Мы авроры. Не герои (джен)

Примечания автора: в главе описан процесс потрошения туши. Если у вас нежные желудки, не кушайте за чтением.

Важно(!): мои познания анатомии ограничиваются школьной программой + гуглом. Если работу читают шарящие медики, прошу, не бейте, лучше обоссыте.

___________________________________________________

— Готов?

Сефи ждала его во дворе их дома, сжимая в каждой руке по метле. Прибрежный бриз трепал её волосы, и она то и дело смахивала с лица непослушные пряди.

— Готов, — отозвался Регулус.

Сефи лучисто улыбнулась. Пожалуй, даже слишком лучисто. Словно надеялась, что достаточно широкая улыбка сможет заслонить затаившуюся на дне глаз тревогу .

Регулус был благодарен ей за попытку. В эту игру они упрямо играли все последние месяцы. Он притворялся, что не стал развалиной в семнадцать лет. Она делала вид, будто её сердце не замирает в тревоге каждый раз, когда он спускается с лестницы.

Регулус прислонил трость к перилам у крыльца. Какие-то двадцать шагов разделяли его и Сефи. Смехотворное расстояние, которое раньше он бы преодолел, даже не заметив. Теперь же каждый его шаг стал отдельной задачей: как далеко поставить ногу, какую мышцу напрячь, как распределить вес. Он ненавидел эту бесконечную ментальную нагрузку — необходимость просчитывать движения, которые здоровые люди совершают не задумываясь.

Но теперь из этого состояла его жизнь.

Он шагнул вперед и металлический каркас на ноге натужно скрипнул. Регулус смастерил его сам из тонких пластин и переплетённых крест-накрест кожаных ремешков. Конструкция шла от бедра до щиколотки, фиксируя коленный сустав. Но сейчас каркас двигался слишком туго, усиливая хромоту.

«Надо перебрать пластины, подогнать вес и гибкость», — сделал мысленную заметку Регулус.

Отец предлагал помощь. И каждый раз Регулус слал его на хер. Больше всего на свете он бы желал вычеркнуть этого человека из своей жизни.

Он принял из рук Сефи свою метлу и ободряюще ей улыбнулся.

— Наперегонки?

— Ну уж нет, уговор был на неспешный романтичный полет, — Сефи привстала на цыпочки и легко коснулась его губ поцелуем. — Я хочу, чтобы мой жених был рядом, а не где-то за облаками.

— Разве я смею отказать, когда ты просишь так убедительно?

Регулус осторожно оттолкнулся от земли и взмыл в воздух. Его захлестнула волна счастья. Он словно стал прежним — целым, свободным, не скованным ни рабским клеймом, ни собственным телом. Треплющий волосы ветер и знакомое ощущение древесины под пальцами мигом воскресили воспоминания о беззаботных днях. Казалось, всё это было в прошлой жизни, а не полгода назад — когда он был просто глупым школьником, а не разыскиваемым террористом-калекой.

— Давай пролетим над морем, — предложил Регулус и, заметив скользнувшую по лицу девушки тень, мягко накрыл её пальцы на рукояти. — Всё будет хорошо, честно. Я не собираюсь уходить в пике или крутить восьмерки. Прошу, давай оставим все волнения на земле. Хотя бы ненадолго.

Они плавно повели метлы к кромке воды, снижаясь по широкой, пологой дуге. Тяжелые волны разбивались о береговые камни, рассыпаясь веером искрящихся брызг.

— Смотри! — воскликнула Сефи.

Регулус перевел взгляд на скалистый выступ чуть дальше от берега, куда указывала её рука. Тюлени! Целое лежбище.

— Я и не знал, что у нас такие соседи под боком живут.

— Наверное, приплыли на лето.

Зоркость ловца не притупилась даже за месяцы взаперти: среди замшелых бурых валунов Регулус уловил легкое шевеление. Пригляделся — и губы сами растянулись в улыбке.

— Погляди туда, — указал он Сефи.

— Где? Не вижу… О-о-о-у-у, малыши!

Меж взрослых особей серо-бурыми комочками притаились детеныши. Щенки неуклюже плескались в неглубокой каменной расщелине, наполненной морской водой, и то и дело тыкались друг в друга мордочками. Крупная самка издала призывный ворчащий звук, и детёныши тут же отозвались высоким писком:

— Иэк! Иэк!

— Какая прелесть⁽¹⁾, — зачарованно прошептала Сефи, наблюдая, как щенки смешно ковыляют из своей заводи к матерям. — И клекочут, как птички.

Они опустились ещё ниже, зависнув в нескольких футах над скалами. Тюлениха лениво завалилась на бок, выставив округлое брюхо самому быстрому детенышу. Второй же замер, задрав мордочку к небу: влажные черные глазки с живым любопытством изучали парящие в воздухе фигуры. Регулус улыбнулся ему и помахал рукой: нестерпимо хотелось спуститься и погладить зверька.

Взрослые особи тоже приметили чужаков. Несколько крупных самцов с длинными усами зашлепали поближе к самкам и щенятам и предупреждающие зарычали.

— Принимают нас за хищных птиц, — предположил Регулус. Ему бы хотелось понаблюдать за тюленями подольше. Но не хотел их пугать.

Сефи с тихим сожалением вздохнула. Они развернули метлы, отдаляясь от скал. Регулус оглянулся через плечо и увидел, как любопытный детеныш, потеряв к ним интерес, прошлепал к матери и прижался к её боку.

Сумерки постепенно сгущались, а Регулус всё не мог насытиться полетом. Он то закладывал плавный вираж к низким облакам, то направлял метлу к морской глади и касался воды кончиками пальцев, оставляя за собой тонкую серебристую бороздку.

Но всё хорошее неизбежно подходило к концу.

В ноге постепенно нарастала давящая боль, и уже скоро её пробила мелкая неконтролируемая дрожь. Регулус стиснул колено рукой, пытаясь унять спазм чистой силой давления.

— Пожалуй, пора спускаться, — сказал он, стараясь, чтобы в голос не прорвалась досада.

— Давай, — мягко согласилась Сефи. — А завтра вернемся к тюленям под чарами невидимости.

Они начали неспешно снижаться во двор. В груди Регулуса кольнуло нетерпение. Вынужденная осторожность ощущалась увесистым булыжником за пазухой. Так хотелось отбросить его, почувствовать, как сердце замирает на миг перед тем, как метла выравнивается у самой земли...

— Регулус, нет! — воскликнула Сефи, заметив его маневр.

Слишком поздно. Регулус уже направил метлу в пике. Угол был совсем небольшим, как у второкурсника. Он с легкостью удержит его…

Не удержал.

Ногу пронзила резкая вспышка боли, будто от удара ножом. Перед глазами потемнело, и в следующую секунду земля встретила его жёстким ударом в бок, вышибив из лёгких весь воздух. Регулус судорожно вздохнул, пытаясь прийти в себя.

Сефи упала на колени рядом. Палочка в её руке уже начала выводить контуры диагностических чар.

— Не надо, — Регулус перехватил её запястье. — Ничего серьезного, правда… Считай, что проверил прочность каркаса на критических нагрузках.

