Так вот оно чё, Персивальич (джен)

— Так почему именно на верхнюю площадку астрономической башни, Хагрид? — уточнил Гарри.

— Ну-у... — великан задумался, словно решая говорить или нет, но потом видимо посчитал что ничего плохого не будет и рассказал, — потому что над этой самой башней в защитном куполе Хогвартса есть окно, в которое можно беспрепятственно влететь не убившись об защиту и не потревожив сигнализацию. Правда, только в мирное время.

— И ты, вот так просто, рассказал об этом своим друзьям из заповедника? — удивился Невилл.

— Нет, конечно. Я ведь не совсем из ума выжил чтобы такие секреты выбалтывать, — обиделся Хагрид. — Просто именно оттуда забрать груз можно незаметнее всего, поэтому я и договорился о встрече именно там.

— Ладно, давайте не будем спорить, — попросил их Гарри. — Лучше подумаем как это сделать, так чтобы не попасться. Только у меня пока вот какой вопрос, а попадут они туда как?

— На мётлах прилетят, — ответил Хагрид.

А мётлы маги использовали не только для того чтобы верхом на них в квиддич играть, но и как транспорт, в том числе и грузовой. И, порассуждав, Поттер пришёл к выводу, что воспользоваться мётлами им самим тоже ничего помешать не должно. Да и шанс проскочить незамеченным при этом возрастал, потому что люди редко в верх смотрят, если только обстоятельства не вынудят. Кстати, тут возникал закономерный вопрос, мол, а зачем Гарри вообще собрался вписаться в эту авантюру? Надо ли оно ему? И он ответил бы, что да. Надо. Потому что помог ему Хагрид... э-э-э... ну скажем, правильно попасть в магический мир. Да и с его родителями покойными у полувеликана хорошие отношения были.

А ещё, если рассматривать вопрос, ну, пусть будет с меркантильной точки зрения, то Хагрид был источником ценнейших ингредиентов и составных частей для всяких там зелий и прочих магических приблуд. И оказать ему помощь сам бог или, как говорили маги, Мерлин велел. И, это было только, во-первых. А было ещё и, во-вторых, в частности, возможность не дать заиметь Дамблдору ещё больше рычагов воздействия, как на Хагрида, так и на самого Гарри. Ведь по идее-то, что сейчас должен был сделать Поттер? А должен он был сообщить о наличии драконьего яйца у Хагрида в компетентные органы. И если бы он сообщил, то в школе появились бы местные полицейские, или авроры, как их тут называли. А дальше очень просто, сначала один из них разыгрывает злого копа, который будет непременно настаивать на отправке в Азкабан, потом в решение этого вопроса непременно влезет добрейшей души дедушка Дамби и, типа, отмажет и Хагрида, и Гарри тоже. И сделает Хагрида ещё больше должным может заполучить в руки рычаг воздействия на самого Поттера. Как? Ну, придумал бы что-нибудь. Товарищем-то он продуманным был.

И в принципе, если разбираться, то Хагрид здравую идею подал, потому что ночью из школы выйти, как и войти в неё незаметно, было весьма сложно, если не невозможно, имеется в виду не потревожив сигнализацию. Поэтому то, что он предлагал было наиболее целесообразно. Нет, ну а чего? Подлетели, забрали, улетели и всё шито-крыто.

Единственная трудность состояла в том, что астрономическая башня хоть и была строением отдельным, но располагалась внутри школьного двора, так что подойти к ней незаметно, пусть даже и в ночное время, было несколько... проблематично. Даже несмотря на то, что в школе соблюдался комендантский час и ночью по её территории шляться было запрещено. А всё потому что нарушителей этого самого часа всегда хватало, ну, всяких там влюблённых парочек и прочих раздолбаев вроде близнецов Уизли. Так что, попасться кому-нибудь на глаза, если следовать наземным путём было очень даже запросто. Поэтому Гарри и предложил использовать мётлы для доставки, а Гермиона предложила ещё и самому Хагриду пройтись несколько раз по школьному двору и отвлечь на себя внимание того же Филча и его кошки, если понадобится.

