| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
В середине сентября настал черед первого урока полетов на метлах.
После сырых, прохладных подземелий выход на широкую зеленую лужайку перед замком показался Гарри настоящим спасением. С Черного озера дул свежий, прохладный горный ветер, пахнущий хвоей из Запретного леса и скошенной травой. Гарри сделал глубокий вдох и с легким удивлением заметил, что воздух входит в легкие легко и свободно — впервые за все эти дни в груди не было ни малейшего стеснения.
На траве в два ряда лежали двадцать школьных метел. Мадам Трюк, седовласая женщина с желтыми, как у ястреба, глазами, приказала всем вытянуть правую руку над метлой и четко сказать: «Вверх!».
К удивлению Гарри, его метла прыгнула в ладонь с первой же попытки, едва он произнес команду. На что Драконья одобрительно хмыкнула. Когда по свистку ученики оттолкнулись от земли, Гарри поднялся в воздух и почувствовал невероятную, пьянящую легкость — тело само знало, как держать баланс, когда наклониться вперед и как плавно затормозить на вираже. Чистый ветер бил в лицо, дышалось так легко и свободно, словно он всю жизнь провел в небе, а не в душной библиотеке на площади Гриммо.
Рядом на соседней метле уверенно зависла в воздухе Дракония, уже привыкшая к полетам за лето, но едва она успела усмехнуться, видя, что Гарри тоже легко поймал равновесие, как урок прервался в ту же секунду. Невилл, бледный и перепуганный, не справился со своей метлой, рванул вверх, зацепился за стену замка и рухнул на траву, сломав запястье.
Пока мадам Трюк спешно уводила всхлипывающего мальчика в больничное крыло, строго приказав остальным не прикасаться к метлам, Дракония заметила в траве блестящий стеклянный шарик — ту самую напоминалку от бабушки, которой Лонгботтом хвастался утром за завтраком. Она наклонилась, подняла шар и повертела его на солнце с привычной насмешливой усмешкой.
— Смотрите, этот вечный растяпа обронил свою игрушку, — протянула она, оглядываясь на Крэбба и Гойла. — Наверное, чтобы не забыть, с какой стороны садиться на метлу.
— Отдай сюда, Малфой! — тут же рявкнул Рон, шагнув вперед со сжатыми кулаками. Злость за урок Снейпа и за унижение Невилла разом вырвалась наружу. — Это не твое!
Дракония вскинула подбородок, и ее серые глаза недобро блеснули:
— А то что, Уизли? Набросишься с кулаками?
Гарри поморщился от крика Рона, подошел к Драконии и вполголоса сказал, кивнув на напоминалку:
— Брось, Дракония, зачем тебе эта дешевая стекляшка? Если мы оставим ее себе, потом придется всю неделю слушать нытье Лонгботтома, да еще и Трюк баллы снимет из-за ерунды. Не стоит оно того.
Дракония на секунду задержала взгляд на шаре, а затем на ее лице появилась сладкая, совершенно издевательская улыбка. Она нарочито небрежно разжала пальцы, и напоминалка глухо стукнулась о траву прямо перед ботинками Рона.
— Ой! Надо же, выскользнул, — протянула она с притворным, наигранным испугом, приложив ладонь к губам. — Какая жалость. Надеюсь, ваш драгоценный шарик не ушибся? Забирай, Уизли, а то я ведь такая неловкая, как твой друг.
Под тихие смешки Крэбба и Гойла она гордо развернулась и отошла к остальным слизеринцам, ожидавшим возвращения мадам Трюк. Рон, наклонившийся за напоминалкой, бросил им вслед мрачный, злой взгляд, но так и не нашелся что ответить, а Гарри, на секунду задержавшись, лишь пожал плечами и двинулся за своими.
Вернувшаяся через четверть часа мадам Трюк, убедившись, что никто больше не пытался взлететь, ограничилась короткой отработкой подъема-посадки и отпустила класс. По дороге к замку Дракония с довольным видом рассуждала о том, что гриффиндорцам впору выдавать не метлы, а садовые грабли — уж с них-то Лонгботтом точно не свалится.
Оставшиеся недели сентября пролетели в привычной школьной суете, а затем октябрь принес в Хогвартс холодные ветра, серые дожди, косо бьющие в стрельчатые окна подземелий, и заметно выросший объем домашних заданий. Пузырьков с травяным отваром в сундуке становилось все меньше, но с ними сырость подземелий почти не мешала дышать.
Гарри быстро привык к школьному распорядку, но главное правило, данное перед отъездом, соблюдал неукоснительно. Каждое воскресное утро, пока соседи по спальне еще досматривали сны под зелеными балдахинами, он поднимался в холодную, пропахшую перьями и мышами совятню на вершине Западной башни.
