Приключения в Либерти-сити (джен)

На следующий день, когда раненые мужья все еще пребывали в больнице, к ним зашел Рамет. Адвокат выглядел крайне растерянным.

— Что случилось? — спросил его Ахет.

— Да, непонятно ничего, — махнул рукой тот, — девушку допросили, Исида вчера рассказала.

— Мы в курсе.

— Вот именно. Исида еще не вернулась со своей миссии, а Хатор рыщет по городу, тела ищет, может еще были убийства, о которых полиция не в курсе.

— Она убивала, чтобы накормить себя и будущего ребенка, — задумчиво произнес Ахет, — интересное понятие, — и коротко рыкнул.

— Это что было? — удивился Рамет.

— Не знаю, — проворчал Шери, — Хатор говорит, что это побочные явления от укуса.

— Превратишься в волка? — подал голос Сахем; он пошевелился на кровати и тихо выматерился, — что со мной?

— Тебя порвали, — объяснил Ахет, приставая с кровати, — грудь, рука… Но не покусали.

— Ясно, — Сахем попытался встать, зашипел от боли и витиевато выругался, смешав русский, английский, египетский мат, щедро приправив космическим арго, — значит, ты в скором времени превратишься?

— Хатор не знает, как это на бессмертных работает, — скривился Ахет и издал ужасающий рык.

— Опаньки! — Рамет аж со стула вскочил и к двери попятился; существо на кровати уже мало напоминало милого интеллигентного парня. Под больничной рубашкой бугрились мускулы, черные волосы покрыли голову и странно вытянувшееся лицо, которое с каждой минутой больше превращалось в звериную морду. Росли верхние и нижние клыки. Через минуту на кровати сидело огромное чудовище, мускулистое, хищное, черное, с янтарными глазами.

— ГРАААХХРРР!!! — издало оно чудовищный рык и прянуло в окно.

— Это что было? — отмер Рамет.

— Что, что? — передразнил его Сахем, — спасать Ахета надо, он превратился в монстра. А я, как назло, не в состоянии работать. Дай мне телефон. Позвоню на работу, обрисую ситуацию.

* * *

Вечером Сахем получил информацию из рук Исиды.

— Ахет обезврежен, — объявила она с порога.

— Надеюсь, его не убили?! — закричал Аджари.

— Нет. Но снотворного понабилось дофига, чтобы он успокоился.

— Ничего не натворил? — облегчённо вздохнул египтянин.

— Нет. Ничего такого. Правда, он завалился в Город Волков, наделал там шороху, поимел всех тамошних самочек, набил морду всем самцам, которых нашел… и довольный вернулся сюда. Тут мы его и повязали. Сейчас сидит дома, Хатор его какими-то припарками лечит.

— А с девицей что?

— А ничего, — махнула рукой Исида, — наведалась я в их храм, снизошла, понимаешь, как положено богине луны с небес, пообщалась. Значит, у них за главным алтарем есть проход на Планету Волков. Там обитают такие вот, как эта девушка. По факту, сим проходом могут пользоваться лишь жрицы, раз в десять лет, когда выбирают Короля Волков, его пропускают через него, чтобы он предстал пред Главным Волком. Я поговорила, объяснила ситуацию, и решили, что в данном случае, можно на старые обычаи положить хрен. Её проведут на планету без лишнего шума, потому что по людским законам мы её не сможем судить, а по волчьим — её убьют.

— А зачем ей вообще жить? — поинтересовался Сахем.

— А потому, что она — Волчица-Утешительница. А такие у волков рождаются раз в тридцать лет. Если мозгов у родителей хватает, то такая девушка живет себе припеваючи, а, если не хватает, то мы имеем то, что у нас сейчас на руках. Предыдущая Хранительница погибла при загадочных обстоятельствах, после чего тридцать лет этот город преследовали несчастья.

— Ясно, — подвел итог Сахем, — это будет хорошее решение для всех. Одобряю.

* * *

Вечер пятницы.

Снежана спит, Фрэнк дрыхнет, на веранде сидят Мик и Энди.

— Тоже думаешь, что я — плохой полицейский? — Меллоун-старший налил себе крепкого чаю.

— Отец, я тебе гарантирую, — ответил Энджел, — мы с ребятами найдем эту суку и порвем её в клочки. Ишь чего болтает. Ты — самый лучший!

— Да, надеюсь, — Мик отхлебнул чая и откинулся на шезлонг, — расскажи про себя. Когда я ушел, ты был маленьким крошкой, а теперь ты вырос в зрелого мужчину, у которого за плечами много приключений.

— Ладно, отец, — Энди плеснул себе вина, поглядел сквозь него на сонный океан, — когда меня дядюшка Иисус и компания вытащили с планеты, я у них на корабле отоспался, и они меня высадили в ближайшем порту. А я, когда вернулся со своей работы, обнаружил, что планеты нет, все куда-то подевались. Поэтому я занялся поисками.

