Серый лорд Адриан (джен)

Гарри вернулся в Хогвартс, пока ещё шли уроки, поэтому отправился прямо в библиотеку и принялся сочинять письмо Сириусу — сообщить, что Уотерс добивается для него судебного разбирательства.

Дорогой Сириус,

Хочу сразу сказать: письмо поверенного — не ловушка. Он действительно пытается добиться для тебя суда. Уотерс предупредил, что не может гарантировать оправдания, но рассчитывает довести дело до слушания перед судьёй. Он нашёл доказательства того, что Петтигрю жив, и настоятельно советует тебе пока держаться подальше от Англии.

Сириус, мне столько всего нужно тебе рассказать.

Моё имя выпало из Кубка Огня, и это каким-то образом сделало меня совершеннолетним перед законом. Хорошая новость: на самом деле я не обязан участвовать в Турнире. Оказывается, они указали не то имя, которое записано у меня в документах.

Ты знал, что при рождении мне дали имя Адриан? Почему ты мне никогда об этом не говорил?

Я нашёл дневник, который оставил мне отец, и сейчас его читаю. Одно из первых, что он там написал: когда я буду его читать, ты должен сидеть рядом со мной. Это ударило по мне больнее всего.

Ещё он написал, что я твой наследник. Как так получилось? А как же дети, которые у тебя когда-нибудь должны появиться? Ты вроде ещё не древний старик.

А ещё выяснилось, что мама, судя по всему, была финансовым гением. Благодаря её инвестициям в волшебном и магловском мирах мне больше никогда в жизни не придётся беспокоиться о деньгах. Правда, отец всё равно пишет, что когда-нибудь мне стоит устроиться на работу: мол, честный труд полезен для души.

Думаю, ты бы посмеялся над тем, чем я тут занимался. Я нанял поверенного, поцапался с брокером и меньше чем за две недели умудрился выбесить половину взрослых во всей Британии.

В общем, прошу тебя: послушай Уотерса и не суйся пока в Англию. Он знает своё дело, и я не хочу, чтобы тебя арестовали раньше, чем он успеет помочь. И уж тем более не хочу, чтобы тебя поцеловал дементор просто из-за того, что тебе не сиделось на месте.

Как только появятся новости, я сразу напишу снова.

Я скучаю по тебе, Сириус. Сильнее, чем думал.

Жду не дождусь, когда ты сможешь вернуться домой.

Твой крестник,

Адриан Поттер

Гарри перечитал письмо в третий раз, вложил в конверт, отнёс в совятню и отдал Хедвиг. Сова несколько минут покружила под потолком, затем вылетела в проём и камнем спикировала вниз вдоль замковых стен.

Внезапно рядом с Гарри возник Добби.

— Гарри Поттер, сэр, на кухне сидит большая чёрная собака! Он ищет вас! — пропищал эльф, теребя чистую наволочку, в которую теперь был одет.

— Твою мать, — выдохнул Гарри и сорвался с места.

В голове вихрем неслись мысли. Какого чёрта Сириус тут забыл? Разве он не получил предупреждение Уотерса не возвращаться? Ну почему эта проклятая псина не может хоть раз послушать?!

Влетев в коридор, где находились кухни, он подошёл к портрету и пощекотал грушу. Дверь распахнулась — и взгляду предстал Сириус, уминающий половину еды на кухне. На столе теснились ростбиф, сэндвичи, суп, курица, картофельное пюре и огромная миска салата. Похоже, эльфы готовили ещё и десерт.

— Сириус, какого чёрта ты здесь делаешь? — спросил Гарри, подходя к столу.

Он замер, не понимая толком, что чувствует. С одной стороны, он был невероятно рад видеть крёстного, с другой — до смерти за него боялся.

— Обедаю, — отозвался Сириус, откусил кусок ростбифа и с блаженством прикрыл глаза.

— Сириус, будь серьёзнее, — сказал Гарри, опускаясь на стул.

— Я всегда Сириус, — заявил тот и отрывисто, по-собачьи расхохотался.

Гарри со стоном уронил голову на руки. Хедвиг выбрала именно этот момент, чтобы влететь в окно и бросить письмо прямо Сириусу на колени.