— И заодно запас прочности моих нервов!

Она ударила его кулаком в плечо. Регулус притворно охнул, перехватил занесенную для следующего удара руку и потянул на себя, увлекая девушку следом в траву.

— Иди ко мне. Отсюда отличный вид на небо.

Сефи вздохнула и пристроилась рядом, положив голову ему на плечо.

— Если одна своенравная звезда не перестанет падать с неба, то я запру её в подвале.

— У нас нет подвала.

— Я вырою.

Регулус тихо засмеялся и прижался поцелуем к её губам.

— Прости. Обещаю, больше никаких лихачеств без подготовки. Не хочу заставлять тебя переживать.

«Сверх того, что ты вынуждена делить кров с разыскиваемым увечным преступником».

К горлу подступил влажный ком. Регулус убеждал себя, что наслаждается романтическим моментом. Что он может встать в любой момент. Просто не хочет.

Но правда была в том, что колено продолжало пульсировать тупой, ноющей болью. Попробуй он подняться сейчас, ему бы пришлось ковылять до дома, тяжело опираясь на метлу, останавливаться каждые несколько шагов, чтобы унять дрожь.

Он не хотел, чтобы этот вечер запомнился ему как очередное унижение. Поэтому Регулус продолжал лежать на траве, прижимал к себе любимую девушку и ждал, пока боль понемногу отступит. Сефи видела его притворство насквозь, но обладала достаточным тактом, чтобы подыграть.

А затем пришло жжение.

— Что такое… — начала Сефи, глядя, как он торопливо закатывает рукав, и осеклась.

На предплечье ярко проступила Черная метка.

За прошедшие месяцы ему не пришло ни одного вызова. Регулус уже поверил, что его списали со счетов. Что в жестокости отца был хоть какой-то смысл, и Тёмный Лорд в самом деле посчитал Регулуса бесполезным для войны калекой.

«Неужели всё оказалось напрасно?»

От метки исходили жгучие импульсы, призывающие немедленно трансгрессировать. И у Регулуса не было права не явиться на зов.

* * *

Клац… Клац…

Регулус поежился. Высокие каменные своды множили и разносили эхом малейший звук, предательски привлекая внимание к каждому его шагу. Он изо всех сил старался ступать бесшумно, но ничего не мог поделать с тростью.

Трансгрессия привела его в просторный зал старинной крепости. От стен тянуло сыростью, деревянный настил пришел в совершенную негодность. Доски, покоробленные временем и влагой, образовали неровный рельеф и прогибались под ногами. Регулусу приходилось двигаться мучительно медленно, проверяя тростью каждую выбоину, перед тем как сделать шаг.

— А этого хромого кутёнка как в наши ряды занесло? Иди сюда, малыш, дяди не обидят.

Регулус скользнул взглядом по четверке мужчин, куривших у одного из окон. Кривые ухмылки и хищный блеск в глазах говорили, что намерения у них прямо противоположны словам. Эти не просто «обидят», а изобьют ногами и обоссут.

У другой стены стоял, скрестив руки на груди, ровесник Регулуса. Тощий, с длинными темными волосами и крупным, как птичий клюв, носом. Они не раз пересекались в гостиной и в клубе Слизнорта, но Регулус никак не мог вспомнить его фамилию. Вроде бы Снегг или Снайп…

— Эй, я к тебе обращаюсь, парень! Или ты у нас девчонка? Мордашка ничего такая, я таких миловидных ещё не трахал.

— Да ты, рожа валлийская, в жизни не ебал ничего, что ходит на двух ногах и не блеет, — заржал его приятель.

— Слышь, я сейчас тебя в овцу превращу!

Мужики загоготали, явно наслаждаясь собственной компанией.

Регулус заозирался, лихорадочно прикидывая, что делать. Проигнорировать похабные подначки и подойти к Снайпу? Придётся нелепо ковылять через весь зал, да и выглядеть это будет как трусливое бегство. Ответить? Но что? Он понятия не имел, как вести себя с такими головорезами.

Хлопок трансгрессии позади прозвучал как спасение. Регулус облегченно выдохнул и, стараясь сохранить достоинство, неспешно направился к ближайшему окну. Может, бандиты отвлекутся на новоприбывшего.

— Приветики!

Сбоку от него возникла незнакомая девчонка. Она одарила Регулуса такой широкой улыбкой, словно он был её давно потерянным братом.

— Ой, как здорово, я и не думала, что встречу тут ровесника! — звонко затараторила она и без тени сомнений ухватила его под локоть. — Как тебя зовут? А что с ногой? Что-то с детства или боевая травма? У меня вот шрамы с трех лет, считай, что всю жизнь…

Регулус таращился на неё, сраженный напором, а странная девица уже тянула его в сторону, будто большую собаку на поводке. Болезненно бледная, с глазами и волосами настолько светлыми, что они казались бесцветными, она походила на призрака. Лицо её и правда было испещрено старыми бледно-розовыми шрамами.

— Уродливо выглядят, да? — застенчиво улыбнулась девчонка, поймав его взгляд. — Мать говорит, что я похожа на старую штопаную куклу.

— Вовсе нет! — горячо возразил Регулус и даже не покривил душой. У его внезапной спутницы была такая живая мимика и открытая добрая улыбка, что шрамы становились почти незаметны. — Ты похожа на скульптуру изо льда… с маленькими трещинками.

— Ох, это самое милое, что мне когда-либо говорили. Так кто ты и что с ногой?

— Регулус. А нога… неудачное столкновение с аврорами.

— Ого, так ты из Блэков?! И уже участвовал в настоящем сражении?

Девчонка фонтанировала чистейшим восторгом. Будто она оказалась на праздничной вечеринке, а не в сыром логове террористов, где четверо мужиков беззастенчиво раздевали её глазами. Снайп (или всё же Снегг?) тоже наблюдал за ней из своего угла и, встретившись взглядом с Регулусом, выразительно покрутил пальцем у виска.

Раздался двойной хлопок трансгрессии, и у входа возникли похожие как две капли воды близнецы Амикус и Алекто Кэрроу. Регулус помахал им, привлекая внимание: слава Салазару, хоть одни знакомые лица.

— Рада видеть тебя живым, Регулус, — поприветствовала его Алекто. Её брат ограничился молчаливым рукопожатием. — Слухи про тебя ходили ужасные — будто тебе обе ноги взрывным заклятьем оторвало.

— Как видишь, все конечности при мне.

— Снейп, — Амикус кивнул длинноволосому парню, который наконец отлип от стены и подошел к их компании. Но руку не протянул.

— Кэрроу, — столь же сухо ответил Снейп и с неприкрытой брезгливостью уставился на девчонку, что продолжала висеть на локте Регулуса. — А ты кто такая?

— Габриэлла, — дружелюбно представилась та, проигнорировав враждебный тон. — Для друзей просто Габи... Если бы они у меня были… Но вы, ребята, можете стать первыми!

Настороженные взгляды близнецов и Снейпа стали ей красноречивым ответом.

В этот момент каменная кладка у дальней стены, рядом с местом, где стоял Снейп, с грохотом разошлась в стороны. Из образовавшегося прохода вышел пожиратель в серебряной маске.

