




| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
После обеда был первый в этом году урок Защиты от тёмных искусств. Ученики вошли в класс, расселись по местам, достали книги, пергамент, перья и в ожидании профессора перекидывались шутками. Он наконец вошёл, улыбнулся и бросил на стол видавший виды портфель.
— Добрый день, — приветствовал он учеников. — Учебники можете убрать. Сегодня у нас практическое занятие, оставьте только волшебные палочки.
С любопытством переглянувшись, ученики спрятали книги и бумагу с перьями. Практическое занятие по защите от тёмных искусств было у них всего один раз, и они его хорошо помнили: профессор Локонс принёс клетку с пикси, выпустил их, и они перевернули всё в классе вверх дном.
— Ну что, готовы? — спросил Люпин. — Пойдёмте со мной.
Он отвёл их в учительскую — просторную комнату, отделанную деревянными панелями, с множеством старых разномастных кресел. В одном из них у камина сидел профессор Снейп. Он обернулся на шум и криво улыбнулся, блеснув глазами. Профессор Люпин вошёл последним и хотел было закрыть за собой дверь, но Снейп остановил его:
— Постойте, Люпин, я, пожалуй, пойду. Зрелище предстоит не из приятных.
Снейп поднялся и широким шагом прошествовал мимо учеников, его мантия развевалась, словно чёрный парус на ветру. В дверях он остановился, круто развернулся и с усмешкой сказал:
— Хочу вас предупредить, Люпин. В этом классе учится Рон Уизли. Так вот, советую ничего ответственного ему не поручать — он не справится, если только мисс Грейнджер не нашепчет ему на ухо, что и как делать.
Рон покраснел. Профессор Люпин удивлённо поднял брови:
— А я надеялся, что именно Рон мне сегодня поможет. Уверен, он превосходно справится с заданием.
Рон побурел, как свёкла. Снейп презрительно скривился, вышел и громко хлопнул дверью.
— Поглядите на гардероб, — сказал профессор Люпин и жестом указал на дальний конец комнаты, где стоял старый гардероб для мантий.
Люпин подошёл к гардеробу. Внутри что-то завозилось, и гардероб покачнулся, ручка дверцы задёргалась. Ученики в переднем ряду отшатнулись.
— Там всего-навсего обычный боггарт, — успокоил их учитель. — Так что бояться нечего. Боггарты любят темноту и чаще всего прячутся в гардеробе, под кроватью, в ящике под умывальником — одного я нашёл в футляре напольных часов. Этот появился здесь только вчера. Я попросил директора оставить его для нашего сегодняшнего урока. Кто ответит, что такое боггарт?
Гермиона подняла руку.
— Боггарт — это привидение, которое меняет свой вид. Он превращается в то, чего человек больше всего боится.
— Замечательно, даже я не ответил бы точнее, — похвалил Гермиону Люпин, и та зарделась. — Так вот, боггарт в гардеробе ещё ни на что не похож. Он не знает, кого и чем станет пугать. Как он выглядит, неизвестно, но стоит его выпустить — он тут же станет тем, чего мы боимся больше всего на свете. С боггартом лучше сражаться вдвоём, втроём — вообще, чем вас больше, тем лучше. Он сразу теряется, не может выбрать, в кого ему превратиться. В безголового мертвеца или огромного плотоядного слизняка? Однажды боггарт на моих глазах хотел напугать сразу двоих и превратился в половинку слизняка. Вот смеху-то было! Заклинание против боггарта простое, нужно только одно: хорошенько сосредоточиться. Лучшее оружие против него — смех. Превратите его во что-нибудь смешное и рассмейтесь — он тут же исчезнет. Сперва поучим заклинание без волшебных палочек. Повторяйте за мной: Ридикулус!
— Ридикулус! — хором воскликнули ученики.
— Замечательно! Но это самая лёгкая часть. Волшебное слово само по себе вам не поможет. Тут-то как раз мне и понадобится, Рон, твоя помощь. Подойди сюда.
Гардероб снова задрожал. Рона затрясло от ужаса. К гардеробу он шёл, как на эшафот.
— Встань вот здесь. Скажи, чего ты боишься больше всего на свете?
