Повелитель Тайн (джен)

Шууу!

Сильный порыв ветра вырвался из тела епископа Миллета, поднимая его тёмно-синюю мантию.

Тресь! Тресь! Тресь! Тресь! Тресь! Ветви ближайших деревьев трещали, взлетая в воздух.

Тело Донны невольно взмыло в воздух, её отбросило на несколько метров. Всё её тело пронзила боль, когда она упала на землю.

И не только она: Сесиль, Дентон, Тимоти, Харрис и другие были подхвачены ветром и приземлились в разных местах. Только Кливс, Тиг и Урди, либо из-за имеющейся подготовки, либо из-за ненормально тяжёлого веса, пошатываясь, упали на землю, несколько раз кувыркнувшись.

Элланд, стоявший лицом к лицу к епископу Миллету, отпрянул, перекатившись назад, чтобы уклониться от удара ветра.

Клейн и Даниц не пытались сопротивляться ему напрямую, вместо этого они отлетели назад, как воздушные змеи. Хотя они выглядели так, будто вот-вот рухнут на землю, в конце концов им удалось сохранить равновесие, приземлившись на ноги.

Как только ураган прекратился, из рассеивающегося тумана появились шесть фигур. Все они были в чёрных плащах и без голов. Так как у них оставались лишь кровоточащие шеи, их капюшоны поддерживали вихри урагана.

Хрип! Хрип!

Их глотки издали низкое звериное рычание — такое бывает за миг до атаки.

Шу! Шу! Шу!

Серия тонких и острых лезвий ветра резанула, оставив ясный и глубокий разрез там, где только что был Клейн.

Топ! Топ! Топ!

С обеих сторон фонаря, который держал епископ Миллет, шестеро безголовых бросились на Клейна, Элланда и остальных, тяжело ступая по земле и вызывая её дрожь.

С одним безголовым монстром и так трудно справиться, а теперь их вообще шестеро… А ещё тут епископ, который явно осквернён! Увидев эту сцену, Пламенный Даниц почувствовал, как у него по коже головы побежали мурашки.

В этот момент бронзовый луч пронёсся перед его глазами и улетел вдаль.

Звяк! Звяк! Звяк! Медный свисток Азика упал на землю и несколько раз подпрыгнул.

Со свистом шестеро безголовых одновременно изменили направление, устремившись к тому месту, где остановился медный свисток Азика, оставив епископа Миллета стоять в одиночестве на прежнем месте.

Клейн воспользовался случаем, поднял левую руку, сорвал из-под одежды Брошь Солнца и бросил её стоявшему ближе всего капитану Элланду. Он коротко крикнул:

— Влей духовность. Пять секунд. Святая вода.

Сказав это, он не стал обращать внимания на свой шёлковый полуцилиндр, который унёс ветер, а пригнулся и зигзагом устремился к епископу Миллету.

Шу! Шу! Шу!

Клинки ветра быстро выпускались один за другим, все они были направлены на Клейна.

В мгновение ока на земле появились следы разрезов. Клейн то перекатывался, бросаясь вперёд, то подпрыгивал, отталкиваясь руками, чтобы избежать первой серии сосредоточенных атак.

Тёмно-красный свет в глазах епископа Миллета стал ярче, когда он поднял руки.

Шу! Шу! Шу! Шу! Шу!

В этот момент клинки ветра засвистели вокруг него, как из пулемёта. Клейн успел увернуться только от половины, прежде чем его тело было разорвано на части, превратившись в тонкие и лёгкие полоски бумаги, которые взлетели в воздух.

Клейн появился в другом месте и продолжал атаковать епископа Миллета, пытаясь сократить дистанцию между ними до нужного расстояния!

* * *

Поймав Брошь Солнца, Элланд сразу почувствовал жар. Ему захотелось снять одежду и прыгнуть в ледяную воду.

Он на мгновение задумался о словах, сказанных ему Германом Спэрроу, прежде чем вытащить из-под одежды жестяную фляжку с алкоголем. Он открутил крышку и полностью вылил находящееся внутри Ланти Пруф. Сильный аромат вина быстро распространился во все стороны.

