Всё в твоих руках (гет)

Глава 56

— И все же, что за упорство? — спросила, когда мы покинули тайный ход, аккуратно придерживая мантию, что бы случайно не подцепить на нее паутину. У подземелий перед башнями, по моему мнению, есть огромное преимущество — это его расположение. Парадный вход, известный всем, кто имеет глаза, у нас один, зато секретных ходов множество. Поэтому уже ко второму курсу слизеринцы овладевают искусством быстрого перемещения из конца в конец. Какие-то переходы используются часто и известны почти всем. Другие — считанным единицам. Именно в таком пыльном и запущенном коридоре мы сейчас и стояли.

— Ты держишься на честном слове, бодрящем и «золотых» руках Помфри, — сварливо произнес Том и придержал меня от падения. Я зацепилась за невидимую щербинку в каменных плитах и чуть не пропахала землю носом. — Предпочитаю, что бы мои партнерши ели волокли ноги после секса, а не до него.

Мы собирались покинуть «нашу» часть подземелий и попасть к барсукам.

— Мерлинова борода! — оступилась во второй раз. Резкие движения отдавались напряжением во всем теле, которое сопротивлялось самой идее идти на ужин. — Покажусь и сразу вернусь в комнату. Иначе усну в тарелке.

Мы остановились у грубо сколоченной двери, скрывающей за собой широкий коридор. Один конец его упирался в коридор побольше, выходящий к главной лестнице барсуков, а второй — в небольшой переход, ведущий к школьной кухне. Я планировала подцепить кого-нибудь из пуффендуек и заявиться на ужин в их компании. Том собирался описать круг и войти в школу со стороны Хогсмита.

— Это так, сэр!

— Я уверен! — звонко прозвучали мальчишеские голоса, едва дверная ручка повернулась. Риддл замер не дыша.

— Но это невозможно! Да мало ли какие чары использовали! — возмущенно воскликнул Слизнорт. — Надо разобраться!

— Еще раз. Спокойно и разборчиво, — скомандовал Фулстон.

— Да вот прямо здесь! — в голос заорали в коридоре.

— Двумя руками! Вот так, — не видя происходящего, только могла представлять, что творится за дверью. И оно мне определенно не нравилось.

— Тихо. Сначала вы, — приказал Слизнорт невидимому нам собеседнику.

— Мы шли оттуда. И собирались позвать Фреда. Фреда Фидла на ужин. Ну, в общем, немножко заплутали и свернули не туда. Пропустили поворот. А потом услышали голоса.

— Голоса? — надменный голос Фулстона впервые прозвучал заинтересовано.

— Да.

— Что именно они говорили? — поторопил Фулстон.

— Этот первокурсник. Он сначала вскрикнул, а потом тихонечко заплакал, наверное, даже заскулил, — парни снова заговорили хором, перебивая друг друга. — А мистер Риддл шипел и держал такой маленький обруч, из которого тянулись черные дымные нити к парню.

С недоумением уставилась на застывшего в напряжении Тома, сжимающего дверную ручку до хруста.

За дверью брякнуло. — К этому? — уточнил Слизнорт.

— Да!

— Когда это произошло?

— Да и четверти часа не прошло, — этот голос узнала бы из тысячи. Алдермастон. — Я тоже видел мистера Риддла, сэр, когда спускался сюда.

— Вы уверенны? — каким-то надломленным голосом спросил профессор Слизнорт.

— Совершенно! — подтвердил Ралстон.

— Эти его увлечения не доведут до добра. И я уже говорил, что Риддл увлекается темной магией, и именно он вломился в мою комнату. Видимо, искал инструкцию, — впервые за все время подал голос Дамблдор. — Но что ему нужно от родителей бедного мальчика?