— Приветствую, господа бездельники и малолетки. Смотрю, вы уже разбились на две команды. Тогда не будем тянуть феникса за хвост.

«Какие ещё команды? — похолодело внутри у Регулуса. — Нас заставят драться?»

Но никто, кроме него, не выглядел удивленным. Ребята подобрались и выжидательно замерли. Даже с лиц мужчин исчезли ухмылки.

— Нашему Повелителю требуются не только бойцы, но и головы, способные на большее, чем бытовое насилие, — продолжил неизвестный в маске. — Вы здесь, чтобы доказать, что ваши мозги чего-то стоят. Тема испытания была разослана всем две недели назад. Надеюсь, даже у тупоголовых хватило ума что-то прочитать про великанов?

По спине Регулуса пробежал холод. Он не получал никаких писем и инструкций. Но все остальные уверенно закивали.

«Может, меня вообще тут не должно быть? И меня вызвали по ошибке…»

Или намеренно — чтобы избавиться.

— Грубая физическая мощь этих тварей — наименьшая из их ценностей, — продолжил пожиратель. — Гораздо больше пользы они представляют как источник ингредиентов. Например, их кровь обладает колоссальной устойчивостью к магии и способна заглушить большинство чар. Ваша задача предельно проста: собрать её как можно больше.

— Нам предстоит охотиться на великанов? — сдвинул брови Амикус. — Какая система подсчета очков?

— Успокой свой пыл, мальчик. Никакой охоты. Каждая из команд получит свежую тушу. Вам необходимо собрать с неё кровь и, что несоизмеримо важнее, сохранить её свойства. Поясняю для неучей: физиология этих тварей уникальна. Пока кровь остаётся запертой в сосудах мертвого исполина, она сохраняет текучесть. Но стоит вскрыть артерии и выпустить её наружу, как по истечении пары часов она начнет сворачиваться и потеряет всю свою ценность.

— И ради этого нас сюда притащили?! — взревел один из бородатых бандитов. — Вы просто хотите сделать из нас мясников и заставить выполнять грязную работу, как каких-то сквибов!

— Сквибов, говоришь… — цокнул языком человек в маске. — Что ж, я с большим интересом посмотрю, как лихо ты справишься со шкурой, способной выдержать взрыв. И какую ёмкость твоя скудная фантазия приспособит для хранения вещества, выжигающего трансфигурацию за секунды. Тёмный Лорд лично прибудет, чтобы оценить ваш успех. Критериев всего два: объём собранной крови и способ, который вы изыщете, чтобы сохранить её качество. Команда, показавшая худший результат, будет убита.

Ответом ему была абсолютная тишина.

— Команды работают изолированно друг от друга. На всю задачу у вас два часа. Если возникнут мелкие вопросы технического характера, можете рискнуть обратиться ко мне. Отвечать ли на них — на моё усмотрение. Обращайтесь ко мне: «господин Жнец».

Он взмахнул палочкой, и на полу возникли песочные часы в человеческий рост.

— У вас пятнадцать минут, чтобы обсудить план. Время пошло.

Жнец развернулся и ленивой походкой направился обратно к проходу в стене.

Регулус сглотнул. Его мозг словно сжался в трясущийся комок внутри черепа и отказывался выдать хоть одну полезную идею.

— Я знаю режущее заклинание, которое пробьет их кожу, — первым нарушил молчание Снейп. — Темномагическое, я сам его изобрел.

— Думаю, тут у каждого в запасе есть что-то похожее, — нервно усмехнулась Алекто и затопала ножкой. — Дерьмо, мы готовились драться с этими тварями, а не разделывать…

— Сейчас наша главная проблема — куда собрать кровь и как не дать ей свернуться, — перебил её Амикус. — Мы не можем просто трансфигурировать тару, при контакте с кровью она развеется. Можно выбить кусок стены и выдолбить в нем углубление. По краям выложим куски льда, холод замедлит свертывание…

— Лед не поможет, — перебила его Габи. — От контакта с камнем кровь все равно начнет сворачиваться. Надо снять со спины или брюха цельный пласт кожи и выстелить ею дно.

— Мы не успеем!

— Значит, будем сразу шить герметичный бурдюк из его же шкуры, — процедил Снейп. — Кровь будет контактировать с устойчивой к её воздействию поверхностью. Там мы и свертывание предотвратим, и гарантируем наибольшую сохранность магических свойств.

— Ты представляешь, сколько времени уйдет на то, чтобы пробить эту кожу и стянуть края швами без магии? Да и много ли туда поместится? Получим фляжку ценой двух часов работы!

— Ну так предложи что-то умнее, Кэрроу!

— А если взять готовый резервуар прямо из туши? — негромко предложил Регулус.

Нахмуренные взгляды обратились на него.

— Мы можем вскрыть живот и иссечь мочевой пузырь, — Регулус сглотнул, не веря, что взаправду произносит такие дикие слова. — Если мы его промоем и плотно перевяжем мочеточники, то получим готовый мешок для сбора крови.

Габи подпрыгнула и захлопала в ладоши:

— Регулус, да ты гений! И то же самое — достать, промыть и наполнить кровью — можно провернуть с толстой кишкой! Получится огромная кровавая колбаса. Значит, так: мы со Снейпом, — тонкий пальчик ткнул в грудь парню, — работаем в паре. С тебя — режущее заклинание, с меня — знания анатомии. Я несколько раз уже вскрывала трупы магглов, не думаю, что строение великанов сильно от них отличается.

— Эм… ладно, — пробормотал Снейп, скосив на девушку ошарашенный взгляд.

Регулус и сам с трудом удерживал глаза в орбитах, пытаясь представить эту звонкую болтушку, потрошащую трупы. Хотя чему удивляться — как-то же её занесло в ряды пожирателей.

Когда в часах упала последняя песчинка, по залу разнесся звук свистка. Группа взрослых бандитов, сплюнув окурки прямо на доски, направилась к каменному проему.

— Если никто не слажает, то мы справимся, — выдохнул Снейп и первым шагнул вперёд.

— И выживем, — буркнула Алекто.

— Не переживайте вы так, ребята, — беззаботно протянула Габи. — Никто нас убивать не станет. Это просто у Жнеца такая своеобразная форма мотивации.

— Если ты не заткнешь свой фонтан оптимизма, — процедила Алекто, — я перегрызу тебе сонную артерию и запихаю твой труп великану в задницу.

— Да ты креативная натура. Мы точно станем подружками.

Алекто закатила глаза, но ничего не ответила.

Габи вновь ухватилась за локоть Регулуса, за что он парадоксальным образом был ей благодарен. Он едва сдерживал дрожь от подступающей паники, и близкое присутствие рядом другого живого человека — пусть и малолетней маньячки — придавало сил.

Каменный проход вывел их в просторный зал. Правая его половина была скрыта туманной завесой, за которой угадывались силуэты второй команды. На полу в левой части лежала туша великана. Пожиратель в маске стоял неподалеку, скрестив руки на груди.

Регулус сглотнул, разглядывая исполинские серо-бурые ступни. Вмиг затея с мочевым пузырем показалась ему наивным идиотизмом. Как они смогут разделать такую громадину?

