По велению тьмы (джен)

Три дня миновало с того момента, как прогремели первые залпы Четвертой Мировой войны. Альянс истекал кровью. Техника Эдо Тенсей превратила поле боя в кошмар: вчерашние герои, наделенные бессмертными телами и бесконечной чакрой, методично выкашивали живых. Даже рядовой шиноби из прошлого, став мертвецом, превращался в неостановимую машину убийства. Единственным выходом было запечатывание, но довести ритуал до конца в пылу резни удавалось немногим.

Однако истинный хаос сеяли Белые Зецу. Их способность идеально копировать чакру и внешность превратила тыл Альянса в зону тотального недоверия. Когда лучший друг может оказаться монстром с белой кожей, шиноби начинали бросаться на собственные тени. Боевой дух таял: случаи, когда солдаты Альянса в приступе паранойи забивали своих же товарищей, стали пугающе частыми. Командование было бессильно.

Лагерь второй дивизии. Сектор передовой.

— Эй, дорогуша... может, уже снимешь это барахло? — Хината лениво повела плечами, указывая на печати, плотно облепившие её предплечья. — Мне кажется, я делом доказала, что теперь играю за вашу «светлую» команду.

— Шикамару и Менма могли поручиться за тебя хоть сотню раз, но для меня ты остаешься угрозой, — Неджи даже не повернул головы в её сторону. Его голос был холодным и ровным, как лезвие льда. — Я знаю тебя с колыбели, Хината, и именно поэтому я не настолько наивен, чтобы поверить в твое внезапное «исцеление». Твой отказ выдать местоположение Наруто Узумаки лишь подтверждает — ты всё еще верна ему.

— А-а-а... — Хината ехидно прищурилась, и её Бьякуган, даже подавленный печатями, казалось, прошивал брата насквозь. — Я поняла. Ты всё еще злишься из-за той девчонки? Как её там звали... Хито-что-то-там?

— Её звали Хитоми Кайдзю, — Неджи на мгновение сжал кулаки так, что побелели костяшки, а воздух вокруг него задрожал от выплеска чакры. Но спустя секунду он заставил себя успокоиться, не желая давать пленнице повод для триумфа. — Еще одно слово о ней, и я лично проверю, насколько быстро твое тело восстанавливается без помощи твоего «учителя».

— Ой, как страшно, — Хината рассмеялась, запрокинув голову. — Знаешь, Неджи... она так забавно хрипела, когда я...

— Замолчи! — отрезал Хьюга. — Мы выступаем через пять минут. Твоя задача — опознавать Зецу. Если попытаешься бежать или атаковать своих — печать выжжет твою систему циркуляции чакры дотла. Это не предупреждение. Это факт.

— Уж извини, но тогда вы не желали воспринимать меня всерьез. Мне пришлось проявить... некоторую жесткость, чтобы меня услышали, — Хината говорила это с такой легкой, почти детской непосредственностью, что Неджи передернуло. — Если та девчонка была тебе так важна, приношу свои глубочайшие извинения. И за тех, кого я вырезала в Конохе, тоже извиняюсь. Правда, они потом все воскресли... не знаю, стоит ли просить прощения за убийство, которое отменили, но раз уж я начала...

— Просто заткнись! — сорвался Неджи. — И без твоего паясничанья проблем хватает. Стоило нам запечатать первую волну мертвецов, как в лагере завелись кроты. Мы теряем людей каждую ночь!

— Сними печати, и я найду тебе всех «кротов» за пять минут, — Хината ослепительно улыбнулась. — Без шуток. Мой глаз видит их гнилую суть гораздо лучше твоего, Неджи-кун.

— Так я тебе и поверил. Ты вырвешься и закончишь то, что начала в подземельях «Корня».

— Ох... ты начинаешь меня утомлять! — Хината фыркнула, потирая затекшие запястья. — Неужели ты думаешь, что я вернулась в Коноху просто чтобы посидеть в кандалах? Я правда стараюсь... ну, по-другому смотреть на жителей Листа. Я даже того грубияна Сая пальцем не тронула, а ведь он так и просился на скальпель! Я хочу помочь. Хочу попытаться искупить грехи, когда пыль уляжется. Но как я помогу без чакры? Да, я хороша в тайдзюцу, но на этой войне кулаки против монстров — бесполезная затея.

Неджи остановился и в упор посмотрел на сестру.

— Хочешь помочь? Тогда выкладывай всё об Узумаки Наруто и Масочнике. На что они способны? Каковы их слабости? Любая крупица правды может стать козырем, который спасет тысячи жизней.

