, уткнувшись лбом в столешницу.

— Ты ква заговорил ква ей ква зубы, — добавил Джордж. — А ква мы ква расхлёбывай.

— Я ква не ква заговорил, — сказал Гарри. — Я ква молчал.

— Это ква хуже, — сказал Рон.

— Это ква ты ква во всём ква виноват, Поттер, — добавила Лаванда.

— Из-за ква тебя ква мы ква здесь ква сидим, — поддержала Джинни.

— Спасибо ква, — вздохнул Гарри.

— Пожалуйста ква, — ответил Рон.

Фред и Джордж переглянулись.

— Мы ква здесь ква на ква час, — сказал Фред.

— Давай ква считать, ква кто ква больше ква вставит ква «ква» ква в ква фразу, — предложил Джордж.

— Это ква глупо, — сказал Забини.

— Твой ква ход, — ответил Фред.

— Я ква не ква участвую.

— Ты ква уже ква участвуешь, — заметила Джинни.

— Это ква нечестно, — сказал Забини.

— Это ква весело, — ответила Джинни.

Они сидели и переговаривались в стол. Слова «ква» звучали всё чаще.

Гарри закрыл глаза и подумал, что ради неё стоило признаться.