Имя мне Винтер (джен)

А жизнь в Пьерфоне текла своим чередом. Портосу, похоже, уже наскучили радости жизни, в изобилии водившиеся в поместье. И его скуку скрашивали лишь друзья, изредка наведывавшиеся к нему в гости. У Портоса было всё, всё, кроме семьи. Двадцать лет, промелькнувшие как один миг, не принесли ему ни долгого брака, ни детей. А потому всю свою любовь он изливал на друзей и на Рауля, гостившего у него в поместье.

Сегодня был особый день. Сегодня Портос с Раулем собирались на охоту.

Гончие были уже собраны. Тонконогие борзые обнюхивали землю, а лошади рыли её копытами. Прозвучал горн, и всадники понеслись по лесу, прорезая грудями коней кустарник подлеска. Рауль осадил конька и попытался перепрыгнуть через дерево, но тот заартачился и, стряхнув седока, унёсся к поместью — к теплому стойлу поближе и в место потише. Портос, увидев это, круто повернул и подскакал к Раулю. Рядом спешился Мушкетон.

Портос присвистнул, увидев маячащий вдали белый хвост лошади.

Рауля посадили на лошадь Мушкетона, и они поехали дальше. Вдруг за густыми лохматыми елями послышался взбешённый лай. Портос с Раулем направили лошадей туда. Вся свора столпилась возле одного места и рычала, выла, но подходить боялась.

С поднявшейся дыбом шерстью, в углу поляны, на старом поваленном дереве щерилась волчица.

Когда одна из собак выпрыгивала вперед, та клацала зубами и, свора взвывала к хозяину:

— Убей её, убей!

— Ну... — Портос прицелился из пистолета. Волчица заметила дуло и зарычала. И тут Рауль заметил, как за спиной волчицы зашуршали листья и из норы показался один-единственный волчонок.

Рауль перехватил руку Портоса.

— Не надо!

Он указал на зверька. Портос всё понял и отвел дуло. Мушкетон разогнал свору, и волчица гордо удалилась со своим детёнышем в чащу.

Вечерело. Так и не поймав ничего, Портос с Раулем возвращались к замку. Закатные лучи прорезались сквозь листья деревьев оранжевыми угольями.

— Рауль, вы не жалеете, что мы упустили добычу? Возвратились бы с триумфом в замок, — тихо спросил Портос.

— Нет, — так же тихо отозвался Рауль. — Мы бы оставили детёныша без матери. И зачем бы тогда это всё было?

— Да, — Портос согласился. — И если бы детёныш всё равно выжил... волки-одиночки — самые злые. Эх, вот и хорошо, что не затравили! Два раза повторять одну и ту же ошибку глупо.

Рауль вопросительно посмотрел на дю Валлона, но тот лишь махнул рукой, что значило:

— Забудь.

В замке уже зажигались янтари окошек, когда всадники наконец вернулись домой.

Изголодавшихся охотников ждало баранье жаркое, а что лучше бараньего жаркого умеет отгонять тяжелые воспоминания, всплывшие из недавнего прошлого?