— Господин Жнец, можем ли мы попросить инструменты? — выступил вперёд Амикус, стараясь придать голосу уверенности. — Чистую кожаную подстилку, крючья, ремни, толстые нити и ароматические зелья, чтобы перебить запах.

— Можете, — лениво протянул Жнец и склонил голову к плечу. — Проси.

Бледные скулы Кэрроу вспыхнули алым. Регулус всматривался в фигуру пожирателя и чувствовал, как по спине бегут мурашки. В его интонациях сквозило нечто неуловимо знакомое и тревожащее. Он пытался разглядеть его палочку, но её скрывали наложенные на рукава чары затемнения.

— Так и быть, Кэрроу, — снизошел Жнец, когда Амикус покорно повторил свою просьбу. — Кое-что я вам выдам.

Он поманил пальцем Регулуса.

— Калека, за мной.

— Я могу пойти с вами, сэр, — тут же вызвалась Габи. — У меня есть опыт в препарировании, я знаю, что нужно, я...

Пожиратель взмахнул палочкой, и по залу разнесся хлесткий звук пощечины. Габи охнула и прижала ладонь к скуле. На бледной коже проступил багровый след.

— Ещё раз раскроешь рот без спроса, и я отрежу тебе язык, — предупредил Жнец.

Он развернулся и направился к двери в дальней стене. Регулус торопливо заковылял следом. Ему приходилось почти бежать, неловко переставляя трость, чтобы поспеть за широким шагом Жнеца. Нога мгновенно отозвалась простреливающей болью от бедра до лодыжки, но он не смел замедлиться.

Они миновали короткий тёмный коридор, и Жнец толкнул неприметную дверь. За ней оказалась просторная кладовая со множеством уходящих под потолок стеллажей.

К ногам Регулуса упал свёрток кожи, пучок пахучих трав и связка железных крюков.

— А остальное? — спросил Регулус, глядя на скудный набор. — Нити, крепёжные ремни…

— Обойдетесь. Даже за это следовало заставить вас ноги мне целовать, но сегодня я удивительно великодушен.

Жнец тихо рассмеялся. Звук вышел мелкий и царапающий, как хруст стекла под подошвой.

Регулус застыл.

— Розье? — выдохнул он, не веря в свою догадку.

Они же вместе были в группе новобранцев каких-то пять месяцев назад. Как этот безумец умудрился заслужить себе место в ближнем кругу?

— Узнал-таки, — усмехнулся Розье, лениво поигрывая палочкой. — Но не советую трепать об этом перед дружками. Если ты, конечно, не хочешь, чтобы наш внутренний круг навестил уютное гнездышко, где ты прятался как крыса последние месяцы. Хотя… Я был бы рад поближе познакомиться с твоей подружкой.

— Не впутывай её, урод! — выпалил Регулус. — Вижу, тебе подобрали работёнку по призванию. Тёмный Лорд оценил твой талант живодера?

Розье шагнул к Регулусу и с силой пнул его в голень — прямо в травмированную ногу. Регулус вскрикнул, перед глазами вспыхнули искры. Он едва устоял, вцепившись в трость побелевшими пальцами. В следующую секунду горло сдавила жесткая хватка. Розье впечатал Регулуса в стену, уперев кончик палочки ему под нижнюю челюсть:

— Ты и не представляешь, Блэк, как высоко меня ценит Повелитель. А вот ты стал ещё более жалким, хотя, казалось бы, куда ещё… Я могу уничтожить тебя так же легко, как когда-то — тот комок шерсти, что ты называл питомцем.

Кончик палочки медленно, с нажимом скользнул от угла губ вверх к скуле. Изнутри щеку словно порезали тонким лезвием, рот наполнился металлическим вкусом крови.

— Когда вы, детишки, позорно провалите задание с великаном, — прошептал Розье с пугающе ласковой интонацией, — я попрошу Тёмного Лорда отдать тебя мне. Так ты сможешь ещё послужить нашему делу… В качестве экспериментального образца. Мне, признаюсь, уже надоели магглы и грязнокровки. Не терпится посмотреть, насколько чистокровный отличается от них.

Регулус беспомощно хватал ртом воздух, всем существом ненавидя собственное бессилие. Ненавидел страх, который заморозил его тело и лишил воли к сопротивлению. Он мог лишь замереть и ждать, когда Розье надоест с ним играть.

— Кстати, недавно я пересекся в бою с твоим братцем и содрал с него кусок кожи. Он рыдал как девчонка и умолял меня пощадить его жизнь…

— Лжешь.

Голос Регулуса прозвучал хрипло, но в нём впервые за всё это время проступила уверенность. У него не было стержня для собственной смелости. Но в Сириусе он не сомневался. И странным образом это словно придало ему сил.

— Сириус никогда не стал бы молить о пощаде, — с ненавистью прошипел он в серебряную прорезь маски. — Если ты это где-то и увидел, то только в своих фантазиях.

— Какая трогательная семейная преданность.

Розье оттолкнул Регулуса в сторону.

— Беги к своей стае, калека. Держу пари, они уже пожалели, что получили такой бесполезный балласт к себе в команду.

Регулус подхватил левитацией выданный ему скарб и заковылял к выходу. Пытался игнорировать испуганно колотящееся сердце, кровоточащий порез во рту и прожигающий спину взгляд ледяных глаз.

В зале уже кипела работа. Вокруг лежащего великана возвели деревянный помост. Над тушей склонились Габи и Снейп. Их заклинания неспешно рассекали толстый слой мышечной ткани. Из ран брызгала тёмная кровь. Она впитывалась в мантии, оседала каплями на шеях, липла к волосам.

Амикус и Алекто стояли по разные стороны от рассечённой брюшины, изо всех сил удерживая края раны руками, чтобы тяжелые пласты мяса не сомкнулись обратно.

— Наконец-то! — тяжело выдохнула Алекто. Её руки дрожали от напряжения. — Скорее, цепляй крюки. Я уже не могу держать.

Регулус взобрался на помост рядом с нею, прислонил трость к туше и потянул край раны на себя.

— Ого! — не удержал он возгласа, пошатнувшись.

— И не говори. Килограмм сорок, не меньше.

Регулус покрепче ухватился за скользкую плоть и попытался вогнать острие крюка.

— Не так, — осадила его Габи, не отрываясь от разреза. — Ты за шкуру поддеваешь, а надо за мышцы.

Она окинула взглядом поле работы:

— Снейп, доводи рассечение по белой линии сам. Регулус, держи край раны. Алекто, трансфигурируй канаты и железные колья в полу. Примерно за полтора метра от туши. Я займусь крюками.

Не дожидаясь ответа, она схватила первый крюк и с силой вогнала его, подцепив весь слой мышц.

Регулус тянул скользкую плоть на себя, стараясь не вдыхать тяжелый запах сырого мяса. Он изо всех сил упирался ногами в доски помоста и молился, чтобы они не заскользили в кровавой луже.

Габи работала с пугающей сноровкой и, вогнав пять крюков со стороны Регулуса, перешла к Амикусу. С боков от Регулуса взметнулись змеи-веревки, проскользнули в кольца крючьев и натянулись, разводя края раны в стороны.