— Про того, в маске, знаю немного, — Хината сразу посерьезнела, её голос стал сухим. — Он Учиха. Вероятнее всего — выходец из Конохи. Лица не видела. Про Сенсея... я не скажу ни слова.

— Почему?! Ты ведь предала его!

— Я ушла от него, но он всё еще тот, кто вытащил меня из ада, — в глазах Хинаты промелькнуло нечто, похожее на благоговение. — Я уважаю его больше, чем кого-либо в этом мире. Но дам тебе совет, Неджи. Бесплатный. Если встретите его — не нападайте первыми. Игнорируйте его. Сделайте вид, что его не существует. Сейчас он сам по себе, он больше не с Акацуки. Это ваш единственный шанс выжить. Если бы он действительно захотел закончить эту войну... Альянс бы уже перестал дышать.

— Вот оно что, — Неджи скептически прищурился. — Мне кажется, ты слишком его превозносишь. Наруто силен, признаю, но он не бог. Тем более, однажды Айке Намикадзе уже удалось его одолеть.

Хината замерла на секунду, а затем разразилась звонким, почти безумным смехом.

— И после этой «победы» она впала в кому, верно? — Хината горько усмехнулась. — Неджи, это был спектакль. Всего лишь одна из его техник, чтобы Айка оставила его в покое, раздавив её чувством вины.

— Плевать. Люди смертны, а значит, смертен и он, — Неджи сложил руки на груди, игнорируя её сарказм. — Просто игнорировать его — это стратегическое самоубийство. Где гарантии, что после победы над Акацуки он не станет следующей — и куда более страшной — угрозой? Ты сама сказала: он способен на геноцид одним мановением руки. Рано или поздно нам придется скрестить с ним клинки. И ты, Хината, пойдешь под нож первой. Предательство не прощают даже боги. Тебе нужны союзники. А нам — его слабости. Любые. Докажи, что ты действительно хочешь измениться. Если предала — иди до конца.

— Но... — Хината запнулась.

Её сердце забилось о ребра, как пойманная птица. На бледном лбу выступила испарина, а в глазах промелькнул первобытный, неконтролируемый страх. Она глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь, и наконец обреченно кивнула.

— Ладно. Черт с тобой... Всё равно вам это не поможет. Но знай: если он узнает — а он узнает, — меня ждет вечность в его личном аду. Участь, которая в тысячи раз хуже самой мучительной смерти.

— Техника хуже смерти? О чем ты?

— Он называет её Митокацуригецу. Она вырывает душу из тела и запирает её в измерении, которое он полностью контролирует. Это уникальное доудзюцу высшего порядка. Я думаю, оно доступно лишь истинным обладателям глаз клана Узумаки. Именно из-за страха перед этой силой когда-то и был уничтожен Водоворот.

— Но в Менме и Айке тоже течет кровь Узумаки! Почему у них нет ничего подобного?

— Потому что это дар — один на миллион, тупица! — Хината сорвалась на резкий тон. — Будь такие глаза у каждого второго, Узумаки бы правили миром, а не гнили в руинах. Я нашла упоминание о них в одном из полуразрушенных храмов. Эти глаза — и его мощь, и его главное проклятие. В этом и кроется единственная лазейка.

Она подошла вплотную к Неджи, понизив голос до шепота:

— Его восприятие времени замедлено до безумия. Для него один наш день тянется как неделя. Представь, каково это — жить в вечном рапиде. Моментами его мозг просто... «провисает» от перегрузки информацией. В эти секунды он теряет бдительность и может пропустить удар. Но слабостью это назвать трудно — большинство его врагов превращались в фарш уже к сорок пятой секунде боя. Единственный шанс — задавить числом. Бросить в мясорубку тысячи людей, чтобы перегрузить его чувства. Может быть, тогда кто-то один и успеет нанести решающий удар.

— Как я и думал... ничего путного, — процедил Неджи, скрестив руки на груди.

— А чего ты ожидал? — Хината хмыкнула, потирая запястья. — На прошлой войне он в одиночку выкашивал сотни элитных шиноби, когда ему едва исполнилось шесть. Удивительно, что у этого воплощения смерти вообще нашлась хоть одна лазейка.

— Неджи! — закричала Тен-Тен, на бегу прорываясь сквозь ряды палаток. Увидев Хинату, она резко затормозила, едва не пропахав сандалиями землю, и испуганно отшатнулась.