Пламенный Даниц огляделся, оценив ситуацию.

Скорчив гримасу, он опустился на одно колено и резко прижал обе ладони к земле.

Две алые огненные змеи появились из ниоткуда и начали скользить по земле в сторону медного свистка Азика, создавая четыре пылающие стены огня.

Изначально он планировал бросить огненный шар в епископа Миллета, чтобы Герман Спэрроу мог с помощью пламени легко «прыгнуть» к епископу и атаковать. Однако, увидев, что пространство вокруг епископа заполнено ледяными порывами, он разумно отказался от этой идеи. Он решил сначала разобраться с безголовыми монстрами, чтобы они не мешали Герману Спэрроу использовать его истинную силу.

Кливс, Сесиль, Тиг и Харрис уже встали и вытащили пистолеты. Они окружили Урди, Донну и Тимоти с разных сторон, охраняя их от любых других монстров, которые могли появиться.

Из опыта они знали, что без какой-либо предварительной подготовки к командной работе лучше не вмешиваться в битву, которая выходит за рамки обычных людей.

Топ! Топ! Топ!

Шестеро безголовых, не обращая внимания на пылающее пламя, прорвались сквозь алые стены огня и набросились на медный свисток Азика, как голодные псы.

Это дало Элланду время спокойно влить духовность в Брошь Солнца. Когда святая вода сконденсировалась, он капнул её во флягу из-под алкоголя.

Увидев безумствующую кучу безголовых, сердце Даница замерло. Он наполовину наклонился и с раскрасневшимся лицом сжал в правой ладони раскалённое добела пылающее копьё.

Сделав шаг вперёд, он развернул корпус и замахнулся рукой, метнув пылающее копьё. Оно со свистом поразило безголового и пригвоздило его к земле.

Вспыхнул ослепительный белый свет, и обезглавленное тело превратилось в пепел. Оставшаяся половина его тела тоже горела, непрерывно выделяя чёрно-зелёный дым.

Видя, что его атака удалась, Даниц уже собирался продолжить бой таким же образом, когда внезапно почувствовал нечто, подобное безумному, ужасающему голоду.

В этот момент ему показалось, что он оказался перед глубокой пропастью, всего в одном шаге от того, чтобы упасть.

Он знал, что Герман Спэрроу больше не подавляет безумную душу внутри себя.

Трижды использовав подмену бумажной фигуркой, Клейн наконец достиг необходимого расстояния.

Перчатка на его левой ладони внезапно испустила долго подавляемый голод, и из неё, извиваясь, начали прорастать тёмно-золотые чешуйки.

Зрачки Клейна потускнели, словно став вертикальными.

Сразу после этого в его глазах отразилась развевающаяся тёмно-синяя одежда епископа Миллета.

Мужчина средних лет, собиравшийся создать большое количество ветряных лезвий, вдруг беззвучно откинул голову назад, и его тело на секунду застыло.

Его глаза, светившиеся тёмно-красным светом, потеряли рассудок и наполнились безумием. Кожа стала гладкой и яркой, как у какого-то водного существа.

Он издал булькающий звук, словно из глубин океана, а из-под его тёмно-синей мантии вдруг вырвались скользкие, отвратительные щупальца!

Безумие Психиатра!

Изначально Клейн хотел использовать его только для того, чтобы прервать атаку противника и позже создать для себя возможность. Но после того как епископ Миллет обезумел, он сразу потерял контроль!

В тот момент, когда падший или осквернённый человек терял последние оковы рассудка, он сразу шагал в бездну потери контроля!

Зрачки Клейна сузились, когда он увидел происходящее. Он больше не колебался и переключил используемую душу.

В разгар этого безумия перчатка на левой ладони стала окрашиваться в золотой цвет. Выражение лица Клейна стало величественным, когда его взгляд снова остановился на епископе Миллете.

В одно мгновение его глаза вспыхнули, как две молнии.

Внезапно епископ Миллет издал леденящий кровь вопль, его ладони и щупальца отпрянули назад, закрывая его голову.

