Времена иные (гет)

Идея Павла использовать одомашнённые аналоги диких растений и животных оказалась на удивление разумной. Собирать сырьё по одному цветочку и пёрышку выглядело не только архаично, но и крайне неэффективно. Особенно учитывая, что в случае с ночной птицей никто не мог дать гарантии, что она действительно жива, когда у неё берут перо. Да и как наверняка отличить перо соловья от жаворонка?

Плохой идеей оказалось поручить добычу совы Витольду. Алиса заметила, что гуль постепенно обживается в Минске и наивно полагала, что его чудачества сойдут на нет. Она ошиблась — похоже, эксцентричное поведение было неотъемлемой частью его натуры. Вместо того чтобы просто купить птенца или взрослую птицу, он выследил и поймал в лесу дикую ушастую сову. Теперь птица, оглушённая и перепуганная, носилась по помещению, отчаянно хлопая крыльями, пыталась забиться в щель, теряла перья и издавала испуганные, гортанные звуки.

— Мне не нужны извинения, просто поймай её! — рявкнула Алиса, увидев, как гуль застыл столбом, наблюдая за своим очередным провалом.

С трудом подавив накатывающую волну ярости, она резко развернулась и зашла в офис, с силой хлопнув дверью.

Внутри её ждал Павел. Он стоял, прислонившись к столу, и тихо посмеивался, глядя на свежую ранку на своей руке — след от совиного укуса. На столе перед ним уже были разложены компоненты: несколько перьев, пробирки с кровью, засушенные цветки прострела — всё необходимое для ритуала.

— Да ладно, не злись, — успокаивающе произнёс он. — Могу поспорить, ему просто было неловко тратить твои деньги. Насколько я знаю, дикие животные — дорогое удовольствие.

— Так сказал бы словами, через рот! — отрезала Алиса, всё ещё на взводе. — Я для того и пытаюсь построить этот бизнес, чтобы… — она запнулась, пытаясь сформулировать. — Чтобы не было необходимости «осваиваться» в мире смертных. Ни мне, ни ему, ни гулям Серафима. Нам там больше нет места.

За дверью раздался оглушительный грохот, яростное хлопанье крыльев и отборная ругань на литовском.

— Ему особенно, — с лёгкой горечью добавила Алиса. — Пускай уж лучше будет сотрудником «Расцвета».

Убедившись, что сова доживёт по крайней мере до конца их эксперимента, Вежновец приступил к работе, попутно объясняя свои действия. Самым магическим элементом оказался круг, начерченный на полу смесью соли, пепла и вампирской крови. Всё остальное выглядело почти научно. В качестве «лунной эссенции» он использовал коллоидное серебро. Затем, используя цветки прострела и зеркальный сосуд, он изготовил сначала крем, а потом и капли для глаз.

Для амулетов он, не выходя из круга, выплавил из кусочков янтаря небольшие монетки с алхимическим символом луны и на каждой аккуратно обжёг по совиному перу.

Получившиеся артефакты Павел упаковал в аккуратные коробочки — крем и капли отдельно, амулеты отдельно. И вдруг застыл, разглядывая результат своей работы с заворожённым, отрешённым видом.

— Это… очень красиво, — прошептал он.

— Эм, пан? — Алиса осторожно ткнула его пальцем в плечо. Павел вздрогнул и очнулся. Девушка догадалась, что стала свидетелем проявления его кланового изъяна — одержимости красотой.

— Вроде… закончил, — смущённо пробормотал он, потирая переносицу. — Смотри, амулеты перезаряжаются кровью смертного и могут использоваться повторно. Имеет смысл всегда носить их при себе — даже если тебе противопоказан солнечный свет, возможность проснуться и нормально соображать лишней не будет.

Он перевёл дух, и его взгляд снова стал сосредоточенным, учёным.

— Ну а расходники, понятное дело, нужно будет производить, причём, скорее всего, в больших объёмах. И ещё… я, кажется, понял, как взаимодействуют Книга и заклинатель.

Он пристально посмотрел на Алису.

— Смотри, по моей гипотезе наше витэ уже содержит небольшое количество магической силы. И когда мы его используем интуитивно, у нас что-то да получается. Это нечто вроде примитивной тауматургии.

Он положил руку на кожаный переплёт Книги.

— Но с Книгой всё иначе. Она не источник силы. Она — катализатор. Она пробуждает и структурирует нечто, что уже дремлет в нашем витэ. После этого ты можешь использовать определённые ритуалы так, словно это… подчиняющиеся тебе Дисциплины. И, как я думаю, — его голос зазвучал с возрастающим волнением, — моё витэ теперь тоже может являться таким катализатором. По крайней мере, для этого конкретного ритуала. Если это действительно так, то…

Он замолчал, глядя на Алису с широко раскрытыми глазами, давая ей возможность самой додумать до конца.

Алиса удивлённо заморгала, мозг отказывался воспринимать масштаб последствий.

— Но… работающая копия? Это же…

— Это ответ на все вопросы, — тихо, но с непоколебимой уверенностью закончил Павел. — И начало всего. Знаешь… я пригляжу за совой.