— Приветик, — ослепительно улыбнулась синеволосая, обнажив зубы в хищном оскале.

— Неджи, что она здесь делает?! — прошептала оружейница на ухо сокоманднику. — Прошлая наша встреча закончилась... кроваво. Ты помнишь, во что она превратила ребят из третьего отряда?

— Ей дали второй шанс. Пока что она на нашей стороне.

— Вот оно что... — Тен-Тен опасливо покосилась на Хьюгу. — Ну, как настроение? Ты ведь не собираешься нас всех зарезать, пока мы спим?

— Настроение переменчивое, — Хината задумчиво приставила палец к губам. — То хочется, то расхочется. Сама понимаешь — женская натура.

— Неджи, я её боюсь...

— Я тоже ей не доверяю, но её глаза сейчас — наш лучший шанс не сдохнуть от ножа в спину, — Неджи перевел взгляд на Тен-Тен. — Зачем ты пришла?

— Менма и Айка закончили чистку «притворщиков» в своем секторе. Теперь мы можем выдвигаться к основной линии фронта.

— Может, снимешь уже с меня эту дрянь? — Хината снова указала на печать. — Без чакры я для вас — просто красивая декорация.

— Не лучшая идея, Неджи, — вставила Тен-Тен.

— С чакрой от неё будет больше пользы, — отрезал Неджи, хотя его челюсти были плотно сжаты. — Только попробуй выкинуть что-нибудь... вычурное. Ты лишишься головы раньше, чем сложишь печать. Поняла?

— Дорогой мой братец... за ту информацию, что я тебе только что слила, меня уже ждет участь гораздо хуже смерти. Хуже я себе уже не сделаю.

Неджи глубоко вздохнул, концентрируясь.

— Шикаку-сама, я снимаю ограничительную печать с Хинаты Хьюга под личную ответственность.

Получив краткое подтверждение по связи, он сложил серию знаков. Бумага на руках Хинаты вспыхнула и осыпалась серым пеплом.

— Вот так-то лучше... — Хината сладко потянулась, чувствуя, как чакра горячим потоком разливается по венам. Но в следующую секунду её лицо окаменело. Она вскинула голову, уставившись в сторону четвертой дивизии. — Это еще кто?.. Кого эти змеи вытащили из могилы? Учиха Мадара? Серьезно?! Я туда!

— Стой! Тебе нельзя...

— Помнишь, ты обещал быть моей нянькой? — Хината уже сорвалась с места, превращаясь в синюю молнию. — Тогда шевели булками! И свяжи меня с вашей верхушкой по той телепатической фигне. Только быстрее! Легендарный предок раскидывает вашу армию неудачников, как слепых котят. Если не поторопимся, там запечатывать будет некого!

Неджи коротко доложил обстановку в штаб и бросился следом.

Тайная пещера. Глубоко под землей.

Капающая со сводов вода — единственный звук, нарушавший могильную тишину. Итачи, чье тело было покрыто трещинами Эдо Тенсей, замер, чувствуя, как воздух за его спиной внезапно стал ледяным.

— Ты заблудился, Итачи? — раздался спокойный, до боли знакомый голос.

Наруто стоял в паре метров, меланхолично попыхивая трубкой. В полумраке его алые глаза казались двумя кровавыми порталами.

— Ты... — Итачи медленно развернулся, и его Шаринган мгновенно трансформировался в узор Мангёко. — Наруто.

— Да, это я. Ну так что ты здесь забыл? — Наруто с мальчишеской беззаботностью, почти вприпрыжку, начал кружить вокруг застывшего Итачи. Его движения были неестественно плавными, словно он не шел по земле, а скользил над ней.

— Разве это не очевидно? — голос Итачи был глухим, как удары земли о крышку гроба. — Всего лишь слабая попытка исправить свои старые грехи.

— Вот оно что... любопытно, — Наруто остановился прямо перед Учихой, заглядывая в его серые глаза Эдо Тенсей. — И что именно ты собрался «исправлять»? Резню собственного клана? Годы в Акацуки? Как по мне, любое действие, совершенное ради высшей цели, не может быть грехом. А ты, Итачи, внес бесценный вклад в историю, пока носил этот плащ.

— Тогда зачем здесь ты? — Итачи не опускал кунай. — Мне казалось, ты будешь в первых рядах, упиваясь агонией Альянса. Ты ведь всегда обожал хаос.