Его душа была пронизана, что причинило ему неописуемую боль.

Дознаватель!

Клейн оттолкнулся правой рукой, а его левая рука засветилась ослепительным блеском.

Вслед за этим он откинулся назад и раскрыл руки, словно желая обнять солнце.

Густой, чистый и ослепительный свет спустился с неба, пал на епископа Миллета и окутал его.

Всё вокруг изменилось, как будто наступил день. Сильные порывы ветра внезапно прекратились.

Последовательность 5, Священник света!

Тело епископа Миллета начало испаряться, сначала его кожа, затем щупальца и, наконец, плоть.

К тому времени, когда сверкающий столб света исчез, он уже не выглядел человеком. Вместо этого он превратился в чудовище из костей и плоти. Остатки его ауры были довольно слабыми.

Однако он не был мёртв!

Жизненная сила Погромщика была сильнее, чем когда-либо прежде!

Выражение лица Клейна не изменилось. Он сделал несколько шагов вперёд и ринулся к изуродованному телу епископа Миллета. Он опустился на одно колено, наклонился вперёд и прижал левую ладонь к плоти.

Он перестал использовать силу Священника света, потому что хотел оставить немного пищи для Ползучего Голода!

Небольшая щель беззвучно появилась на перчатке в области ладони, из неё проросли два ряда иллюзорных, белых и жутких зубов. Она бешено пожирала любую плоть, кости и духовность.

Однако епископ Миллет продолжал бороться. Он стабилизировал свою плоть и отрастил новые щупальца, пытаясь опутать Клейна и затянуть его в свои объятия.

Клейн бросил трость, выхватил револьвер и пять раз подряд выстрелил в монстра.

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!

Пули бледно-золотого, медного и серебряного цветов поражали епископа Миллета, вызывая вспышки разноцветного пламени.

Епископ Миллет снова издал леденящий кровь вопль, который исходил прямо из его души. В конце концов он не смог устоять перед Ползучим Голодом. Даже его плоть и душа превратились в поток, хлынувший в ненасытный рот.

Всего за две-три секунды на земле остались только одежда, деньги и пятна тёмно-синего и зелёного света.

В этом и заключалась разница между «Пожиранием» и «Выпасом».

Клейну хотелось больше использовать последнее, но другой еды поблизости не было.

Тем временем капитан Элланд уже дважды создал святую воду в своей фляжке.

Даниц поспешно крикнул ему: — Бросай!

Не колеблясь, Элланд швырнул фляжку из-под алкоголя в безголовых, которые всё ещё соперничали за медный свисток.

Кхм. Даниц прочистил горло и выпрямился.

Он неторопливо сунул левую ладонь в карман и вытянул вперёд правую руку, быстро создавая вокруг себя множество алых Огненных Воронов.

Эти полуиллюзорные огненные вороны взмахнули крыльями и взлетели, следуя разным траекториям. В этот же момент они столкнулись с флягой из-под алкоголя, которая оказалась прямо над группой безголовых.

Бабах!

Фляжка разлетелась вдребезги, солнечная святая вода брызнула во все стороны.

Пшшш! Оставшиеся безголовые насквозь промокли. Они закричали и закорчились от боли, затем упали на землю.

Они быстро растаяли, превратившись в кровь. Медный свисток Азика неподвижно лежал посреди очищенного места.

«Всё разрешилось… Герман Спэрроу действительно силён. Даже если он встретит Капитана, у него будет возможность противостоять ей… Жаль, что мне не довелось увидеть, какие Потусторонние силы он использовал…» — Даниц повернул голову, чтобы посмотреть на Клейна, стоявшего перед останками епископа Миллета, и молча отметил это про себя.

Затем он увидел, как Герман Спэрроу холодно посмотрел на него.

Действуя подсознательно, удручённый Даниц подбежал и поднял медный свисток Азика.

Донна потёрла ушибленную руку и увидела, как дядя Спэрроу в длинном чёрном пальто отступил на несколько шагов, потом наклонился, поднял свой полуцилиндр, молча стряхнул с него пыль и снова надел.