ИГРА В ГЕРОЯ. И ПОСЛЕДСТВИЯ, К КОТОРЫМ ОНА ПРИВОДИТ (гет)

Учебные дни до рождественских каникул, казалось, тянулись бесконечно, но вот наступили они очень быстро, застав Эмили врасплох своей внезапностью. Вместе с братом Николасом они прибыли на вокзал, где их уже ждал отец. Когда они переступили порог поместья Малфой-Мэнор, навстречу им вышла мать, крепко обнимая детей.

Сейчас вся семья собралась за ужином в столовой, оживленно беседуя. Дети наперебой делились новостями, накопившимися за прошедший учебный семестр. Дженифер с теплотой наблюдала за ними, радуясь их возвращению и тому, что дом, успевший опустеть и затихнуть за время их отсутствия, вновь наполнился их звонкими голосами. Семейную идиллию нарушило внезапное появление совы, влетящей в окно столовой. В клюве она держала два запечатанных конверта с гербом Хогвартса — школьные оценки за полугодие.

Люциус бегло просмотрел оценки Николаса, удостоив сына лишь легким одобрительным кивком. Оценки Эмили он изучал более внимательно, что заставило девушку заметно занервничать и ерзать на стуле.

— Что ж, не так уж и плохо, — наконец вынес он вердикт, и Эмили облегчённо вздохнула. — Но в следующем семестре извольте подтянуть свои баллы, юная леди, — добавил Люциус, строго взглянув на дочь. Затем его тон стал ледяным: — И чтобы на каникулах, кроме учебников, я ничего в ваших руках не видел! Все ваши глупости я конфисковал.

Эмили вопросительно посмотрела на брата, но тот отрицательно покачал головой.

— Люциус, — мягко вмешалась Дженифер. — Не нужно так строго, девочка и так старается.

— Старается, вижу, — согласился он с женой. — Но в следующем семестре пусть постарается лучше. До выпуска осталось не так много времени.

— Пап, а ты знаешь, что Николас… — начала было Эмили, глядя на брата, но осеклась, когда тот показал ей кулак из-под стола и беззвучно произнес слово «Зелья». — Хотя неважно… Папа, а нам в школе по истории магии задали делать большой доклад на конец года. Мы будем рассказывать об одном из героев магической войны.

— И про кого ты собралась писать? Надеюсь, не про Тёмного Лорда? — отец внутри немного напрягся, вспоминая многочисленные вопросы, которые ему задавала дочь.

— Не-е-е-е, — протянула Эмили. — Я выбрала Северуса Снейпа.

— Необычный выбор, — Люциус почему-то перевёл свой внимательный взгляд на жену, но получил лишь её вопросительный взгляд в ответ.

— Так нам тоже задали подобный доклад, — оживился Николас. — У нас в конце учебного года будет день памяти жертв, павших на войне с Волан-де-Мортом. А на следующий день — празднование в Большом зале в честь победы. Профессор Бинс в честь этого события задал писать такие доклады всем старшекурсникам. А лучшие работы будут опубликованы в школьной брошюре, — последние слова он произнес с некоторой гордостью, словно ему уже сообщили, что его доклад попал в список лучших.

— Даже не вздумай про меня ничего писать, Николас! — строго сказал отец, словно предугадывая его мысли. — Ты меня слышишь, я тебе запрещаю!

Николас грустно опустил голову.

— Пап, а расскажи что-нибудь про Северуса Снейпа, вы ведь друзьями были, — попросила Эмили, прервав столь трагичный для своего брата момент.

Люциус на мгновение замер, его взгляд стал рассеянным, словно он погрузился в далекое прошлое.

— Да, мы дружили долгое время с Северусом, до его отъезда. Он всегда был очень талантливым зельеваром…

— Ага, и преподавал зельеварение в Хогвартсе, — грустно прервала Эмили. — Об этом и так в учебнике написано. Мне бы хотелось узнать что-нибудь такое… личное… — мечтательно протянула она, ее глаза загорелись предвкушением.

— А вот личное в своем докладе ты написать не сможешь, — отрезал отец, его голос снова обрел привычную строгость.

— Да мне просто, из любопытства хотелось… — Эмили вдруг посмотрела на отца с надеждой, ее голос стал умоляющим. — Пааап, а правда ли, что у вас в Министерстве хранятся воспоминания молодого профессора Снейпа? А не мог бы ты…

— Нет, Эмили, я не пущу тебя в этот отдел, — строго произнес отец, его взгляд стал непреклонным. — И это мое последнее слово, — добавил он, глядя на ее жалостливое лицо, которое, казалось, вот-вот готово было расплакаться.

— А я тебе говорил, — погрустневшее лицо Николаса снова оживилось, он с довольной усмешкой посмотрел на сестру.

— Эх… — с тоской протянула Эмили, ее плечи поникли. — Ну можно хотя бы заглянуть в ваши архивы, может, что полезного найду для своего доклада.

Отец некоторое время задумывался, его взгляд скользил по лицу дочери, пытаясь уловить искренность ее слов.

— Ладно, это можно устроить, — согласился он наконец, его тон смягчился. — Думаю, тебе будет полезно научиться работать с информацией. Возьму тебя с собой в Министерство… но только не завтра, дел много.

— Ура! — Эмили радостно захлопала в ладоши, ее лицо мгновенно просветлело.

— Но даже не вздумай меня уговаривать, в другие отделы я тебя все равно не пущу, — и с этими словами Люциус встал из-за стола, давая понять, что на этом разговор окончен