Кстати, кто такой был этот самый Аргус Филч? Вообще-то он был школьным завхозом, и казалось бы какое он имел отношение к различного рода нарушителям, занимайся себе своими хозяйственными делами и не лезь куда тебя не просят. Но... был у него пунктик, любил он побродить ночью по школе и поотлавливать нарушителей распорядка дня, а его кошка по кличке Миссис Норрис очень хорошо помогала ему в этом деле. А Дамблдор всячески поощрял это его хобби. Но ещё Филч почему-то считал, что имеет право командовать Хагридом, несмотря на то что тот подчинялся лично директору и из-за этого у них часто возникали перепалки. Поэтому присутствие Хагрида во дворе, на всякий случай, лишним не будет. А Невилл предложил ещё и Миссис Норрис отвлечь подкинув ей какой-нибудь шарик наполненный кошачьей мятой, а где будет кошка, там и Филч рядом окажется.

Вот такой, примерно, появился у них план, который, в итоге, удался. В ночь, когда прилетели парни из заповедника, Гарри и Невилл усыпили своих соучеников, с кем они вместе занимали одну спальню и на заранее приготовленных мётлах вылетели из окна гостиной их гриффиндорского общежития. А Гермиона окно за ними закрыла и уселась у камина с книгой для «лёгкого чтения». А дальше было дело техники. Они, стараясь лететь в тенях отбрасываемых зданиями, долетели до хижины Хагрида и забрали ящик в котором спал недавно вылупившийся дракончик и немного подождали, дав ему время чтобы он добрался до школьного двора. После чего подхватили груз и доставили его по назначению.

А уже там они немного подождали ребят из заповедника, передали им груз и отправились обратно. Единственное, оказалось что предположение Гермионы насчёт Филча оправдалось, и пролетая над двором увидели и услышали они как тот ругается с Хагридом, а рядом трётся Миссис Норрис. Впрочем, предвидев такой момент, Гарри взял на время из хижины Хагрида свою мантию-невидимку. А дальше он накинул её на себя и опустившись, завис в воздухе у Филча за спиной, после чего скинул с головы капюшон, показавшись Хагриду, кивнул ему, подтверждая что всё у них нормально прошло и полетел дальше. Затем они подлетели к окну их факультетской гостиной, постучали в стекло, Гермиона открыла его и впустила их внутрь.

Вот так закончилась тайная операция под названием «Спасите Норберта». А Норбертом дракончика Хагрид назвал, потому что породы он был Норвежский горбатый. Единственное что было непонятно, зачем было идти на такие ухищрения чтобы выяснить у Хагрида как мимо цербера пройти. И если бы кто спросил, причём тут церберы, которые в Британии отродясь не водились, то дело было в следующем.

Ещё первого сентября, на приветственном пиру, Дамблдор сделал объявление, что в этом году, временно, в один из коридоров третьего этажа ходить не рекомендуется, потому как его посещение может закончиться мучительной смертью. Но, когда и кого такие объявления останавливали, особенно гриффиндорцев? В общем, не прошло и двух недель как близнецы Уизли рассказали что там, в одной из комнат, сидит большущий трёхголовый пёс. И не просто сидит, а сидит на люке, который закрывает вход ещё кудато. И который, судя по всему, этот пёс охраняет.

Разве что был один нюанс. О том что такие пёсики называются церберами ребята выросшие в магическом мире знали далеко не все, в отличие от магглорождённых, потому как не знакомы они были с греческими мифами. А магглорождённые, если бы их кто спросил, то рассказали бы что церберы использовались как охранники и как можно пройти мимо такого стража тоже, о чём излагалось в мифе про Орфея и Эвридику.

В общем, достаточно было поиграть на каком-то музыкальном инструменте и цербер засыпал. А Гарри с Гермионой прекрасно об этом знали и были весьма удивлены услышав рассказ Хагрида, насчёт того как незнакомец ему драконье яйцо, типа, проиграл. А удивило их то, что он попытался у Хагрида выведать, щедро угощая того огневиски, как мимо цербера пройти можно. Ну, типа, слышал он что тот всяких экзотических зверушек обожает. Отсюда и вопрос у него был. Уточнил он, как бы между делом, сталкивался ли Хагрид с трёхголовыми собаками, и если сталкивался, то знает ли как мимо них прошмыгнуть. Правда, не учёл незнакомец, что споить полувеликана практически невозможно, так что и не узнал он ничего.

