




| Название: | Адаптация |
| Автор: | ShayneT |
| Ссылка: | https://forums.spacebattles.com/threads/adaptation-dragon-ball-z-alt-power-complete.675247/ |
| Язык: | Английский |
| Наличие разрешения: | Запрос отправлен |
Оказаться в лаве было не так плохо, как я думала. Жгло, но ненамного сильнее обжигающе горячего душа и совсем не так, как пламя Пепельного Зверя. Это хорошая новость.
Плохая — Бегемот держал меня под лавой ногой, и я задыхалась. Нанятый Александрией телепортатор, наверное, должен был видеть цель, а значит, пока я под поверхностью, помочь ничем не мог.
Лёгкие горели. И не от огня.
Бегемот был немыслимо силён. Настолько, что я оказалась совершенно беспомощной, когда он схватил меня и наступил сверху. Пытаться сдвинуть его ногу — всё равно что до появления сил пытаться сдвинуть упавшую на меня машину. Казалось, сдвинуть целую планету было бы не труднее.
Я билась, но чем сильнее, тем меньше оставалось воздуха. Если ничего не сделаю — умру.
Он даже не потрудился сжечь меня изнутри. Будто я была чем-то незначительным, мошкой, которую можно прихлопнуть, пока он дерётся с теми, кто действительно что-то значит.
Если не могу сдвинуть Бегемота, сдвину землю у него под ногами.
Я толкнула себя вниз — глубже в лаву, сквозь твёрдую породу, пока не почувствовала, что нога Бегемота больше не прижимает спину. Мгновение спустя я пронеслась сквозь лаву и вырвалась вверх с другой стороны вулкана. Поднялась как можно выше и лишь потом глубоко вдохнула: газы над вулканом могли убить.
Бой с Бегемотом всегда был кошмаром, но теперь защитники даже не могли оставаться поблизости из-за вулканических газов. Большинство Бугаёв, достаточно сильных для хотя бы короткой рукопашной с ним, выдерживали жар, но всем требовалось дышать.
Даже Александрия дралась с ним лишь столько, сколько могла задерживать дыхание. Поскольку сжечь её изнутри он не мог, она оставалась главным бойцом, способным хоть немного на него повлиять.
Умная тактика — сражаться там, где плохо всем. Хотя с его силой она ему не особенно требовалась. Готова спорить, место выбрано не просто так. Никто не считал Симург бездумным зверем. Почему остальные должны быть глупыми? Не были бы умными — не умели бы так хорошо убивать героев.
Бездумную тварь можно было бы просто увести от населённых мест.
Я слишком мало знала о вулканах, чтобы разгадать его план. Коснулась коммуникатора на руке. Одежда пережила лаву, потому что я защищала её Ки, но насколько техника чувствительна к жару, я не знала.
— Дракон, можно выяснить, почему он выбрал это место? — спросила я. — Что бы он ни задумал, хорошего не жди.
— Проверю, — ответила она.
Я кивнула и рванула к спине Бегемота, набирая скорость. Мир вокруг словно замедлился почти до остановки. Даже Александрия, хотя по глазам было видно: меня она всё-таки замечает.
Приблизившись, я вдруг почувствовала жгучую боль в животе. Словно сгорала изнутри. Вскоре пришлось свернуть в сторону. Я видела, как другие подошедшие слишком близко герои рассыпаются, сожжённые изнутри.
Мгновение спустя я оказалась в другом месте. Надо мной стояла Панацея.
— Ай... Она горячая! — сказала Панацея. — Воды принесите!
Я потеряла сознание.
Очнувшись, я почувствовала, как во мне бушует сила. Не просто вдвое больше: казалось, я стала как минимум в пять раз сильнее.
— Ты горела изнутри, — мрачно сказала Панацея.
— Сколько я была без сознания? — спросила я.
— Пять минут.
Я чувствовала папу на краю поля боя. С Бегемотом он не дрался: вытаскивал упавших бойцов и помогал раненым.
Не сказав ни слова, я вылетела из палатки и вернулась в бой. Бегемот стоял ко мне спиной, а я набирала скорость. Вскоре двигалась так быстро, что мир вокруг затих: я преодолела звуковой барьер.
Я врезалась ему между лопатками на десятикратной скорости звука, и мир взорвался болью. Меня подбросило в воздух на десятки метров, но Бегемота тоже отбросило. Он пошатнулся и упал на колени.
Мгновение спустя поднял на меня взгляд, и вокруг взорвались молнии. Я кричала от боли, а молнии били и били, словно бесконечно.
Я отключилась, а в следующее мгновение очнулась под взглядом Панацеи. От волос ещё поднимался дым.
Во мне бушевало ещё больше силы. Я была намного сильнее, чем когда-либо. Казалось, теперь ничто не остановит. Я ухмыльнулась.
— Прекрати, — настойчиво сказала Панацея. — Тебя убьют.
Я полетела обратно и оказалась на месте за мгновение. Защитники будто стояли неподвижно, и их заметно убавилось. Корабли Дракона пытались остановить Бегемота, обрушивая на него всё, что имели, но ничего даже не действовало.