— Давайте перерыв, — попросил Амикус, растирая сведённые судорогой пальцы. — Хотя бы минуту отдышаться.

— Да, и подготовим настил под внутренности, — согласилась Габи, но внезапно вскинулась, заметив, как Снейп уже собрался прорезать пленку, сквозь которую виднелись петли кишечника. — Нет, стой!

Слишком поздно. Заклинание Снейпа задело тонкую кишку, и из разреза прямо им в лица ударил фонтан желтовато-зелёной зловонной жижи.

Регулус отшатнулся и рухнул навзничь с помоста. Рядом с воплями повалились остальные. Регулус хватал ртом воздух, боясь вдохнуть через нос. Нутро скрутило спазмом от отвращения. Мерзкая жидкость залила лицо, осела на ресницах, проникла каплями в нос. Попытка стереть её рукавом лишь сильнее размазала массу по лицу.

— Агуаменти! Агуаменти! — верещала Алекто.

Регулуса накрыло волной ледяной воды. Он закашлялся, пытаясь смыть с себя остатки мерзкой гадости.

— Идиот криворукий!

— Сама под руку полезла, овца!

— Потому что ты режешь как мясник, а не хирург!

Регулус откинул мокрые пряди со лба и огляделся: Габи и Снейп шипели друг на друга, как рассерженные мокрые коты.

Амикус подошел к скромному набору, что принес Регулус:

— А где остальное? Нити, ремни…

Регулус поднялся, опираясь на руку Алекто.

— Жнец выдал только это, — Регулус огляделся. Розье не было видно, но он всё равно понизил голос до шепота, — и ещё… кажется, он заинтересован в том, чтобы мы провалились.

Близнецы моментально переглянулись. Снейп оборвал ругань на полуслове. Его лицо из белого стало могильно-серым.

— Так нас и правда, — прошептала Алекто, и её голос дрогнул, — хотят пустить в расход?

— Отставить сопли! — рявкнула Габи, и в её тоне не осталось ни капли детской беззаботности. — Мы чистокровные. Я скорее вас сама убью, если вы мне задание запорете.

Она хлестко взмахнула палочкой, мгновенно высушивая их мантии.

— Мы не просто выиграем, мы поставим рекорд, который никто не сможет побить. Впятером нам это по силам. Главное — работать слаженно и без истерик.

Не теряя ни секунды, Габи трансфигурировала котелок с водой и бросила в него пучок трав. Воздух мгновенно наполнился резким перечно-мятным запахом. Следующее заклинание расстелило по полу кожаный сверток.

— Отрежьте лоскуты мантий и бросьте в котелок. Когда пропитаются настоем, мы повяжем их на лица, чтобы не свалиться от вони. По подстилке грязными ногами не ходить — сюда будем выкладывать кишку. Теперь поднимите руки, кто разбирается в анатомии и может пообещать, что не наблюет внутрь великана.

Регулус неуверенно поднял руку. Он никогда не препарировал ничего крупнее лягушки на зельеварении, но его теоретические знания анатомии немного выходили за продвинутые разделы трансфигурации человека. Снейп раздраженно фыркнул:

— Я вырос недалеко от скотобойни, так что желудок у меня крепкий. Беру мочевой пузырь на себя.

— Отлично, но до него ещё надо добраться. Сначала мы вытащим несколько петель тонкой кишки. Этим займусь я, а вы четверо — на подхвате. Затем разделяемся: Регулус, Снейп — на вас мочевой пузырь. На мне и близнецах — толстая кишка.

— Как мы её вытащим? — нахмурился Амикус. — Петли будут ужасно тяжелыми и скользкими. Без инструментов, голыми руками это невозможно.

— Может, нарежем полосы из мантий и сплетем из них крепления? — предложила Алекто. — Будем удерживать их за концы и направлять левитацией. Так получится аккуратно переносить петли, не воздействуя на них магией напрямую.

— Ткань не выдержит веса, — покачал головой Снейп. — А чары укрепления слетят от контакта с телесными жидкостями.

— Тогда давайте использовать кожу, — предложил Регулус.

Он решительно хлопнул ладонью по бедру, где через прорезь мантии виднелись перекрещенные полосы самодельного ортеза. Символ его стыда и неполноценности мог стать ниточкой их спасения.

Глаза Габи загорелись, на лицо вновь вернулась азартная улыбка.

— О, это отлично подойдет!

— Ты уверен? — спросил Амикус, глядя, как Регулус уже принялся расстёгивать металлические застёжки. — Ты вообще сможешь ходить без этой штуки?

— Как-нибудь справлюсь.

Каркас с глухим стуком упал на пол. Габи тут же принялась разбирать его на части, ловко отделяя ремни и металлические пластины.

Регулус попытался опереться на ногу и почувствовал, как подрагивает надколенник. Он пошатнулся, ухватившись за край помоста. Трость так и стояла прислоненной к телу великана.

— Не дергайся, — сквозь зубы бросил Снейп, шагнул ближе и навел на увечную ногу палочку. — Ферула.

Тотчас же ногу обмотали эластичные бинты, а поверх лег слой гипса. Регулус ухватился за плечо Снейпа и сделал осторожный шаг, перенося вес. Ощущение было кошмарным: жёсткая, монолитная колодка полностью лишила ногу мобильности, превратив её в тяжелое бревно, а сустав оказался зажат в неестественном положении. Хоть Снейп и утверждал, что знал анатомию, но с травмами ног ему явно не доводилось работать.

— Не верх целительского искусства, — дернул уголком рта Снейп. — Но стоять сможешь.

— Это лучше, чем если бы я пытался ходить с одной лишь тростью. Спасибо тебе.

Снейп скосил на Регулуса настороженный колючий взгляд, словно выискивал в его словах подвох или насмешку.

— Я не ради тебя это сделал. Мне просто не нужна обуза в напарниках.

Тем временем Габи и близнецы ловко сплели из кожаных ремней сетчатые люльки, а металлические пластины заточили для резки. От мантий они отрезали лоскуты и перекрутили их в подобие толстых нитей. С этими нехитрыми приспособлениями все пятеро вновь взобрались на помост к туше.

— Я начну, — произнесла Габи. Голос её звучал глухо из-за влажной повязки на лице.

Она осторожно погрузила руку между серых петель кишечника. Регулус в оцепеневшем шоке наблюдал за её сосредоточенным лицом — и мысленно возносил благодарности Мерлину за то, что такая маньячка оказалась с ним в одной команде.

Под плавными движениями Габи петли кишки медленно приподнимались и выскальзывали наружу, словно их освобождали от невидимых пут. Короткие дуги Алекто закрепляла под краями рассечённой раны, а массивные сплетения принимали парни и аккуратно укладывали в сторону.

— Проклятье, какая же она скользкая, — бормотал Амикус. Он обхватил кишку двумя руками и прижимал к груди. — Как живой угорь.

Регулус согласно промычал сквозь стиснутые зубы, пытаясь удержать свой отрезок. Запах становился все более давящим и гнилостным, несмотря на влажную повязку на лице.