Сириус вскрыл конверт и быстро пробежал послание глазами.

— Перед лицом закона ты совершеннолетний? — спросил он, складывая пергамент и откладывая в сторону. — Нанял поверенного и брокера?

— Да.

— Мерлин, Джеймс возненавидел бы каждую секунду всего этого.

— Так было нужно.

Сириус снова хрипло хохотнул:

— Я же не говорю, что ты не прав. Просто я в шоке. Когда я видел тебя в последний раз, тебе было тринадцать.

— Мне нужно было разобраться с делами. Например, избавиться от участия в турнире, — с вызовом вскинул подбородок Гарри.

— Тебе следовало дождаться меня или кого-то ещё. Для этого и нужны взрослые, — сказал Сириус, зачерпывая ложкой картофельное пюре.

Гарри сухо и зло усмехнулся:

— Серьёзно? Какого именно взрослого?

Сириус открыл рот, но так ничего и не сказал.

Гарри не дал ему опомниться:

— Дамблдора? Макгонагалл? Снейпа? Фаджа? Министерство? Гоблинов? Тех людей, которые силой запихивают меня в смертельный турнир?

Сириус поморщился.

— Без обид, но я как-то не верю, что взрослые в моей жизни способны хоть пальцем пошевелить. Да и ты, если честно, не особенно старался вернуть себе свободу, — отрезал Гарри.

— Я, — тихо повторил Сириус.

Гарри уставился на него.

Сириус тяжело вздохнул:

— Тебе стоило дождаться меня.

— Тебя не было рядом.

— Знаю, — Сириус опустил глаза в тарелку. — Дамблдор велел мне залечь на дно, — неуверенно пробормотал он в своё оправдание.

— Дамблдор — козёл, из-за которого я вообще оказался на этом турнире. Он мог всё отменить, а в прошлом году — вытащить тебя на свободу, но он ведёт какую-то свою игру, правила которой известны только ему самому, — процедил Гарри, сверкнув глазами от ярости.

Сириус медленно пережёвывал ростбиф, осмысливая услышанное. Лицо его окаменело, но Гарри так и не понял: согласен с ним крёстный или просто уходит от спора.

— И каков твой план? — спросил Сириус, решив не отвечать на выпады в адрес Дамблдора.

— План такой: пока остаюсь здесь и свожу учителей с ума. В их чёртовых играх я участвовать не собираюсь, зато буду выжимать максимум из своих правил и привилегий, пока есть такая возможность, — заявил Гарри, довольно осклабившись.

— Мне нравится. Но как быть мне? — спросил Сириус.

— Сириус, тебе следовало послушать Уотерса и не соваться в страну до самого суда. Я ума не приложу, что теперь с тобой делать. Могу спрятать тебя в Тайной комнате, или сам найди укрытие, но шанс попасться сейчас просто огромный, — ответил Гарри, с содроганием думая о том, как придётся объяснять поверенному, что Сириус уже в Англии.

— Отправлюсь в дом матери и подумаю, как наложить на него чары Фиделиуса. Уверен, Римус согласится стать моим Хранителем тайны, — сказал Сириус. Он откинулся на спинку стула и погладил набитый живот. Заметив, как помрачнел Гарри при упоминании Римуса, Сириус спросил: — Что такое, Гарри? Чем тебе не угодил Римус?

— Он ни разу мне не написал после отъезда. Обещал держать связь, но с тех пор, как покинул Хогвартс, от него ни строчки, — сердито бросил Гарри.

— Я поговорю с ним. Уверен, у его молчания есть веская причина, — произнёс Сириус, хотя в голосе его прозвучало сомнение.

— Тебе лучше сказать мне, где ты находишься и как с тобой связаться. Мне нужно передать тебе дату суда, — твёрдо сказал Гарри. — И не позволяй Дамблдору убедить тебя в обратном.

— Не бойся, щенок, не позволю, — ответил Сириус, тяжело поднимаясь на ноги и жестом веля Гарри встать следом. Затем он крепко обнял крестника и долго не отпускал. — Я скучал по тебе, малец. Прости, что тебе приходится расхлёбывать всё это дерьмо.