— Да как так-то? — удивилась тогда Гермиона. — Ведь это даже магглам известно. Достаточно же всего лишь какую-то музыку воспроизвести и цербер уснёт.

— А ты откуда об этом знаешь? — тоже удивился Хагрид. — Это, вобще-то... не самые распространённые сведения. Хотя, при желании, узнать об этом не так уж и сложно.

— Из книга «Легенды и мифы древней Греции», Хагрид, — объяснил ему Гарри. — Которую мы с Гермионой читали ещё в начальной школе.

— Что, вот так просто в книге написано? — ещё больше удивился великан.

И был ещё один момент, когда они так же удивили Хагрида. Правда было это намного раньше, ещё осенью. Они тогда тоже в гостях у Хагрида оказались и там, на столе увидели газетный лист со статьёй в которой рассказывалось о попытке обворовать банк Гринготтс. При этом указывалось что кража планировалась из хранилища семьсот тринадцать, а именно из него что-то забрал Хагрид когда они с Гарри в банк наведывались. И, кстати, именно в это день попытку и предприняли.

— Да ну нафиг, — сказал тогда Гарри. — Ерунда какая-то.

— Почему? — спросил Хагрид.

— Так ты же мне сам рассказывал — пояснил Поттер, — что гоблины не лезут в дела магов, — а сотрудниками, как и владельцами банка были гоблины, — но и в свои дела их не посвящают. Отсюда вопрос, как стало известно, что банк пытались обворовать?

— Э-э-э... — Хагрид почесал в затылке. — А фиг его знает. Но, в любом случае мне порекомендовали, — он потыкал пальцем в потолок намекая на то, кто именно порекомендовал, — показать тебе эту статью и если ты заинтересуешься сказать что это дело Дамблдора и Фламеля. И чтобы ты в это дело не лез.

— Фламеля? — Гарри во все глаза уставился на Хагрида. — Но... тогда это уже не фигня, а самая настоящая хрень получается.

— Язык, Гарри, — сделала замечание Гермиона, после чего и сама заявила что это действительно полная... э-э-э... ну, то самое, как Поттер выразился.

И объяснила, что с точки зрения логики это абсурд, потому что, во-первых, у англичан с французами давняя, взаимная и очень сильная неприязнь. И, во-вторых, кто такой столетний Дамблдор против шестисотлетнего Фламеля? И сама же ответила что никто, всего лишь мальчишка с грязной попой. Ну и какие спрашивается тогда у Фламеля могут быть дела с Дамблдором? Нет, они, конечно, якобы сотрудничали, но где гарантия что Дамблдор не был, при этом, мальчиком на побегушках, а потом не раструбил на весь свет факт их, типа, совместной работы выставив себя в самом выгодном для себя свете? Вот такой у них состоялся разговор удививший Хагрида, тем что детишки знают и кто такой Фламель, и своим трезвым взглядом на описанное в газете.

А через пару дней, как они с Норбертом разгреблись, Гарри, Невилл и Гермиона снова сидели у Хагрида и Поттер сказал, что, судя по всему, дело движется к кульминации. Кстати, к Хагриду они частенько в гости сбегали когда им без лишних ушей пообщаться хотелось. Решил же он так потому что учебный год близился к окончанию и вскоре должна была начаться летняя сессия, а там и по домам поедут все. А в то, что что-то произойдёт за пределами магического мира не верилось. Это ему, к тому же, и интуиция подсказывала. А Гермиона, Невилл, да и Хагрид были с ним согласны. Даже они чувствовали что что-то эдакое витает в воздухе. Единственное что им всем было непонятно, как во всём этом будет задействован Гарри. Информации не хватало.

А то что в дело будет замешан Поттер и так понятно было. Ведь не могло же быть просто так, что Гарри с самого младенчества поместили в неблагоприятные условия и держали подальше от магического мира. И, наверняка, этот момент Дамблдор собирался как-то использовать в своих интересах. А ещё очень даже могло быть и так, что учитывал он в своих непонятных планах, что Гарри будет не тот наивный мальчик каким он должен был вернуться в магический мир. И что умного Гарри тоже можно было бы как-то использовать.

В любом случае, Поттер ловил периодически на себе взгляды Дамблдора во время приёмов пищи. И он почти физически ощущал, что тот рассматривал его не просто так, а с гастрономическим, что ли, интересом, что не могло не нервировать и снова задумываться над тем, что же ему в итоге от Гарри нужно.

Потому как, для чего именно, так яснее пока и не стало. И ещё, у Гарри появилось предчувствие что так же всё то, что в скорости должно было произойти, коснётся профессора Квиррелла. А Квиррелл, был тем самым заикой, чьё назначение преподавателем вызвало у них удивление ещё в самом начале года. И если сперва он ещё выглядел пусть всего лишь боящимся собственной тени, но в целом держался бодрячком, то сейчас он смотрелся как готовый вот-вот концы отдать. Ну, или сыграть в ящик, или склеить ласты, или отправляться в следующее большое приключение, то есть умереть.

И так же было совершенно непонятно почему он всё ещё учительствует, потому как продуктивность его уроков снизилась ещё больше. Нет, так-то он по прежнему всего лишь зачитывал главы из учебника, но сейчас ещё и замолкал, вдруг, посреди очередной фразы, и замирал уставившись в одну точку. А затем, когда приходил в себя то окидывал класс удивлённым взглядом, как будто бы не понимая что он вообще здесь делает, после чего вроде бы вспомнив что он ведёт урок обычно спрашивал: «Итак, на чём я остановился?». В общем, что-то с ним было не то, причём очень сильно и почему его никто в приказном порядке не отправит на лечение было совершенно неясно.

Поэтому, всё что оставалось друзьям, так это ждать развязки, которая вот-вот должна была наступить. А чтобы не нервничать и голову лишним не забивать, они решили вплотную заняться подготовкой к сессии, которая, в общем-то, вскоре и наступила. Как и та самая развязка, которой они все ждали. А произошло это когда сдавали экзамен по ЗОТИ, предмету который преподавал Квиррелл.

Так вышло, что Гарри сдавал его последним и после того как он сдал теорию, профессор сказал ему, что по требованию директора Дамблдора самому Поттеру предстоит сдать ещё и практический экзамен. Тогда-то Гарри и понял, что вот она, кульминация, и что закончится всё в течение часа. Ну и решил подыграть Квирреллу, а там глядишь я понятнее что-то станет, поэтому и отправился вслед за ним.

А отправились они в тот самый запретный коридор на третьем этаже и Гарри, наконец-то в живую увидел как выглядит цербер. И понял он тогда почему Хагрид фанатеет от всяких зверушек, особенно от тех что поопасней. Потому как цербер выглядел не просто внушительно, но ещё и вызывал целую гамму чувств. Страх, восхищение, трепет...

— Ну-у-у, м-м-мистер П-п-пот-т-т-ер, — начал заикаясь Квиррелл, — к-к-как б-бы вы п-п-п...

— Преодолел данное препятствие, профессор? В смысле, прошёл мимо этого пёсика? — уточнил Гарри. И получив подтверждающий кивок пояснил, что очень просто. — Нужен всего лишь артефакт воспроизводящий музыку и цербер уснёт.

— О-о-о-чень х-х-хорошо, — Квиррел улыбнулся и достал из кармана какую-то шкатулку.

«Хм-м... а ведь если тем кто Хагриду яйцо дракона, типа, проиграл,- подумалось вдруг Гарри, — был сам Квиррелл или кто-то по его поручению, то значит узнал он как-то об этом, пусть и у кого-то другого».