«Если выберусь отсюда живым, буду лежать в море с тюленями, пока прибой не смоет с меня запах мертвичины».

Постепенно их взорам открылась темная полость таза. Габи выпрямилась и уперлась кулаками в затекшую поясницу:

— Фух, думаю, такого проема достаточно. Переходим к следующему этапу.

Кэрроу с застывшим в глазах ужасом перешли к толстой кишке. Регулус зажег над тушей огонек Люмуса и заглянул внутрь.

— Видишь мочевой пузырь?

— Не-а, — мотнул головой Снейп. — Будем искать на ощупь.

И запустил сразу обе руки в раскрытую брюшную полость. Сглотнув ком в горле, Регулус последовал примеру. Его передернуло от омерзения: пальцы скользили по теплым влажным тканям, липкая слизь забивалась под ногти.

— Слишком глубоко, — пробормотал Снейп. — А ты дотягиваешься?

Регулус покачал головой. Длина его пальцев заканчивалась где-то в пустоте, а мочевой пузырь должен быть ещё ниже. Он лег грудью на край туши и перегнулся — будто пытался достать упавшую монету со дна фонтана. Ощущение было жутким. Запах смерти окутал его со всех сторон. Казалось, что стенки брюшной полости сжимаются вокруг него, словно мертвое тело желало поглотить вторженца.

Когда Регулусу уже казалось, что он вот-вот потеряет сознание от накатившего приступа клаустрофобии, рядом с ним опустилась голова Снейпа. Длинные волосы мазнули по носу, и Регулус звонко чихнул прямо вглубь туши.

— Будь здоров, — на автомате сказал Снейп.

Миг они смотрели друг на друга, а через секунду разразились истеричным захлебывающимся хохотом. Два недавних выпускника по пояс влезли в труп великана и собирались распотрошить его голыми руками, потому что в случае неудачи их самих порежет на лоскуты поехавший Розье — светское пожелание здоровья пришлось как нельзя кстати.

— Вы там трупными миазмами надышались? — донесся сверху ворчливый голос Амикуса. Регулус скосил взгляд и увидел, как тот продевает кожаные ремни под петлю толстой кишки. — Работайте, придурки, время идет.

Снейп фыркнул и выразительно закатил глаза. Белки тускло сверкнули в полумраке.

Теперь их руки легко достигали дна, методично перебирая вслепую связки и жировые складки.

— Нашел, — выдохнул Снейп. — Точно он.

Он схватил запястье Регулуса и потянул его вглубь малого таза. Пальцы ощутили гладкую, эластичную поверхность. Регулус аккуратно надавил на нее — внутри чувствовалась жидкость⁽²⁾.

Снейп достал одну из заточенных железных пластин.

— Убери голову, мне нужен свет.

Пальцами он аккуратно отодвинул тонкую оболочку, покрывающую орган, и подрезал несколько плотных связок.

— Теперь мочеточники, — пробормотал он.

Регулус достал перекрученные жгуты ткани, которые заменяли им нити. Мочеточники у великана оказались толщиной с руку ребенка, приходилось прилагать немалые усилия, чтобы стянуть их достаточно туго. Пот застилал глаза, ткань выскальзывала из покрытых слизью и кровью пальцев, их со Снейпом кисти задевали друг друга. Мышцы спины горели от неудобной позы, края гипса врезались в кожу, а нога все отчетливее ныла тупой болью. Регулус стискивал зубы и пытался игнорировать её, полностью сосредоточившись на движениях пальцев и завязывании узлов.

— Буду резать, — предупредил Снейп. — Убери руки.

Регулус отодвинул ладони, давая Снейпу пространство для работы. Лезвие пересекло первый мочеточник, второй…

Раздался хлюпающий звук, и Регулус почувствовал, как тёплая жидкость хлынула на его руки.

— Твою мать!

Они одновременно вцепились в разорванный мочеточник, зажимая срез пальцами.

— Сука… — скривился Снейп. — Малфою, небось, не приходилось мараться в моче великана.

— Люциусу отведена почетная роль денежной жабы-талисмана. Его задача — приносить нашему движению удачу и капиталы.

Они наложили дублирующий жгут, затянув узел до предела, и перевели дыхание, только убедившись, что течь остановилась. Регулус осторожно потянул пузырь на себя, приподнимая его, пока Снейп отделял заднюю стенку. Вскоре орган почти свободно повис в руках, наподобие большой вытянутой дыни.

— Последний шаг, — выдохнул Снейп. — Рассекаем уретру и вытаскиваем.

Регулус потянулся за связкой нитей, и в этот миг в ногу острыми зубами вонзилась боль. Она пришла неожиданно, выстрелила от самой пятки, прокатилась по бедру и ввинтилась в затылок, заполнила каждую клеточку, каждый нерв. На глаза опустилась тень, Регулус попытался вдохнуть, но горло свело спазмом.

Мышцы бедра свело в твёрдый, болезненный узел, от колена лучами расходилась нарастающая режущая боль, словно в него вонзили раскаленные лезвия. Даже малейшее шевеление стопы выбивало из глаз искры.

— Эй! Блэк, ты чего?

Голос Снейпа доносился будто издалека, хотя его лицо было в нескольких дюймах. В следующую секунду Регулус почувствовал, как его подхватывают чары левитации и выносят наружу, бережно опустив на помост. Он сорвал с лица тряпку и принялся делать рваные частые вздохи, силясь удержать ускользающее сознание. Пальцы впились в гипс, разламывая хрупкую корку. Отбросив его куски в сторону, Регулус стал проминать коленный сустав и проходить костяшками по скованным судорогой мышцам.

— Ты как?

Регулус вскинул голову. Рядом стоял тяжело дышавший, взмокший Снейп. В руках он держал серо-синий орган.

— В норме, — выдавил Регулус, кривя губы. Боль и не думала уходить, но хотя бы сбавила накал с невыносимого до терпимого. — Прости, что бросил тебя завершать одного.

Снейп мотнул головой.

— Мы почти всё сделали вместе. Это ты извини… Не знаю, как я так накосячил с Ферулой.

— Просто это заклинание не рассчитано под мою травму. Не бери в голову.

Регулус опёрся на руку Снейпа и осторожно поднялся. Его взгляд упал на толстую кишку, которую близнецы и Габи уже извлекли из брюшной полости. Она лежала на кожаной подстилке гигантским серым червяком толщиной с бедро взрослого мужчины. Регулус поморщился. Даже на расстоянии запах был удушающим.

Габи шагнула к краю помоста, вытирая окровавленные ладони о бедра, и обвела всех взглядом генерала:

— Отлично, завершили вровень. Держимся, ребят, мы на финишной прямой. Алекто, забирай мочевой пузырь и промывай начисто. Я трансфигурирую блоки под плечами твари, чтобы приподнять грудь и усилить отток крови. Собирать её будем из бедренных артерий. Парни, на вас толстый кишечник. Вычистить так, чтобы ни крупицы кала внутри не осталось.

— А почему нам самое мерзкое? — обреченно простонал Амикус.

— Потому что вы — мальчики, — Габи невозмутимо повела плечом.