Подслушивать нехорош. Но информация из первоисточника тем и прекрасна, что лишена налета сплетен и домыслов. Поэтому мы слушали не отрываясь. Вскоре перед нами развернулась история, описанная глазами очевидцев. В ней хватало всего. «Доблестных» ротозеев, героически впавших в ступор на месте преступления, но при этом умудрившихся не попасться. Сейчас парни рвались на защиту сирых и убогих, но лучше бы они занялись этим раньше. Например, позвали учителей или старшекурсников, вместо того, что бы подсматривать. Вторым участником оказался раздвоившийся Том Риддл, настойчиво передающий послание родителям пострадавшего не совой, а первокурсником. Ну и главное лицо — первокурсник Пуффендуя, к сожалению, непригодный к допросу по причине темного проклятия. Последнего в этой истории жаль больше всего. Первый год, а уже в такой переплет попал.

Самое противное, что все свидетели, и том числе неизвестно зачем явившийся Ралстон, в один голос указывали на Тома, находившегося во время преступления в моих объятиях. Вот только озвучить алиби я никак не могла. Более того, жару добавлял Дамблдор, уверенно ставивший знак равенства между черной магией и Риддлом.

Подошла и отцепила Тома от дверной ручки. Обсуждение пошло по второму кругу, а ужин уже начался. Том отмер, подхватил меня под руку и вытащил обратно в «наш» коридор.

— Бред! Полный бред, — разъяренно прошипела я. — Это подстава!

Том напряженно думал.

— Том, а не из-за этих? Как их там? Крестражей вроде? Может, эту темную магию имели в виду. Или…

— Нет, Фанни. Ни одного крестража за мной не числится. Так что мимо.

Удивленно приподняла брови. — Мне казалось, что это важно, и ты не станешь медлить.

— И не собирался. Просто «Бесконечная сила» вернула меня с небес на землю, расписав все минусы такого решения. Увы, они перевешивают плюсы. Точнее, обращают плюсы в минусы, — Том недовольно чертыхнулся.

— И когда ты успел вникнуть? — уточнила с подозрением.

— Я еще раз вернулся в покои Дамблдора и скопировал все, что нашел. Как раз в то время, когда он распинался об этом на специально созванной планерке, куда любезно прихватил и своего феникса, — с оттенком превосходства заявил Том.

В немом изумлении уставилась на него, не зная, то ли восхищаться наглостью, то ли возмущаться бесшабашностью.

— И да, Фанни, забудь это слово навсегда. Одно упоминание приведет к непредсказуемым последствиям, — спокойно произнес Риддл, серьезно посмотрев в мои глаза. — Очень непредсказуемым и серьезным.

— Тогда кто это? И что ему надо?

— Я разберусь. Идем. — Том направился к винтовой лестнице. — Сейчас тебе лучше явиться на ужин.

В голове роились вопросы, но я упорно шла следом, гипнотизируя затылок сосредоточенного, словно гончая, взявшая след, Тома.

Мы вышли в небольшой тупичок, украшенный огромным молчаливым зеркалом, скрывавшим проход. Рядом шумел Большой зал. Том осмотрел меня, смахнул паутину и пыль, которую я все же успела подцепить, и велел. — Поешь и не беспокойся.

— Том, в случае чего подтвержу твое алиби, — я вцепилась в рукав, не давая ему уйти.

— Надеюсь, не пригодится, — серьезно ответил Том. — Оставим это на крайний случай. Иди.

Весь ужин сидела как на иголках. Выглядывала Тома, который так и не появился. Этим же продолжила заниматься в гостиной. Время шло. Я отчаянно клевала носом. Том не возвращался. Наконец сдалась и отправилась спать, но оказаться в царстве Морфея не удалось. Едва устроилась с удобством на кровати, как в дверь постучали.

Нас навестила староста. Строгий вид и серьезный взгляд не предвещали ничего хорошего. — Эбрут, декан просит тебя в учительскую.

Тон Булман насторожил меня. Мгновенно собралась под любопытными взглядами соседок, не забыв прихватить сумку. В дверях гостиной мы встретили всклокоченного Долохова и нервного Нотта, любезно уступивших нам проход. Едва мы на мгновение оказались вне поля зрения учеников в гостиной, как Нотт заслонил меня от старосты, а Антонин резко наклонился и прошептал одними губами. — Сувенир Лестрейнджа.

Душа ушла в пятки. Все так серьезно? Едва подвернулся случай, не говоря ни слова, нырнула в пустой класс. Староста пыталась притормозить меня, но не успела.

— Секунду. Только приведу себя в порядок, — прокричала из-за двери, судорожно роясь в бездонном мешке. Все же у нее хватило совести не ломиться следом. Надеюсь, магия Лестрейнджей поможет. Иначе мне остается только молиться.

У декана собралась почтенная публика. Негодующий Слизнорт, мерящий шагами кабинет. Хмурые, с плотно поджатыми губами Фулстон и Дамблдор. Директор Диппет, внешне невозмутимый, но с пронизывающим, словно сканирующее заклинание, взглядом. И пара авроров, постарше и помладше. Последние впечатлили меня больше всего. Оба прожженные, опытные и подмечающие малейшие детали, а главное — опасные.

— Мисс Эбрут, — официально начал Слизнорт. — В школе произошла одна неприятная ситуация.

— Ситуация? Пострадал ученик моего дома! Я несу за него ответственность! — вспылил профессор Фулстон.

Отступила на шаг. Фулстон пылал яростью. Складывалось впечатление, что еще секунда, и он бросится голыми руками вытряхивать правду. Захотелось выбежать вон.

— Полно вам, профессор Фулстон. Иначе мы так и не узнаем правды, — окоротил его директор.

— Чем я могу помочь? — обратилась ко всем сразу.

— Мы опросили тех, кто причастен к этому случаю, и выяснили, что вас почти весь день не видели в школе, но также не видели и в Хогсмите. Вы можете пояснить свое местонахождение, — вступил в разговор младший из авроров.

Шестым чувством ощутила какое-то неприятное напряжение, поэтому постаралась ответить размыто.

— С утра побывала в Хогсмите, но не задержалась там надолго и вскоре вернулась в школу, где работала над заказом до ужина. Вроде все.

— Вы поможете нам, если ответите на пару вопросов, — спокойно добавил аврор. — Вы не замечали в школе посторонних? Неважно когда. В течение недели или месяца? Или что-то другое привлекало ваше внимание? Любое необычное происшествие или факт.

— Нет. Ничего такого, но я почти ни с кем не пересекалась с утра. Да и если бы увидела посторонних в школе, то тут же сообщила об этом декану или старостам, — я отступила на шаг. — Я пойду?

— Не спешите. У нас есть еще пара вопросов, — пресек попытку к бегству старший аврор. — Вы выходили специально, чтобы встретиться с мистером Грином? В какой части замка вы находили после встречи?

Вдвоем они принялись словесно кружить над моим павшим трупом. Авроры продемонстрировали себя в лучшей для их профессии стороны въедливыми и дотошными. За короткий срок они установили местонахождение почти всех учеников Хогвартса, вывели круг самых подозрительных и, как назло, он почти полностью состоял из членов клуба «Палочка и честь». Шестеренки в мозгу вертелись в усиленном режиме. Сложить два плюс два не составило труда. Вместе с Томом, которого видела огромная куча свидетелей, впросак попала и я, отсутствующая огромные промежутки времени.

Градус нервозности возрастал. Деканы безмолвствовали. Ледяной пот стекал по спине, но я усилием воли держалась непринужденно. Минута за минутой, вопрос за вопросом, меня загоняли в ловушку, вытаскивая на свет нелицеприятные факты и домыслы. Картина вырисовывалась скверная. Сложившаяся репутация играла против меня. Наконец ловушка захлопнулась и прозвучал главный вопрос. — Итак, где вы находились с шести до семи вечера? И кто может подтвердить ваши слова?