Повелитель Тайн (джен)

Узнав, что на борт корабля переодетым проник пират, чью голову оценивали в три тысячи фунтов, Клейн сразу же насторожился. Он улыбнулся Дентону и Донне, что были рядом с ним, и сказал:

— Есть у меня один друг.

Он спокойно пошёл к четвёртому боцману Вице-Адмирала Айсберг, пристально на него глядя.

Улыбка Пламенного Даница застыла: к нему неторопливо приближался молодой искатель приключений, в чьих жилах словно текла безумная кровь. У него вдруг мелькнула мысль:

«Бежать! Бежать как можно скорее! Со всех ног! Даже если придётся применить силы Потустороннего и раскрыть свою личность, нужно немедленно бежать!»

В его глазах этот сдержанный и суровый искатель приключений был настоящим чудовищем в человеческой шкуре.

Но, уже готовый сорваться с места, Даниц вдруг успокоился, вспомнив, что произошло прошлой ночью: искатель приключений не напал на него и позволил уйти!

«То есть он не обязательно хочет на меня охотиться. С ним можно договориться и разрешить этот кризис… А прямой побег только приведёт к конфликту…» Мысли быстро проносились в голове Пламенного Даница. Полагаясь на свой богатый опыт, он силой удержал ноги на месте и остался ждать.

Клейн шаг за шагом подошёл к нему и улыбнулся.

— Доброе утро. Мы снова встретились.

От этой мягкой, учтивой улыбки Даниц сам не зная почему вздрогнул. Он поджал губы и ответил:

— Доброе утро.

Клейн сохранял выбранный образ, и выражение его лица стало холодным.

— Что вы делаете на этом корабле?

— Направляюсь на архипелаг Рорстед, — честно отвечал Даниц, тоже прославленный пират.

— И зачем туда направляетесь? — спокойно спросил Клейн.

Даниц улыбнулся натужно и сказал:

— Ждём распоряжений нашего Капитана. Может, там мне дадут задание.

«Он, наверное, собирается согнать меня с корабля. В любом случае присутствие пирата на борту несёт потенциальный риск…» Закончив говорить, Даниц стал прикидывать возможное развитие событий.

Это можно было считать довольно неплохим для него результатом. В худшем случае он потерял бы билет.

Клейн замолчал — да так, что у Даница волосы встали дыбом.

Через целых пять или шесть секунд Клейн снова заговорил.

— В какой каюте вы поселились?

— Первый класс, номер 312, — Даниц поднял к глазам Клейна билет, который держал в руке.

Опускать взгляд Даниц не смел, боялся, что враг мгновенно воспользуется возможностью внезапно напасть.

Клейн едва заметно кивнул.

— У вас есть комната для слуг?

— Да, — безотчётно ответил Даниц, но в душе был растерян и недоумевал. Совершенно не понимал, почему этот человек ему задаёт такой вопрос.

Затем он услышал, как тот ровным тоном, словно обращаясь к подчинённому, сказал:

— Будешь спать там.

«А? Где? Я буду спать в комнате слуг? Ты с корабля меня сгонять не собираешься?» Ошарашенный Даниц выпалил:

— Почему?

Клейн взглянул на него и тихо произнёс одно слово:

— Заложник.

«Заложник? Он беспокоится, что меня подсадили на корабль, чтобы пиратскому флоту было легче разграбить „Белый Агат“, и поэтому собирается использовать меня как заложника? Разумно. Если всё и правда так, как он подозревает, то даже если он сгонит меня с корабля, это не остановит нападение пиратов. Лучше держать меня заложником, чтобы помог в переговорах… Дерьмо собачье. Терпеть не могу таких высокомерных, холодных и немногословных людей. Всегда скажут одно-два слова, а то и просто что-то промычат, и оставляют меня самому додумывать остальное! Е-если я ему и вправду не ровня, то никогда бы не связался с такой компанией! Почему я раньше решил, что его характер мне по вкусу? Наверное, с ума сошёл…» Даниц скрежетнул зубами.