Письма на площадь Гриммо он писал по всем правилам: ровным, аккуратным почерком и сдержанно. Он коротко отчитывался об успехах на занятиях, а в конце месяца добавил пару строк о профессоре защиты от Темных искусств, который постоянно заикался и нервничал на собственных уроках.
Ответы с площади Гриммо приходили редко и отличались такой же сухостью. Однажды за завтраком крупный филин Блэков сбросил перед ним тяжелый конверт из плотного пергамента. Внутри оказалось всего несколько строк, написанных резким, угловатым почерком миссис Блэк: «Твои письма читаются с удовлетворением. То, что Дамблдор держит на кафедре очередного недотепу, неудивительно. Не забывай принимать отвар и держись подальше от сырых сквозняков». Никаких теплых слов, но Гарри, убирая пергамент во внутренний карман мантии, чувствовал привычное, спокойное удовлетворение — дома о нем помнили.
Вечерами у резного камина в гостиной Слизерина компания собиралась почти каждый день.
— Все, с трансфигурацией покончено, — Гарри отложил перо, потянулся и посмотрел на шахматную доску. — Блейз, твоя очередь проигрывать.
— Не спеши, Поттер, — Блейз лениво откинулся в кресле, крутя в пальцах черного коня. — Ты бы хоть чернила просушил, а то размажешь все по рукаву, и Макгонагалл подумает, что за тебя Крэбб писал.
Дракония только равнодушно пожала плечами, не поднимая глаз от страницы. Но на следующее утро, когда остальные уже ушли вперед, она на секунду задержала Гарри в проходе у лестницы и с недовольным видом сунула ему в ладонь небольшой сверток из аптекарской бумаги:
— На, держи. Мама прислала совой, велела передать тебе медовые пастилки с эвкалиптом. И не вздумай смотреть так, будто я за тобой присматриваю — я просто передала посылку.
Не дожидаясь ответа, она гордо вскинула подбородок и быстрым шагом догнала остальных, а Гарри, пряча сверток в карман мантии, мысленно поблагодарил тетю Нарциссу — в сырых подземельях пастилки были как нельзя кстати.
Тем временем в коридорах между Слизерином и Гриффиндором становилось все теснее. Стоило Драконии столкнуться на перемене с Роном Уизли, как она тут же прищуривалась и роняла очередную колкость:
— Смотри под ноги, Уизли, а то споткнешься о собственную мантию — на новую галеонов не хватит.
Рон вспыхивал, сжимал кулаки, но каждый раз переводил взгляд с Драконии на стоящего рядом Гарри. Гарри молчал, не вмешиваясь, лишь спокойно поправлял ремень сумки, стоя плечом к плечу с Теодором и Блейзом. Увидев это ровное, холодное безразличие, Рон резко отводил глаза, мрачнел и с каждым днем все быстрее проходил мимо, даже не пытаясь поздороваться.
Развязка наступила в середине октября после утреннего урока заклинаний.
Выходя из класса Флитвика в узкий, забитый учениками коридор, Рон задел плечом Драконию, из-за чего у нее из рук выскользнул справочник по чарам в зеленой обложке — тот самый, что она купила в «Флориш и Блоттс». Книга глухо шлепнулась на каменные плиты.
Дракония замерла. Ее щеки мгновенно вспыхнули от гнева, а серые глаза сузились.
— Смотри, куда прешь, Уизли! — ледяным, звенящим голосом отчеканила она, поднимая книгу и брезгливо отряхивая обложку. — Понятно, что в твоем доме хороших книг отродясь не водилось, но это не повод портить чужие вещи своими неуклюжими лапами!
— Я не специально, Малфой! — рявкнул Рон, сразу же вспыхивая до самых ушей. — Нечего было торчать посреди прохода, как столб!
— Вот как? — ледяным тоном бросила Дракония, вскинув подбородок. — Значит, дуэль волшебников, Уизли. Сегодня в полночь, в зале трофеев. Только палочки, никаких магловских кулаков — если, конечно, не сбежишь к мамочке.
— Я приду! — не раздумывая выпалил Рон. — Секундантом у меня будет Невилл!
— Что?! Я?! — сдавленно пискнул побледневший Невилл, но Рон уже не слушал.
— А у меня — Теодор, — сухо бросила Дракония, даже не спросив самого Нотта, который лишь сдержанно приподнял бровь, и гриффиндорцы, мрачно переглянувшись, зашагали прочь по коридору.
Как только Рон и Невилл скрылись за поворотом, Гарри покосился на Драконию и спросил:
— Ты ведь не собираешься тащиться туда в полночь? И с каких пор ты распоряжаешься Теодором?
