Эхо хищника (гет)

Вода достигла уровня груди Лиама, превратившись из ледяного потока в вязкую, бурлящую массу. Удерживать Адель становилось всё сложнее: её костюм химзащиты работал как парус, ловя каждое движение воды и пытаясь вырвать девушку из его рук.

— Давление... падает, — прохрипела Адель ему на ухо. Её голос дрожал от холода, но оставался четким. Она не паниковала, констатировала факт. Кислородный патрон маски шипел слишком часто для её спокойного дыхания. — Шлюз выше по течению перекрыт полностью. Мы заперты в тупике.

Лиам чувствовал, как мышцы плеч начинают гореть огнем. Он сидел на корточках, упираясь спиной в ржавую стену, а девушка сидела у него на коленях, обхватив ногами его талию, чтобы поток не унес её. Вода теперь лизала его подбородок. До потолка оставалось меньше метра грязного воздуха.

Бум... Бум...

Ритм ударов Ричарда сверху изменился. Стал быстрее, злее.

«Уже скоро», — понял Лев. Медведь снаружи бился о бетон голыми руками, сдирая кожу, чувствуя через вибрацию камня, что уровень воды внизу достиг критической отметки.

— Воздух... — выдохнула Адель. Пузырьки сорвались с её губ. Она больше не могла дышать через фильтры — вода поднялась слишком высоко, заливая клапаны выдоха.

Лиам действовал мгновенно. Не раздумывая ни секунды, он наклонил голову и прижался своим ртом к стеклу её маски. Он начал медленно, порционно выдыхать воздух, отдавая остатки кислорода своего огромного тела. Его собственные легкие начали гореть.

В глазах потемнело. Зверь внутри метался, требуя трансформации, но разум кричал: нет. Если он превратится сейчас, когти разорвут резину костюма Адель, и она захлебнется за секунду. Холодная вода сомкнулась над макушкой Льва. Остался только этот контакт — его губы, прижавшиеся к маске, и биение двух сердец.

А потом мир взорвался звуком.

Это был не удар металла. Это был звук рвущейся стали и осыпающегося бетона.

Грохот был таким мощным, что резервуар содрогнулся до основания. Поток воды резко сменил направление, закручиваясь воронкой вниз, в открывшийся провал.

Сверху хлынул чистый, холодный дождь вперемешку с дневным светом.

Огромные куски бетонной плиты рухнули в воду, поднимая фонтаны брызг. В проломе показалась гигантская фигура. Ричард стоял на краю дыры, одной рукой держась за искореженную арматуру, а другой сжимая толстую нейлоновую веревку с карабином.

Увидев их под водой, медведь оскалился в яростном рыке облегчения.

— Хватай! — проревел он так, что задрожали стены.

Лиам отпустил стену. Сил держаться больше не было. Течение, устремившееся в пролом, само понесло их прямо к спасительной нити. Он вытянул свободную руку, промахнулся, но зацепился когтями за веревку и намотал её на предплечье, привязав себя и свою бесценную ношу намертво.

Ричард напряг свои колоссальные мышцы. Для обычного человека вес двух взрослых особей плюс сопротивление воды стал бы неподъемным. Но старый медведь просто зарычал, упираясь лапами в край дыры, и одним рывком выдернул их из водяной могилы, словно утопающих котят.

Лиам вывалился на грязный бетон технического этажа, увлекая за собой Адель. Он упал на бок, судорожно втягивая сырой воздух, кашляя и выплевывая воду. Девушка выскользнула из его ослабевших объятий, упала рядом и сорвала маску, жадно глотая кислород открытым ртом. Её грудь ходила ходуном.

Лиам перевернулся на спину, глядя в серый потолок. Он был жив. Они были живы.

Тяжелые шаги раздались над головой. Ричард спрыгнул вниз, приземляясь мягко, несмотря на свой вес. Он тут же бросился к ним, опускаясь на колени.

— Идиоты... безмозглые щенки... — прорычал медведь, начиная грубо, но эффективно проверять их пульс и состояние. — Я же сказал... ждать помощи...

Лиам попытался оттолкнуть его лапищу, всё ещё тяжело дыша.

— Заткнись, Ричи... — просипел он, закрывая глаза.