— Пауков, — промямлил Рон.
— Так-так… пауки значит… Ты ведь знаком с магическими фейерверками?
Рон кивнул.
— Два моих старших брата однажды привязали меня к одному из них и собирались запустить на луну. Но мама успела их остановить.
Все дружно засмеялись.
— Замечательно, — сказал Люпин. — А теперь постарайся как можно ярче вообразить эту ракету. Вообразил?
— Да-а, — неуверенно ответил Рон.
— Боггарт выскочит из гардероба, увидит тебя и превратится в паука. Ты нацелишь на него волшебную палочку, представишь себе ракету с фейерверком и громко скажешь: «Ридикулус!» Страшного паука привяжет к ракете, и он полетит по своим делам.
Гриффиндорцы дружно захохотали. Гардероб заходил ходуном.
— Если у Рона получится, боггарт станет пугать всех по очереди, — сказал Люпин. — Вспомните теперь, чего вы больше всего боитесь, и придумайте, как страшилище превратить в посмешище.
Все притихли.
«Чего я больше всего на свете боюсь? — задумался Невилл. — Волан-де-Морта, вернувшего себе былое могущество? Сто процентов. Но ведь я его ни разу не видел и не знаю, как он выглядит. А то жалкое воспоминание Тома Реддла из дневника меня не сильно-то и напугало. Куда страшней был василиск. Но василиск уже в прошлом».
Лоран Бэддок. Вот кто отпечатался в его памяти этим летом.
— Ну что, придумали? — спросил Люпин.
Все кивали и уже закатывали рукава. Невилл решил переодеть Лорана в детский девчачий купальник и короткую розовую юбочку. Как хорошо, что никто в классе не знает Лорана.
— Рон, мы немного отойдём, чтобы тебе было свободней действовать. Потом я вызову следующего, — сказал Люпин. — Все назад, не мешайте Рону.
Ученики попятились и прижались к стене. Рон остался у гардероба.
— Начнёшь на счёт «три», — профессор Люпин нацелил палочку на дверь гардероба. — Раз, два, три!
Из волшебной палочки вырвалась струя искр и ударила в ручку двери. Гардероб распахнулся, из него прямо на Рона вышел огромный, ростом выше взрослого человека, косматый паук, угрожающе клацая жвалами. Кто-то взвизгнул. Рон на мгновение оцепенел и вдруг как взревёт:
— Ридикулус!
Паука привязало к невидимой ракете, и он с визгом полетел по классу прямо в сторону Лаванды Браун. Та пронзительно пискнула и отпрыгнула в сторону, а ракета, сделав крутой вираж, врезалась в потолок и разорвалась снопом цветных искр.
— Парвати, теперь вы! — крикнул профессор Люпин.
Парвати уверенно вышла вперёд. Щелчок — и вместо остатков паука появилась обвитая пеленами, в кровавых пятнах, мумия. Она слепо уставилась на Парвати, вытянула руки и, медленно волоча ноги, поплелась к девочке…
— Ридикулус!
Путы на ногах мумии развились, заплели ноги, и мумия ничком грохнулась на пол. Голова оторвалась и покатилась по полу.
— Симус, — вызвал Люпин.
Ученики по очереди сменяли друг друга. Боггарт Дина Томаса превратился в оторванную руку, которая по-крабьи поползла к нему. Хлоп — руку захлопнула мышеловка.
— Браво, Дин! Теперь Невилл.
Невилл выскочил на середину комнаты. Он уже представлял, как справится с Лораном, и даже ждал этого момента.
Щёлк!
Мышеловка исчезла. Отрубленная рука медленно поднялась в воздух. Следом за ней начали проступать очертания плеча, туловища. Постепенно из воздуха возникла человеческая фигура.
Но это был не Лоран Бэддок.
Перед Невиллом стоял совершенно незнакомый мужчина. Он оскалился в широкой злобной улыбке и расхохотался, глядя прямо на мальчика. Затем его фигура дрогнула, и рядом появилась женщина. Тоже незнакомая. Она смеялась так же громко и насмешливо, указывая на Невилла пальцем. Потом возник третий человек. За ним четвёртый, пятый…
Они появлялись всё быстрее. Мужчины и женщины, взрослые и дети, молодые и старые. Их лица были разными, но выражения — одинаковыми. Все они смеялись над Невиллом, показывали на него пальцами, перешёптывались и кривлялись.