— Вот именно, — невозмутимо отозвался Теодор, скрестив руки на груди.
— Никуда я не пойду, — бросила Дракония, убирая книгу в сумку. — Зато Филч в полночь будет там.
Гарри спокойно кивнул и быстрым шагом направился следом за гриффиндорцами. Он догнал их у самой лестницы в башню, когда Рон как раз вполголоса спорил с побледневшим Невиллом.
— Слушай, Рон, — негромко сказал Гарри, остановившись рядом. — Не ходи сегодня в зал трофеев. Дракония не придет. Она просто взбесилась из-за книги и хочет, чтобы вас поймал Филч и снял баллы.
Рон замер, подозрительно прищурился и упрямо сжал губы.
— Ага, конечно, — фыркнул он. — Хочешь, чтобы я испугался и остался в башне, а завтра вы с ней будете смеяться надо мной перед всей школой? Ты такой же как они, Поттер.
Не дожидаясь ответа, Рон круто развернулся и зашагал вверх по лестнице, потянув за собой понуро сгорбившегося Невилла.
Гарри лишь покачал головой и вернулся в коридор, где его уже поджидали Дракония и Теодор.
— И куда это ты бегал, Поттер? — тут же прищурилась Дракония, скрестив руки на груди.
— Предупредил Уизли, что ты не придешь, — спокойно ответил Гарри, поправляя ремень сумки.
Дракония возмущенно ахнула:
— Ты с ума сошел?! Ты же сдал весь план!
— Не переживай, он все равно пойдет, — пожал плечами Гарри, шагая к лестнице. — Зато если его поймают, нам нечего будет предъявить.
Дракония на секунду нахмурилась, а затем фыркнула, покачав головой, и все трое с тихим смешком признали, что Уизли — упертый идиот, который сам нарывается на неприятности.
Ночь прошла для Гарри совершенно спокойно под теплым пологом в подземелье. Зато утром за завтраком за столом Гриффиндора творилось настоящее оживление: Рон и Невилл, невыспавшиеся, но возбужденные, то и дело нервно оглядывались на двери зала и о чем-то жарко шептались, прикрывая рты ладонями. Рядом с ними сидела Гермиона Грейнджер, поджав губы и бросая на обоих укоризненные, сердитые взгляды. Поймав взгляд Гарри, Рон на долю секунды замер, а затем коротко, с невольным уважением кивнул ему, прежде чем снова наклониться к Невиллу.
После завтрака, когда оба факультета столкнулись в дверях Большого зала, Рон не удержался. Поравнявшись с самодовольно прищурившейся Драконией, он зло прошипел ей в лицо:
— Подлая трусишка, Малфой! Натравила на нас Филча, а сама побоялась нос высунуть из спальни!
— Не понимаю, о чем ты, Уизли, — ледяным тоном протянула Дракония, демонстративно вздернув подбородок и проходя мимо. — Надо же, вы с Лонгботтомом еще в школе? А я-то думала, вас уже с утра посадили на поезд домой.
Стоявшая в паре шагов позади Гермиона Грейнджер даже не попыталась вступиться за однокурсников — она лишь презрительно поджала губы, демонстративно обошла Рона с Невиллом стороной, словно вообще их не знала, и быстрым шагом направилась к лестнице.
Впрочем, слизеринцам до гриффиндорских разборок дела не было, и оставшиеся недели октября пролетели в привычной суете. Лишь в самый канун Хэллоуина на утреннем уроке заклинаний, когда профессор Флитвик учил первокурсников поднимать в воздух перья, раздражение Рона все же вырвалось наружу. Утром тридцать первого октября по всему замку разнесся аппетитный запах печеной тыквы, корицы и жареных каштанов, а коридоры гудели от предпраздничного оживления.
На утреннем уроке заклинаний профессор Флитвик нарушил прежний порядок и сам рассадил класс по произвольным парам, велев потренироваться заставлять перья летать с помощью «Вингардиум Левиоса». Гарри досталось место за одной партой с Пэнси Паркинсон — та с первого же взмаха так нелепо подбросила перо, что оно запуталось в ее волосах, и оба не сдержали тихого смеха.
Дракония, которую посадили на ряд впереди с Теодором, то и дело раздраженно косилась через плечо на их парту. От злости на Пэнси она дважды сбилась с движения и подняла свое перо на пару минут позже, чем могла бы. Она победно вскинула подбородок, ожидая похвалы, но тут же хмуро поджала губы: в конце класса, прямо под потолком, уже вовсю парило перо Грейнджер, которой профессор Флитвик как раз восторженно хлопал в ладоши.
После звонка Гарри, Теодор и Блейз — вместе с все еще надутой Драконией — вышли в коридор в паре шагов позади гриффиндорцев.