— Хорошо, — беспомощно выдохнул он.

— В твою каюту. — Клейн идеально выдерживал образ Германа Спэрроу.

Фух… Пламенный Даниц подхватил чемодан и нехотя повёл это чудовище в человеческой шкуре к своей каюте. Они поднялись на верхнюю палубу и добрались до номера 312.

Открыв дверь, Клейн бегло оглядел номер и нашёл, что он в несколько раз лучше привычного второго класса.

Жилая комната, смежная с хозяйской спальней и тремя комнатами для слуг, занимала около тридцати квадратных метров. В ней была отдельная ванная, стандартный гардероб и письменный стол из красного дерева.

Поставив на пол чемодан, Даниц взглянул на комнаты слуг. Вдруг ему пришёл в голову немаловажный вопрос.

— А хозяйская спальня так и будет пустовать?

Не успев договорить, он уже знал ответ.

— Она моя, — Клейн по-джентльменски учтиво улыбнулся.

«Как и ожидалось, чтобы за мной следить…» Даниц был подавлен.

Клейн прошёлся по ковру в комнате и сказал, указав на дверь:

— Иди со мной вниз.

— …Хорошо, — Даниц немного растерялся, не представляя, что этот человек собирается делать.

Вскоре эта пара, искатель приключений и знаменитый пират, добралась до кают второго класса и нашла первоначальную каюту Клейна.

Открыв дверь, Клейн входить не стал. Показал внутрь и велел Даницу:

— Собери вещи на письменном столе и уложи их в чемодан.

«Что? Собрать вещи? Ты хочешь, чтобы я помог тебе убрать вещи?» Даниц едва не остолбенел.

Его вмиг с головы до ног охватил порыв гнева.

«Как мной, Пламенным Даницем, четвёртым боцманом Вице-Адмирала Айсберг, знаменитым пиратом с наградой в три тысячи фунтов, могут помыкать как слугой!

Моё достоинство и моя репутация не позволят мне принять такое унижение!»

Клейн, бросив ледяной взгляд, увидел, что мужчина стоит неподвижно, словно окаменев, превратившись в статую.

И вдруг Даниц задрожал всем телом.

Он сделал глубокий вдох и ответил с улыбкой, которая выглядела хуже плача:

— Хорошо.

Обиженный и униженный, он согнулся, вошёл в каюту с невысоким потолком и быстро собрал разбросанные снаружи вещи в чемодан.

Без напоминаний разложил всё по местам — прилежнее, чем собственный багаж.

Проделав это всё, понёс чемодан вслед за Клейном наверх.

По пути его всё время подмывало украдкой напасть на мужчину со спины, но в конце концов он всё же удержался.

Вернувшись в номер 312, стиснул зубы, сглотнул и спросил:

— Как мне к вам обращаться?

— Герман Спэрроу, — кратко отвечал Клейн.

«Герман Спэрроу…» Даниц мысленно покрутил это имя, поклявшись, что никогда не забудет случившееся сегодня. Он пообещал себе, что однажды заставит стоящего перед ним человека пережить нечто подобное!

«Капитан уж точно мне поможет!» — с надеждой подумал он.

Ради соответствия своей новой персоне Клейн не стал садиться в кресло с откидной спинкой, а наугад выбрал какой-то жёсткий деревянный стул.

Он откинулся на спинку, слегка сгорбился, сомкнул ладони и сказал Пламенному Даницу:

— Расскажи, каких известных пиратов знаешь.

— Их много, — отвечал Даниц в замешательстве.

Он стоял на месте, боясь пошевелиться, словно слуга.

Клейн медленно приподнял уголки губ и проговорил:

— В порядке размера награды.

И тут показал на стул напротив.

— Присядь.

С облегчённым вздохом Даниц поспешил сесть.