У Невилла закружилась голова. Внутри него всё оборвалось, в мгновение рухнули все выстроенные барьеры.
«Нет! Нет! — панически билось в сознании. — Я же всё преодолел…»
Он снова был никем. Он вновь стал тем неуклюжим Невиллом Лонгботтомом, над которым смеётся вся школа. Мальчиком, который падает на ровном месте, теряет жаб и плавит котлы. Смех, ненавистный, всепоглощающий, — он был везде, он заполнил собой весь мир, и Невилл опустился на пол, сжался в комок и закрыл голову руками, мечтая провалиться сквозь землю.
Внезапно всё стихло.
Невилл осторожно поднял голову. Толпа смеющихся исчезла. Рядом с ним стоял профессор Люпин. В воздухе перед учителем висел серебристый хрустальный шар.
— Ридикулус!
Шар обернулся огромным тараканом и шлёпнулся на пол.
— Вставай, Невилл, всё хорошо, — сказал профессор, протягивая руку. — Все молодцы. На этом, пожалуй, мы закончим урок.
Невилл поднялся, стараясь не встречаться ни с кем взглядом, и поспешил к выходу. Ему хотелось поскорее оказаться подальше от класса.
Невилл был уверен, что привидение примет облик Лорана. Он так яростно убеждал себя, что полностью исцелился, убив в себе прежнего Невилла. Но боггарт застал его врасплох со страхами из прошлого. Видимо, раны в душе ещё не успели затянуться до конца. Он злился на самого себя за эту минутную слабость, за этот приступ паники перед лицом иллюзорных призраков.
Выйдя из замка, он остановился, глубоко вдохнул прохладный воздух и направился к берегу Чёрного озера. Ему хотелось побыть наедине с собой.
В утихающем шуме осеннего ветра, среди мерной ряби воды его постепенно отпускало. С каждым вдохом тяжесть в груди таяла. В конце концов, это был всего лишь паршивый боггарт. Он не мог вернуть его в прошлое и перечеркнуть всё, чего Невилл добился. Да, прежние страхи не исчезли окончательно, но это не означало, что он снова стал прежним.
Вечер воскресенья Невилл с Карлом посвятили тренировкам на шестом этаже. Невилл обратил внимание, как напрягся Карл и ускорил шаг, когда они проходили перекрёсток двух коридоров. Тот самый, в котором на него напал василиск. У каждого есть свои страхи из прошлого.
— Я скучал по этому месту, — произнёс Карл, войдя в зал.
Невилл достал палочку и направил её на дверь.
— Импертурбабилиус.
Заклинание легло на дверной проём, защищая их от случайных посетителей.
Всего через десять минут друзья лежали на полу, приходя в себя. У Невилла ныл бок — он налетел на угол стола, уворачиваясь от очередного заклинания, — а Карл держался за голову, которой только что влетел в стену. Их заклинания теперь были в разы мощнее, чем в прошлом году. Если раньше они успешно сбивали друг друга с ног, то теперь, не успев увернуться или выставить щит, впечатывали в каменную кладку так, что из лёгких выбивало весь воздух. Карл даже на короткое время отключился, больно ударившись головой. Ещё несколько таких тренировок — и глядишь, случится трагедия.
Было решено поменять подход. Невилл трансфигурировал несколько стульев в манекены. Один из них использовал боевое заклинание, задачей другого была защита манекена.
— Защита не менее важна, чем нападение, — настаивал Невилл. — К тому же это здорово тренирует реакцию.
Друзья использовали различные уловки и приёмы, которые вычитали из книг, чтобы перехитрить оппонента и застать его врасплох. Карл, найдя уязвимость в обороне Невилла, иногда запускал двойные заклинания: одним он пробивал щит, следом летел второй луч, который достигал цели. Невилл смекнул, что теряет концентрацию после удачно отбитого заклинания — на какое-то мгновение расслабляется, считая, что угроза миновала. После двух уничтоженных манекенов он адаптировался и больше не пропускал.