— Да уж, кому-то надо, — ответил Гарри, изо всех сил стискивая крёстного в объятиях. Его уже много лет не обнимал тот, кто действительно хотел быть с ним. — Я рад тебя видеть. Хоть тебе и нельзя здесь находиться.

На миг Гарри вспомнил отцовские строки: Сириус должен был быть рядом всё это время.

— Мне пора прятаться. Я дам знать, где нахожусь, и ты тоже пиши, договорились? — сказал Сириус, внимательно вглядываясь в лицо Гарри, чтобы убедиться, что тот понял: он говорит серьёзно.

— Договорились. Надо черкнуть Уотерсу и предупредить, что ты здесь. Он будет в бешенстве, но знать обязан, — тяжело вздохнул Гарри.

Сириус кивнул и обернулся собакой. Он коротко гавкнул и выскочил из кухни.

Гарри смотрел ему вслед со смешанным чувством. Он и сам не знал, чего ему хочется больше: наорать на этого человека или снова его обнять.

* * *

Гарри сразу направился в Выручай-комнату и вызвал свою спальню. Добби уже давно забрал все его вещи из спальни Гриффиндора и перенёс сюда. Они оставались здесь, даже когда комната исчезала. Гарри не понимал, как устроена эта магия, но был ей только рад. Он подошёл к столу и принялся составлять записку Уотерсу.

Мистер Уотерс,

Не знаю, как сказать об этом проще, но Сириус в Англии. Я пытался связаться с ним до его приезда, но моё письмо не дошло вовремя.

Он говорит, что у него есть дом, где можно спрятаться, и намерен наложить на него те же чары, что скрывали моих родителей. Он рассчитывает оставаться там до суда.

Я знаю, что вы советовали совсем другое, и мне жаль, что всё так осложнилось. Я пытался убедить его уехать, но он отказался.

Буду и дальше держать вас в курсе.

С уважением,

Адриан Поттер

Гарри сразу же поднялся в совятню и отправил послание с Буклей, которая была только рада получить за день больше одного письма. Затем он пошёл в библиотеку и сел рядом с Гермионой, Луной и Невиллом. Все они заметили, что он рассеян.

— Гарри, что случилось? — спросила Гермиона, накрыв ладонью его руку: он так и не перестал постукивать пером по столу.

— Сириус Блэк вернулся в страну, — произнесла Луна своим обычным мечтательным голосом.

Из-за этих слов Невилл выронил перо и пискнул:

— Что?

— Луна, я не хотел, чтобы кто-то об этом знал, — со страдальческим вздохом сказал Гарри.

— Ой, прости, — сказала Луна с чуть виноватым видом. — Я иногда говорю не подумав.

— Ничего, но в следующий раз сначала спроси, — слабо улыбнулся ей Гарри.

— Зачем Снаффлз вернулся? — едва слышным шёпотом спросила Гермиона.

— Знаешь, он не сказал. Думаю, кто-то сообщил ему о турнире, — ответил Гарри, мысленно возвращаясь к разговору с Сириусом. Он просто так обрадовался встрече, что даже не спросил, зачем тот вернулся.

— Я бы не слишком тревожилась об этом, Адриан. Думаю, всё обойдётся, — сказала Луна, похлопав его по плечу.

— Надеюсь, Луна. Не думаю, что сейчас выдержу его потерю, — отозвался Гарри. Он понимал: если вдобавок ко всему крёстного поцелует дементор, он сам может просто сорваться.

— А ты уверен, что он невиновен? — спросил Невилл, с тревогой покосившись на двери библиотеки.

— Да, Невилл, я уверен, — ответил Гарри и снова вздохнул.

— Ладно, Гарри, поверю тебе на слово, — сказал Невилл и вернулся к урокам.

— Спасибо, Нев, — сказал Гарри, вновь пытаясь сосредоточиться на учёбе — на углублённой Трансфигурации.

— Передай Снаффлзу, что я желаю ему всего самого лучшего, — сказала Гермиона и снова склонилась над книгами.

— И от меня, — добавила Луна, лучезарно улыбнувшись. — И передай, чтобы держался подальше от Блитер Блинков. Из-за них он станет делать глупости, и его поймают.

— А как они выглядят, чтобы я мог предупредить его? — поинтересовался Гарри, из любопытства желая услышать, что она скажет.

— Они размером с ладонь и похожи на комок розового света, — сообщила Луна, с умным видом кивнув. — Они селятся в мрачных местах, которые годами стояли запертыми.

— Я передам ему, — искренне сказал Гарри. И в самом деле решил упомянуть об этом в следующем письме.

После этого все погрузились в учёбу и занимались до самого ужина. Гарри посмотрел в свои записи и нахмурился: за три часа в библиотеке он осилил ровно один абзац текста.

Все, кроме Гарри, пошли в Большой зал. Гарри же поужинал в Выручай-комнате, куда Добби принёс ему биф Веллингтон.

* * *

На следующее утро Гарри получил письмо от Уотерса.

Мистер Поттер,

Хотя я признателен за своевременное предупреждение, вынужден сообщить: из-за вашего крёстного у меня разболелась голова.

Подобное развитие событий прискорбно, хотя и не стало полной неожиданностью.

Буду весьма признателен, если вы передадите этому человеку, чтобы он надёжно скрывался до тех пор, пока не назначат дату судебного заседания.

С уважением,

Дэвид Стивен Уотерс, эсквайр.

Гарри с облегчением вздохнул. Поверенный не слишком злился — по крайней мере, такой вывод можно было сделать из письма. Оставалось лишь убедить Сириуса отнестись ко всему со всей серьёзностью. Поэтому Гарри сел и написал крёстному ещё одно письмо.

Дорогой Сириус,

Мне ответил наш поверенный. Он крайне тобой недоволен и настоятельно требует, чтобы ты прятался, пока не назначат суд.

Пожалуйста, сделай это ради меня. Знаю, тебе будет тяжело, но мне необходимо, чтобы ты сидел тихо. Я не хочу, чтобы тебя арестовали или, упаси Мерлин, приговорили к Поцелую дементора. Это просто убьёт меня изнутри.

И ещё: если решишь сказать Дамблдору, что вернулся, позаботься о том, чтобы мои секреты остались моими. Ему незачем знать обо всём, что я тебе рассказал. Я сам сообщу ему то, что нужно, когда придёт время. У меня есть планы, и если он узнает о моих действиях слишком рано, то непременно вмешается.

Как можно скорее дай знать, где ты находишься, чтобы я знал, куда писать, когда у Уотерса появятся новости.

Береги себя и постарайся не наделать глупостей.

Твой крестник,

Адриан Поттер

Гарри поспешил в совятню, отправил письмо с Буклей и спустился завтракать на кухню. Он успел съесть лишь половину порции, когда рядом со столом с негромким хлопком возник Добби.

— Гарри Поттер, сэр? — нервно спросил эльф.

— Да?

— Гарри Поттера кое-кто спрашивает.

Гарри нахмурился:

— Кто?

Добби заломил пальцы:

— Профессор Люпин, сэр.

Гарри замер с поднесённой ко рту вилкой. Уж кого-кого, а Римуса Люпина он увидеть никак не ожидал.

— Где он? — после долгой паузы спросил Гарри.

— Он ждёт возле библиотеки, сэр.

Гарри вздохнул и опустил вилку. Аппетит пропал в то же мгновение.

— Спасибо, Добби.

Добби кивнул и исчез.

Несколько секунд Гарри сидел неподвижно, глядя на недоеденный завтрак. Затем отодвинул тарелку и поднялся из-за стола.

— Ладно, покончим с этим.

Когда Гарри дошёл до коридора у библиотеки, Римус стоял в точности там, где и сказал Добби.

Судя по всему, Сириус не терял времени и сразу разыскал Римуса, а тот и вовсе не раздумывая явился в Хогвартс. Гарри подумал о том, кто впустил его в замок, но сомневался, что ответ ему понравится.

Бывший профессор выглядел усталым. Куда более усталым, чем помнил Гарри. Морщины вокруг глаз залегли глубже, а в волосах по сравнению с прошлым годом заметно прибавилось седины. Какое-то время оба молчали.