Она забрала из рук Снейпа мочевой пузырь, подхватила Алекто под локоть и отошла с ней в сторону, оставляя парней наедине с гигантской кишкой.

Регулус попытался сделать шаг и едва сдержал стон. Боль прострелила от пятки до поясницы.

— Мы можем закончить без тебя, — предложил Снейп, подхватывая его под локоть.

— Нет, — отрезал Регулус. — Я в деле. Просто перенеси меня левитацией.

Снейп коротко кивнул, подхватил его Локомоторой и зашагал к ближайшей к ним петле кишечника.

— Трансфигурируйте себе возвышения, — крикнул Амикус со своего края. — Если не хотите оказаться по щиколотки в том, что выльется наружу.

Регулус наколдовал два длинных каменных блока и, опираясь на руку Снейпа, сел на один из них. Он аккуратно подтянул больную ногу, уложив её наверх, чтобы разгрузить сустав. Снейп взобрался на второй блок:

— Готов?

Не дожидаясь ответа, Снейп сделал резкое рассекающее движение палочкой.

Запах ударил в лицо подобно бладжеру и осел пленкой на коже. Глаза обожгло слезами. Регулус перегнулся с края выступа, и его вырвало прямо в разлившуюся по полу темно-бурую массу. Судя по звукам рядом, Снейп разделил его участь.

Регулус сощурился, приподнял рассеченный край кишки и, не глядя, направил внутрь палочку.

— Агуаменти максима.

Вода хлынула мощным потоком. Оболочка задергалась, как змея, и струя воды, смешанной с содержимым кишки, фонтаном вырвалась наружу с противоположного конца.

— Блэк, сука! — истошно заорал Амикус, прикрываясь щитом. — Ты бы хоть предупредил!

Снейп неожиданно заржал, запрокинув голову, — хриплым истеричным смехом.

— Чего ты рожу кривишь, твои зелья и не так взрывались. А воняли и того гаже.

— Да пошли вы оба! — воскликнул Амикус и поднял край кишки со своей стороны. — Агуаменти Максима!

Теперь уже Регулусу со Снейпом пришлось укрываться щитами и нечленораздельно орать.

Они гоняли потоки воды туда и обратно, вымывая последние ошметки содержимого и перебрасываясь подначками. Этот истеричный кураж стал той спасительной соломинкой, которая не позволяла рассудку окончательно утонуть в окружающем их ужасе.

— Вы совсем ошалели?! — взвизгнула Алекто, когда вонючая лужа подступила опасно близко к её ботинкам, и убрала её Эванеско. — Хотите встретить Темного Лорда этим говнопрудом?

— Так мы точно отметимся среди всех его последователей.

— Посмертно.

— И напишут на наших надгробиях: «Встретил Тёмного Лорда в дерьмовом настроении».

Парни пропустили еще несколько завихренных потоков через кишку, пока вода не стала выходить полностью прозрачной.

— Наконец-то, — вздохнул Амикус.

Он подхватил свой конец и направился к помосту, где Габи заканчивала наполнять мочевой пузырь кровью из бедренной артерии туши. Снейп принялся завязывать их край в тугой узел. Регулус очистил пол от остатков воды — теперь он сиял, словно его драили сотни эльфов. Но запах, похоже, въелся в старые доски на века.

— Снейп, как тебя зовут? Хоть убей, я не могу вспомнить.

Напарник окинул его нечитаемым взглядом, словно удивился такому простому вопросу.

— Северус.

— Как тебе предложение перейти на имена? — Регулус протянул ему руку. — Мне кажется, этот опыт, — он махнул в сторону распотрошенной туши великана, — нас достаточно сблизил. Возможно, даже больше, чем мы бы того хотели.

Снейп издал сухой смешок:

— Не думал, что когда-нибудь пожму руку Блэку, — но вопреки словам он вытер ладонь о мантию и ответил на рукопожатие. — Ты прав. И знаешь… я ведь тебе задолжал небольшую благодарность.

— За что? — опешил Регулус.

Лицо Северуса пересекла улыбка. Хищная и одновременно по-детски искренняя.

— За то, что год назад вырвал в финальном матче победу у львов. Хоть те и вели с кошмарным счетом.

— Да, отрыв был в сто тридцать очков.

— Придурки уже мысленно праздновали победу, пока ты не сцапал снитч прямо из-под носа их ловца. Убитая горем рожа Поттера была лучшим зрелищем за год. Я бы заплатил, чтобы увидеть это снова.

Регулус улыбнулся, вспоминая то время. Ажиотаж из-за квиддича, волнения перед экзаменами, тайные свидания с Сефи. Школьные дни, которые тогда казались унылыми и однообразными, теперь проступали в памяти яркими, светлыми пятнами. Когда он сжимал победный снитч под ликующие крики факультета, то и представить не мог, что через год будет копаться в потрохах великана.

В работе наступил миг затишья. Кишка набухала прямо на глазах, метр за метром заполняясь кровью, и расправлялась, как змея, которая медленно разворачивает свои кольца. Ребята наблюдали за процессом уставшими взглядами.

Из медитативного оцепенения их вырвал резкий, закладывающий уши звон. Следом по залу разнесся усиленный магией голос Жнеца:

— Время истечет через десять минут. Готовьтесь представить результат Повелителю.

Все моментально подобрались, стряхивая оцепенение. Амикус и Габи поместили тяжелые блоки на грудь великана, усиливая ток оставшейся крови. Алекто распылила остатки травяного варева, стараясь перебить удушливую вонь, которая въелась в каждую щель этого проклятого зала. Северус с Регулусом лихорадочно проверяли прочность узлов на кишке и мочевом пузыре.

За минуту до истечения отмеченного времени они уже стояли перед собранными резервуарами с кровью в ожидании Темного Лорда. Регулус тяжело опирался на трость одной рукой, а второй держался за плечо Северуса, который удивительно спокойно принял участь его опоры.

— Всё будет хорошо, — шептала Алекто, как мантру. — Всё будет хорошо.

— Именно, — кивала Габи. Но даже на её лице сквозь маску уверенности проступил липкий страх. — Нас не убьют. Не убьют.

Девчонки взялись за руки, переплетая пальцы, будто старые подруги. С каждой секундой ожидания все пятеро невольно сбивались во всё более плотную группу, словно искали защиты в чужом присутствии.

Эхо донесло звук уверенных шагов, и в каменном проходе появилась высокая фигура. Волдеморт вошёл в зал неторопливой походкой. В тусклом свете его лицо казалось почти прозрачным, а алые глаза горели точно раскаленные угли.

Тёмный Лорд скользнул равнодушным взглядом по замершей группе подростков, словно они были просто частью интерьера, и в сопровождении Розье направился к результатам их работы. Даже поднялся на помост и заглянул внутрь выпотрошенной туши великана. Тёмный Лорд задавал Розье короткие вопросы, но Регулус не мог разобрать ни слова.

В висках и переносице болезненно пульсировало, будто кто-то приложил его головой о стену. Глаза страшно резало и щипало. Регулус с силой зажмурился, а когда вновь открыл глаза, то замер, забыв, как дышать:

Он словно очутился на изнанке мира.