Также в этот вечер ребята тренировали Редукто — заклинание для разрушения твёрдых объектов. И они поняли, насколько их Протего уязвимо к нему. Стоило поднять палочку чуть выше или в сторону — как заклинание врезалось в стену за манекеном, и того осыпало осколками.
Потому вместо Протего стали использовать Протего Тоталум — его более мощную версию. Оно предназначалось для создания барьера вокруг небольшой территории: например, вокруг лагеря или группы людей, закрывая их в купол. Это защитное заклинание, как правило, никто не использует непосредственно в сражениях, но друзья сошлись на том, что им можно и даже нужно полностью заменить обычное Протего. По всем показателям оно было более эффективно, а его размер можно было контролировать намерением перед применением.
Помимо защиты от Редукто и множества других проклятий, бьющих по области, оно также спасало от удара в спину. Но это было довольно сложное заклинание, которое даже не входило в школьную программу. Чтобы овладеть им на должном уровне, друзьям нужно было ещё попрактиковаться.
Под конец тренировки, когда оба эмоционально выдохлись и заклинания уже совсем не летели, они стали практиковаться в сверхбыстром доставании палочек — чтобы довести это до автоматизма. Карл назвал это нелепой затеей, но Невилл считал, что в определённых ситуациях это может сыграть ключевую роль в исходе сражения. Кто раньше достанет палочку и произнесёт заклинание — тот и победил. Как ковбои на Диком Западе, только вместо револьверов — волшебные палочки.
Они не уследили за временем. Посмотрев на часы, обнаружили, что отбой наступил уже как пятнадцать минут назад.
— Вот же чёрт, уже отбой, — выдохнул Невилл.
Они поспешили к гостиным. Но закон подлости сработал безотказно: по пути, у поворота на западную лестницу, они нос к носу столкнулись с миссис Норрис. Кошка Филча зловеще зашипела.
Невилл не растерялся: сунул руку в карман и нащупал драже «Берти Боттс». Он вытащил конфету, быстро навёл на неё палочку и прошептал:
— Мутацио Визум!
Драже задрожало, вытянулось, обросло шерстью и обрело хвост. Через секунду на полу сидела маленькая серая крыса. Миссис Норрис дёрнула ухом и, забыв про мальчишек, ринулась за крысой, которая с писком понеслась в противоположную сторону.
Друзья не стали дожидаться продолжения и поспешили дальше.






|
Вот так бывает. Темный маг убивает маггла-полицейского при исполнении, подставляет другого, а у нас нет сочувствия ни к кому из магглов.
3 |
|
|
vasavasokавтор
|
|
|
Kairan1979
всё так, только Темный маг убил не полицейского, а другого магла) 1 |
|
|
«Маховик Гермионы» 😂😂😂👍
1 |
|
|
Интересная концепция. Любопытно было бы увидеть продолжение.
1 |
|
|
vasavasokавтор
|
|
|
Зануда 60
Не ожидал вас здесь увидеть. Спасибо за реакцию) |
|
|
Ой, вы собираете комментарии и можно не стесняться? Тогда я к вам.