Ему вдруг показалось, что этот человек не так уж плох: по крайней мере, позволил ему сесть.

* * *

Ууу!

«Белый Агат» вышел в открытое море и до полудня шёл со скоростью тринадцать узлов.

Пламенному Даницу, у которого пересохло во рту от бесконечных разговоров, наконец-то позволили остановиться. Он взял билет и повёл Клейна в ресторан первого класса.

Ресторан был изящно украшен: в углу играли скрипачи, а столики разделяли перегородки, обеспечивая посетителям уединение.

Сделав несколько шагов, Клейн встретил семью Донны и Кливса. Они заняли большой стол и ждали, пока официант подаст блюда.

— Дядя Спэрроу!

Из-за общей тайны мальчик Дентон уже изменил обращение к нему.

Донна заморгала, не скрывая своего недоумения.

Она отлично помнила, что дядя жил в каюте второго класса и не мог находиться в этом ресторане.

Клейн приветственно помахал рукой, а затем указал на Даница, говоря:

— Он угощает.

— Вот как… — Донна с любопытством оглядела Даница. Ей показалось, что этот джентльмен выглядит странно, особенно его крайне неестественные брови.

Кливс отложил вилку и нож, помолчал пару секунд и потом спросил:

— Ваш друг?

Клейн усмехнулся и повернулся к Даницу.

— Как ты на этот вопрос ответишь?

Даниц заскрипел зубами и вымученно улыбнулся.

— Герман меня однажды спас.

«Да, всё верно. Иначе он, возможно, уже убил бы меня ради награды…» — утешал себя Даниц.

Кливс несколько раз окинул его взглядом и ничего не сказал.

Пройдя мимо семьи Донны, Клейн выбрал столик у окна.

Официант с большим энтузиазмом подошёл и подал меню.

— Бифштекс на углях, фуа-гра в красном вине, овощной салат… — Даниц пробежал глазами меню и не сдержал восклицания. — Насколько всё лучше на кораблях, которые каждые два-три дня заходят в порты для пополнения запасов. Там изобилие свежей еды. Когда попадаешь на корабль, который плывёт без остановок неделю-другую, остаётся выбор только такой: пиво, вяленое мясо и разные консервы. Такое однообразие, что умом тронешься. Но само море поставляет свежую еду. Хе-хе, ну, тут с головой нужно подходить. Был у нас на корабле матрос, который однажды съел прекрасного лобстера, а потом мучился поносом так, что чуть…

Даниц, как пират, привык уснащать рассказы крепкими словечками, но, взглянув на лицо Германа Спэрроу, сменил выражение.

— Мучился поносом так, что чуть не отвалился зад.

«У меня есть основания подозревать, что там были и другие причины. Хотя у вас женщина-капитан, в экипаже, должно быть, женщин совсем немного. К тому же моряки подолгу не сходят на берег, так что наверняка изнывают от жажды…» Клейн молча поязвил, взял меню и провёл линию, ориентируясь на цены.

— Всё вот это.

— Хорошо, — отвечал официант, ничуть не меняясь в лице.

В этот миг Клейн заметил, как в столовую вошёл капитан Элланд и прошёл мимо, поэтому просто поприветствовал его.

Оглянувшись, он увидел, что Пламенный Даниц уже смотрит в окно, словно любуясь пейзажем.

— Капитан вас знает? — спросил Клейн с почти утвердительной интонацией.

Даниц издал какой-то негромкий, безотносительный смешок.

— Мы сходились в бою с его командой, когда он был боцманом на «Уильяме V».

— К тому же я тоже довольно знаменитый пират…

Тут Даниц вспомнил, в каких он обстоятельствах, и вдруг ощутил подавленность. А потому сменил тему разговора.

— Всегда задавался вопросом, почему Справедливый Элланд так внезапно ушёл из флота. Ведь к тому времени он уже был Арбитром.