Прежде я уже сбила его с ног. А теперь как минимум в пять раз сильнее!
Рядом парила Александрия.
— Ты в порядке?
Я ухмыльнулась.
— Лучше не бывало.
Сейчас у меня, наверное, была уже четверть её силы. Наконец-то появился шанс.
Легенда и остальные били по нему энергией со всех сторон, но отражённые атаки косили героев как мух. Я видела, как Виридиан подхватывает кейпов в воздухе и отправляет в тыл.
— Волчья стая, — сказала Александрия.
Мгновение спустя мы обе двинулись. Я начала колотить его спереди и с боков, а Александрия — с противоположной стороны. Плоть немного поддавалась, и я старалась бить по одним и тем же местам. На шкуре появлялись трещины. Меня охватил азарт.
Он замахнулся, но двигался словно в замедленной съёмке. В животе жгло, однако вместо прежней невыносимой боли теперь было терпимо. Можно справиться.
Меня не остановить. Я ударила снова и почувствовала, как из его шкуры вырывается сила. Он возвращал мне мои же удары! Я закричала и ударила сильнее. Если он защищается от меня, то от Александрии не может, а значит, я делаю свою работу.
Сила моих собственных ударов обрушивалась на меня, но остановиться я не могла. Не могла никогда, пока это чудовище пытается уничтожить мир.
Кулак Бегемота метнулся с невиданной прежде скоростью и схватил меня за лодыжку. Мгновение спустя он ударил мной по Александрии, отбросив её больше чем на триста метров. Пока она была далеко от нас, Бегемот схватил меня за руку и потянул в разные стороны — за руку и лодыжку.
Я закричала, чувствуя, как суставы выходят из суставных впадин. Он собирался разорвать меня.
Мгновение спустя я снова оказалась на посту Панацеи.
— Лицо у тебя как фарш, — сказала она и поморщилась. — Никого ещё не лечила столько раз за такое короткое время. Ты идиотка?
Я поморщилась.
— Чем дольше я дерусь, тем меньше людей страдает.
За холмом раздался взрыв. Свет разлился, ослепительно яркий. Пока Панацея лечила меня, я почувствовала прилив силы, но не такой большой, как прежде. Не знаю, потому ли, что была не так близка к смерти, или потому, что разрыв между мной и Бегемотом понемногу сокращался.
Но с каждым разом я становилась быстрее, а это почти так же важно, как сила. Нельзя и дальше позволять ему до меня добираться: рано или поздно он успеет закончить начатое прежде, чем до меня доберётся Панацея.
На этот раз я оказалась за холмом ещё быстрее и снова врезалась в Бегемота. Он ждал, и я полетела обратно так же быстро, как вперёд. Он послал волну молний, сметая людей в воздухе.
Одной из них была Виридиан. Мгновение назад она была здесь, а теперь остался лишь пепел, уносимый ветром.
Внутри всё онемело. Я её знала, пусть совсем недолго, а она доверяла мне свою безопасность. Как посмотреть Лилиандер в глаза и сказать, что её сестра погибла?
Папы нигде не было видно. Чувствовала, что он в лагере целителей — наверное, приносит раненых. Их было немного: Бегемот убивал кейпов эффективнее, чем обычно.
Обычно он убивал каждого четвёртого, может, каждого третьего. Уже убил столько, а останавливаться, похоже, не собирался.
Это из-за меня? Он подстраивает атаки под силу сопротивления? Тогда выходит, что всё это время сдерживался, намеренно притворялся слабее.
Знай люди, что он действительно непобедим, просто не стали бы играть. Бросили бы ему города, а кейпы остались целы. Притворяясь, будто надежда есть, он заманивал их в мясорубку.
Я полетела прямо вверх, в облака. Начала собирать энергию. Физические атаки ничего не делали, удары Легенды и остальных — тоже. Не знала, как моя энергия соотносится с их силами, но знала: у меня один шанс ударить так, чтобы он не понял, что происходит.
— КА... — сказала я.
Моя сила выросла в пятьдесят раз — до половины силы Александрии. Значит, моя волна Камехамеха в пять раз мощнее всего, что могла выдать она. Нужно только ударить неожиданно.
— МЕ...
Я втягивала всё больше энергии со всех сторон. Вложу всё, что есть. Может, хватит ранить его. Если раню — уйдёт. У меня будет время стать сильнее, и в следующую встречу я наконец смогу его убить.
Главное — чтобы больше никто не погиб.
— ХА...
Больше не должно быть новых Виридиан. Людей, которыми я командовала и которые доверяли мне свою безопасность.
Я защищу их всех.
— МЕ...
Такая мощь была мне прежде неведома. Я сказала в коммуникатор:
— Дракон, можешь отвести всех, кроме Александрии?
— Принято, — сказала она.
Видимо, связь с моего коммуникатора поступала Дракону в приоритетном порядке. Наверное, потому, что Александрия возлагала на меня такие надежды.
Я удерживала силу внутри, втягивая всё больше.