— На место гибели Новой Земли был?

— Был, но близко корабль дальнобойщика не подходил. Вот, а потом, после приключений у этих религиозных бизнесменов, пророки мне дали наводку, что мой брат, Уайт, подвизается на дипломатическом поприще. И я отправился, — Энджел отпил вина, — брат-то всегда был более дипломатом, нежели я… В мамино день рождение, когда мы её поздравили, она нам и говорит — дети, я очень благодарна за то, что я встретила вашего отца, за то, что он дал понять мне, что я — женщина и что я могу быть любима и могу любить. И за то, что родились вы.

— Да, моя принцесса, — дрогнувшим голосом произнес отец, — я так виноват перед ней, что бросил её на столько лет.

— Ты не бросал, — возразил сын, — мы всё знали. Сперва, конечно, мама сказала, что ты под глубоким прикрытием, а потом дядя Макс нам обрисовал ситуацию. И вот. Шарлотта маме говорит — мамочка, я подумала и решила быть модельером. Уайт тоже — мама, я буду дипломатом. Лаки — а я буду работать дальнобойщиком. И все на меня уставились, а я им говорю — у меня есть сюрприз, но нужно чуть подождать и глаза закрыть.

— И что был за сюрприз?

— А то, что я после армии отучился в полицейской академии, но подгадал так, что выпуск пришелся на день раньше маминого дня рождения. Я в форму переоделся, пришел. Они, как меня в форме увидели, заверещали от радости. Ну ладно. В общем, когда я Уайта нашел, выяснилось, что он с дипломатической миссией на какой-то планете застрял. А туда никого не пускают, поскольку вся планета находится в состоянии полувоенного конфликта. Что делать? Записался в миротворческие войска. Нас туда привезли, высадили. На следующий день должны были выступить. Утром просыпаемся. Тишина. А там как было — космопорт в лагере, челноки под силовыми полями, четыре казармы в центре, одна — слева, там же оружейные и столовая. Просыпаемся — тихо. Побудки не было. Нас — десять человек, новички… Один из наших пошел в столовую, остальные разбрелись по казарме, а я отправился искать командира. Нуу… Нашел я и командира, и остальных сорок человек, однако, они были уже мертвы. Разорванные тела, разгрызенные кости, кровища, ошметки мяса. От командира осталась лишь воронка с неопознанными обгорелыми кусками. У остальных — паника, они рванули к челнокам. Я запросил помощи у головного корабля, что на орбите висел, а сам позаимствовал военный джип, обвешался оружием и ринулся искать брата. Приехал в город, а там… кровавая вакханалия. Все горит, куча тел… — Энди тяжело вздохнул, — там, значит, на планете жили псовые. Они там собственно говоря сделали собственную цивилизацию. Правили короли, на тот момент правителей было три — Альфа, Королева и их сын. Три материка — три правителя. И организовался внебрачный сын альфы и начал революцию. Пока там всё тлело, а вот в тот день, когда мы высадились, псы пошли на штурм столицы. Ну и смели с пути наш лагерь, сожрав практически весь миротворческий корпус, каким-то чудом не заметив нас.

— Это ты благословение получил, — заметил Мик, — от пророков. Они его за здорово живешь не раздают, но тебе помогли. И оно отвело от тебя беду.

— Во всяком случае, нам повезло, — Энди допил стакан, — сладкое, но крепкое. Где взял?

— Дайсуке отдал.

— Ясно. Подъезжаю к дипломатической миссии. Она горит, вокруг растерзанные тела, я — с черного хода, а там, на крыльце, чумазый парень с лазерным копьем от тридцати псов отбивается. Я их автоматной очередью прошил и забрал парня. Грязный, засохшая корка крови на лице, рубашка в лохмотьях, штаны тоже, волосы дыбом. Пока перли через город, он мне рассказал, что нападение случилось рано утром. И он из всей миссии один в живых остался, остальные все погибли. Мы буквально в последний челнок на полной скорости влетели.

— Что с планетой?

— Там из трех миллионов жителей, после этой резни, осталось — пятнадцать тысяч. В основном те, кто, был в это время в шахтах и полях. Городских вырезали подчистую. А те, кто вырезал, потом сами сдохли от голода. Ну, нас в криогенную ванну сунули, довезли до ближайшей планеты и раскидали. Я тут же из миротворческих войск уволился, мне выплатили компенсацию, а потом меня Уайт нашел. Дескать, ты меня спас, хочу тебя отблагодарить, приходи на ужин. Я пришел — очень красивая чернокожая женщина, двое детей… все элегантно, потрясающе. После ужина мы ушли на причал с вином и, вот после двух стаканчиков, братец меня спрашивает — ты, говорит, из клуба Первенцев? Я такой изображаю удивление, а он говорит — на тебе браслет, значит, ты — сын друзей моего отца или же первый внук. Я третий стакан хлопнул, рассмеялся и говорю — естественно, дорогой братец, я же — Энджел. Тот не поверил и доказательства попросил. Я ему кое-какие наши совместные проказы и рассказал с подробностями, — Энди хихикнул, — ты бы видел его лицо, отец! Месяц Уайт проверял мои слова, потом признал. И я у него еще три месяца прогостил.

— А дальше?

— А затем я отправился искать сестер. Уайт дал мне наводку по Шарлотте, где она в последний раз была. Я туда и направился. Но сейчас я уже случайными заработками не перебивался, поскольку оказалось, что ты, уходя, о нашем финансовом будущем позаботился. Летел первым классом на планету Эридея в созвездии Телескоп. Прилетаю, и в тамошнем печатном издании огромный заголовок Бизнес-леди Шарлотта Меллоун выходит замуж за миллиардера Отто Шпутнера. Бракосочетание состоится на острове Сприкл. Я побродил вокруг, местных поспрашивал, выяснил, что к острову всего одна дорога, да и та под контролем. Но зато на берегу есть старый маяк. Я туда накануне бракосочетания залез, еды туда набрал и засел с биноклем. Первый час я там сидел, наблюдал, потом заметил черную машину, которая по единственной дороге на материк поехала. Но не обратил внимание. А машина около маяка остановилась и меня вежливо попросили спуститься. Ну, думаю, попал. Сейчас бить будут. Но нет, парни молодые, красивые, элегантные, в добротных костюмах. Они меня очень осторожно в длинную машину погрузили и на остров доставили. Там очень красивая горничная проводила меня в охренительно шикарную комнату и оставила. Я сижу на пуфике, башкой верчу. Там комната размером с спортивный бассейн. Все очень элегантно, просто, но вкусом, при этом никой кричащей аляповатой роскоши нет. Огромные окна с потрясным видом, деревом обшитые стены, наборный деревянный пол, гардероб, кровать размером с комнату. Резные двери. Я в непонятках. Но тут дверь распахивается, влетает моя сестренка и мне на шею — Энди! Я так счастлива, что ты нашелся! Почему ты не пришел через парадный вход? Я ей говорю — а откуда ты обо мне узнала? Шарли плечиком пожимает — Уайт сообщил, — отошла от меня, критически осмотрела и говорит — прими ванну и переоденься. Я тебя гостям представлю. Не брейся. Ты с этой бородкой очень харизматично смотришься. Я это все сделал, надел добротный костюм, очень потрясающий. И она меня отвела вниз и представила гостям. Муж её, этакий ловелас с жидкой шевелюрой и бегающими глазенками, миллиардером мне не показался, но мое появление воспринял крайне враждебно. Потом, после празднества, когда все гости переместились к бассейну, я ушел в комнату и сестрёнка пришла. Знаешь, отец, она просто богиня. Если бы я не был её братом, я бы в неё влюбился. Вот она мне и говорит — я в свадебное путешествие уезжаю, а ты теперь тут хозяин. Живи сколько влезет. Я ей — твой муж, по-моему, обычный жигало. Шарлотта рассмеялась и ухмыльнулась — не бойся, у меня все на мази. Все предусмотрено. Пусть только попробует.

— Твои подозрения были правильны?

— Ага. Она через неделю домой прикатила, счастливая, довольная. Я её спрашиваю насчет её мужа, а она расхохоталась и велела подавать ужин. Сказала, что после ужина все расскажет. Ну, с её слов. Поехали они на планету Васин Яр, хотя муж настаивал на Брезентии. Заселились. Там президентский отель, комфорт на высоте, виды потрясные — леса, река, озера, лечебные родники, пещеры. И в первую ночь муж куда-то свалил. Но этот отель принадлежит модельному дому White Pearl. А сам модельный дом — моей сестре. Она разжилась за два дня материалами его измен и велела своим адвокатам начать процедуру развода и банкротства его предприятий. Он пока с какой-то кралей крутил шуры-муры, сестричка моя из отеля уехала, а её адвокаты оставили ему столько денег, сколько хватит лишь оплатить номер и всё… Говорит, что этот самый Отто, судя по всему, думал, что её бизнес достался либо от папы, либо от предыдущего мужа. И, что она такая дурочка, что бизнесом управлять не может. Поэтому, он своей зазнобе намекал, что как только месяц закончится, он заставит жену переписать на него весь бизнес, а потом её бросит. В планах у него было физическое устранение, но появление брата планы спутало.

— Не на тех нарвался, — заметил Мик.

— Верно, Шарлотта — мегалодон модельного бизнеса. Я у ней еще три месяца прожил. Она мне скидочную карту сделала на всю продукцию модельного дома. Там от одежды до косметики, от мебели до ремонта. Всё можно найти. И у меня стопроцентная скидка на всё это.

— Офигеть. Поздновато уже, сынок. Про Лаки потом расскажешь, хорошо?

— Заметано, отец.