— Неудивительно, что ее никто терпеть не может, — с раздражением бурчал Рон на ходу, размахивая руками перед Невиллом. — «Вингардиум Левио-о-оса, а не Левиоса-а-а»! Она же настоящий кошмар, честное слово!
В этот момент мимо них, всхлипнув и прижимая книги к груди, стремительно пронеслась сама Гермиона. Она толкнула Рона плечом и скрылась за поворотом.
Гарри нахмурился, провожая ее взглядом, а идущий рядом Блейз усмехнулся:
— Похоже, дружба у них закончилась, не успев начаться.
— Два сапога пара, — с ледяным презрением бросила Дракония, вздернув подбородок. — Эта Грейнджер вечно строит из себя самую умную, а рыжий оборванец даже в коридоре не умеет держать себя в руках.
Теодор одобрительно хмыкнул, Гарри лишь коротко кивнул — в этот раз спорить с Драконией было действительно не о чем, — и они вчетвером неторопливо свернули к лестнице.
Вечером Большой зал сиял тысячами летучих мышей, порхающих под потолком, и огромными светящимися тыквами. Праздничный пир был в самом разгаре, когда тяжелые дубовые двери зала с грохотом распахнулись, и в проходе показался бледный, задыхающийся профессор Квиррелл. Его тюрбан съехал набок, а глаза были расширены от ужаса.
— Тролль… в подземельях… — прохрипел он, добежав до учительского стола. — Считаю нужным… сообщить…
И без чувств рухнул на каменный пол.
В зале мгновенно поднялся невообразимый крик и паника. Ученики повскакивали с мест, но громовой голос Дамблдора перекрыл шум:
— Старосты, немедленно отведите свои факультеты в спальни! Учителя последуют за мной в подземелья!
— Слизерин — на месте! Вниз не спускаться, в подземельях тролль! — тут же перекрыл гул резкий голос старосты Слизерина. Собрав первокурсников в плотную группу у боковой стены Большого зала, он велел никому не отходить ни на шаг, пока преподаватели не проверят нижние коридоры. Гарри стоял рядом с Драконией и Теодором, сохраняя спокойствие и не поддаваясь общей панике, пока из коридоров доносились тяжелые шаги убегающих учителей — и лишь спустя добрых полчаса, когда в зал вернулся профессор Снейп и сухо объявил, что подземелья чисты, староста наконец повел первокурсников в спальни.
Лишь на следующее утро за завтраком по школе разнеслись громкие слухи, заставившие гудеть все четыре стола: накануне вечером огромный горный тролль забрел в женский туалет, где пряталась Гермиона Грейнджер, и первокурсники Гриффиндора — Рон Уизли и Невилл Лонгботтом — не побоялись броситься ей на выручку и умудрились оглушить чудовище его же собственной дубиной, за что Макгонагалл наградила обоих баллами.
К учительскому столу тем временем быстрым шагом прошел профессор Снейп — его черная мантия тяжело развевалась за спиной, но Гарри сразу заметил, что декан непривычно и заметно прихрамывает на левую ногу.
— Похоже, вчера вечером в подземельях досталось не только троллю, — негромко заметил Гарри, отпивая тыквенный сок.
Дракония мельком глянула в сторону преподавателей и равнодушно пожала плечами:
— Наверное, поскользнулся на мокрых ступенях в суматохе. — Она перевела взгляд через зал на стол Гриффиндора, где дружно рядом сидели и тихо переговаривались Рон, Невилл и все еще немного бледная Гермиона, и презрительно фыркнула: — Два недотепы и заучка — отличная компания. Тролль, наверное, просто сбежал от их занудства.
Гарри только покачал головой, намазывая тост маслом: лезть вдвоем на горного тролля без единого нормального заклинания он бы ни за что не согласился.
Насмотревшись на то, как гриффиндорцы задирают нос в коридорах, Гарри перед сном достал из сундука подаренную Малфоями книгу по проклятиям и контрзаклятиям. Сложные боевые чары пока были ему не по зубам, но в начале тома нашёлся раздел простейших сбивающих сглазов для младших курсов — и безобидная Риктусемпра, заставляющая противника сбиться с дыхания, показалась куда полезнее школьного «Вингардиум Левиоса». Гарри мысленно дал себе заметку не забыть потренироваться.

|
Довольно необычно и написанно неплохо. С интересом почитаю продолжение. Идея сама по себе богатая и мало раскрытая в фандоме.
Спасибо автору и вдохновения. |
|
|
Уааааа... Будет ли прода?
|
|
|
Аоаоао9930
чисто ради тебя, братик, дропну сейчас, хотел завтра |
|
|
Мне понравилось. Очень симпатично.
Спасибо, Автор. |
|
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |