Повелитель Тайн (джен)

Увидев, как Герман Спэрроу берёт в руки трость и надевает пальто, Даниц подумал, что о нём, наверно, забыли. Откашлявшись, он решился спросить под взглядом двух пар глаз:

— М-мне идти с вами?

«Будет лучше не делать этого. Кто знает, что может случиться! До этого стоило нашему кораблю лишь остановиться в гавани Банси, как мы столкнулись с довольно странной ситуацией. Вчера, когда я привёл Германа Спэрроу к связному Сопротивления, всё закончилось проклятием Морского Бога. Если сегодня я последую за этим безумцем на поиски Летиции и других „археологов“, кто знает, что случится?» Даниц опустил взгляд на левую руку, которая всё ещё была стянута шиной. Пирату казалось, что за эти несколько дней он пережил больше событий, чем за несколько месяцев, а может быть, даже за полгода.

— Можете оставаться, но кто-то придёт проверять это место, — Элланд рассмеялся.

«Проверка? Великого Пламенного пирата поймают и превратят в звонкую монету?» Нахмурившись, Даниц сухо рассмеялся:

— Если не считать наград, у военных не так уж много возможностей заработать. Я вполне готов попробовать.

— Есть только одна проблема: придётся подождать несколько минут. Я переоденусь, господин капитан. Не хочу ставить Вас в неудобное положение из-за ненужных недоразумений.

«Если не замаскироваться и принять участие в совместной операции военных и церкви, такого великого пирата, как я, поймают немедленно…» Даниц живо представил, как ему заламывают руки и прижимают коленом к земле, а он дёргается, как выброшенная на берег рыба.

— Просто наденьте. Остальное я объясню, — подумав несколько секунд, Элланд достал из внутреннего кармана железно-чёрную маску и бросил её Даницу.

«Да, нет необходимости тратить время на бесполезную маскировку…» Клейн мысленно согласился с этим решением.

Не сказав ни слова, он повернул ручку и вышел из комнаты. Элланд последовал почти вплотную, а Даниц поспешил догнать их, схватив пальто и надев железную маску.

Стоило им оказаться на затопленной улице, где было много воды и ни следа пешеходов, Клейн поправил цилиндр и спросил:

— С чего начнём?

— По районам.

— У моей работы Потустороннего есть особые черты. Стоит мне увидеть человека лично, на фотографии или на рисунке, и я твёрдо запоминаю внешность цели, а ещё получаю дополнительное чувство на сверхъестественном уровне. Да, я также могу обнаруживать аномалии и улавливать смутные следы. Вместе это позволяет довольно эффективно прочёсывать местность.

«Последовательность 8 „Шериф“ Пути Арбитра…» Задумчиво кивнув, Клейн поинтересовался:

— У Вас есть нечто им принадлежащее?

К листовке, которую Даниц расклеивал прошлой ночью, был приложен портрет Летиции. Клейн создал его с помощью ритуальной магии, помолившись самому себе.

— Нет, — Элланд покачал головой. — Мы ещё не знаем, где они прежде скрывались. Единственное, в чём мы уверены, так это в том, что с острова Симим они вернулись только около трёх часов дня вчера. А после двух часов ни один пассажирский корабль не покидал доки. Сегодня же из-за погоды судам разрешён только вход в порт.

«Другими словами, Летиция и её люди ещё не уплыли из Баяма…» Клейн понял, что ему хотел сказать Элланд.

— Это ещё ничего не значит. Они могли покинуть Баям после обеда и отправиться в другой город на острове, — Даниц усмехнулся.

Остров Голубой Горы был самым большим островом архипелага Рорстед. Он был очень велик, покрыт густыми джунглями и богат минеральными ресурсами. Поэтому на острове было много городов, и все они строились вокруг плодородных земель с поразительными запасами полезных ископаемых.

Ради этого богатства Королевство Лоэн сначала подкупило туземных князей, затем применило силу и в итоге учредило генерал-губернаторство, довольно действенно проложив широкие дороги к городам и завершив несколько важных железнодорожных линий — через создание соответствующей железнодорожной компании, продажу акций и сбор средств на Баклундской фондовой бирже.

Конечно, подобные крупные проекты сопровождались гибелью множества местных жителей, мрачными строительными площадками, чрезмерным трудом, почти рабским обращением и весьма скромной платой, из-за чего одно тело за другим оказывалось погребено под дорожным полотном и шпалами.

И по сей день огромное число местных ненавидело железную дорогу, веря, что она поглотила множество человеческих жизней и принесла бесчисленные страдания. Для них это был символ злого бога и дьявола.

— Если они уйдут по суше, то беспокоиться не о чем, — Элланд перевёл взгляд на Даница.

— Почему? — пират совершенно ничего не понимал.

«С этим всё просто. Дороги через лес контролирует Сопротивление, а большинство членов Сопротивления — верующие Морского Бога. Как бы Летиция и остальные, ответственные за распад Калветуа, осмелились пройти ночью через эти места? Если бы они осмелились, это могло бы означать только одно: они не осознали серьёзность последствий того, что сделали в руинах Морского Бога на острове Симим. А это опровергало бы предположение, что у Аскетического Ордена Моисея или Элементальной Зари есть другие мотивы…» Клейн подавил желание покачать головой и пошёл за Элландом на другую улицу.

Ничего не объясняя, Элланд достал объявление и передал его Герману Спэрроу:

— Основная цель — эта женщина.

«Я же её и нарисовал…» Взглянув на изображение, Клейн передал его Даницу.

В этот момент из бокового помещения донеслись напряжённые звуки сражения.

— Её нашли? — Даниц задал вопрос, который хотел задать Клейн.

— Скорее всего, нет, — Элланд покачал головой, — в соответствии с нашими приказами, первое, что мы должны сделать, увидев цель, — выпустить красную ракету. Все силы должны устремиться к этому месту. Если кто-то найдёт преступников, с которыми не сможет справиться, сигнал — оранжевая ракета. На усиление пойдут ближайшие группы. А если появятся простые пираты или преступники, справимся сами. Подождём. Может быть, тот отряд не успел дать сигнал…

Пока он говорил, на третьем этаже здания, чей фасад обращён к улице, разлетелось стекло. Прямо с третьего этажа, на улицу спрыгнул мускулистый, похожий на медведя мужчина. Он рванул прочь с такой скоростью, что, казалось, обгонит даже гепарда. Но, неожиданно, чудовищная тень накрыла всю его фигуру, раздались пулемётные очереди. Тяжёлые пули едва не разорвали человека на части, без всякого сопротивления вбив его в дорожную пыль. Кровь окрасила землю. И если бы местным жителям не запретили покидать дома, отовсюду раздавались бы крики.

Незаметно для присутствующих, над ними завис дирижабль, но, не останавливаясь, воздушный левиафан полетел в другую сторону.

— Голтадт, — опознал жертву Даниц.

Увидев вопросительный взгляд Германа, Даниц выдавил из себя улыбку:

— Вожак небольшой пиратской команды. Из Фейсака, награда — 950 фунтов.

«Фейсак… Значит, и правда дикарь… Он выбежал на улицу во время комендантского часа, совершенно не подумав об атаках сверху… Верно, некоторые пираты проводят всю ночь в пьяном ступоре. Они понятия не имеют, что задействованы даже дирижабли… Если бы он спланировал путь отхода, то, возможно, смог бы уклониться от пулемётного огня…» Клейн отвёл взгляд и стал смотреть, как окрашенный в тёмно-синий цвет монстр пролетает над крышей.

Увидев случившееся, Даниц почувствовал благодарность за то, что Герман взял его с собой. Убедившись, что никто больше не поднимет тревогу, Элланд, не задерживаясь, повёл Даница с Клейном в свою область ответственности.

Через пять или шесть минут они увидели баррикаду на перекрёстке. Ружья были установлены, пушки развёрнуты, а лоэнские солдаты в красной форме молча стояли на страже.

По другую сторону баррикады на земле были разбросаны два или три десятка трупов, образуя передовой строй.

Потрёпанная одежда и измождённые лица явно выдавали в них местных.

Немного дальше, за углом, прятались несколько маленьких местных детей и боязливо смотрели на них. Их глаза были тёмными, а лица испачканными.

Помолчав пару секунд, Клейн с остальными обошли это место.

* * *

Баклунд, Шервуд.

Приподняв фарфоровую чашку со стола, Форс почувствовала тепло налитой в неё жидкости.

Пробудив духовность, она тихо принялась ждать изменений.

Температура горячей воды быстро опустилась, на поверхности жидкости появилась тонкая плёнка льда, а край чашки покрыла белая изморозь.

— Теперь я Мастер трюков… — Форс радостно прикрыла глаза.

Получив желудочный мешок Пожирателя духов, она не стала терять времени, сразу приготовила зелье и завершила продвижение. В её распоряжении оказалось немало слабых заклинаний.

Больше всего Форс нравились Туман, Ветер, Вспышка, Заморозка, Электрошок и Падение, заставлявшее людей поскальзываться.

Только сейчас она почувствовала себя полноценным Потусторонним. Девушка больше не была кем-то, кто только и мог, что проходить сквозь стены и творить ритуалы.

* * *

Почти к полудню Элланд, не без помощи Клейна и Даница, обследовал большую часть выделенного района.

— Давайте съедим немного хлеба, выпьем воды и продолжим, — сняв шляпу-кораблик, сказал Элланд пересохшими губами.

Клейн уже собирался согласиться, когда увидел взлетевшую не так далеко от них оранжевую ракету.

Даже не колеблясь, Элланд вернул шляпу на место и рванул вперёд:

— Я пойду помогу.

— Оранжевый означает преступников, с которыми не смогли справиться. Кто же это мог быть? — заинтересованно пробормотал Даниц.

Высоко поднимая ноги, пират двинулся вперёд, надеясь, что к его прибытию схватка закончится. Затем он увидел, что Герман Спэрроу тоже побежал вслед за Справедливым Элландом, оставив его одного.

Оглянувшись на воздушного левиафана, направляющегося в его сторону, Даниц глухо рассмеялся и ускорил свой бег.

Двумя минутами позже они прибыли на место и увидели дом с лужайкой, выходящей на улицу. На земле лежали трое или четверо военных. Их лица побледнели, а тела дрожали, словно их бросили в ледяное озеро.

Чем ближе Клейн подходил, тем холоднее становилось; казалось, будто он оказался в полярных краях.

Вскоре он обнаружил, что канавы возле дома заполнены толстым слоем снега.

Неожиданно, из дома послышался женский смех. В нём слышалось то безумие, то и вовсе нечто необъяснимое:

— Ха-ха-ха…

— Гуяъха-ха-ха…

— Ха-ха-ха…

— Гуяъха-ха-ха…

Даниц остановился и провёл по шее рукой, почувствовав, как бегут по коже мурашки.

С громким лязгом окно распахнулось, и оттуда вылетело обугленное тело.

Оно тяжело рухнуло на землю, словно побывало в адском пламени.

Одного взгляда Клейну хватило, чтобы с помощью духовной интуиции опознать в нём одного из трёх мужчин-искателей приключений, следовавших за Летицией.