— ХА-А-А-А-А!!!
Из меня вырвался заряд, устремившись сквозь облака к Бегемоту. Чтобы отвлечь, я нырнула вниз и ударила сбоку, колотя руками и ногами изо всех сил. На этот раз он не двигался — неважно. Я управляла лучом. Даже если перенаправит, просто верну обратно.
Его кулак метнулся и ударил меня сбоку по голове. Так сильно, что в голове зазвенело. Он схватил меня, прижал к груди, и мгновение спустя нас накрыл мой луч.
Вокруг взорвался свет, я закричала от муки. Собственная атака причиняла невероятную боль. А потом я почувствовала, как она уходит от нас. На север?
Я пыталась схватить энергию, вернуть, но она словно выскальзывала. Прожгла склон вулкана, потом лес внизу. Жгла и продолжала жечь.
Пока он держал меня, я чувствовала вдали Хило. Там было сорок три тысячи человек. Он сдавливал меня, но я почти не замечала. Пыталась перехватить энергию, но каждый раз чувствовала, как он отбирает управление обратно.
Александрия колотила его, я судорожно вдыхала ядовитые испарения, но всё это не имело значения.
Где человек, который должен меня телепортировать? Если окажусь между лучом и городом, остановлю. Я это знала.
Я искала его Ки и не находила. Он погиб — если только каким-то образом не телепортировался за пределы моего радиуса. Учитывая, что теперь я чувствовала почти всю планету, это было маловероятно.
Луч пропахал город, вырезав полосу прямо через середину. Я чувствовала, как гаснут жизни. Исчезают, когда убежища от Губителей, где люди теснились, просто распадаются или перестают существовать.
Луч ушёл дальше, к океану. Наконец я сумела рвануть его вверх, и он взорвался высоко в небе, наверное, ослепив всех в радиусе полутора тысяч километров.
Из-за меня погибли тысячи. Я схватила Бегемота и полетела вверх. Его ступни оторвались от земли, и он сжал меня ещё крепче. Я не могла дышать, но это не имело значения.
Я унесу его в космос. Там силы не работают — может, и он не сможет. Я умру, но заслужила.
Я так расстроилась из-за Виридиан, девушки, которую знала всего одни выходные. И убила тысячи.
Поручить спасение мира четырнадцатилетней девочке — о чём, чёрт возьми, думала Александрия? Нужно было бить папу и не останавливаться, пока не станет достаточно сильным, чтобы сделать необходимое.
Теперь я видела широкую борозду в городе подо мной: с одной стороны горят огни, с другой тоже, а между ними — чернота. Это сделала я.
Бегемот принялся колотить меня всё сильнее. Меня наполнили молнии, и мышцы против воли сократились. Я отпустила его, и он упал на землю.
С его мощью падение ничего ему не сделает. С моим везением он рухнет прямо посреди лагеря целителей. Убьёт Панацею, папу. Убьёт Лилиандер, всех, кто мне дорог.
Гаррет с Элитом выберутся? Или сидят в убежище с остальными, слушают крики ужаса и ждут смерти?
Я недостаточно сильна. Обманывала себя, думая, что когда-нибудь стану. Не просто не смогла помочь — сделала всё намного, намного хуже.
Из-за меня люди, которых я никогда не встречала, больше не увидят отцов, бабушек, сестёр и братьев. Маминая смерть опустошила папу. Меня тоже. Теперь мы умножим эту боль на десять тысяч... Даже больше: у каждого убитого мной было много родных.
Я закричала.
Казалось, не смогу остановиться. Вокруг засверкали молнии. Их создавал не Бегемот, но в небе не было ни облачка.
Я чувствовала только ярость. Чистую ярость. В спине что-то происходило. Я посмотрела на себя, и зрение на миг окрасилось золотом. Мышцы на руках вздувались, коммуникатор Дракона лопнул и слетел с руки.
Что со мной происходит?
Неважно, решила я. Неважно, что со мной будет. Важно только заставить Бегемота заплатить за содеянное.
Теперь я закричала по-настоящему, чувствуя, как в меня вливается сила. Нечто далеко за пределами всего, что я могла постичь. Больно, но почему-то правильно.
Мгновение спустя весь мир стал золотым.






|
Nizпереводчик
|
|
|
prolisock
У меня такое впечатление, что он мог стать лучшим в его творчестве. ну "Убить их всех", да и "палочку" сложно переплюнуть, однако да, история была хороша.1 |
|
|
Niz
prolisock Я уверен, что история была не просто хороша, а очень хороша, интересна и увлекательна. Может быть, кто-то продолжит?ну "Убить их всех", да и "палочку" сложно переплюнуть, однако да, история была хороша. |
|
|
Кстати, обложка к "Адаптации" мне очень понравилась.
|
|
|
Nizпереводчик
|
|
|
Вот и всё.
Приятного чтения 1 |
|
|
Niz
Большое спасибо Вам за ваши труды! Ваши переводы всегда отличного качества, читается на одном дыхании! И выбор рассказов для перевода хороший, интересные истории. 1 |
|