Показать полностью
Цикл довольно интересный, мне он понравился, но первая его часть мне зашла гораздо сильнее чем остальные. Потому что она чувствовалась уникальной и довольно жизненной, грустной, показывала сказку взглядом одиночества и презрения других. И под конец у меня возникло даже такое, хм, стойкое ощущение, что это своего рода поттерианский первый сезон "героя щита": герой достиг кульминации, мы как читатели за него порадовались, а дальше в общем-то, хм, уже не то. Но у вас ещё ничего не решено! Просто тут довольно легко потерять саму концепцию и уйти в банальщину и безыдейность. И признаки имеются. Это вот резкое изменение во второй книге, новый друг, высоты словно паверапп на максималках, ссоры с бабушкой, они убили этот эффект. Должна же быть горечь поражения... Мне лично не хватило описания периода адаптации, вы же можете и не такие мелочи прописывать, так почему же.. ну да ладно! Мне кажется, да, герою не помешает новая мотивация, кроме мести, а то он и дальше будет примазываться к трио, что сводит интригу на нет. Какой мне смысл переживать и ждать продолжения, если Гарри, что бы герой не сделал, наколдует Патронус, а Гермиона крутанёт маховичком, и всё вернётся на круги своя? В фанфике «Иной Гарри» вы смогли меня удивить с развитием событий, с рукой Седрика, со Снейпом, вы умеете в крутые штуки (хотя мне и не понравилась гарри Гермиона, вы ей уделили чрезвычайно мало внимания, как и многим моментам там), но пока я не вижу тех изюминок, что было там, после первой части крутых штук стало намно-о-го меньше. Что как бы может быть такими штуками в теории? Например, может быть, Невилл решит штурировать колдомедицину, чтобы помочь своим родителям? Он ведь сотворил чудо со своей головой, может, он в этом фанфике одарён, творить невероятные чудеса с головами других людей? Или там поссориться с трио? Это тоже банально, наверное, просто цель найти и победить волдеморта это... ну, вряд ли то, что они сделают в Хогвартсе за период обучения, это словно я, когда говорю, "Amatero, ты завтра напишешь очень крутой фанфик", но, вау, крутой фанфик не делается за пять минут. Тут уже вам решать, конечно, замахиваться на что-то претензионное , либо в безопасных декорациях. Я в любом случае это гляну, мне нравится как вы пишете)) Диалоги у вас хорошие, не переживайте. Насчёт Карла. Всё как-то чересчур неясно и быстро, на мой взгляд. Мне не совсем понятен момент, когда Невилл посчитал его лучшим другом. Да, он друг, не бросил в беде, но почему лучший? Да, они тренировались вместе, но почему такой скачок дружбы... Это больше походит на какую-то скрытую влюбленность даже. Ну скачки принято этим объяснять. Хм, хм, назовём это очень сильной симпатией, что не унимает её странность. Возможно, мне так кажется, потому что повествование в оригинале было медленнее, не знаю, или совместных событий, чтобы стало понятно, было мало. И когда Невилл использовал мандрагору во второй части, ну, у меня был примерно такой же вопрос. Почему человек, которого унижали весь первый курс, привязывается не к Гермионе (которая из жалости и чувства своего превосходства и всезнайства помогала ему), а к Карлу (с которым его объединяет одна тайна)? Надеюсь, на шестом курсе они не будет писать друг другу валентинки "в шутку")) (И вы правда думаете, что эм, Невилла бы пустили в Азкабан на экскурсию? Это что-то на очень притянутом. Он же официальный гость, его увидят столько людей, его же ни один надзиратель не пропустит, зная его биографию?) |
|
|
vasavasok
Почему не ожидали? Некоторые умеют не только писать, но и читать. :)) 1 |
|
|
vasavasokавтор
|
|
|
Amatero
Показать полностью
Спасибо за развёрнутый отзыв. По порядку. Лично для меня в оригинале самые нелюбимые части - это 2-я и 3-я. Потому и начал писать свою первую работу(которая про Гарри) сразу с 4-й части. В серии про Невилла решил написать полную историю, и я сам жду не дождусь, когда доберусь до основных частей. Насчёт безыдейности. Я не буду спойлерить, но у меня основной сюжет уже расписан до финала. Буду говорить общими словами. Многие события, которые происходят во 2-й и 3-й книгах - это подводка к грядущим. «Например, может быть, Невилл решит штудировать колдомедицину, чтобы помочь своим родителям?» Так же как и в оригинале, они должны оставаться в Мунго, чтобы, скажем так, реализовать ключевую сцену всей серии книг в финале последней части. Если дочитаете до того момента, поймёте задним числом смысл моих слов. Насчёт друзей. Не знаю, насколько точно мне удалось передать задумку, но я хотел показать, что Невилл в трио был лишним. Он ведь изначально пытался к ним вклиниться. Когда он был «неуклюжим» Невиллом, его туда не приняли. А когда стал нормальным - было уже поздно. Потому Карл довольно быстро стал лучшим другом за неимением… более лучшего. В оригинале довольно мало описания Азкабана. Считаю, у главы отдела безопасности (т. е. по сути главы Азкабана) достаточно привилегий для проведения экскурсии. В целом ваша критика во многом мне понятна. Заставляет посмотреть на работу под другим углом. |
|
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |