Воспитанник Тёмных Лордов (джен)

— Понятно. — Седрик опустился на ближайший стул. Гарольду стало его жаль, он был очень бледным, а взгляд был каким-то немного пустым.

Очень скоро послышался топот множества ног. Зрители шли, шутя, смеясь, возбуждённо переговариваясь. Тем временем Бэгмен развязывал шёлковый мешочек.

— Леди, прошу вас, — объявил он, предлагая мешочек Флёр.

Она опустила внутрь руку и вынула крошечную модель какого-то зелёного дракона, кажется, валийского, с биркой номер два на шее. Флёр вздохнула и решительно сжала фигурку в руке.

Вторым выбирал Крам. Ему выпал красный китайский дракон, о названии которого Гарольду оставалось лишь гадать, с номером три. Крам положил фигурку в карман.

Седрик, всё ещё очень бледный, но, кажется, смирившийся с реальностью, вытащил сине-серого дракона, название которого Гарольд опять-таки не знал, под номером один. Он сунул руку в мешочек — венгерская хвосторога, вот её Гарольд узнал, это был достаточно популярный вид, славящийся своей агрессией. Гарольд взглянул на дракониху — та растопырила крылья и оскалила зубы. Он аккуратно погладил её. Дракониха тихо зарычала, но через минуту замолчала и просто улеглась у него на ладони. «Всё-таки милашка, жаль, что настоящая драконица, скажем так, немного более опасна».

— Ну вот! — сказал Бэгмен. — С этими драконами вам предстоит встретиться. На шее у дракона номер очереди. Всё ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня ещё и комментатор. Мистер Диггори, по свистку первый войдёте в загон, ясно? Гарри, можно тебя на два слова?

— Я Гарольд. — Вздохнул он, уже не надеясь, что этот человек прислушается к нему, и вышел вслед за Бэгменом из палатки.

Тот отошёл за деревья и обратился к нему с отеческой заботой в голосе:

— Как ты, Гарри? Могу я чем-то тебе помочь?

— Что? — Гарольд удивлённо посмотрел на него.

— У тебя есть план действий? — Бэгмен заговорщически понизил голос. — Я хотел бы подкинуть тебе пару советов. — Бэгмен понизил голос почти до шёпота. — Ты младше всех, Гарри, я бы помог тебе, если, конечно…

— Слушайте, — голос Гарольда стал холодным. — А вы в курсе, что такое предложение с вашей стороны — это преступление?

— Гарри... — Улыбка Бэгмена стала нервной, а он сам побледнел. — Я ведь просто хочу тебе помочь, зачем же сразу угрожать?

— Ну, во-первых, я сомневаюсь в вашем искреннем желании мне помочь, учитывая, что на чемпионате вы орали, что это я запустил тёмную метку, а в начале турнира, что я бросил своё имя в кубок. А во-вторых, я не угрожаю, а предупреждаю. Прошу прощения, но я, пожалуй, вернусь в палатку.

Как только он зашёл в шатёр и сел рядом с Флёр, прозвучал свисток. Седрик крепко сжал свою палочку и, резко встав, быстрым шагом пошёл в загон.

Через минуту Гарольд, Флёр и Крам услышали, как снаружи взревели зрители. Значит, Седрик уже в загоне лицом к лицу с живой копией своего дракончика.

Он не знал, что происходит в загоне, но оттуда слышались вой, крики и улюлюканье. Крам по-прежнему сидел, глядя в пол. Флёр, как ранее Седрик, расхаживала по палатке. Гарольд по-прежнему был спокоен и даже немного скучал. Причину этого он по-прежнему не понимал. Его даже забавляли коментарии Бэгмена:

— Ну! Ещё чуть-чуть… Мимо!!!

— Он идёт на риск!

— Давай же!!!

— Эх! Умный ход — жаль, не сработал!

Спустя почти двадцать минут оглушительный, радостный рёв зрителей возвестил, что Седрик перехитрил дракона и схватил золотое яйцо.

— Превосходно! — кричал Бэгмен. — Молодец! А сейчас оценки судей!

Но результат не назвал. Наверное, судьи показали оценки только трибунам.

Седрик в палатку не вернулся, но через минуту раздался новый свисток, и Флёр встала, решительно направившись к выходу.

— Удачи. — Пожелал Гарольд.

Она оглянулась. — Спасибо. — Она на секунду улыбнулась, после чего её лицо вновь приобрело решительное выражение.

Минута, и всё почти в точности повторилось, хотя Флёр справилась явно быстрее. Она также не вернулась в палатку.

Ещё через пару минут раздался третий свисток, и ушёл Крам, Гарольд остался один в палатке.

Ему показалось, что Крам справился быстрее Седрика, но всё же дольше Флёр.

И наконец раздался последний свисток, возвещающий, что пора идти Гарольду. Его преследовало какое-то чувство нереальности происходящего. Даже когда он вошёл в загон и увидел огромную вингерскую хвосторогу, единственная мысль, которая его посетила, была: «Интересно, а существуют драконоусты?».

Гарольд на минуту замер, наброски плана у него были, но только наброски. Дракониха, очевидно, его не замечала, смотря вообще в другую сторону, он решил воспользоваться этой ситуацией и действовать аккуратно. Он набросил на себя чары невидимости, звукоизоляции и чары, которые скрывают запах.

Бэгмен поспешил прокомментировать его действия: — Ну конечно, осторожность превыше всего!

Гарольд приблизился к кладке драконьих яиц на расстояние сорока футов. Дальше приближаться он не рисковал, так как хвосторога сидела очень близко, а в своих чарах он был не совсем уверен. Если бы не это, то задание выполнялось бы очень просто, но было лучше всё же не лезть на рожон. Первым делом он попробовал призвать яйцо чарами, но ничего не вышло. «Ну конечно, кто бы сомневался». Он усмехнулся.

Задача была абсолютно ясна: заставить хвосторогу отойти от гнезда. Он окинул взглядом загон. Вон там лежит отличная кучка булыжников. Выбрав самый большой, он достал волшебную палочку (всё-таки булыжник большой и лежит весьма далеко, беспалочковыми чарами будет трудно, а таких булыжников ему, возможно, придётся швырнуть несколько), и, применив чары левитации, он резко отправил булыжник в хвосторогу. Она возмущенно взревела и повернулась в ту сторону, откуда прилетел булыжник, но от кладки яиц не отошла. Не увидев там никаких противников, она на всякий случай стрельнула огнём и на этом более-менее успокоилась, но продолжала внимательно следить за камнями. Гарольд отлевитировал ещё один камень, только на этот раз не кинув в хвосторогу, а заставил зависнуть в воздухе прямо перед её мордой. Она внимательно смотрела на камень. Ему это показалось забавным, и он подвинул его вправо, голова хвостороги повернулась за ним, влево, та же реакция. Гарольд усмехнулся. У него почему-то возникла ассоциация с котёнком, перед которым водят клубком ниток. Он на секунду замер, а после этого заинтересованно посмотрел на хвосторогу и кинул камень в обратную от неё сторону.

Драконица поддалась вперёд, немного отходя от кладки. Гарольд быстро схватил золотое яйцо и попытался набросить на него чары невидимости, кто бы сомневался — не вышло. Он просто взял яйцо в руки и, пока хвосторога отвлеклась, стал аккуратно продвигаться в сторону выхода из загона. Через минуту, когда Гарольд уже был рядом с выходом, хвосторога отвлеклась от камня, обернулась и увидела золотое яйцо, зависшее в воздухе (Гарольда она, понятное дело, не видела). Гарольд не стал ждать, пока она начнёт атаковать, и побежал на выход. За спиной он услышал яростный рёв хвостороги и крик зрителей. Он выбежал из загона, едва не попав под струю огня. Гарольд рассмеялся, на его лице сияла счастливая улыбка. Кажется, он понял, что же фанаты находят в квиддиче и почему им так нравится рисковать собой, подставляясь под бладжеры.

Зрители немного запоздало разразились овациями, а драконологи кинулись усмирять хвосторогу.

Буквально через полминуты к нему подошли Грюм, Флитвик и Макгонагалл. — Вы молодец, Поттер, — сдержанно похвалила профессор Макгонагалл. Флитвик одобрительно кивнул. — Пока судьи совещаются, идите к мадам Помфри… Вон туда, она уже помогла Диггори.

— Со мной всё хорошо. — Гарольд всё ещё сиял.

— И всё равно идите.

Продолжая радостно улыбаться, Гарольд подошёл к соседней палатке. У входа стояла разгневанная мадам Помфри.

— Драконы! — возмутилась она, попытавшись затащить Гарольда внутрь. Но его тут же схватили за другую руку и развернули.

— Умница. — Похвалил Геллерт. — Правда, эта Котрёг милашка?

— Котрёг? Это так хвосторогу зовут? — Поинтересовался Гарольд, сияя ещё больше, хотя это казалось невозможным. Он даже не думал, что Геллерт придёт.

— Ага.

Гарольд кивнул. — Действительно. На котёнка похожа.

— Вот и я так думаю. Правда, большинство магов в сорок первом почему-то придерживались другого мнения. — Он озорно сверкнул глазами. Гарольд вздохнул. И вот надо ему каждый раз напоминать о своём кровожадном прошлом. — Ладно, бывай, мне пора. — Геллерт потрепав Гарольда по голове, аппарировал.

Мадам Помфри растерянно посмотрела на то место, где он только что стоял. — И кто это был? Лицо какое-то знакомое, но никак вспомнить не могу.

— Мой крёстный. Мадам Помфри, я в порядке, так что подожду тут.

— Нет уж. — Она тут же нахмурилась. — Я сначала должна в этом убедиться.

Гарольд закатил глаза, но решил не спорить и зашёл вместе с ней в палатку. Кстати, заявление Помфри, что лицо Геллерта ей знакомо, вызвало у него интерес, ведь Геллерт был без каких-либо чар или зелий, изменяющих внешность (даже фиолетовые пряди он действительно окрасил, а как раз дома, чтобы не раздражать лишний раз Тома, ходил с илюзией), но в Англии он ничего такого не сделал, и потому большинство магов не знали, как он выглядит.

Мадам Помфри усадила его на койку и, применив несколько диагностических чар, кивнула. — Всё действительно хорошо. Тебе повезло.

Она отошла, и её голос донёсся из-за перегородки:

— Диггори, как ты себя чувствуешь?

Через минуту в палатку ворвались Гермиона, Драко, Джинни и даже Рон, который после начала турнира вёл себя в основном отстранённо.

— Гарольд, молодец! — зазвенел голос Гермионы. Видно, она очень нервничала, на щеках — следы от ногтей. — Когда я узнала, что будут драконы, то думала, всё, кранты! Но ты справился! Честное слово, справился! — Протороторила она на одном дыхании.

Джинни закивала. — Да, я так испугалась, когда ты выбегал, а хвосторога в тебя как возьми и зарычи огнём... Ой, ну, то есть, задыши. — Она усмехнулась.

Драко кивнул. — Да, и я не представляю, как ты так спокойно держался, когда узнал, что там драконы будут? Я бы так не смог.

Гарольд хотел было сказать, что знал про драконов, но вовремя прикусил язык, об этом он друзьям потом расскажет, без свидетелей.