— На самом деле, это не так уж и весело, — Наруто меланхолично выпустил колечко дыма. — Мне хватило «мяса» на прошлой войне. К тому же, я больше не состою в этой жалкой конторе Масочника. Останавливать тебя я не собираюсь, так что убери зубочистку.

— Тогда какова твоя цель? Хочешь перехватить контроль над армией мертвецов?

— Сдались мне эти тараканы, — Наруто поморщился. — Тем более, техника Нечестивого Воскрешения мне не подвластна. Я честно пытался применить её на твоем трупе, но в итоге плюнул и просто подкинул твоё ДНК Кабуто. Змеёныш справился куда лучше.

— Даже удивительно... — в глазах Итачи промелькнуло некое подобие интереса. — Неужели в этом мире есть что-то, что тебе не под силу?

— У меня банально не хватает чакры на всё сразу, — Наруто постучал пальцем по трещине на своей щеке. — Слишком много ресурсов уходит на поддержание «Врат», поэтому пришлось уменьшить... вместительность нынешней оболочки. На самом деле, я здесь из чистого любопытства. Ну и так, для подстраховки. Если у тебя ничего не выйдет и ты позорно проиграешь Кабуто, мне придется вмешаться. Не хотелось бы, чтобы такая редкая коллекция глаз пропала зря.

— Ты не на стороне Акацуки, но и не с Альянсом. Что же тобой движет на самом деле? — Итачи медленно зашагал вглубь пещеры, не сводя взгляда с Красноволосого. — Хаос и отчаяние сейчас повсюду, но ты пришел именно сюда, к самому источнику «Нечестивого Воскрешения».

— Эта война для меня — способ скоротать вечность, — Наруто лениво выпустил струю дыма, которая в полумраке приняла форму когтистой лапы. — Я лишь корректирую сценарий. Добавляю фигуры, убираю лишнее... Ты — важная пешка, Итачи. Непредсказуемая, острая, способная добавить этой партии азарта.

— Уверен, это лишь верхушка айсберга, — голос Учихи был ровным, как биение сердца мертвеца. — Проект «Глаз Луны» тебе необходим, это логично. Но ты покинул Акацуки. Значит, ваши с Масочником цели совпадают лишь до момента активации. Финальный результат у вас разный. Теперь я понимаю...

— Именно за это я тебя и выбрал, — Наруто одобрительно кивнул. — Твой интеллект почти дотягивает до моего уровня. Пара минут — и ты уже копаешься в моих мотивах. Эти выскочки из клана Нара и твой горделивый братец порой бывают такими утомительными... Будь у тебя больше времени, ты бы и мои слабости по косточкам разобрал.

— Одна уже на поверхности, — Итачи прищурился. — Ты слишком самоуверен. Это наводит на мысль, что либо настоящего тебя здесь нет, либо ты действительно бессмертен. Моё Аматерасу задело тебя тогда, в лаборатории, но ты не сгорел. Значит, ты либо переместил пламя в другое измерение, либо твоё тело — лишь оболочка. Подобие техник Орочимару или Сасори.

— Ого, а ты чертовски близок! — Наруто ослепительно улыбнулся, и трещина на его лице стала шире. — Подумай еще немного. Возможно, успеешь передать свои догадки Альянсу перед тем, как окончательно исчезнешь.

— В этом нет смысла. Я — лишь эхо прошлого, — отрезал Итачи. — А теперь, если не возражаешь, мне нужно остановить Кабуто.

— И ты готов упустить шанс напоследок повидаться с сестрой? — в голосе Наруто промелькнула ядовитая искорка.

— Да. К сожалению, долг важнее чувств.

— Что ж, пошли. Посмотрим на «великого змеевода». Этот слизняк заперся за барьером и верит в свою неуязвимость. Жалкое зрелище.

Поле боя Четвертой Дивизии.

— Мне надоело в вас играть, — Мадара Учиха, не запыхавшись, отпрыгнул на вершину высокой скалы.

Вокруг него с гулом взметнулось колоссальное Сусаноо. У призрачного воина проросли четыре дополнительные руки, каждая из которых сложила сложную печать. Несколько секунд Альянс завороженно смотрел на легенду, пока землю внезапно не накрыла иссиня-черная тень.

Шиноби, первым вскинувший голову, медленно опустился на колени и зашелся в истерическом хохоте. С небес, разрывая облака, на армию падали два исполинских метеорита.

— Против кого... против кого мы воюем? — прошептал кто-то в толпе.

Оружие с глухим стуком выпадало из ослабевших рук.

— Это монстр... Нам конец.