— Здравствуй, Гарри, — тихо произнёс Римус.

— Профессор, — сухо отозвался Гарри.

Тот сразу поморщился:

— Можно просто Римус.

Гарри пожал плечами:

— Я не знал, можно ли мне ещё называть вас по имени.

Он прекрасно понимал, что не станет звать этого человека по имени без веской на то причины.

Римус выглядел так, словно его ударили. И поделом.

— Значит, мою весточку тебе передали, — сказал он.

— Сириус вас нашёл, — произнёс Гарри так, будто это само собой разумеется.

— Да.

Гарри скрестил руки на груди.

— Полагаю, он рассказал вам и о том, почему я злюсь, — произнёс он, всем видом показывая, насколько он задет.

— Рассказал.

— Тогда зачем вы здесь? — спросил Гарри, чуть наклонив голову.

Несколько секунд Римус молчал, затем ответил:

— Потому что Сириус был прав.

Гарри фыркнул:

— Надо же, впервые в жизни.

Слабая улыбка тронула уголок рта Римуса, но тут же растаяла.

— Он сказал, что я должен перед тобой извиниться.

— Должны.

Римус кивнул:

— Знаю.

Гарри ждал.

Римус медленно перевёл дух.

— Уезжая из Хогвартса, я искренне собирался писать тебе, — объяснил он.

Гарри закатил глаза:

— Забавно: все вокруг только и делают, что собираются писать, — съязвил он.

— Я заслужил это.

— Да, заслужили.

Римус безропотно стерпел укол.

— По правде говоря, после отставки мне пришлось нелегко, — признал он, слегка разведя руками.

Выражение лица Гарри не изменилось:

— Вы всё равно могли написать.

— Знаю.

— Одно письмо.

— Знаю.

— Всего три слова: «Я жив, Гарри», — почти прорычал он.

Римус слабо усмехнулся и отвёл взгляд:

— Знаю.

Эта тихая искренность слегка остудила пыл Гарри.

— Вы обещали, — бросил он, и слова прозвучали куда резче, чем хотелось.

Римус на миг прикрыл глаза:

— Ты прав.

— Тогда почему не написали? — твёрдо спросил Гарри.

— Потому что мне было стыдно.

Это признание застало Гарри врасплох. Римус потёр шею:

— Я целый год преподавал в Хогвартсе. Узнал, что один из моих лучших друзей невиновен, а второй оказался предателем. В полнолуние я едва не убил учеников. А потом потерял работу.

Гарри молча смотрел на него.

— Я просто не знал, как объяснить тебе всё это.

— И поэтому вы решили просто промолчать? — недоверчиво спросил Гарри.

— Да.

— Это было глупо, — констатировал Гарри.

— Да, глупо.

Гарри бесило, что Римус даже не спорит. Из-за этого злиться становилось труднее.

— А я ждал от вас письма, — негромко признался он.

Римус выглядел по-настоящему несчастным.

— Знаю, Гарри.

— Нет, не думаю, что знаете.

Римус замолчал.

— Когда растёшь совсем один, — продолжил Гарри, глядя в пол, — замечаешь, когда люди уходят.

Воцарившаяся тишина звенела невыносимо громко. Наконец Римус произнёс:

— Прости.

Гарри не ответил. Не потому, что не слушал. А потому, что не знал, что сказать.

Повисла долгая пауза, прежде чем Римус заговорил снова:

— Мы можем начать всё заново?

Гарри пристально изучал его лицо. Это не было прощением. Даже близко нет. Но это было началом.

— Я подумаю.

По лицу Римуса разлилось явное облегчение.

Это разозлило Гарри сильнее, чем следовало бы.

— Смотрите, чтобы мне не пришлось пожалеть, — произнёс он, ткнув в его сторону пальцем.

— Не придётся.

Гарри смотрел на него ещё секунду, прежде чем повернуться в сторону библиотеки.

— Уж лучше бы так.

Уходя, Гарри не понимал, стало ему легче или тяжелее. Наверное, и то и другое.