Дальше он её раскрыл и заиграла музыка, вроде как колыбельная, а цербер через некоторое время уснул. И хорошо ещё что он в это время не стоял прямо на люке, так что не пришлось изощряться чтобы ещё и его подвинуть а сам люк можно было поднять всего лишь используя левитацию. Затем была ловушка с растением под названием Дьявольские силки, которое боялось огня и света, после чего была комната с летающими ключами, которые были заморожены заклинанием Иммобулус. Все они попадали на пол и Гарри отыскал подходящий ключ, чтобы открыть следующие двери.

А из следующей комнаты Гарри пришлось вернуться обратно и прихватить пару летающих мётел, потому что дальше им предстояло преодолеть шахматное поле пройти через которое пешком не давали гигантские шахматные фигуры, и по идее нужно было бы сыграть партию, но... сам Гарри в этом деле был не силён. Так что пришлось пройти это препятствие другим способом. Затем, после шахмат, был большущий горный тролль, которы, к счастью спал, так что мимо него Гарри с Квирреллом тоже потихоньку пролетели на мётлах и наконец, они оказались в помещении где стоял стол с кучей бутылочек на нём.

Комната эта оказалась с сюрпризами. Во-первых, как только они туда влетели, то сразу же за ними загорелось пламя, став эдакой огненной стеной отрезавшей им путь назад. Но и вперёд они тоже пройти не могли, потому что и там пламя во всю бушевало, да ещё и какого-то непонятного, почти чёрного цвета. И для того чтобы из этой комнаты выбраться нужно было, судя по всему, выпить соответствующее зелье из одной из бутылочек, что стояли на столе. А вот из какой именно нужно было угадать решив головоломку условия которой были в записке, лежавшей тут же на столе. Впрочем, такие головоломки Гарри решать умел, так что труда это не составило, и он показал Квирреллу из какой бутылки нужно пить чтобы пройти вперёд, а из какой чтобы — назад.

Квиррел выпил из той, зелье в которой позволяло пройти вперёд и отправился дальше, но, перед этим он предложил Поттеру подождать пока бутылочка вновь наполниться и следовать за ним. И она действительно вскоре наполнилась. А в следующей комнате, куда Гарри вошёл — она, кстати, оказалась последней — в центе стояло большущее зеркало вокруг которого расхаживал Квиррелл о чём-то задумавшись.

— А-а... вот и ты, — сказал увидевший его учитель, который вдруг перестал заикаться. — Подойди сюда, посмотри в зеркало и скажи что ты видишь.

— Понял, подхожу, смотрю, — выполнил распоряжение Поттер.

А по дороге он мысленно ухмыльнулся. «Что же ты больше не заикаешься, а, приятель? — всё так же мысленно задал он Квирреллу вопрос. — И что интересно я могу увидеть в этом зеркале? Ну, давай взглянем, пожалуй, раз ты так хочешь». Тут он как раз к зеркалу и подошёл, а заглянув в него увидел себя, Невилла, Гермиону и... Дамблдора. Старичок был от них на некотором отдалении, а они втроём стояли рядом и показывали дедушке оттопыренные средние пальцы указывающие в верх. «Хм-м... мелькнула у него мысль, — а это чего за зеркало такое? Это чего она такое показывает-то? Будущее, что ли? Или... наши мечты?». А мечта такая у Гарри появилась у Гарри уже давно, в смысле продемонстрировать Дамблдору этот неприличный жест.

— Ну, что ты видишь? — проявил нетерпение Квиррелл. — Отвечай.

— Как что? — изобразил Гарри недоумение. — Себя и вас, конечно. Это же зеркало. А что я по вашему должен был увидеть?

— Он врёт, — раздалось вдруг из-под большущего фиолетового тюрбана который Квиррелл постоянно носил на голове. — Дай мне поговорить с мальчишкой.

— Но вы ещё слишком слабы, Повелитель, — попробовал протестовать Квиррелл.

— Што-о-о?!! — послышалось из под тюрбана шипение. — Забыл своё место, червь?

— Нет, нет, Повелитель, я просто... — залебезил Квиррелл.

— Быстро, — снова послышалось из-под тюрбана.