— Скажите, что это сон! Это не может быть правдой!

— Я заберу первый. На второй сил не хватит — действие стимуляторов Цунаде на исходе, — Минато сжал зубы, его лицо было бледным от перенапряжения.

— Не беспокойся, Хокаге! Мы возьмем второй на себя! — Ооноки взмыл в небо, его голос гремел над полем боя. — ВСЕМ! УХОДИТЕ! БЕГИТЕ КАК МОЖНО ДАЛЬШЕ!

Минато исчез в золотой вспышке, «телепортируя» колоссальную глыбу прочь от армии. Ооноки, долетев до второго метеора, приложил ладони к раскаленному камню.

— Дотон: Чо Кейджуган но Дзюцу! (Техника сверхлегкого камня).

Вес метеорита стремительно падал, пока Гаара возводил под ним исполинские песчаные опоры. Совместными усилиями Каге остановили падение. Шиноби внизу замерли, надеясь на спасение, но голос Мадары с вершины скалы разрезал тишину, словно бритва:

— Впечатляет... Но что вы будете делать с третьим?

Небо над вторым камнем лопнуло. Еще один метеорит, разогнанный гравитацией, с чудовищной силой врезался в застывшую глыбу. Ударная волна прокатилась по континенту, достигнув штаба Альянса. Шиноби рухнули на колени, закрывая головы руками в ожидании неизбежного.

Внезапно горизонт прочертила ослепительная синяя вспышка. Мир на мгновение затих, а затем оба метеорита одновременно разлетелись на миллионы мелких осколков, словно были сделаны из хрупкого стекла. Каменный дождь всё же накрыл долину, выкосив четверть армии, но тотального уничтожения удалось избежать.

Когда пыль немного осела, среди дымящихся руин раздался звонкий, надрывный смех. На вершине самого крупного обломка стояла Хината. Её волосы развевались, а взгляд был устремлен вверх.

— И это всё, на что способен легендарный Учиха? — с издевкой выкрикнула она. — Я ожидала чего-то более... изысканного.

— Любопытно... — Мадара плавно спрыгнул со скалы, приземляясь в десяти метрах от неё. На его лице играла едва заметная, предвкушающая улыбка. — Так уж и быть, я поиграю с тобой еще немного.

Хината активировала Бьякуган, и в то же мгновение пространство между ними схлопнулось. Завязалось тайдзюцу такого уровня, что даже Каге не могли уследить за их движениями. Скалы вокруг них превращались в щебень от одного лишь давления воздуха. Шиноби Альянса, оказавшиеся слишком близко, разлетались в клочья от случайных касаний этой бури.

Мадара доминировал, его опыт был абсолютным, но Хината, ведомая инстинктами Наруто, поспевала за ним, блокируя и перенаправляя выпады. Учиха отскочил назад, складывая печать.

— Катон: Гока Меккяку! (Огненное уничтожение).

Стена пламени высотой с гору обрушилась на куноичи. Хината мгновенно создала вращающийся купол воды, а затем, укрывшись за ним, на долю секунды села в позу лотоса. Её глаза вспыхнули потусторонним голубым светом, а лицо обрело пугающую, божественную безмятежность.

Вспышка. Она возникла прямо перед лицом Мадары, нанося удар ладонью, в который вложила всю накопленную кинетическую энергию. Учиха успел заблокировать выпад предплечьями, но ударная волна отбросила его назад на добрую сотню метров, пропахав землю.

— Хм... Довольно неплохо, — Мадара выпрямился, отряхивая доспех. В его взгляде Шарингана впервые за долгое время зажегся искренний интерес. — Я запомню тебя. Или вас... сколько бы вас там ни было в одной оболочке.

— Будь ты живым, наш танец закончился бы гораздо быстрее, — Хината изящно приземлилась на обломок скалы. Одним резким движением она развернула черный свиток. — Но раз ты всего лишь кукла, я не против немного повозиться.

Она прижала ладонь к иероглифам, и из пергамента вырвались призрачные цепи чакры, окутанные фиолетовым пламенем. Они мгновенно оплели Мадару, вгрызаясь не в плоть, а в саму суть его души, пытаясь вытянуть её из бессмертной оболочки.

— Ого... А я тебя недооценил, малявка, — Мадара даже не шелохнулся, хотя цепи начали буквально выжигать его астральное тело. — Найти способ захватить душу самого пользователя Эдо Тенсей... Похвально. Но против меня это бесполезно.