Предметы вокруг потускнели и утратили четкие контуры, а люди, наоборот, засветились изнутри ровным свечением, каждый своего цвета.

Но не Тёмный Лорд. Он стоял, окутанный кольцами черных щупалец, которые произрастали прямо из его тела подобно опарышам.

Регулус лихорадочно заморгал, пытаясь прогнать жуткое наваждение. Должно быть, он просто устал. Или надышался трупными ядами. Но инфернальный морок не исчезал. Мир закружился в дурноте, резь в глазах становилась невыносимой. Регулус покачнулся и молился лишь о том, чтобы его не стошнило.

Закончив беглый осмотр, Волдеморт направился к туманной завесе, отделяющей вторую половину зала. Розье неслышной тенью скользнул следом. Серая дымка подёрнулась рябью, и обе фигуры скрылись из виду.

Регулус медленно дышал, стараясь унять безумно колотящееся сердце. Что это было? Что он увидел? И почему только он?

— Как думаете... — шепотом начал Амикус и осекся.

Сквозь завесу коротко полыхнули зелёные вспышки. Все пятеро замерли, вглядываясь в туман, за которым ещё миг назад была другая команда. Та, чья работа оказалась хуже.

В груди встал тяжелый ком. Регулус словно замер на канате над пропастью, не в силах разобрать, что он чувствует. Ужас от того, с какой лёгкостью в нескольких метрах от него оборвали четыре жизни? Или малодушное облегчение, что не оказался на их месте?

Завеса колыхнулась, вновь пропуская Темного Лорда. На долю секунды Регулус успел рассмотреть за его спиной раскинутые по полу тела и стоящего над ними Розье. Но туман быстро сомкнулся, скрывая картину.

— Поздравляю, молодые люди, — тягуче произнес Волдеморт. — Вы успешно прошли испытание. Ваш способ сохранения свежести крови впечатляюще дерзок и смел для вашего возраста.

Он медленно двинулся вдоль строя, впиваясь в их лица красными глазами. Чернильные отростки хищно потянулись вперед, устремляясь к головам подростков и к их левым предплечьям. Регулусу захотелось закричать, стряхнуть с себя эту мерзость, но он замер, боясь пошевелиться и выдать себя. Остальные стояли спокойно. Только Северус слегка вздрогнул, когда одно из щупалец коснулось его волос.

Темный Лорд продолжал говорить, что они теперь команда, спаянная кровью и общей целью, но Регулус почти не слушал его. Он не мог оторвать заворожённого взгляда от пульсирующей тьмы. Теперь, когда черные щупальца расползлись в стороны, Регулус видел, что и внутри Волдеморта тоже есть свечение. Но не цельное, а с зияющими дырами, будто из его сути грубо вырвали целые куски. Сколько же их всего? Четыре?.. Пять?.. Рваные провалы расплывались перед глазами, от раскалывающей головной боли Регулус никак не мог их сосчитать.

— Я возлагаю на вас большие надежды, — произнес Волдеморт, завершая речь. — В скором времени вам будет назначен куратор из числа моих приближенных последователей. Под его руководством вам предстоит развивать свои навыки, чтобы они служили на благо нашему общему делу. Не разочаруйте меня.

Подростки неловко поклонились. Регулус вцепился в рукоять трости и с силой зажмурился, молясь, чтобы странные образы наконец исчезли. Чтобы он перестал видеть то, что не должен был.

— Кстати, — с неожиданной веселостью усмехнулся Лорд, — вам несказанно повезло, что в качестве образца Жнец выдал вам неполовозрелую особь. Будь это взрослый великан, ваш энтузиазм вряд ли перекрыл бы недостаток навыка.

Регулуса словно ударили под дых. Его вырвало бы на месте, если бы в желудке осталось хоть что-то.

Детёныш. Они только что распотрошили детёныша. И он сам предложил эту идею.

До него доходили слухи, что великанов заманивали на службу обещаниями дать им землю для жизни… Неужели некоторые поверили настолько, что прибывали целыми семьями?

«Если бы я знал, — в панике забилась беспомощная мысль, — я бы никогда...»

Но этот тихий голос постепенно заглушило тяжелое осознание.

Перед угрозой собственной смерти — или смерти Сефи — он, не колеблясь, повторил бы всё снова. Даже если бы ему приказали голыми руками распотрошить сотню тех милых щенков тюленей, за играми которых он наблюдал несколько часов назад.

— Ступайте, — махнул рукой Лорд, теряя к ним интерес. — Вы получите вызов, когда для вас определят куратора.

Дважды повторять не требовалось: пятёрка тут же торопливо двинулась к выходу. У края прохода Регулус украдкой оглянулся через плечо.

Волдеморт о чем-то говорил с Розье. Рука с длинными пальцами скользнула в карман и извлекла на свет крупный фиал — внутри плескалась чёрная жидкость. Розье принял сосуд из рук Повелителя обеими руками — так бережно, будто ему вручали великую ценность.

В следующую секунду каменные плиты с глухим грохотом сомкнулись, отрезая обзор.

Подростки обессиленно брели через пустой зал. Непомерная физическая и нервная усталость навалилась на всех тяжёлым грузом.

— Ты ошиблась, — негромко произнес Амикус и беззлобно пихнул Габи локтем. — Одну из команд всё-таки убили.

— Я не говорила, что проигравших не убьют. Я сказала, что нас не убьют. Мы — чистокровные, Тёмному Лорду выгодно держать нас при себе. А те... были просто расходным материалом.

— Ты сама из какой семьи? — поинтересовалась Алекто. — Не помню, чтобы видела тебя в Хогвартсе.

Габи горько хмыкнула. Уголки её губ впервые за все часы опустились вниз.

— Конечно, не видела, — её голос звенел от сдерживаемых злости и обиды. — Матушка считала меня позором рода. Младшая дочь — уродка со шрамами. Ещё и подозревала, что я могу стать обскуром. Она предпочла притвориться, что меня просто не существует, и заперла в четырех стенах, спрятав от всего мира. Благо у неё есть трое старших детей, её настоящая радость и гордость.

Они дошли до порога, за которым начиналась зона трансгрессии. Габи обернулась, помахав им рукой. На её лице вновь появилась светлая улыбка.

— Так что я правда счастлива, что встретила вас, ребята. И очень надеюсь, что мы станем настоящими друзьями. Зовут меня Габриэлла Руквуд. Но для вас — просто Габи.

Крутанувшись на каблуках, девушка исчезла с тихим хлопком.

Приготовления к теракту были завершены.

____________________________________________

Мини-доп к этой главе: Регулус возвращается домой и принимает (не без помощи Сефи) важное решение. https://fanfics.me/read.php?id=250308&chapter=1#start_read

1) Первое видео в посте: что-то такое увидели Регулус и Сефи. https://t.me/notes_sm/274

Вернуться к тексту

2) Обычно у трупа моча, наоборот, вытекает. Но с учетом скрытного образа жизни великанов (и огромных размеров) мне кажется логичным, что они как бы "консервируются". Как эволюционная защита, чтобы запахом не привлекать внимание.

Вернуться к тексту