И Квиррелл стал его разматывать, а когда закончил то повернулся к Гарри спиной. А когда повернулся, то Поттер с огромным удивлением увидел на его затылке ещё одно лицо. И если говорить на чистоту, то довольно уродливое, чем-то похожее на расплюснутую змеиную морду, да ещё и с красными глазами. «Нет, ну нихрена себе заявочки», — выдал Гарри от очень сильного удивления. Он, если честно, то и представить себе такого не мог, поэтому и не сдержался.

— Гарри Поттер, — прошипело это... хотя нет, лицом его назвать было нельзя. Морда, одним словом. — Видишь каким я стал, в кого превратился?

— Э-э-э... ну, сочувствую, конечно, и всё такое, — Гарри решил поддержать разговор, тем более что опасности он пока не чувствовал. Не подавало таких сигналов его Хаки наблюдения. — Но... вы кто такой, вообще? А то что-то я не помню среди моих знакомых кого-то попавшего в подобную ситуацию.

— Ах да, — пошипела морда, где же мои манеры? Позволь представиться, Лорд Волдеморт.

— Кто-о?! — воскликнул Гарри. — Лорд Волдеморт? Нет, ну ни хрена себе. — Снова не не сдержался он.

А потом в его голове, видимо всплыли сведения которые были в памяти у голоса и он выдал.

— Но... если вы Волдеморт, то значит что смерь ваша на кончике иглы, игла в яйце, яйцо в утке, а утка в зайце... ну, или как-то так. Впрочем, всё это не важно. Сюда-то меня зачем было приводить? Ведь если чтобы банально убить, то это гораздо раньше можно было сделать.

— Что?! Убить?! Нет, конечно, — принялась чуть ли не самозабвенно врать морда. — Я хочу предложить тебе присоединиться ко мне. Вместе мы завоюем весь мир.

— Мир завоюем? А зачем? — уточнил Гарри. — К тому же, если мы его завоюем и будем им править, то власть у нас обязательно попробуют отобрать. Завистников-то, во все времена хватало, так что, неинтересно. Но, думается мне, что это не единственная причина.

— Да, ты прав, это не единственная причина, мне нужно чтобы ты достал из зеркала то, что там спрятано и я щедро тебя награжу, — снова зашипела морда, обещая то, что выполнять совсем не собиралась.

— Достать? Из зеркала? — Гарри с сомнением посмотрел на собеседника. — Ну, если объясните как, то я бы мог попробовать, конечно. Кстати, а спрятано-то там что?

— Как что? — удивилась морда. — Конечно же Философский камень Фламеля.

Услышав такое заявление Гарри подзавис. «Философский камень? Да ну нафиг, — мелькнула у него мысль. — Нет, ну как так-то? Величайший Тёмный маг современности и на такую фигню повёлся. Да, права всё-таки Гермиона, что маги и логика понятия почти несовместимые. Ведь взрослый же уже вроде а в сказки верит, как будто и не Волдеморт совсем, а какой-нибудь... Рон Уизли». И заявил в ответ.

— Философский камень? — спросил он. — Вы сейчас серьёзно? Да кто вам сказал что он в этом самом зеркале? Вы что на самом деле считаете что Фламель одолжил его Дамблдору? Да я больше чем уверен, что если спросить об этом самого Николя, то он будет хохотать от удивления, что кто-то на такую хрень повёлся.

— Доставай камень, Поттер, — зашипела на него морда. — Иначе я убью твою грязнокровую подружку, как когда-то убил твою грязнокровую мамашу.

— Что-о?! — чуть ли не взвился Гарри.

Нет, ну серьёзно, взбесил его этот... кем бы его назвать-то... Гарри даже и слова такого не знал, наверное. А всё потому что он ненавидел слово «грязнокровка», Малфой не даст соврать. А так как и доспех Гарри на себя надел, и конечности магией напитал, ещё перед тем как с Квирреллом отправиться, то и действовал он дальше не раздумывая. Сначала он присел и ухватил Квиррелла за ноги, под коленками, а потом как регбист толкнул его плечом. Благо что тот к нему спиной повернувшись стоял. После чего прыгнул вперёд и приземлившись ему на спину своими коленями вышиб из того дух и принялся наносить удары кулаками прямо по змеиной морде. Приговаривая при этом: «Зря ты это сказал. Ох, зря».