Учиха коротко выдохнул, и от его тела разошлась мощнейшая ударная волна чакры. Техника Хинаты разлетелась на куски, а саму Хьюгу отбросило назад.

— Ну что же, я вдоволь размялся. Пожалуй, пора заканчивать этот цирк.

Мадара развернулся, намереваясь покинуть поле боя, но в этот миг его тело охватило ослепительное белое сияние — знак того, что кто-то в далекой пещере отменил технику Воскрешения. Учиха лишь презрительно ухмыльнулся.

— Рано радуетесь, смертные.

Сложив сложную серию из десяти печатей, он заставил сияние погаснуть, разрывая контракт с призывателем и оставаясь в мире живых по собственной воле. Не удостоив Каге даже взглядом, он растворился в воздухе, направляясь к Зецу.

Тайная пещера.

— Как много ты делаешь для этого жалкого змееныша. Даже удивительно, — Наруто лениво привалился плечом к сталактиту, наблюдая, как Кабуто под действием Изанами послушно складывает печати отмены.

— Он просто потерялся во тьме, — Итачи не оборачивался, его фигура начала медленно светиться белым светом. — Я лишь дал ему шанс найти свой путь к искуплению.

— Вот оно что... — Наруто задумчиво постучал трубкой по камню. — Думаю, я поступлю так же.

Красноволосый исчез в черной воронке портала.

— Вот и всё... — прошептал Итачи. Процесс развеивания Эдо Тенсей подходил к финалу, его сознание начало медленно угасать, готовясь к вечному покою.

Внезапно реальность в центре пещеры смялась. Из открывшегося портала вышел Наруто. Он шел тяжело, таща на спине массивный, покрытый коркой темных кристаллов труп. Это было настоящее тело Итачи, которое Наруто когда-то «собрал» после боя с Саске.

— Стой, куда собрался? — Наруто сбросил кристаллизованное тело на пол перед светящейся душой Учихи. — Ты еще не закончил свою партию. Если Кабуто заслуживает шанса, то ты — и подавно.

— Ты ведь сам сказал: «Он потерялся, я дам ему шанс». Я лишь повторяю твои методы, Итачи, — Наруто усмехнулся, и эта гримаса на его трескающемся лице выглядела жутко. — Вторая жизнь. Без оков Эдо Тенсей, без ограничений, с полностью раскрытым потенциалом. Правда, твое новое «сердце» простучит всего двадцать лет... но за это время ты вполне успеешь заглянуть к Орочимару и выучить пару трюков для бессмертия. Если захочешь, конечно.

Наруто сложил пальцы в сложную фигуру.

— Я провожу подобную операцию впервые, так что не обижайся, если случайно разорву твою душу в клочья. Согласен? Молчание — знак согласия. Приступим.

Воздух в пещере заледенел. За спиной Наруто соткался колоссальный, призрачный силуэт Шинигами. Бог Смерти занес свой нож, но вместо того, чтобы пожрать душу призывателя, он, повинуясь щелчку пальцев Наруто, схватил светящуюся сущность Итачи. Кристаллическая корка на трупе Учихи мгновенно осыпалась прахом. По велению Красноволосого Шинигами буквально «вбил» душу обратно в холодную плоть сосуда.

Наруто молниеносно сложил еще два десятка печатей, завершая процесс реанимации. Грудная клетка Итачи судорожно дернулась, втягивая первый за годы глоток воздуха. Учиха распахнул глаза и в панике отпрянул, хватаясь за горло.

— Это... это была печать Бога Смерти? — прохрипел Итачи, чья память зафиксировала каждый жест Наруто.

— Оу, ты всё-таки увидел его? — лицо Наруто пошло глубокими трещинами, а кончики его пальцев начали рассыпаться серым пеплом. — Раз ты узнал технику, значит, знаешь и цену. Жизнь за жизнь. Душа за душу. Вот только... — он постучал по своей груди, — в этом теле души нет. Платить нечем.

Тело Наруто начало стремительно разрушаться, осыпаясь на камни безжизненной шелухой. Но в ту же секунду в паре метров открылся портал, и из него вышел абсолютно невредимый Наруто, поправляя воротник.

— Ну и как тебе шоу? Захватывающее зрелище, не правда ли? — он окинул живого Итачи скучающим взглядом. — Ладненько, я засиделся. Не потрать мой подарок впустую, Учиха. Увидимся в финале.

Наруто начал медленно таять, превращаясь в густую черную субстанцию, пока окончательно не исчез в тенях пещеры.